Увязший в песках Калифорнии

It’s a beautiful lie It’s the perfect denial Such a beautiful lie to believe in So beautiful, beautiful That makes me… 30 Seconds to Mars — A Beautiful Lie

      Я мгновенно затерялся в этой жаркой, душной, шумной и веселой толпе студентов, и в тот момент у меня было два желания: найти Лидию и исчезнуть отсюда. Со вторым судьба мне не благоволила, а с первым…почти.       Первый же достаточно хорошо знакомый мне человек, которого я встретил, чуть не послал меня ко всем чертям.       Он шел, обернувшись к какому-то невероятно интересному собеседнику и держал в руках коктейли. Он врезался в меня и чуть не пролил все на мою рубашку, как Лидия в первый день нашего знакомства. — Какого… А, Стайлз, — кисло произнес он. — Ну привет. Не могу пожать тебе руку, — с наигранной грустью посмотрел он на коктейли в руках, сузил глаза и вздохнул. — Что же, добро пожаловать. — Хорошего тебе вечера, Джексон, — сухо ответил я и пошел искать Лидию.       Долго искать не пришлось — уже через несколько секунд я заметил ее ярко-рыжие волосы. Она улыбчиво разговаривала с брюнеткой, стоящей ко мне спиной. Завидев меня, Лидия приоткрыла рот в улыбке и высоко протянула руку, показывая, где ее найти, а брюнетка развернулась. Я узнал в ней Эллисон, подругу Лидии.       Одежда обеих девушек привела меня в экстаз. В их одежде было какое-то непередаваемое очарование. Вполне вероятно, я подумал так только потому что в эту одежду были одеты они. На прямых волосах Лидии с одной стороны была прямая черная заколка, открывающая вид на ухо, проколотое сверху. Черное платье с короткими рукавами было усеяно вышитыми красными цветами и заканчивалось на уровне колен. Тонкий треугольный вырез скрывал за собой цепочку, а на ногах были черные ботильоны (слово, которое я узнал после одного из убийств, где девушка была одета в них). Эллисон отличалась от Лидии. На ее волосах не было ничего, и они ниспадали на черную блузку с большим прямым вырезом. Блузка же, в свою очередь, была заправлена в того же цвета брюки, а на каблуках она казалась еще выше, чем всегда. В голове сразу вставал вопрос: почему они в черном? Мы же на вечеринке? Однако, вопрос улетучился сразу же, как я посмотрел на свой черный костюм. У меня больше не оставалось вопросов.       Эллисон выглядела довольной в тот момент, когда мы с Лидией обнялись. — Не думала, что ты придешь, — призналась девушка, поправив свои рыжие волосы. — Я же обещал, — натянул я улыбку. — Пойдем, присядем туда, — указала она на кожаный красный диванчик у стены.       Диджей потихоньку включал другую музыку, и к тому моменту, как мы подошли к дивану, энергичная мелодия била из колонок. Пока мы усаживались поудобнее, к диджею подошел Джексон, что-то нашептав ему, и заиграла спокойная мелодия. Мы вроде на вечеринку пришли, а не на светский бал? — Как дела? — мечтательно спросила Лидия. — Да ничего так, — бросил я. — Красивый кулончик.       Девушка испуганно посмотрела на меня, положив руку на подвеску. На наше счастье, Эллисон и всем остальным было наплевать на то, о чем говорят Стайлз и Лидия на красном диване.       Девушка начала теребить на пальце прядь волос, а Эллисон испустила скучающий вздох.       Скучать ей оставалось недолго.       Джексон начал приближаться к нам, и я понял, зачем. — Приглашаю тебя на танец, — ухмыльнувшись, протянул руку Джексон. Глаза Лидии засияли, и она, смутившись, поднялась с дивана, и ушла вместе с ним.       Уйдя от нас на приличное расстояние, они остановились и начали плавно передвигаться по залу под музыку.       Джексон нелепо переставлял свои некрепкие ножки по паркету и выделывал па, которых не должно быть в танце. Сначала мне казалось, что я единственный, кто так думает — я всегда испытывал к Джексону неприязнь, но потом я заметил, как Эллисон прикрывает ладошкой рот, стараясь не засмеяться на весь зал. Я улыбнулся, как счастливый малыш, и захохотал, вслед за мной не выдержала и звонко рассмеялась Эллисон, запрокинув голову назад. Со стороны могло показаться, что мы смеемся над каким-нибудь анекдотом, однако мы оба знали, что танцевальные навыки Джексона могут развеселить лучше любого анекдота. — Это все напомнило мне один случай, — начал я, а Эллисон с улыбкой развернулась ко мне и стала слушать. — В тот день мы с друзьями пошли по случаю моего дня рождения в одно место, — я задумался. — Что-то вроде танцпола. Специального такого, там надо было повторять движения за главным танцором. Мы немного усовершенствовали эту игру — каждый раз, когда ты совершаешь серьезную ошибку, ты должен выпить рюмку алкоголя, не помню, что нам там наливали. В общем, мой особенно неуклюжий друг — его зовут Скотт МакКол — напился так, что стал танцевать на барной стойке, и выглядело это даже лучше, чем-то, что видим сейчас мы, — захохотал я.       Я ожидал, что Эллисон будет весело, но когда я повернулся к ней, то не увидел и тебя улыбки. Ее тонкие брови поднялись вверх, а глаза были широко распахнуты от шока. — Что-то не так? — издал я нервный смешок. — Ты, вроде, смеяться должна? — Знаешь, — напряженно начала девушка. В ее карих глазах читалось желание покинуть меня как можно скорее, — несколько недель назад мой друг Тони пригласил меня выпить с ним и его друзьями. Я тогда согласилась и посидела с ними полчаса, после чего ушла, — Эллисон накручивала на палец прядь волос, уставившись в пол. — Там был парень, которого звали Скотт МакКол.       Мой пульс участился, а дыхание стало неровным. Мне хотелось спрятаться куда-нибудь, ведь я догадывался о том, что же будет дальше.       Девушка кашлянула и закусила губу. — Он был немного не в себе и рассказывал разные истории, которые никто не воспринимал всерьез. В большей части историй он упоминал своего лучшего друга, — она уничтожающе посмотрела на меня, — Стайлза.       Я собирался спокойно выдохнуть. Если это все, что знает Эллисон, стоит ли волноваться? — …своего лучшего друга, Стайлза, с которым они работают вместе в ФБР над делом о пропавших девушках.       Дзынь.       Вот и моя маска разбилась вдребезги, словно хрустальная чаша.       Душа ушла в пятки, а на месте сердца словно бы был сгусток черной, густой и пульсирующей материи, и больше ничего. Только холод.       Глаза Эллисон прожигали. Она видела меня насквозь. Казалось, что она знает все мои тайны, все мои потаенные страхи и ночные кошмары, ведь один из них осуществляется прямо сейчас.       Девушка крепко сжала в руке свою сумочку и посмотрела вдаль. Она все поняла. — Я должна рассказать все Лидии, — начала она подниматься с дивана.       Резким и неаккуратным движением дрожащей руки я усадил ее на место. Она ахнула, выдернула руку и стала потирать предплечье от боли, что я ей нанес.       Ее взгляд выражал полнейшее презрение ко мне, а я пытался отговорить ее. — Пожалуйста, не говори Лидии… Пожалуйста… — Она должна знать, — отрезала Эллисон. Немного помолчав, она добавила: — Ты же сам знаешь это, верно?       Я виновато посмотрел на потолок. Моя душа раздиралась на кусочки и я был уверен, что сейчас не лучшее время, чтобы признаваться в чем-либо, тем более настолько серьезном.       Эллисон начала отодвигаться от меня, и я с отчаянием выпалил: — Я сделаю для тебя все что угодно, только не рассказывай Лидии, — она смерила меня внимательным взглядом и задумалась. — Пожалуйста. Я не хочу портить ее жизнь своей правдой. — Ты уже испортил ее жизнь тем, что эту правду утаил, — она немного смягчилась. — Позови ее на танец. — Что? — Танец, дубина. Позови ее на танец, и я промолчу.       Это было настолько же странно, насколько неожиданно. — Ты хочешь, чтобы я?.. — Именно. Смелей. А то она узнает, — улыбнулась девушка. В ней осталось разочарование во мне и немалая доля неприязни, только теперь она играла со мной, как кошка с мышкой. Даже ее глаза стали напоминать мне кошачьи, а стрелки на них только усиливали это впечатление. — По рукам, — вяло протянул я. Глаза Эллисон засияли.       Я нервно сглотнул. Мелодия остановилась. Потихоньку включалась другая, более энергичная песня, и это заставило меня вновь посмотреть в центр комнаты.       Джексон стоял, довольно облокотившись на барную стойку и потягивая мартини, а Лидия с улыбкой и покрасневшими щечками шла к нам. — Ну, как вы тут? — девушка приземлилась на диван между нами и улыбнулась. Потом со смущением посмотрела вниз и прикрыла лицо руками, чтобы никто не видел, как она покраснела. — М-мда, — сделала кислую мину Эллисон. — Ну, мы тут говорили про… — Танцы, — горячо перебил я ее. Лидия недоуменно убрала руки от лица. — Мы обсуждали, как смешно Джексон танцует. — Ага, — подтвердила Эллисон и показала большие пальцы вверх, надув щеки и сделав глупую улыбку. Лидия было рассердилась на меня, но милое выражение лица Эллисон ее успокоило, и она вмиг забыла ту секундную обиду. — Пойдем наверх, научишь меня играть в бильярд, — Лидия вскочила с диванчика, схватила Эллисон за обе руки и утянула ее за собой, на что та рассмеялась. — Почему бы и нет. Ты с нами, Стайлз? — обернулась Эллисон, но Лидия одернула ее руку и пошла быстрее, что-то шепча и украдкой глядя на Джексона. — Я посижу тут, — протянул я и расслабился на диване. Здесь, посреди шумной, незнакомой толпы мне было нечего делать, и я поднялся и прогулочным шагом покинул помещение, сменив душный воздух, набитый ароматами духов и людей, на свежий, как мне казалось, ветерок улицы.       Через большую арку я вышел во двор.       Подростки прыгали в бассейны, смеялись, просто разговаривали или ходили туда-сюда. Мимо меня пронесся парень, держащий на шее девушку с бутылкой шампанского в руке.       Им было все равно на окружающий мир, их волновали только ни сами и их эмоции, чувства и желания. Они безудержно веселились, ведь жизнь коротка, и такое выпадает не каждый день. Прямо сейчас они сочиняют свои истории, некоторые из которых после смогут рассказать внукам или будут хранить далеко на закорках памяти, стыдясь воспоминаний. Однако, это не так важно, ведь в тот момент это было именно то, чего они хотели. — Кто-нибудь видел Малию? — кричала блондинка с глазами, которые обычно называют коровьими, пробираясь через толпу. — Может, она просто ушла в туалет? — спросил я, когда она поравнялась со мной. — Нет, — раздраженно плюнула она, — я уже там проверяла. Я обыскала весь дом, и если встретишь ее, передай, что Эрика ее искала, — покосилась она на меня и продолжила дальше ходить по улице, спрашивая про Малию.       С нарастающей тревогой в сердце я засунул руки в карманы и зашел обратно в дом, чтобы найти Лидию. В моей голове вертелись разные каверзные мысли. Нашел я девушку быстро.       Она с подругой сходила вниз по лестнице, улыбаясь какой-то особенно удачной шутке.       Я дождался, пока они не спустятся, и втроем мы скрылись в темной комнате, в которой то и дело мелькали световые блики разных цветов радуги и танцевали люди. — Как бильярд? — ляпнул я. Конечно же, ушли они, чтобы поболтать о чем-то, а не играть в бильярд — это было понятно сразу. Мне надо было поговорить с Лидией, причем немедленно. — Отлично, — торопливо выпалила Эллисон.       Повисло неловкое молчание, которое не нарушала даже громкая музыка.       Все стало еще хуже, когда своим присутствием нас «порадовал» мистер Уиттмор.       Он подошел сзади и облокотился на мое плечо, как на полку, — Что стоите, скучаете? — вопил Джексон, думая, что из-за громкой музыки его не слышно. Он поднял брови вверх, улыбнулся и отошел от меня, демонстративно обняв Лидию за талию. Эллисон закатила глаза.       Вжух.       Громкая музыка плавно утихла, а ее место заняла спокойная мелодия. Я проклинал человека, который составлял плейлист.       Разноцветные мелькающие фонарики погасли, уступив место одному единственному тускло зажженному в центре комнаты. Разглядеть людей, которые стояли далеко, было сложно.       Я повернулся в сторону друзей, но увидел лишь прожигающие меня глаза Эллисон.       Черт.       Танец.       Я забыл про то обещание почти сразу же, как его дал. Что мне делать? Пригласить Лидию на глазах у Джексона? Получить вилкой в глаз?       Ну уж нет.       Будто прочитав мои мысли, Эллисон тут же вздохнула и схватила руку Джексона мертвой хваткой. — Это же одна из моих любимых песен! Джексон, ты не потанцуешь со мной?       Шокированный парень чуть глаза не потерял. Он посмотрел на Лидию, которая была не в меньшем шоке, но через секунду все поняла и кивнула Джексону в знак согласия.       Пока они уходили, Эллисон как бы случайно наступила мне на ногу. Я укусил губу, сдерживая ругательства в ее сторону. Я проводил ее и Джексона уничтожающим взглядом, пока они не стали лишь темными силуэтами в дальнем конце комнаты.       Я медленно повернул голову на все еще стоящую напротив меня Лидию, которая смущенно поджимала красные от помады губы, пытаясь не смотреть на меня и не рассмеяться.       Ну, сейчас или никогда.       Я раньше не приглашал девушек на танец, да я и на танцах то не был, поэтому не имел представления о том, что мне говорить все мои знания о танцах позаимствованы из сериалов и фильмов.       Нужно было что-то делать, пока Лидия не решила, что я сумасшедший, хотя она именно так и считает. Я тяжело вздохнул и протянул свою руку в сторону девушки, посмотрев на ее удивленные глаза. — Ты… Приглашаешь меня на танец? — А что, так странно?       Я загнал ее в тупик. Своей тупостью, скромностью, излишней нерасторопностью и глупым видом. Она еще раз взглянула на мою ладонь, потом на меня, а затем наконец положила свою маленькую ручку на мою, озадаченно смотря в никуда. Крепко сжав ладонь Лидии, я маленькими шагами стал пробираться через уже на собиравшуюся толпу подростков и остановился почти в центре, повернувшись к девушке, которая под таким тусклым светом выглядела еще прекраснее.