For Sale

Мамору медленно, так, чтобы не испугать, приблизился к Усаги. Их губы разделяли всего пару сантиметров, когда… *Дзынь* Звук прибывшего на этаж лифта эхом разнесся по квартире. Моментально отпрыгнув друг от друга, Усаги и Мамору уселись на противоположных концах дивана. — Усаги! — Из прихожей донесся громкий голос Минако. — Ты уже готова спускаться на ужин? Усаги быстро взглянула на настенные часы, в то время как Мамору проверил часы у себя на руке. Ну конечно, времени было без пяти минут шесть. Услышав шаги Минако, которая направлялась в сторону гостиной, Мамору подскочил со своего места. — Закончим наш разговор позже, — быстро прошептал он прежде, чем покинуть комнату. Усаги даже не успела отреагировать на его слова, как вошла Минако. — Эй. Ты меня слышишь вообще? — спросила она, пристально глядя на сестру. — Что случилось? — Что? — переспросила Усаги, переживая, что Минако может догадаться о том, что почти произошло минуту назад. — Ты вся красная, — пояснила Минако, протягивая ладонь и прикладывая ее ко лбу Усаги. — Температуры нет. Ну, так что случилось? В поисках оправдания, какого угодно оправдания, Усаги промямлила первое, что пришло ей в голову: — Я задремала на пару минут, а твой крик испугал меня. Минако кивнула, делая вид, что понимает, однако на слова сестры не купилась. Если Усаги говорила правду, то она точно должна была закричать или что-то вроде того. И все же, ее дыхание было сейчас слегка учащенным, так что, вполне возможно, что что-то испугало ее еще до того, как Минако появилась в комнате. — Ладно, пошли, иначе опоздаем, — сказала Усаги, как-то наигранно бодро. Она заливисто хохотала, и Минако, конечно же, была не против, но это казалось как-то чересчур наигранным.

***

— Добрый вечер, дамы! — радостно сказал Мамору, заходя в столовую этим вечером. Прежде чем покинуть пентхаус и спуститься на ужин, Мамору выждал порядка пятнадцати минут. Ему нужно было время, чтобы собраться с мыслями, а сделать это в комнате, полной женщин, у него вряд ли получилось. В разных концах зала раздались привычные уже смешки. Не имело значения, как часто он приветствовал жительниц дома подобным образом — они все равно, каждый раз, были в восторге. «Вот, наверное, почему я это делаю» — подумал Мамору. В конце концов, так мало нужно для того, чтобы они чувствовали себя особенными, и если это привносило хотя бы чуточку счастья в их жизни, ему было только в радость делать подобное. Направляясь к своему месту за обеденным столом, Мамору отметил, что Усаги предпочла сесть вместе с Минако, а не с Рей. С первого дня, как Усаги поселилась в особняке, она всегда садилась рядом с его сестрой. Однако сейчас, в свете того, как развивались их отношения, ему казалось, что Усаги вполне могла сесть рядом с ним. На какой-то момент Мамору охватило разочарование. Сегодня за ужином он планировал тонко намекнуть Усаги о своей привязанности, однако в данный момент она явно неспособна была понять его чувства. Мамору уяснил, что уже и так несколько усложнил ситуацию между ним и Усаги, так что решил отложить свои планы до окончания ужина. Однако и тут все пошло не так, как задумывалось. Все еще продолжая избегать компании Мамору, Усаги после ужина решила проведать маму с братом. Мамору успокаивал себя, что это обычный визит к родным, ведь она не разговаривала с ними с того самого момента, как призналась матери о произошедшем в тюрьме. Однако в сердце его поселилась тревога. Что, если чувства Усаги не так сильны, как его и она просто избегает его. Но, как часто бывает, сколько ни бегай, а от того, что должно произойти не спрячешься. Так что, в конечном счете Усаги пришлось вернуться в пентхаус. Мамору же не ложился спать, намереваясь дождаться ее. — Усаги. — Он произнес ее имя мягко, чтобы не испугать. Она догадывалась, что Мамору, вероятнее всего, не спит, но все же удивленно охнула, когда услышала его голос. Он сидел за столом на кухне, где единственным источником света сейчас была всего одна зажженная свеча. Тени от маленького огонька прыгали по его лицу, и это одновременно пугало и завораживало ее. Мамору был красив, без сомнения, но было что-то в его взгляде, отчего по спине начинали бегать мурашки. — Усаги, нам нужно поговорить. — Он поднялся со своего места и направился к застывшей на месте Усаги. Он взял ее руки в свои, и это нежное касание мгновенно заставило ее растаять. Он мягко потянул ее за собой и усадил на стул, а затем сел рядом, все еще поглаживая ее ладошки. — Пожалуйста, Усаги, позволь объяснить сказанное мной ранее. Он подождал, пока она кивнет, а затем продолжил. — Я боялся, что мог испугать тебя. Очень часто я говорю или делаю что-то, из чего собеседник может сделать неправильные выводы. — Подожди, пожалуйста, — быстро перебила Усаги и приложила пальчик к его губам, молча прося выслушать. — В тот день, когда я снова встретилась с семьей, я спросила у Минако, как они попали сюда, и она сказала, что ты пришел в наш дом с намерением найти меня. Это было как-то связано с видениями, да? Щеки Мамору окрасил легкий румянец. Он открывал и снова закрывал рот в попытке выдавить из себя хоть слово, но тщетно. Приняв такую его реакцию за смесь замешательства и шока, Усаги вздохнула и отвела взгляд в сторону. — Так я и знала, ведь звучит слишком глупо. Минако ни капли не изменилась. — Нет, — прошептал Мамору, и Усаги снова взглянула на него, понимая, что он пристально смотрит на нее. — Нет, это не ошибка, и не типичная шутка твоей сестры. На этот раз она все верно поняла. — Я, если честно, в замешательстве.Ты хочешь сказать, что у тебя были видения обо мне, а потом ты решил найти меня? — спросила Усаги, в надежде прояснить для себя ситуацию. — Ну, вообще-то, я сначала увидел тебя, собственными глазами. Ты просто шла по продуктовому магазину, а я не мог отвести от тебя взгляд. Я понимал, что ты была намного младше — тебе было лет тринадцать, а это значило, что вскоре тебя должны забрать в тренировочный лагерь. Усаги и Мамору утомленно вздохнули. Лагеря могли быть настоящей пыткой, поскольку созданы были скорее для того, чтобы ломать женщин, а не для того, чтобы воспитывать их. Многие подвергались избиению, некоторые сходили с ума, а кто-то даже предпринимал попытки сбежать, но они были сразу же пойманы и убиты. — Но ты словно околдовала меня, и не выходила у меня из головы. Я начал видеть тебя в своих снах, день за днем на протяжении целого месяца. — Мамору снова залился краской, что заставило покраснеть и Усаги, потому что она представила на секунду, какого рода сны могли ему сниться. — Но однажды мне приснился сон, не похожий на остальные. Совсем не похожий.

***

Громкий стук раздался со стороны входной двери. Жители дома прекрасно понимали, что это значит, и собрались вместе, чтобы в последний раз заключить друг друга в объятия. Стук повторился, и это заставило семью отстраниться друг от друга. Светленькая девушка со смело поднятой головой открыла дверь. — Я прибыл за женской особью по имени Усаги Цукино, — зачитал с планшета офицер, облаченный в черную униформу с заплаткой на рукаве. Ему кивнули в ответ. — Я — Усаги Цукино, — ответила она уверенным голосом, несмотря на то, что руки ее сейчас дрожали. — Ты пойдешь со мной. — Он развернулся и направился к припаркованному возле дома Мини Вэну. Окна в машине были только спереди, а надпись на ней гласила «Female Services». Оглянувшись в последний раз на родных, Усаги постаралась улыбнуться. — Я люблю вас. Минако, позаботься о маме и Шинго. Минако, такая похожая на свою сестру, кивнула. — Прощайте. С этими словами Усаги вышла из дома и проследовала за офицером. Отказываясь оборачиваться на дом, который, вероятнее всего, больше никогда не увидит, она опустила голову и уставилась на свои ладони. Переплетая пальцы, она в молчаливой молитве воззвала к небесам. «Пожалуйста, помоги мне быть сильной. Пожалуйста, защити меня. Пожалуйста, помоги мне защитить других».

***

— Я не мог сделать ничего, кроме, как стоять и смотреть на происходящее, — сказал Мамору, платком нежно вытирая слезы, что выступили на глазах Усаги. — И все же, несмотря на безграничную печаль, я узнал твое имя. Я нашел твою семью и, взывая ко всем возможным богам, надеялся, что увиденное мною во сне еще не произошло. Но я опоздал. На поиски у меня ушел целый месяц — слишком долго. Оказалось, что тебя увезли в ту самую ночь, когда я видел этот сон. Я перевез твою семью в этот дом, однако чувствовал себя отвратительно из-за того, что не успел забрать и тебя. Я поклялся, что снова найду тебя, чего бы мне это ни стоило. Усаги улыбнулась. Он так много сделал для нее. Она ведь запросто могла застрять в доме какого-нибудь богача, что просто использовал бы ее, но Мамору пришел за ней, спас ее. Он нашел ее и вернул целой и невредимой к ее семье. Однако любопытство Усаги все еще не было утолено. — Как же ты нашел меня? — спросила она. Мамору приглушенно хохотнул, и Усаги в недоумении уставилась на него. — Что? — Только, пожалуйста, не обижайся, когда я это скажу, — ответил Мамору и, дождавшись ее кивка, продолжил. — Я ведь мужчина. Он замолчал. Усаги смотрела на него, все еще надеясь получить содержательный ответ, однако Мамору больше ничего не сказал. — И это все? — Ну, когда под рукой есть отменный хакер, живущий в этом самом доме, найти тебя стало не самой сложной задачей. Она использовала информацию, полученную от Минако и твоей матери: дату рождения, идентификационный номер, группу крови — и без проблем отследила твое местоположение. Усаги лишь пораженно кивнула. Ей бы стоило догадаться, что действовали они вне рамок закона. В конце концов, почти все, что происходило в этом поместье, так или иначе, было незаконным. Ведь мужчин, занимающих доминантное положение в этом мире, явно не порадует то, что один из них укрывает отменных самок в своем доме, чтобы обучать, оберегать и обращаться как с равными. — Сказать по правде, в тот день, когда тебя освободили, я намеревался первым заполучить тебя, но сильно опаздывал, — продолжил Мамору. — Я предположил, что продавать девушек на аукционе будут в алфавитном порядке, и ты будешь в самом конце списка. Но по закону подлости они выбирали лоты в случайном порядке, а я как раз застрял в пробке. Усаги закатила глаза. Она словно выслушивала неуклюжие извинения работника перед боссом за пятиминутное опоздание. — Я отследил твое местоположение до твоего первого владельца, но тебя там не оказалось. Отыскать второго не составило труда, однако ты и от него ускользнула, причем так быстро, что не оставила мне даже возможности ворваться и, словно принц на белом коне, спасти тебя. — Ну, значит мне и правда стоит поблагодарить Гуи, за то, что не заинтересовался мной, — хихикнула Усаги. — Я делал у него заказы ранее, так что он позвонил мне, чтобы уведомить о новых «поступлениях». Краткое описание твоей внешности заставило меня покинуть офис настолько быстро, насколько это было возможно. Ну, а дальше ты знаешь, — ухмыльнулся Мамору, и Усаги улыбнулась в ответ. Она была благодарна ему за те трудности, через которые он прошел ради нее. — Значит, ты все это время ждал меня. Ты рискнул и продержался так долго только лишь на надежде найти меня, — проговорила Усаги, тряся головой не в состоянии в это поверить. Мамору придвинул свой стул как можно ближе к Усаги и заключил ее в объятия. Она обняла его в ответ. — Это было не так уж и долго. Всего пять лет. — Пять лет могут показаться вечностью, когда находишься в том лагере, — тихо ответила девушка. — Но я решила тогда, что буду сильной, что не сдамся и выживу. — И я благодарен тебе за это, — заверил ее Мамору. — У нас будет много времени, чтобы наверстать упущенное. Мамору ослабил свои объятия, склоняясь к ее лицу и нежно целуя. — Прости, — прошептал он, прерывая короткий и почти-то невинный поцелуй. На какое-то мгновение на лице Усаги отразил страх. — Пожалуйста, не извиняйся. Я не жалею. — Нет, — ответил Мамору. — Я жалею о пяти потерянных годах, которые мог провести с тобой. Он снова склонился, чтобы поцеловать ее.