Престол Дракона

      Пылающий огонь медленно и мучительно отразился в синих глазах Грача. Его едкий запах разъедал лёгкие, а теплота перелилась по сосудам крови, будто внушая в тело свою покорность. В руках лорд Баратеон держал факел, освещая путь по Драконьему Камню. Темнота коридоров отступала перед огнём, и мужчина смог свободно выйти из лабиринтов стен, навстречу свежему воздуху и свободному пространству.       Позади него поспевала Сумеречница, недовольно косясь на своего мужа. Её напряжение передалось и Ветерку, идущему последнему. То, что случилось в Винтерфелле, удивило не только его. Что же всё-таки произошло? И зачем Грач потребовал уехать сразу же после побега Искры? Ветерок поднялся по винтовой лестнице и вошёл в тронный зал. Огромные двери скрипуче открылись перед ним, и сразу же ему в глаза упала тень каменного трона, сделанного с помощью драконьего огня. Сила этого трона так и сквозила по стенам с расписными драконами и железными лампадами.       Грач бушевал. Он собирался в Винтерфелл, оставил свой замок на погибель, как и своих солдат, которых нечем обеспечивать. Он хотел заполучить наследницу Севера, чтобы преподнести Владыке Света королевскую кровь, дабы избавить свои земли от мучений. Мало того, что он не смог женить своего сына на девке Старков, так ещё и Звездоцап объединился с Оцелоткой Грейджой — королевой Железных Островов, на которых она правит. Оцелотка хороший боец и умный тактик в боях, и её корабли могут разгромить Драконий Камень с моря, которым он окружён. Её люди всегда славились разбойнической репутацией.       Ясно одно — он и его семья в ловушке. Что скажет Владыка Света на его неспособность править и удержать войско…       Грач от бессилия вскрикнул, уронив железные подставы для огня. Угли с треском упали на каменный пол и затухли. Сумеречница поджала губы и подошла ближе. Лорд не заметил её движений, он ушёл в себя. Осев на колени, Баратеон зашептал:        — Я хотел спасти замок от атак Звездоцапа… Я хотел спасти вас, я хотел спасти себя и своё войско…       Сумеречница не стала склоняться над ним. Прожив с этим человеком половину своей жизни она поняла одно: Грач слишком упрямый и не станет делиться с ней тем, что думает. Единственное, что её гложило, так это настоящая причина посещения Винтерфелла.        — Грач, что тебе сказал Владыка Света? — осторожно спросила она, взглянув на Ветерка. Парень съёжился под чёрной накидкой. Ещё никогда он не видел отца в таком безысходном положении.        — Он сказал, — нежный голосок раздался позади трона, и через мгновенье свет огня осветил хрупкий силуэт женщины. — Чтобы Грач пожертвовал ради своего блага королевской кровью Баратеонов.       Сумеречница недовольно, почти в ярости, поджала губы, когда таинственная женщина в красном одеянии вышла из темноты. Её огненного цвета волосы волнами спускались по плечам, а руки были опущены в карманы плаща. Это была Ласточка — красная жрица, подчиняющаяся Владыке Света. Она практикует магию и толкует Баратеонам знаки, посланные Богами. Сумеречница всегда её недолюбливала, особенно когда Ласточка постоянно находилась рядом с Грачом. Ревность всегда затмевала разум Сумеречницы, от чего Грач всегда искал причины не находится рядом с ней довольно часто.        — Тогда зачем мы поехали в Винтерфелл? — недоумённо спросил Ветерок. Он словно находился между двумя огнями, которые вот-вот вспыхнут. — Зачем нам нужно было ехать в Винтерфелл, если все Баратеоны здесь?       Сейчас парень окончательно осознал полное безумство Владыки Света. Ему нужна жертва, королевская кровь Грача. Но… Все родственники, что были у его отца, сгинули с лица земли давно, а остались только он и Сумеречница. Ветерок в немом отчаянии посмотрел на Грача, словно умоляя его не делать того, что приказал Владыка Света, но тот не смотрел на своего сына. Его синий взгляд был устремлён на Ласточку, а та в свою очередь тепло посмотрела на Ветерка.        — Твой отец хотел сделать как лучше. Владыка Света подсказал ему женить вас на чистокровной наследнице, и вашего ребенка преподнести в жертву.       Ветерок в ступоре наблюдал, как отец меняется в лице. Его глаза просили прощения у сына, только вот язык никак не хотел сказать заветные слова в его сторону, чтобы хоть как-то скрасить мрачную обстановку в замке. Грач отвернулся от него.        — Что мне делать? — хрипло спросил он, вскинув голову навстречу взгляду Ласточки. Красная жрица улыбнулась губами, словно не замечая, как Сумеречница клокочет от ярости, и пригладила маленькой ладонью тёмные волосы своего лорда. Голубые глаза женщины рассматривали черты лица Баратеона жадно, как волк на кусок мяса.        — Владыке Света нужна жертва, — спокойно сказала она и подала руку Грачу. Лорд встал не спеша, пошатываясь, но взгляд не отводил от красной жрицы. Ласточка продолжала: — Баратеоны должны жить и смести с лица земли правление Звездоцапа. Или мой лорд не хочет остановить его нашествие на свои земли, как это было предрешено древним пророчеством?       Грач безвольно открыл рот, будто хотел сказать, но не мог подобрать слова. Сумеречница всплеснула руками.        — Нам не нужна помощь Владыки Света! Он чуть не подверг нас опасности, — её раздражали поучения Ласточки и её контроль над её мужем. — Мы сами справимся со всеми проблемами, ибо всегда так делали.       Ласточка покачала головой. На миг Сумеречнице показалось, будто в её нежно-голубых глазах зажглась ярость, но красная жрица умела управлять своими чувствами и сейчас она умело скрыла бушевание внутри неё под спокойным голосом.        — Грач, мы должны провести ритуал, — мягко продолжила она. — Если ты не преподнесешь её, Драконий Камень подвергнут опасности. Тогда ты не сможешь совершить начатое.        — Искра Старк сбежала. Как я женю своего сына? — раздражённо огрызнулся тот.       Мурашки пробежались по коже Ветерка.       Наводнившие его чувства слепого отчаяния, Грач повернулся к Сумеречнице. Женщина невольно вздрогнула от его немого сожаления во взгляде.        — Ты же не хочешь… — её голос сорвался, когда Грач отвернулся от её.        — Это обязательно? — судорожный шёпот пронёсся до слуха Ласточки, и та утвердительно кивнула.        — Стража, — отчётливо подозвал он верных людей. Двое мужчин с длинными копьями и щитами мгновенно подошли и поклонились лорду. — Уведите мою жену. В темницу.        — Грач, ты не можешь! — закричала Сумеречница, вырываясь из рук стражей. — Ты не можешь! Владыка Света не существует, Ласточка преподносит неправильную веру. Отпустите меня!       Ветерок хотел ринуться на помощь матери, но Грач остановил его, положив руку на плечо. Его синие глаза помертвели, а лицо словно постарело на несколько лет вперёд. Ему самому было тяжело, а продолжавшийся крик Сумеречницы в коридорах до сих пор отдавались в тронном зале громким эхом.        — Такова воля Владыки Света, — уверенно произнёс он. — Жизнь твоей матери в обмен на нашу.        — Она не только моя мать! — Ветерок яростно прошипел. Ему было стыдно, что не спас Сумеречницу. Ему было страшно находиться здесь рядом с отцом и красной жрицей. — Она ещё и твоя жена.       Парень брезгливо, почти с силой освободился от хватки отца и поспешил скрыться в своих покоях. Грач проводил сына грустным взглядом и повернулся к Ласточке. Её тёплая улыбка успокоила мучения лорда. Он знал, что поступает правильно.

***

      Искра покосилась на проезжающих мимо солдат Болтонов.       Как и говорил Сол, Звездоцап напал на войска Березовика и разгромил их, воспользовавшись внезапностью. Речные земли всё-таки подверглись нападению. Ещё неизвестно, выжили ли Белохвост и Чёрный Коготь Талли — дед Искры и Голубки и его брат, но в любом случае, здесь оставаться опасно.       За всё пребывания на речных землях войска Болтонов уже настигли Риверран. Искра, Сол и Львиносвет наблюдали со стороны, как множество солдат проходят по границе к Утёсу Кастерли. К западу придётся идти ещё несколько недель, и за всё это время Искра вынашивала план по спасению Голубки.       Обойдя склон с тележками каких-то крестьян, троица устремилась вперёд, к западу. Они оставили речные земли позади, как и приближающиеся к Риверрану войска Болтонов. Искра еле удержала Веллию не наброситься на солдат.        — Нам надо поспешить к Утёсу, чтобы приехать быстрее них, — подал голос Львиносвет, исподлобья косясь на телеги с припасами.       Тишина настала после этой фразы, и трое всадников не проронили ни слова, пока добирались до Утёса. Путь был долгим, благо Львиносвет знал более короткую дорогу к пункту назначения, и спустя несколько дней недосыпа, тяжёлой дороги и в мозоли выбитые ноги, они уже выскочили на песчаный берег утёса, прямо под замком, где и бушевало рассерженное ветрами море. Веллия первая бросилась вниз, вынюхивая признаки опасности.        — Как мы войдём в замок? — подала голос Искра, пришпоривая лошадь возле огромного утёса, закрывающего берег от окон замка.       По словам Белолапы он был огромным, а своими куполами достигал голубое небо, что даже чайки не смогли бы достичь их пиков. А отец рассказывал, что благодаря тому, что замок стоял на Утёсе, то подступиться к нему с берегов моря было невозможно, если только атаковать возле него. И это было вполне реально: вокруг замка с другой стороны были огромные, простирающиеся чуть ли не до речных земель златые поля пшеницы и льна. Даже деревья встречались реже обычного.       Львиносвет и Сол тоже остановились. Копыта лошадей чуть не увязли в жидком песке от морских вод, и поэтому троице пришлось отвести их повыше утёсов.        — Я знаю один вход, — начал Львиносвет, когда они спустились под скалы. Он нашёл небольшую палку и обрисовал примерный Утёс. — Когда я гостил в Винтерфелле, мне часто приходилось находить темы для разговоров с Ланнистерами. Вполне самым общительным был Огнехвост. Он любил потрепать языком об их замке и золоте, которое лежит под ним, — Львиносвет хмыкнул, вспоминая, казалось бы, далёкие времена. — И он однажды проболтался, что под Утёсом есть потайной вход, о котором знает только доверенные люди Ланнистеров.        — И что представляет из собой этот потайной вход? — Насторожилась Искра.        — Канализация, — Львиносвет провёл дорожку из нарисованного берега к самому замку. — Под утёсом есть пещера. Нам всего лишь нужно пройти чуть дальше от берега. Внутри этой пещеры есть несколько ходов, но Огнехвост ясно сказал: если мы хотим достичь замка, то нам нужно завернуть в правую сторону. И эта дорожка выведет нас прямиком в центр внутреннего двора.        — Сойдёт, — Сол одобрительно кивнул Львиносвету. — Нам осталось только дождаться нашествия войск Болтонов и пробраться к люкам. Ланнистеры будут заняты гарнизоном и атакой со стен, так что нам не составит труда отыскать Голубку.       Искра облегчённо вздохнула. Впервые она почувствовала облегчение. Она освободит свою сестру! Она сделает это ради погибших родителей. Девушка испытывала надежду. Надежду на лучшее, надежду на жизнь. А, как говорится, надежда умирает последней.        — Уже темнеет… — Сол огляделся в поисках места для ночлега. — Пора бы развести костёр, на сыром берегу легко отморозить себе конечности.        — Я поищу хворост, — вызвалась Искра и, не дожидаясь кивка со стороны своих попутчиков, направилась к скалам. Её верная волчица поспешила за хозяйкой, и её неунывающий взор красных глаз придал девушке силы.       На западе было безумно жарко. Никакого северного ветра или сырости речных земель. Только суша и палящее в затылок солнце. Но сейчас погода заметно ухудшилась: небо покрылось облаками, которые прикрывали изнурённую жарой землю от ярких лучей, а совсем вдалеке, колосья и листву трепал ещё лёгкий ветер, не предвещающий ухудшение погоды.       Искра склонилась под цепью кустов боярышника и собрала под его ветвями достаточно много сухих веток. Девушка скинула их в одну большую кучу, чтобы освободить руки, но когда она склонилась в очередной раз, земля затряслась. Послышался отдалённый топот копыт.       Леди Старк испуганно вскинула голову, почти прижимаясь к кустам, чтобы её не заметили. Кто это? Неужели войска бастарда так быстро достигли Утёса? Веллия мгновенно зарычала, оторвав свой чёрный нос от земли.       Но её опасения не оправдались: по полю бежали двое всадников. И одного она узнала. Это был Коршун. Его тёмные густые волосы она узнает везде и всегда, в особенности спадающую на лоб чёлку. Посадка его головы, мускулистые плечи, величественная осанка так и кричали Искре о том, что это Болтон. Он уверенно держался в седле правой рукой, а левой направлял вороную, как смоль, лошадь к воротам замка Кастерли. Всадник, скачущий рядом с ним, был Искре не знаком, хотя она видела его пару раз в Винтерфелле.       Девушка склонилась к кустам ещё ниже, чтобы её светлые волосы были менее заметны.        — Веллия, иди сюда, — подозвала она волчицу, и та мгновенно скрылась за её спиной. Благо кусты были выше её, и светлая шерсть скрывалась в густой листве.       Неожиданно громкий басовитый гонг со стены замка оповестил его жителей о том, что к воротам направляются двое всадников. Бастард вместе со своим солдатом остановились в нескольких метрах от Кастерли, будто специально у всех на виду. Что же хотел этот Коршун? Точно не объявлять свою капитуляцию.       Лучники выставили вперёд острые стрелы со стены, говоря, что дальше хода для Болтона нет. Весь замок будто накрыла пелена настороженности и затишье перед бурей.       Ворота медленно открылись, и выскочил другой всадник на белоснежной лошади. В нём Искра узнала одного из воинов Ланнистеров, и это был не Когтегрив. Трое людей о чём-то говорили, не повышая голоса и тембр, словно это была запланированная встреча. Коршун вытащил довольно большеватую шкатулку, расписную серебряными розами, и кинул её солдату Ланнистеров. Спустя несколько минут он деловито развернулся на лошади и вместе со своим воином ринулись обратно через поле, куда-то в редкую чащу западных лесов.       Когда ворота замка закрылись, а всадники стали отдаляться, Искра вышла из своего укрытия. Девушка задумчиво проводила в последний раз взглядом Коршуна, и почему-то почувствовала неприязненную тягу к нему. Она не знала каждый миллиметр его тела, но хотела вонзить в него свой меч и располосовать мужскую кожу. Несколько дней назад она ничего не чувствовала к Болтону, потому что все свои эмоции она выплеснула в ту зловещую ночь, когда пали её родители. Но сейчас… Она хотела увидеть в глазах Коршуна сожаление или боль. Чтобы его серо-голубые глаза закрылись и больше не очаровывали её.       Искра стиснула зубы. Как же сложно, о Боги! Она хотела мести! Она хотела причинить ту боль, которую испытала. Березовик и Белолапа умерли из-за него и Звездоцапа, а сейчас в его руках Север и, если он выиграет эту битву, западные земли тоже станут его собственностью.       Нет, она этого не допустит. Она собьёт с него спесь, но не сейчас.       Девушка глубоко вздохнула, пытаясь выбросить из головы то, что к нему чувствует. Но она не могла определиться, что именно испытывает к Болтону.       Веллия отвлекла её от мыслей рычанием и рысцой потрусила к скалам. Забрав тот хворост, который она собрала под кустами, Искра ринулась к берегу. Наверное, Львиносвет с Солом уже дождались её.        — Долго же ты, — сощурился Львиносвет, когда леди Старк положила на сырой песок гору веток.        — Я видела всадников, — просто сказала Искра. Тон её голоса немного приобрёл другой оттенок. Если ранее она чувствовала себя облегчённо, то сейчас её силы истощились. — Один из них был Коршун Болтон и его солдат. Они вдвоём устроили переговоры с Ланнистерами, но сам Когтегрив не выехал на встречу. И ещё… — Искра судорожно стала припоминать то, что упустила. — Коршун отдал какую-то шкатулку солдату Когтегрива. Я не увидела, что там.        — Они так быстро достигли западных земель? — удивился Сол, складывая принесённый Искрой хворост в кучу. — Вы видели, куда они поехали после встречи?        — Да. Они направились к лесам, где мы ночевали несколько дней назад, — ответила девушка.        — Я поеду за ними, — уверенно отчеканил мужчина тоном, не принимающих возражений. — Мы должны знать, когда именно они доберутся до Утёса, чтобы вовремя найти канализационные люки.        — Но это опасно, — нахмурился Львиносвет, невольно, почти тоскливо, взглянув на замок, возвышающийся высоко от него. — Тебя могут отследить и убить, не задумываясь.        — Я приеду к рассвету, — только и всего сказал Сол. — Но если меня не будет к восходу солнца, то действуйте без меня, — мужчина завязал на поясе ножны с мечом и закинул на голову чёрный капюшон. Искра остановила его рукой. — Вам не стоит волноваться, Искра, — вздохнул он, вжимаясь головой в ткань. Ему было стыдно показывать своё ужасное лицо со множеством шрамов, которые никогда не заживут.        — Я не волнуюсь, — пожала она плечами. Её тон заставил Сола вздрогнуть. Он был спокойным и отчуждённым, словно её не волновала возможная опасность. Мужчина собирался что-либо сказать на прощание, но Искра его опередила. — Я знаю, что ты вернёшься.       Он дотронулся до её плеч, но девушка осторожно отпрянула от него.        — Мы ждём тебя, Сол.       Сол взглянул на девушку ещё раз и направился к своей лошади. Неизвестно, вернётся ли он, переживёт ли эту ночь, но она надеялась на это. Больше у неё не осталось верных советников. Ни Долголапа, ни Терновника, верных людей Березовика. Возможно, где-то они далеко отсюда и живут в здравии, но явно не намеревались искать ее.       Искра проводила его глазами и обернулась к замку.        — «Надеюсь ты там в порядке, сестра…»                     Голубка словно прочла мысли сестры. Девушка глубоко вздохнула, невольно выглянув в окно из своей башни.       Замок словно стал муравейником. Солдаты сновали туда-сюда, мейстер Пёрышко был занят подготовкой своих снадобий для тяжелораненых, а Огнехвост ему помогал, в то время как его старший брат всё время проводил в главном зале, советуясь с командирами гарнизонов и лучников.       Всё бы ничего, но Голубка чувствовала себя ужасно с каждой минутой. Напряжение росло между людьми за столом, во дворе, при беседах. Гибель неминуема, но многие знали, что Утёс Кастерли выстоит, как все прошедшие века.       Голубка отвлеклась на Белого Клыка, который мощной пастью терзал принесённый служанкой кусок зайчатины.        — Твою мать!       Громкий крик разнёсся по коридорам замка, заставив кровь Голубки застыть в жилах. Она испуганно посмотрела на дверь в свою комнату, как будто ожидала вторжения.        — Как смеет этот ублюдок присылать мне такое?!       Снова крик, снова визг Рыжинки. Это кричал Когтегрив.       Голубка прикусила губы и, сжав руки в кулаки, вышла из комнаты и по винтовой лестнице, отделанной мрамором, спустившись в главный зал. Она давно не выходила из своей опочивальни и было совсем непривычно вновь гулять по замку. Единственное, что её манило выйти из комнаты, это узнать причину криков.        — Я его убью, раскромсаю и отдам на съедение псинам!       Девушка ватными ногами дошла до дверей и тут же остановилась. Её глаза налились слезами, и она невольно всхлипнула.       Когтегрив держал в трясущихся руках посиневшую рыжую голову Рябинника. Его глаза выкатились из орбит, а рот открылся в беззвучном крике. Ряды ровных зубов пожелтели, вызывая рвотные позывы у Голубки. Парень обернулся на звук у дверей и встретился глазами с помертвевшим лицом девушки. Рука потянулась ко рту, пытаясь сдержать рвоту Голубки. Но сама того не осознавая, вместо съеденной еды, у леди Старк тонкой струйкой из носа потекла кровь. Ноги подкосились, и тело с глухим стуком упало на пол. Последнее, что она увидела, это шкатулку, стоящую на столе, с посеребряными розами.

***

      Утро не выдалось солнечным и спокойным. С самого рассвета в воздухе почувствовался солоноватый запах крови, заставляя Искру содрогаться при каждом шорохе, а небо покрылось серой пеленой, не пропуская на землю свет. Сола ещё не было.       Львиносвет сидел неподалёку от Искры, укутавшись в плащ. Костёр лениво догорал свои последние минуты и нисколько не согревал парня от нашествия морских бурь на берег, на котором они сидели. Одна леди Старк, словно статуя, была неподвижна и не замечала изменившейся погоды. Веллия ходила перед ними кругами, нервно облизывая свою морду.        — Ты же не думаешь, что Сола поймали? — спросила Искра у Львиносвета. Её синие глаза помертвели, а губы стали синими от холода. Руки в кожаных перчатках сжали рукоятку меча.        — Нет, не думаю, — уверенно ответил наследник Аррен. Как бы ему самому хотелось в это верить.       И к облегчению всех, звук копыт известил их о приближении всадника.        — Нам нужно торопиться!       Искра обернулась и с облегчением выдохнула. Это был Сол. Всё такой же торопливый Сол приехал обратно, без единой царапинки.        — Их много, — глаза Сола расширились. — Их очень много. Я посчитал не всех но… Их больше десяти тысяч, я никогда не видел такую большую армию.        — Ну конечно, у Звездоцапа королевская казна полна золота. Он мог купить хорошо обученных наёмников, — хмыкнул Львиносвет, ловко покрутив в руке кинжал.        — Это ещё не все, — Сол повернулся к Искре. — У них более десятка катапульт. Они разрушат стены замка быстрее, чем мы спасём Голубку.        — Когда армия прибудет к Утёсу? — руки девушки похолодели ещё больше. Она чувствовала страх. А Коршун хорошо подготовился… Под стать своему отцу.        — Уже…       Сол не договорил. Громкий гонг из стен замка перебил его. Мужчина мучительно зажмурил глаза, словно пытался закрыться в себе на всё время войны. Искра с Львиносветом мгновенно встали и бросились к своим лошадям. Веллия уже стояла на склоне холма с наблюдательного пункта.       Когда леди Старк взобралась рядом со своей волчицей, её рот раскрылся от удивления.       Тысячи и тысячи людей выходили из ворот Утёса Кастерли. Их доспехи сверкали на блёклом свету, шлемы были надеты на головы, с развивающимися бархатистыми лентами, а на их красных щитах золотом были изображены яркие львы, стоящие на задних лапах — знамя Ланнистеров. Впереди этих цепочек скакали сотни всадников на белоснежных лошадях. Все командиры кричали солдатам, пока те выстраивались в многорядовые фланги, а сзади их процессии с длинными копьями были поставлены воины.       Между строями медленным шагом шла красивая лошадь в серую крапинку, а на её спине гордой осанкой сидел сам лорд Ланнистер, Когтегрив, вместе со своими верными советниками.       В руках он нёс свой шлем. Да, он был красив в этих отделанных медью доспехах. И Голубка это прекрасно знала. Но всё же упрямо не давала себе думать об этом. Обида на Когтегрива до сих пор не развеялась.       Из главного зала, где сидела она и остальные Ланнистеры, было отлично видно само поле боя. Рыжинка волновалась ещё больше, когда её сын сам вызвался командовать своим войском. Голубка прекрасно слышала, как она уговаривала предоставить это дело более опытным командирам, но тот рьяно отказывался. Его добило то, что принесли ему вчера на переговорах.        — Всё будет хорошо, — прошептала Рыжинка, сжимая в руках сшитый ею шёлковый платок. — Мой первенец справится. Он сильный, он отомстит за своего отца…        — Я знаю, — девушка покосилась на выстроившихся солдат. После того, как она упала в обморок в этом же зале, когда увидела то, что осталось от Рябинника, Голубка явно ощутила, что до сих пор не может простить Когтегриву его союзничество с Болтонами и Баратеонами. Даже его отец заплатил своей жизнью, а Звездоцап его обманул.       Голубка вновь повернулась к окну, на этот раз желая сбежать из замка как можно скорее. Белый Клык был рядом и недовольно скулил, прислушиваясь к звукам снаружи.       Когда армия Ланнистеров выстроилась широким флангом вдоль Утёса Кастерли, из лесов напротив них стали выскакивать всадники, и все на одно лицо. Постепенно все люди Болтонов стали выстраиваться в сплошное месиво, вперёд выставляя копья и щиты со знамёнами освежёванного человека. Но это ещё не все. Как и предсказывал Сол, Коршун прихватил с собой десятки катапульт.       Сначала Искра не поверила, но когда сами деревья стали расступаться перед солдатами, тащащих на своих плечах канаты, девушка увидела мощные деревянные строения. Катапульт было много, и все они выезжали в определённом шахматном порядке посреди своей стороны поля. Все кричали, командиры выстраивали наиболее удачные цепи атак. Лучников поставили первыми на всю площадь поля.       И, наконец-то, Искра увидела его. Коршун был, как и вчера, на вороной лошади, в той же одежде без доспехов, с кожаным жилетом и мечом на поясе. Глаза прищурились и в упор смотрели напротив него, туда, где стоял Когтегрив.       Оба огня встретились.        — Надо идти, Искра! — крик Сола вывел девушку из минутного транса. Она не могла отвести взгляд от Коршуна. Он уверен в своей победе, он выиграет.        — Искра!       Леди Старк отвернулась от него, заметно подкосившись. Надо идти, надо спасти Голубку…       Львиносвет первый ринулся к скрытой всеми пещерой под Утёсом. Искра с Веллией побежали за ним, а Сол занимал конец цепочки, чтобы в случае чего прикрыть их. Пришлось зайти в море неглубоко, чтобы дойти до этого потайного хода. Если бы у троицы была лодка, всё было бы намного легче.       Львиносвет перелез через преграду камней, ограждающих пещеру, и первый поднялся по небольшому строению в виде лестницы. Темнота охватила стены, благо на железных лампадах были зажжены факелы. Веллия побежала впереди Искры и внезапно остановилась. Дальше коридоры удваивались.        — Куда, ты говорил, нужно идти? — взволнованно спросила Искра, пытаясь разглядеть сквозь темноту хотя бы немного дневного света. Но как назло всё померкло в глазах.               — Правый фланг, выстроились! — закричал один из командиров позади Когтегрива. Парень, не сводя взгляда, в упор смотрел на того, с кем сегодня будет сражаться. Он не ожидал, что Болтон решит взять с собой и катапульты. Они вполне могли разбить его войска и атаковать замок снизу. Но это его территория, его замок, а в нём — его семья и Голубка. Он победит, и был уверен в своей победе.        — Лучники, стрелы наложить! — закричал кто-то.        — Стрелы наложить! — повторил голос.       Целая цепочка, выстроившаяся вдоль стен замка, натянули мощные стрелы на тетивы луков, ожидая знаков от главнокомандующих. Настала тишина.       Когтегрив не сводил напряжённого взгляда с Болтонского Бастарда. А тот, казалось бы, был готов к такому, отчего лишь спокойно обвёл глазами его войско. Из его армии солдат было более десяти тысяч. Звездоцап отлично его обеспечил.       Лорд Ланнистер пришпорил свою белую кобылу и надел на свою голову шлем.       Коршун не стал ничего на себя надевать, да и ему было достаточно кожаного жилета. Доспехи часто сковывают движения. Бастард лениво снял чёрные перчатки и отбросил их в сторону, вытащив из огромных ножен меч. Его советники на лошадях сделали тоже самое.        — Стрелы наложить! — крикнул кто-то.       Лучники со стороны Болтона натянули тетивы и подняли концы стрел вверх.               — Нам направо! — воскликнул Львиносвет и первый метнулся в сторону тёмного коридора. Однако этот оказался более свободным, чем предыдущий, а факелы стали появляться чаще.       Искра побежала за ним вместе с Солом. Она старалась ради себя и Голубки быть хладнокровной, уверенной, но внутри себя она бушевала и волновалась.       Когда троица достигла лестничного перелёта, Веллия первая побежала по ступеням и массивной головой подпёрла деревянный люк. Тот со свистом открылся, и дневной свет вылился в коридор. Волчица растворилась снаружи. Львиносвет выскочил следом за ней. Искра поспешила за парнем, на ходу вытаскивая Драконье Пламя из ножен.       Как и говорил Львиносвет, эта дорожка выведет во двор замка. Все солдаты сновали туда-сюда, что-то вытаскивая из телег или же наоборот, что-то унося. Все кричали. Слуги Ланнистеров с визгом носились по углам. Львиносвет огляделся и заметил лестницу, ведущую на смотровую площадку, а оттуда прямиком до главного зала.        — За мной!       Ноги Искры не послушались. Она испуганно взглянула на стену замка. Внезапная тишина воцарилась везде. И звуки битвы прервали её.              Когтегрив обнажил свой меч и вскинул его над головой. Его солдаты восприняли это как знак к началу битвы, и все выстроившиеся всадники с копьями ринулись в центр поляны.       Коршун Болтон взмахнул рукой:        — Заряжайте катапульты.       Несколько воинов вместе взяли приготовленные снаряды и положили в углубление строения. Миг — и множество камней и острого стекла посыпались прямо на скачущих к войску Болтона всадников.        — Огонь! — воскликнул он, и стрелы полетели в небо, словно птицы, атакуя противников с неба.       Коршун поднял свой меч и первый повёл свою армию навстречу оставшимся солдатам Ланнистера. Когтегрив стиснул зубы от ярости и закричал:        — Вперёд, чего вы ждёте?!       И сам же ринулся на Болтона. Жажда мести запеленала его разум, а это не всегда могло спасти человека, если его заполоняет зависимость. Коршун держался в седле уверенно, и своим мечом пронзал каждого противника, который посмел бы подойти к нему. Его верные воины были под рукой и сражались рядом. Снова раздались звоны катапульт, крики лучников.       Когтегрив прорывал дорогу сквозь бьющихся между собой солдат. Он хотел сразиться один на один с бастардом и уничтожить его. За семью, за отца, за замок. И он нашёл его. Гордый Коршун Болтон сражался сразу с четырьмя всадниками Ланнистера. И всех он победил легко. К удивлению, с мечом он сражался так же отменно, как и с луком. Когтегрив разозлился ещё больше, но на этот раз на своих солдат. Да как они смеют проигрывать этому жалкому отродью?!       Он закричал, выплёскивая в свой крик ярость и безумство, и кинулся на Коршуна, пока он вытирал свой окровавленный меч об чью-то одежду. Коршун не предусмотрел этого, а Когтегрив воспользовался внезапностью и атаковал его. Меч Ланнистера просвистел рядом с лицом Болтона, а их лошади столкнулись.       Бастард спрыгнул со своей кобылы и оскалился, держа наготове оружие, а Когтегрив не успел, и собственная лошадь придавила его к земле.        — Собирался убить меня, щенок?!       Доспехи Когтегрива звонко затрещали, когда Коршун вскинул меч и ударил его по груди. Ланнистер сжал губы и поспешил встать, но Болтон вновь нанёс удар, тем самым скинув его шлем с головы.        — Я не просто Болтон, — зарычал Коршун. Его серо-голубые глаза наполнились безумным огнём. — Я, мать твою, лорд Винтерфелла и твоего жалкого замка! Мои солдаты разгромят его и оставят лишь гору камней. Я предлагал тебе мир, недоносок, — он разъярённо пнул Когтегрива по лицу, и его голова наотмашь ударилась об землю.       Коршун ещё раз замахнулся на него, но на этот раз лорд Ланнистер смог увернуться и потянуться за своим мечом, отлетевшим на несколько метров в гущу битвы.        — Мой отец был благородным человеком, — сквозь кровь залепетал он. — Вы обещали ему земли и независимость, но не дали этого… Вы виноваты в его смерти, и только!       Коршун обошёл его стороной и пнул его меч ещё дальше. Мужчина склонился ещё ниже, чтобы донести до побеждённого последние слова.        — Он просил слишком многое, — хмыкнул он и театрально вздохнул, словно объяснял парнишке обыденное. — А ты знаешь, как нехорошо требовать того, чего не заслужил.        — Милорд, войска Ланнистеров отступают.       Коршуна отвлёк Остроглаз Мормонт. Его телохранитель вновь явился на этом свету победителем, а на его доспехах была забрызгана кровь врагов. Лорд Болтон оглядел вокруг себя: тела лежали вдоль стен замка, поверженные и убитые, лошади кучами валялись поодаль своих наездников.        — Отлично, — он брезгливо отошёл от Когтегрива. — Добивайте остальных, и заприте его в клетке, я с ним ещё поиграю.       Остроглаз кивнул и поднял поверженного лорда Ланнистера, который медленно терял сознание.               — Идёмте, леди Старк, — Сол подгонял девушку до самих коридоров замка. Она то и дело останавливалась, чтобы прислушаться к звукам битвы и понять, кто кого побеждает. Искра очень надеялась на победу Когтегрива, но судя по численности Болтона и его хорошим тактикам, это было маловероятно.       Троица завернула за угол коридора замка.        — И куда теперь? — зарычал от бессилия Львиносвет.        — Давайте разделимся, — предложил Сол и кивнул в другую сторону. — Я иду туда, а вы поднимайтесь по следующим коридорам. Встретимся тут.       Искра с Львиносветом кивнули, и троица разделилась.        — Может быть Веллия сможет отыскать Голубку? — повернулся к ней Львиносвет, пока они в очередной раз лавировали по лестницам.       Искра подозвала волчицу, которая бежала впереди, но та не повернулась к ней и остановилась. Её тело словно окаменело, и Веллию обездвижело так на несколько секунд, пока та радостно не заворчала и не побежала дальше.        — Кажется, она учуяла запах своего брата, — пролепетала Искра, напоминая Львиносвету о том, что Голубка тоже имеет своего лютоволка.       Девушка ринулась следом за Веллией, надеясь на то, что в замке не останется солдат. Иначе они могут запросто убить её друга. Но волчица благополучно вывела их к большим дверям главного зала и заскулила.        — Они тут? В главном зале? — удивилась Искра. — Это место в самом сердце замка, враги запросто могут убить и Голубку, и остальных наследников.        — Сейчас некогда, — рыкнул Львиносвет и открыл двери.       Те со скрипом отворились. И первое, что увидела Искра, была сестра. Голубка в шёлковом платье была целой и невредимой, а рядом с ней сидели Рыжинка, Светлоспинка и Огнехвост. Та сначала не поверила, кто же всё-таки стоял напротив неё, но когда Белый Клык радостно побежал навстречу Веллии, оцепенение Голубки пропало. Слёзы невольно навернулись на глаза. Искра жива, жива, о Боги! Она цела!       Искра прижала ко рту ладонь, чтобы не всхлипнуть от счастья.        — Голубка… — облегчённо произнёс Львиносвет и первый подошёл к ней.        — Вы пришли спасти меня, — прошептала она, закрывая лицо руками. — Вы живы, живы…       Искра подошла к ней и взяла нежные руки сестры в свои ладони. Она раньше никогда не касалась Голубки, да и не так часто разговаривала. Сёстры всегда вперёд выпускали колкости, но сейчас Искра была готова обнять её, почувствовать, что она не одна выжившая из Старков.        — Голубка, сейчас нет времени, — грустно вздохнула она. — Нам пора уходить отсюда.       Девушка закивала, но слёзы продолжали лить с её глаз. Искра ухватила её, и обе сёстры ринулись вон из зала.        — Но как же Рыжинка и… — хотела было спросить Голубка, но Львиносвет метнул злой взгляд на оставшуюся семью Ланнистеров и перебил её: — Это не наше дело, мы сами должны убраться отсюда.       Сейчас Искра была полностью согласна с ним. Им было некогда. Надо встретить Сола и уйти, пока войска не вернулись в замок. Последний раз окинув взглядом главный зал, она встретила вытянувшееся в струнку тело Рыжинки. Женщина сидела спиной к ним, устремившись в окно. Рыжинка вытянулась в струнку, смотрела в окно за разразившейся битвой, не проронив ни слова. Искра впервые почувствовала к этой женщине жалость, но не стала останавливаться, и закрыла двери.       На этот раз Веллия и Белый Клык вывели троицу из коридоров туда, где они разделились с Солом. Но мужчины так и не было.              Коршун деловито обошёл всех убитых солдат Ланнистеров и остановился возле катапульты. Его воины вновь выстроились в цепь, на этот раз окружив замок. Лучники со стен до последнего защищали свой дом, стреляя в людей Болтона стрелами. Его это не волновало, ведь его сила была не в них, а в деревянных сооружений, стоящих рядом. На этот раз они были заряжены большими бочками и валунами.       Бастард прищурил глаза и остановился рядом с Остроглазом. Тот понял его команду и закричал всем флангам:        — Огонь!       Катапульты выстрельнули в стены замка своими огромными зарядами. Но в первый раз пробить стену и ворота не получилось. Коршун вновь приказал зарядить оружия, и со второго раза деревянные ворота были пробиты.       Люди со стен Кастерли закричали. Оставшиеся солдаты Ланнистеров разбежались по замку, и только немногие продолжали стрелять в врагов стрелами.       Искру отвлёк шум со двора. Девушка нервно закусила губу и повернулась к Львиносвету.        — Мы не можем больше ждать Сола! Болтон атакует стены.       Аррен повернулся к коридорам, где скрылся их товарищ, но лишь зловещая темнота запеленала все стены.        — Ладно, идём, — он отвернулся от развилки и повёл девушек к выходу из замка. Веллия и Белый Клык бежали впереди них и первыми вышли на воздух.       Голубка судорожно вздохнула. Впервые за много недель она вышла наружу. Печально, что только при таких обстоятельствах. Львиносвет повертел головой и только спустя время увидел тот люк, из которого они прибыли.        — Мы должны выбежать так, чтобы нас не заметили, — Львиносвет высунул голову из-за двери. — Видите люк? Выбегаем по моей команде.       Искра и Голубка кивнули.        — Раз, — парень сжал губы. — Два.       Искра взяла сестру за руку и сжала. Она готовилась к её вызволению после смерти родителей, у них всё получится!        — Три!       Все трое выбежали навстречу люку через весь двор и оставшихся стражей. Белый Клык бежал позади процессии, а Веллия рядом с хозяйкой.        — Куда собрались мои гости? — до боли знакомый голос заставил Искру сжаться.       Она медленно повернулась в сторону и ужаснулась. Перед ней стоял выживший лорд Болтон, а позади него сломанные до основания ворота и полуразрушенные стены замка. Рядом с Коршуном возвышался один из его воинов, правда, Искра не помнила имени. Её синие глаза запылали новым огнём. Огнём мести.        — Я вас не отпускал, — покачал бастард головой. — Как невежественно уходить, не попрощавшись.       Львиносвет стиснул зубы. Мало им проблем, так ещё и этот ублюдок появился как некстати.        — Мы не твои гости, — прошипела Искра.        — От чего же? — изумился Болтон. — Теперь Утёс Кастерли моя собственность по закону, ведь моя армия захватила замок.       Голубка позади Искры ахнула.        — Тебе ли говорить о законе, — прорычала Искра, держа наготове Драконье Пламя. — Ты в неравном бою убил наших родителей и обманул Рябинника.       Коршун улыбнулся, будто не замечая её угрожающего тона.        — Давайте сыграем в игру, — предложил он. Безумный взгляд скользнул по каждому «игроку». — Кто убежит прежде, чем я запущу стрелу, победит. Отсчёт пошёл.       Львиносвет недоумённо повернулся к Голубке. Искра, не оборачиваясь к ним, проговорила.        — Бегите быстрей.        — Раз.        — Но как же ты? — Голубка неуверенно обернулась на сестру.        — Без тебя мы никуда не уйдём, — уверенно прошипел Львиносвет.        — Два, — Коршун деловито достал из-за спины лук и стрелу.       Искра яростно повернулась к друзьям.        — Бегите, я сказала! За меня не волнуйтесь.       Львиносвет взял Голубку под руку и вместе с Белым Клыком они побежали к люку. Крышку было не сложно открыть, учитывая то, что она деревянная. Коршун закатил глаза и изящно направил наконечник стрелы на убегающих.        — Три.       Он отпустил тетиву тогда, когда Львиносвет уже закрыл крышку перед собой. Стрела вонзилась неподалёку от неё.       Искра облегчённо выдохнула. Теперь сестра в безопасности, Львиносвет позаботиться о ней. Но есть ещё одно незаконченное дело.        — А вы не будете убегать, миледи? — изумился Коршун. — Хорошо, поиграем по твоим правилам.        — Мои правила просты, — Искра покрутила в руках меч, как её всегда учил Березовик. Веллия рядом с ней угрожающе зарычала. — Ты поддаёшься, и я убиваю тебя.        — Эти правила нечестные, — захохотал Болтон, неспеша вытащив из ножен два кинжала. — Но можно попробовать.       Искра мгновенно ринулась к Коршуну, но Веллия её опередила. Волчица разинула свою огромную пасть, оттолкнулась задними лапами и… Бастард опередил её. Он хитро увернулся и двумя орудиями прошёлся по волчице, оставляя глубокие следы. Один клинок вонзился Веллии прямо в грудь, а другой в бок. Кровь брызнула на землю. Волчица протяжно заскулила.        — Веллия, нет! — закричала девушка, а её верного друга Коршун подбросил в воздух. Та огромным грузом упала навзничь и больше не вставала.       Искра стиснула зубы и сжала в руках меч.        — Ты… Ты… — она не могла найти слов, чтобы описать, как же Коршун ей ненавистен.       Не сдержавшись, она бросилась прямиком на него. Слёзы на глазах не давали Искре оценить ситуацию и подметить, где стоит нападать. Всё перед ней расплывалось.       Коршун Болтон лениво отступил и столкнул леди Старк на землю.        — Не теряете надежду, Искорка, — усмехнулся он и засунул кинжалы обратно. — Остроглаз, прикончи её.       Перед Искрой всё застыло. Конечно, она чувствовала себя паршиво, не говоря уже о физическом состоянии. Направляясь за Голубкой, она предписала себе смертный приговор, но разорвать его всегда есть шанс.        — Ты не знаешь, о чём я думала, пока шла сюда, — прошептала Искра и вновь встала. — Ты не представляешь, какую боль мне причинил ты и твой отец. Тебе не понять этого, бастард, как не понять и то, что такое скорбь по родным и месть за них. Месть очень сладкая штука — не успеешь насладиться ею один раз, захочешь ещё больше.       Остроглаз вытащил из-за пазухи огромный меч и уже собирался было беспрекословно замахнуться на девушку, как Коршун поднял руку.        — Я тоже много кого потерял, — он обошёл Искру со всех сторон, смахнув со лба тёмные волосы. — Но потери для того и даны, чтобы делать нас слабыми. А я не люблю слабость.       Девушка недовольно покосилась на него. Её губы растянулись в неприязненной усмешке.        — Это ваши последние слова? — Коршун окинул её серо-голубым взглядом и медленно направился к ней.        — Не подходи, бастард, — Искра не могла устоять на ногах, они обессилели словно в один миг. Расстояние между ними уменьшалось с предельной скоростью.        — Я не буду повторять дважды!       Паника. Вот что она чувствовала — панику. Она разливалась по её телу мучительно быстро, и на минуту Искра отвлеклась.        — А вы любите играть роль воительницы, — прошипел он и грубым движением отобрал её меч, опрокинув на землю.       Искра упала навзничь, но так просто сдаваться не собиралась. Она пнула бастарда ногой по колену, как делала это на их первой совместной охоте. Иронично, ведь Коршун во второй раз повторяет свою ошибку. Болтон пошатнулся, и это дало Искре преимущество.        — Глупая, тупая сука.       Он поднялся с места, и Искра успела перехватить Драконье Пламя с земли. Однако, прежде чем она дотянулась, к её горлу подставили клинок.        — Миледи, лучше стойте смирно, — послышался над её ухом спокойный голос Остроглаза. — Я не хочу причинять вам вреда, но вы делаете только хуже.       Всё. Обратного пути нет. Хватит с неё, она достаточно оказывала сопротивление.       Искра послушно обмякла, и только тогда Остроглаз убрал остриё в сторону. Коршун, не взглянув на неё, направился прочь.        — Запри пока её в клетку с нашим лордёнышем Ланнистером.       Остроглаз перевязал Искре руки за спиной, и девушке ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Это конец.              Наблюдавший за ними из-за угла, Сол зажмурил глаза. Зря они разделились в этом проклятом замке. Мужчина зарычал сквозь стиснутые зубы и ударил кулаками по стене. Что сейчас ему делать?       Наверное, Голубка с Львиносветом скрылись в тоннелях. Парень сможет защитить её, наследница в надёжных руках, а вот спасать Искру теперь должен он сам.