Порочные связи

Некоторые говорят, что противоположности притягиваются. Духовное тянется к плотскому, пещерный человек — к ангелу. Так ли это, как вы считаете?

***

Май, 1976 год. Резиденция Темного Лорда, Кардифф, Великобритания. Удобно устроившись на высоком кожаном кресле в своем личном кабинете, погруженном во мрак, Темный Лорд в задумчивости стучал пальцами по столу. Настроение было бодрым, решительным, сам волшебник отдохнувшим, а война, затеянная уже много лет назад, переходила на новый уровень, сменяя не прекращающиеся долгие годы боевые действия политической игрой, что не могло не радовать, спустя столько лет наблюдения за проливаемой в никуда Чистой кровью. «На войне все средства хороши», как сказал какой-то умный маггл. Так вот сейчас в обиход шли уже не столько запугивания или пытки врагов, сколько хитрые планы и стратегические игры, из-за чего большинство боевых магов за ненадобностью, временно отправилось в долгожданный отпуск — отдыхать от кровавых карательных рейдов и наслаждаться домашним уютом вместе с их семьями. Не нравилось это только холостому Антонину Долохову, у которого не было ни семьи, ни детей, ни потребности в отдыхе. Он, как человек старой закалки, не мог просто отсиживаться на задворках Европы, в то время как в Британии шли ожесточенные бои. Пусть даже политические, не столь важно. Мужчина стремился пригодиться хоть чем-то, лишь бы оставаться в седле. Однажды вечером, сидя около большого камина и пригубливая бокал дорогого коллекционного вина, Темный Лорд услышал дельную мысль от Беллатрикс. — Что, если отправить Антонина развеяться к тому министерскому грязнокровке? — предложила темноволосая женщина, уже успевшая занять место под пологом широкой постели, сменив платье с корсетом на бархатную ночную рубашку, сквозь которую были видны все изгибы её молодого тела. — Уверена, он бы прекрасно справился с заданием, и Адамс был бы у нас уже к утру, готовый сдать весь аврорат с потрохами, — презрительно сказала Белла, снимая с себя тяжелые серьги и левитируя их в шкатулку, где хранила все свои украшения. — Думаешь, справится? — с недоверием хмыкнул Лорд, отставив бокал в сторону и направляясь к соблазнительно улыбнувшейся ему ведьме, пристроившейся на самом краю кровати, в ожидании. — Не сомневайтесь, Мой Лорд, — прошептала женщина. «Что ж, в этом есть доля правды…» — подумал темный волшебник, попутно отбрасывая в сторону свою мантию, не дававшую нормально вздохнуть, и изучающе осматривая Беллатрикс, судорожно принявшуюся за застежку его брюк. — «Если все пройдет успешно, можно убить сразу двух зайцев — и вознаградить Антонина за верную службу, преподнеся столь щедрый подарок, и получить важнейшего пленника», — рассудил волшебник. — «Ну, а при особом таланте, коим я наделен, ещё и проучить языкастую девчонку Кэрроу… Благо, Антонин сможет найти к ней правильный подход…» — решил Темный Лорд, усмехнувшись собственной хитрости. Последнее, что Он видел — тонкие, нежные руки, трепетно поглаживающие его плечи и соблазнительные пухлые губки, тянущиеся к его лицу, а потом все потонуло во тьме. Темный Лорд вновь ехидно ухмыльнулся, восстанавливая в памяти тот вечер. — Милорд? — чуть улыбаясь, обратилась к волшебнику та самая молодая женщина с копной великолепных кудрей, прибранных серебряной заколкой на затылке и длинном чёрном платье из струящегося шёлка. Всё-таки Беллатрикс была настоящей аристократкой — грациозной и очень женственной, хоть за годы войны некоторые начали об этом подзабывать, ассоциируя Пожирательницу лишь с образом расчетливого боевого мага, носящего брюки вместо пышных, привычных Чистокровным дамам юбок и вооруженного не веером, как полагалось аристократке, а волшебной палочкой или кинжалом, которыми Беллатрикс пользовалась как никто другой. — Я рада, что Вы веселы сегодня, — заметила женщина, ослепительно улыбнувшись. — Весел? Вот уж вздор, — отозвался Темный Лорд чуть холоднее, чем до того, вновь переводя взор на громко тикающие настенные часы. — Ну и где он? Правду говорят, русские не знают о пунктуальности, — насмешливо-ворчливо заметил мужчина, недовольно сощурившись. — Ну вы же знаете Антонина, Господин, — начала Беллатрикс, заглядывая Лорду прямо в очи. — Он задерживается только в самых крайних случаях. Повисло молчание, прерываемое лишь гулким движением стрелок на часах, да прерывистым дыханием женщины, присевшей на ковер у ног Темного Лорда и раболепно на него смотря. Её тонкие пальчики несмело коснулись Его холодной руки и чуть сжали ладонь в знак поддержки. Пожирательница нежно улыбнулась мужчине, на мгновение прикрыв глаза. Эту минуту хотелось продлить на целую вечность, но это было невозможно. Едва ли Темный Лорд когда-нибудь отступит от своих планов, да и разве не это упорство и силу воли она когда-то в нем полюбила? Тут в дверь неожиданно громко и настойчиво постучали, заставив расслабившуюся на мгновение женщину вздрогнуть. — Белла, тебе лучше временно переместиться на софу, — с нажимом произнес темный маг, отстраняясь от ведьмы. — Да, Господин, — тихо буркнула она с горечью, но всё же последовала к окну. Прямо под ним во дворе находился глубокий пруд, кишащий гриндилоу, вода в котором отчего-то перекрасилась в алый цвет… «Надеюсь, это рыжая бестия потеряла равновесие», — зло подумала женщина, ловя на себе укоризненный взгляд Тёмного Лорда. «Постарайся держать себя в руках», — прочитала Беллатрикс в Его глазах. Тем временем, в дверях образовался высокий, статный волшебник пятидесяти лет. На его бледном, длинном лице в некоторых местах уже залегли морщинки, некогда темные волосы начинали неумолимо седеть на висках, а походка мужчины после многочисленных ранений и травм была не такой твердой и уверенной, как прежде. И тем не менее, когда речь заходила о битвах, этому человеку не было равных в своем деле. Он один стоил двух, нет пятерых, даже десятерых авроров. Непревзойденный дуэлянт и несравненный мастер пыток. Антонин Долохов. — Милорд, Вы хотели меня видеть? — спросил мужчина своим привычно низким голосом. — Да, Антонин, — отозвался темный маг, прекращая отбивать пальцами ритмы по столу. — Присядь, это займёт немало времени, — полу приказал, полу попросил Он, указывая вошедшему Долохову на стул по левую руку от него. — Благодарю, — тут же сориентировался волшебник, занимая предложенное место. — Мадам Лестрейндж, — учтиво произнес мужчина, чуть склонив голову в сторону обернувшейся на него Беллатрикс. — Добрый вечер, Антонин, — произнесла женщина с улыбкой на лице, отдавая дань этикету и попутно убирая свои длинные темные космы в высокую прическу. — Итак, — начал Темный Лорд, пресекая все разговоры. — На данный момент нашей основной задачей является поимка Адамса Макалистера. Ты ведь помнишь его? — осведомился маг для пущей уверенности. — Разумеется, Мой Лорд, — отозвался Долохов, у которого в памяти всплыли образы один ярче другого, заставив его чуть улыбнуться. — Не так давно мы с Мадам Лестрейндж наведывались к нему для светской беседы, которая принесла нам весьма сочные плоды, — изрек мужчина, мастерски завуалировав цель кровавого рейда, в ходе которого он доставил грязнокровке немало увечий. — Именно так, — кивнул Лорд, возвращаясь к начатому. — Он нужен мне для допроса. Уверен, ты в силах поймать и доставить маггла ко мне ещё до заката. Я очень надеюсь, Антонин, — многозначительно сказал темный волшебник, выдерживая паузу. — Но я все же дам тебе в напарники кое-кого, — уже ухмыляясь, заявил Лорд. От него не укрылось то, как Антонин невольно закатил глаза и вздохнул. Ведь он хотел выполнить задание сам, без чьей-либо помощи. Сидеть в засаде с каким-нибудь сопляком вроде Селвина или, что ещё хуже, младшего Лестрейнджа, вовсе не хотелось. Между тем в дверь неуверенно и тихо постучали. Даже по эту сторону массивных дубовых дверей чувствовалось, что стучавший нервничает, и у него чуть дрожат руки. — А вот и она, — усмехаясь, провозгласил Темный Лорд, переводя взгляд на вошедшую в его кабинет волшебницу. — Да, готов поспорить, что скорее оборотни перестанут выть в полнолуние, чем Алекто Кэрроу соизволит прийти вовремя, — процедил волшебник, а на его губах появилась злобная усмешка, не предвещавшая ничего хорошего. Эх, если бы он сегодня находился в дурном расположении духа… — Прошу прощения за опоздание, Милорд, — тихо произнесла рыжеволосая девушка в длинном, никак не подходящем для боевого рейда платье цвета индиго. — Отец неважно чувствует себя, поэтому я должна была дождаться прихода целителя, — услужливо проговорила Алекто Кэрроу, переводя взгляд то на усмехнувшегося её смиренному тону Повелителя, в задумчивости сцепившего пальцы замком, то на Беллатрикс Лестрейндж, отвлекшуюся от разглядывания гриндилоу в пруду и теперь с презрением сощурившуюся в её сторону, то на небезызвестного, расположившегося за широким дубовым столом, Антонина Долохова, на грани приличия изучающего её всю с головы до ног. — Безусловно, это уважительная причина для опоздания, — ехидно изрек Темный Лорд с усмешкой, за которой последовал гогот Беллатрикс. Подавив желание проучить юную ведьму крепким пыточным, волшебник указал девушке на место слева от Пожирателя, сидящего с каменным выражением лица, и лишь изредка поглядывающего в её сторону. Но Алекто не спешила занимать предложенный стул. Сидеть рядом с этим суровым боевым магом, от одного взгляда которого мурашки по коже? «Да он же мне в отцы годится, а сильнее раза в три!» — в ужасе подумала Алекто, искоса глядя на отвернувшегося от неё Антонина. — Ааа… Повелитель, а можно мне? Можно… туда? — неловко пробормотала мисс Кэрроу, показав маленьким пальчиком на кресло по другую руку от Темного Лорда, напротив Антонина. — Это мое место, соплячка, — надменным тоном изрекла Беллатрикс, грациозно поднимаясь с софы, на которой она восседала ранее, неспешно шествуя к столу и располагаясь по правую руку от Волдеморта. Женщина наградила Алекто таким надменным и испепеляющим взором, что та замерла на месте, не зная, что делать. По идее, ей следовало как можно быстрее пробормотать бессвязные извинения и выполнить приказ Тёмного Лорда, сев рядом с самым опасным и жестоким мужчиной в его рядах, но было неимоверно трудно совладать с собой. Алекто не раз видела Антонина Долохова на светских раутах и балах, на которых он предпочитал или стоять подле Повелителя, о чем-то переговариваясь с ним вполголоса, или находиться в компании с другими Пожирателями Смерти, споря с ними о чем-то до хрипоты, или вовсе уединяться во многочисленных покоях особняка с какими-нибудь прелестницами, возраст которых не играл абсолютно никакого значения, при этом не смущаясь ни большого количества людей, ни изрядного количества выпитого алкоголя, ни даже ухажеров этих барышень. Однажды мисс Кэрроу попыталась подойти к Антонину на одном из балов, заведя с ним непринужденную беседу об обстановке в Магической Британии. Однако знания в военном деле подвели её и очень скоро сделали неинтересной и скучной в глазах тёмного мага. Впрочем, именно это помогло ей выпутаться из плена его зорких, хитрых глаз. Казалось, что эти очи пронизывали насквозь, впитывая каждый уголок её совсем ещё детского сознания. Но он смотрел на неё не как на ребёнка, а как на молодую девушку. Девушку, награжденную неоспоримой ослепительной красотой, но при этом обделённую особыми интеллектуальными талантами. Стоит сказать, что так на неё смотрело большинство людей из высшего общества, в кругах которого она появилась относительно недавно, став дебютанткой. Девушка никогда сильно не стремилась к власти, почету или постоянно сопутствующему её персоне вниманию, поэтому сейчас, когда все взгляды были обращены только на неё, рыжая ведьма прибывала в совершенно истеричном, шоковом состоянии. Она активно мяла юбки дорогого платья, не переставала трогать непослушные локоны и стреляла большими, по-детски очерченными глазками из угла в угол. Постояв столбом ещё с минуту и поняв, что здесь ей ничего не светит, волшебница была вынуждена все-таки присесть на самый краешек предназначенного ей стула. От поджарой фигуры Долохова исходила такая мощь и… страсть, что Алекто невольно покраснела. Для шестнадцатилетней аристократки из высшего общества даже такая близость с мужчиной казалась непозволительной, а голова тотчас же пошла кругом. Девушке хотелось сбежать отсюда как можно дальше, сверкая пятками, и в то же время крепко-крепко прижаться к темному волшебнику, прильнуть своим телом к его, коснуться губами… Нет, стоп. Об этом не может идти и речи. — Итак, как я уже сказал, на данный момент мы как никогда заинтересованы в удержании абсолютной власти над всей Магической Британией, — вмиг посерьезнев, заявил Тёмный Лорд. — Эта власть досталась нам по праву, благодаря успешному ведению военных действий, о которых, при благоприятном стечении обстоятельств, можно будет вскоре забыть раз и навсегда, — продолжал волшебник, переводя взгляд на Беллу, с фанатичностью смотрящую ему прямо глаза и оживленно кивающую, внимая каждому его слову. — Мы должны обезглавить Министерство, лишив его возможности мобилизации и любой другой военной деятельности. Нам необходимо раздробить оставшиеся звенья грязнокровок и подорвать их силу. А для этого нам прежде всего предстоит убрать с арены их жалкого вожака, — воодушевленно повествовал Темный Лорд, попеременно оглядывая всех присутствующих за столом. — Беда в том, что он находится под защитой старика Дамблдора, а потому практически неуязвим. Вы же, — Милорд обратился к притихшим Долохову и Алекто. — должны доставить мне человека, который, вне всяких сомнений, знает больше других о местонахождении Министра, — властно сообщил темный маг, заставив Антонина подобраться. — Вам уже доводилось встретиться с ним, а потому не думаю, что у вас могут возникнуть какие-то проблемы. Его адрес, как я вижу, ещё не успел сгладиться из твоей памяти, Антонин, это прекрасно. Постарайтесь уложиться до утра, — многозначительно проговорил Темный Лорд напоследок, махнув рукою в сторону двери и тем самым выгоняя Антонина и Алекто из кабинета. — Разумеется, Повелитель, все будет сделано в лучшем виде, — с уверенностью пообещал Антонин, улыбнувшись уголками губ в предвкушении долгожданного рейда.— Мое почтение, Мой Лорд, Мадам Лестрейндж, — еще раз учтиво произнес Антонин, удостоившись одобрительного кивка и поспешно двигаясь в сторону выхода. Выйдя из покоев Темного Лорда, Долохов смог наконец-то дать волю эмоциям и яростно закатил глаза. Мерлин и Моргана, отправиться на рейд с этой неуклюжей девчонкой, которую за бесполезность высмеивает весь Ближний Круг? Да это же немыслимо! Помощи от нее не дождешься, о пытках и убийствах и речи идти не может… Ну и зачем она? С таким же успехом можно было отправить его на рейд одного. Хоть проблем бы меньше было. Остается только один вариант. Кто-то скажет — грязный, недостойный аристократа, но Антонин Долохов никогда не жил по правилам и всегда славился тем, что брал всё, что хотел. Давно в этот список не входили привлекательные барышни, что, безусловно, нужно было немедленно исправлять. Ради этого, пожалуй, можно и потерпеть Кэрроу со всеми её замашками. Да и неужели нет никаких плюсов в том, чтобы провести ночь в засаде с юной непорочной девицей? Алекто молча смотрела на темного мага. Спустя несколько минут затянувшейся паузы она чуть заметно задрожала, и Антонин не мог сказать от чего именно — холодного северного ветра, дующего в приоткрытое окно в коридоре или от его непозволительной и такой непривычной для юной волшебницы близости. Мужчина сделал пару шагов навстречу мисс Кэрроу, заставив её в испуге отшагнуть назад. «Мерлин, зачем я вообще сюда пришла?» — простонала девушка, делая ещё шаг назад и оказываясь у стены, готовясь позвать на помощь в случае чего. Впрочем, едва ли её жалкая жизнь интересовала в этом доме кого-то кроме неё самой. Но Антонин лишь протянул ведьме руку, выразительно на неё взглянув. — Нам нужно аппарировать, — напомнил он, закатывая глаза. — Ты можешь не разыгрывать этот спектакль? — простонал маг, отчего Алекто виновато потупилась. — Простите, сэр, — тихо сказала она, глядя на волшебника исподлобья и нервно комкая полы дорогого платья. Переборов страх, волшебница протянула мужчине тонкую кисть и невольно вздрогнула, когда тот с силой сжал её, с удовольствием оставляя синяки на бледной коже. «Мерлин и Моргана, неужто я вечно буду бояться его?» — простонала про себя Алекто, смотря в бесстрастные и холодные глаза. Кто бы мог подумать, тогда — в далеком семьдесят шестом, что столь чудовищное и противоречащее любым нормам аристократии знакомство станет судьбоносным и представит Британии пару из двух абсолютно противоположных друг другу людей?..