Видеоигра

Дверь открылась почти беззвучно, без скрипа, с тихим шуршанием по коврику. Я заглянул в комнату. Общий свет выключен, на Сашином столе горит ночник. Его канареечная футболка валяется на полу, заставка ноутбука выписывает зигзаги на тёмном экране. Сашина учебная сумка болтается на спинке стула. Вот только сам Саша сделал то, на что я не особо рассчитывал, хоть и предполагал. Он уснул. Точнее, должно быть, задремал, решив отдохнуть после очередных мазохистских забав. Я неслышно прикрыл дверь, прошёл в комнату, остановился перед кроватью, разглядывая его. Саша лежит навзничь, еле слышно сопит во сне. Просто бессовестно красивый в своей уязвимости. Такой желанный, гордый и болезненно-ранимый. Поджимаю губы, оглядываюсь по сторонам. Уже знаю, что искать. Чем он смазывал ручку? Но в зоне видимости ничего не наблюдается. Я оборачиваюсь к раковине, пробегаю взглядом по флаконам, тоже не нахожу ничего подходящего. Гель для бритья может быть забавной штукой, но я не хочу устраивать Саше ментоловую мыльную пытку. Хотя, надо полагать, после мыла в члене ему уже ничего не страшно. Во всяком случае, если говорить о Дэйзи. Я тряхнул головой. Чёрт, я скоро с ним рехнусь. Презервативы могли бы хоть отчасти решить проблему, но у меня сейчас их нет. А стоило бы озадачиться заранее. Будем надеяться, что он здоров. Замечаю тюбик на Сашиной полке, достаю, верчу в руках. Крем для рук. Тот самый? Нет, он даже не распечатан. Тихо снимаю защитную фольгу. Прости, Саш. Куплю новый, обещаю. Делаю всё на автомате, опустошаю голову от мыслей. Начну думать - не смогу к нему прикоснуться. Хотя... Кому я вру? До последнего момента сомневаюсь, стоит ли так портить отношения с ним. Может, ничего и не испортится, но что-то всё равно изменится. Хотя Саша странный, и тот его отсос не особо на что-либо повлиял. Как можно тише присаживаюсь на край кровати, разглядываю его. Он по-прежнему сопит, и я прохожусь взглядом по мягким волосам, по приоткрытому рту с белым пятнышком зубов. По ровным линиям челюстей, по стрелкам ключиц и аккуратным кружкам сосков. На ухе поблёскивает всё та же серьга-гвоздик, руки лежат вдоль тела, одна немного согнута. От Саши приятно пахнет. Еле различимый запах шампуня и секса. Или это запах Дэйзи? Он лежит босой, пуговица вельветовых штанов расстёгнута, пояс сполз чуть ниже, и я замечаю край татуировки. Вот как. Значит, он без белья. К чёрту. Блядь, к чёрту! Склоняюсь над ним, уже не особо заботясь о тишине, провожу кончиком языка по сухим губам. Саша что-то сонно бормочет, разлепляет глаза, несколько мгновений спросонок приходит в себя, но этого хватает. Пользуясь его состоянием, нависаю сверху и просто наваливаюсь на него, не давая сбежать, коленями по обе стороны сжимаю его ноги. Саша ничего не соображает, тут же пытается выползти из-под меня в сторону, отпихивает, уставившись сонными зелёными глазами. Он выглядит испуганным, и его запах неуловимо меняется, Саша будто весь становится горячее. И у меня срывает крышу. Он еще не успевает ничего сказать, как я уже крепко зажимаю ему рот ладонью, опираясь на локоть. Второй рукой уже нетерпеливо стягиваю штаны, не давая ему брыкаться, удерживая всем телом. Точно, он без белья. Саша выглядит таким растерянным, что на секунду меня пронзает абсурдная мысль - а что, если он не Дэйзи? Вдруг он мирно делал задания и просто прилёг отдохнуть, ожидая меня из магазина... А тут я набрасываюсь на него, затыкая рот. Но какая уже, на хер, разница. Я хочу его. Убираю ладонь со рта, быстро перехватываю его запястья, завожу за голову, вжимая в подушку. - Только пикни, - выдыхаю ему в рот и тут же впечатываюсь поцелуем. Впиваюсь до боли в нервно стиснутые зубы, Саша слабо дёргает руками за головой, но всё-таки разжимает челюсти. Словно у него нет выбора. У меня тоже, Саш. Целую его грубо, по-хозяйски, не давая толком вдохнуть. В его рту снова сладкий привкус приторной фруктовой жвачки. Саша сонно капризничает, выталкивает мой язык своим, наши зубы то и дело со стуком задевают друг друга. Он настолько непонятный, настолько вкусный, что где-то под желудком всё дрожит от горячего желания, будто скручивая кишки в трепещущий комок. И каждый Сашин отпор, каждая попытка выкрутить впечатанные в подушку руки только заводит еще больше. Он не слабак, и мог бы, если не вырваться, то, как минимум, крепко сопротивляться. - Тише, - шепчу я в дрожащие мокрые губы, - тише, - уже не узнаю свою голос, - ты же хочешь. Ты же тоже хочешь... Я схожу с ума. Просто планомерно слетаю с катушек. Я никого так не желал. Неохотно разрываю поцелуй, отстраняюсь, только теперь замечая, как изменился его взгляд. К затравленной панике добавляется что-то ещё. Что-то странное, обжигающе-лихорадочное, липкое и чувственное. Саша весь - клубок болезненных оголённых нервов. И, безропотно глядя на меня зелёными глазами, он почти умоляюще поджимает распухшую от укусов нижнюю губу. Отпускаю его запястья, но тот так и держит руки за головой, только пару раз шевелит затёкшими ладонями. Стягиваю его штаны до щиколоток, он возит ногами, неотрывно наблюдая за мной. Торопливо избавляюсь от лишнего, сбрасываю джинсы с бельём, стягиваю тонкую кофту через голову, чуть не разодрав ворот. Теперь мы оба полностью обнажены. Сашины волосы разметались по подушке, он нервно теребит край наволочки у изголовья. Господи, Саша, ты нереальный. Просто охуенный. Развожу коленом его ноги, устраиваюсь между них. Саша часто дышит, завороженно смотрит на меня с волнением, неуверенностью и чем-то ещё. Должно быть, с испугом, но выглядит это настолько безропотно и многообещающе, что я ловлю себя на желании видеть этот страх как можно дольше. Ему дико идёт бояться. Наконец, нахожу валяющийся на покрывале крем для рук, выдавливаю на палец густую белую полоску. Саша округляет глаза и шумно выдыхает. Моментально притихает, больше не брыкается, только сжимает подушку за головой, пряча лицо за сгибом локтя. Жаль, что светильник направлен в другую сторону, и тут, на кровати, совсем мало света. Саша такой вкусный в этом покорном ожидании, что хочется сожрать его взглядом. До спинного мозга. Он еще не возбуждён, чего не скажешь обо мне. Развожу шире его ноги, любуюсь на аккуратно выбритую промежность. Саша полностью раскрыт передо мной, но он даже не пытается свести колени, только пару раз нервно дёргает ногой. Размазываю маслянистый крем по туго сжатому анусу, ловлю себя на мысли, что было бы неплохо сделать всё без подготовки. Ведь ему наверняка так понравится больше. Но о себе тоже думать надо. Тут же представляю, как Саша кричит от боли. Заманчиво. Но боль боли рознь. Даже для Дэйзи. К тому же, в общаге тонкие стены. Проталкиваюсь двумя пальцами, Саша только вздрагивает, кусая губы. Он неожиданно узкий. Я-то думал, с его увлечениями там давно всё разработано. Интересно, когда его имели последний раз? Было у него что-нибудь с тем ушлёпком Антошей или нет? Наверняка же давал этому убожеству. Небось, с ним он так не ломался. Наутро снова будет воротить от меня нос, как после минета? Задираю Сашины ноги, подхватив под колени. Тот замирает. Надавливаю на вход, пытаясь проникнуть в него. Зашибись. Саша вздумал зажиматься. Усмехаюсь себе, подхватив одну ногу, задрав её выше. Толкаюсь сильнее, тот стискивает зубы. Да расслабься ты, балбес. Мы так далеко не уедем. Не собираюсь останавливаться, медленно вхожу всё глубже, растягивая его. Давай же, ещё чуть-чуть. Жадно разглядываю очертания рёбер, мягкий член, разноцветную колибри. Да, светильник стоило повернуть. Саша очень красивый. Заполняю его, вхожу до конца и чувствую, как он упрямо сжимается внутри. Поздно трепыхаться. Впрочем, так приятнее. Намного. Да, так просто охуительно. Закидываю его ногу себе на плечо, прижимаюсь щекой к голени. Второй ногой он беспомощно возит по стене. Начинаю двигаться, и Саша вдруг тихо стонет. Я даже замираю на секунду. Ему больно? Впрочем, Саша и "больно" - взаимодополняющие понятия. Если, конечно, он и есть Дэйзи. Татуировка - уже улика, но... Проверить очень просто. Это ведь не в мой хер до крови пихали шариковые ручки. Касаюсь его члена, он всё ещё мягкий. Чувствительно сдавливаю пальцами. Саша шипит, дёргается, болезненно скривив губы. Дэйзи. Внутри будто бешеным рывком выстреливает сжатая пружина. Это на самом деле он. Теперь уже точно. Начинаю двигаться быстрее, тряхнув головой в каком-то головокружительном пьяном восторге. Саша напрягает живот, я замечаю, что его член постепенно наливается кровью. С удовольствием толкаюсь в тугое, блестящее от крема отверстие и вижу, как Саша возбуждается всё больше. Ухмыляюсь при мысли о том, что доволен сейчас, как образцовый супруг. Всё-таки, это действительно мой Дэйзи. Как всё чудесно складывается. На кого дрочил - с тем и трахаюсь. Никакого диссонанса. Скалюсь, резким движением вгоняясь до упора. Саша резко выгибается, стонет, на этот раз громче, разводя локти в стороны, и я, наконец, любуюсь его лицом. Он раскраснелся, сердито смотрит на меня, закусив губу. Ты мой хороший. От одного вида можно кончить. У него давно стоит, я подхватываю его под оба колена, наваливаюсь, прижимая его ноги к груди, чтобы он не смог прикоснуться к себе. Идеально. Трахаю его, стиснув зубы так, что начинают ныть челюсти. Саша морщится, вертит головой, шумно выдыхает. Ему больно, он всхлипывает, но молчит, упрямо прикусывая губу. Очень скоро понимаю, что переоценил свою выдержку. Или недооценил темперамент, это уж как угодно. Надолго меня не хватит, несмотря на дрочку в душевой. У меня что, действительно так сносит крышу от него? Сашин лоб, покрытый испариной, дрожащие ресницы, рваные тихие стоны и ритмичный скрип кровати буквально вгоняют в какой-то безумный транс. Я с мокрым звуком выхожу из растянутого прохода, взглядом прошу Сашу развернуться, заодно пытаясь отдышаться. Тот беспрекословно встаёт на четвереньки, упираясь прямыми руками в полностью сбитую подушку. Он весь дрожит. Разглядываю лопатки с отпечатками складок покрывала, ровную цепочку позвонков, выпяченные ягодицы с масляными разводами крема на анусе, чуть приоткрытый проход. Саша просто бессовестно соблазнительный. Нервно выдыхаю, вжимаюсь сзади, снова вгоняюсь в податливое тело одним скользким толчком. Саша вдруг дёргается, упрямо подаётся бёдрами в сторону, я улыбаюсь таким капризам, тянусь вперёд, ухватываю его за горло, заставляя запрокинуть голову. Он больше не упирается, тут же послушно расслабляет зад, но я и не думаю отпускать. Сдавливаю побелевшими пальцами шею, Саша шумно хватает воздух и двигается сам, насаживаясь на член. У меня всё сводит внутри, меня трясёт, я вдалбливаюсь в него рваными толчками, а тот хрипло выдыхает, тщетно пытается сглотнуть, давясь слюной. Я чувствую бешеный пульс под пальцами и отпускаю горло, стиснув до боли его ягодицы и позволяя себе кончить. Оргазм горячим хлопком разливается внутри, так, что на секунду всё плывёт и темнеет в глазах. Пару раз глубоко вдыхаю, потом тянусь рукой вниз, желая помочь Саше, но тут же возникает идея получше. Выхожу из него, несильно дёргаю за ноги, и Саша пластом падает на покрывало, охнув. Я переворачиваю его, торопливо разводя колени, склоняюсь, сжимая его мошонку. Одновременно ввожу палец в припухший проход, скольжу наружу, снова ввожу, чувствуя, как по нему сочится моя собственная сперма. Касаюсь его члена языком. Саша хорошо пахнет. До сумасшествия хорошо. Вот только минета не получается. Я едва успеваю сжать губами влажную головку, как он кончает мне в рот. Я глотаю, улыбнувшись про себя. Терпел до последнего, да, Саш? Борясь с желанием рухнуть рядом, приподнимаюсь и оглядываю его. Он смотрит на меня из-под ресниц, измученный, взмокший, с прилипшей ко лбу чёлкой. Нет, Саш. Твои ночные похождения пора прекращать. Делить тебя с кем-то я не хочу. *** Я проснулся от соседского хохота и музыки за стеной. В полудрёме поводил носом по скомканной подушке, пахнущей ночным сексом и чужим шампунем. Тут же разлепил глаза, прогоняя остатки сна. Саши и след простыл. Я даже не удивился. Тот факт, что он умудрился совершенно беззвучно встать, одеться и сбежать, и то удивлял меня больше, чем то, что он в принципе ушёл. Ничего, к вечеру объявится. Не в коридоре же ему ночевать. Хотя я уже ни в чём не был уверен. Ещё раз прошёлся носом по подушке, с удовольствием вдыхая остатки Сашиного присутствия. Остатки присутствия оказались также и на простыне - подсохшие мазки спермы и пара неровных бордовых точек. Нахер. Я что, порвал его? Нет, это было бы сразу ясно. Значит, как максимум, трещина. Или из члена, если там ещё ничего не зажило после его игр с иглами и ручками. Я уткнулся в подушку, невольно усмехаясь. Саша придурок. И я не лучше. Устроил ему тут добровольное изнасилование. Я зевнул, потягиваясь. Как ни крути, а ведь он был не против. Если б не хотел - сопротивлялся бы, а не ломался вот так, для вида. Интересно, кто я для него? Так, сосед? Он у любого стал бы сосать на полу, а потом отдаваться, помявшись для вежливости? Я задумчиво провёл пальцем по простыне, машинально попытался отскрести ногтем сухое пятнышко крови. Мог бы и поаккуратней. Вот я молодец, а. Он же ко мне неровно дышит. Я не слепой. Не то, чтобы втрескался, конечно... Это вряд ли. Или... Раз так, какого хрена повторяются эти прятки? Он что, стесняется? А устраивать свои шоу он не стесняется? Может, он только со мной ломает такую целку? Перед Антошей собирался подставить жопу в этой самой постели, и не особо ломался. Балбес. Я уселся на кровати, обвёл взглядом свою разбросанную по полу одежду. Хмыкнул, потянувшись за кофтой. Хотел бы я повторить сейчас... раза два, как минимум. Саша красиво кончает. Отчаянно так, стискивая одеяло до треска ткани. Я резко выдохнул, отбросил кофту, натянул джинсы на голое тело и, не застёгивая толком, пошёл в душ. Нужно охладиться. Интересно, кто-нибудь уже пользовался полотенцем, в которое я кончил? *** В институте особых сюрпризов не было. Я отсидел свою положенную консультацию, набросал конспект и пошёл назад, в общагу. Даже сам удивился такой спешке. В комнате тут же уселся за монитор, нетерпеливо набрал "ЛавСтади" и пробежался взглядом по списку контактов. Дэйзи, как и следовало ожидать, не появлялся в онлайне со вчерашнего вечера. Член побаливает, да, Саш? Или задница? Я с нервным вздохом пшикнул бутылкой колы. Мазохист хренов, у него хоть что-нибудь не болит? Хотя... рот, должно быть, в порядке. Чёрт, про что я думаю? "Салют!" Я уставился в монитор, но тут же обречённо выдохнул. Чёрта с два, это Лука. Кстати, мы давно не общались. Отвечаю ему что-то, тот охотно поддерживает разговор, сетуя на проваленный сегодня зачёт. Снова говорит, что давно не видел меня в универе, я отвечаю, что только что оттуда. Спрашивает, как у меня дела, и я вдруг честно говорю, что хреново. Тот любопытствует, но я не хочу закатывать исповедь анонимному пользователю, который, к тому же, знает меня. Просто говорю, что запутался. "Личное что-то?" "Ага." "Ого, влюбился?" "Нет." - печатаю я, но почему-то стираю строчку и набираю заново: "Сам ещё не понял." "Ясно." Лука присылает смеющийся смайл, подшучивает на тему разбитых сердец и ещё какой-то чепухи. Я зачем-то тоже отправляю дурацкую хохочущую рожицу. В соседнем диалоговом окне мигает уведомление, я снова с непонятным волнением бросаюсь открывать переписку, но натыкаюсь на Севу-Себа. Тот, будто ошалев от радости, сыплет ненужными новостями, сообщает, что встретил охренительного мужика, который выдворил его за дверь после бурной ночи. Я отвечаю что-то односложное, предпочитая переписку с Лукой. Сева заявляет, что соскучился и хочет увидеться. Тут же вру ему про учебный завал, но тот настойчив и предлагает встретиться через пару дней, после моего мнимого зачёта. Думаю отшить его, но зачем-то соглашаюсь. Сева дико рад, снова начинает печатать какие-то глупости, но я его уже почти не читаю. Прощаюсь с Лукой, который говорит, что ему пора на лекцию. Едва успеваю отвязаться от Севы, как вдруг раздаётся стук в дверь. Соседи, те самые Жени из комнаты за стеной. Парень шутливо-торжественным тоном сообщает о своём предстоящем дне рождения, его подруга-тёзка довольно кивает, поддакивая. Говорю им, что Саши сейчас нет, но они заявляют, что я тоже приглашён. Отлично, ещё одна попойка. Но Саша это дело любит и будет там, совершенно точно. Я тут же согласно киваю, пообещав передать ему приглашение, когда тот явится. Жени уходят, отсалютовав со смехом. Что ж, принятие ванны. Дубль два. Да, Саш? Впрочем, я не знаю, что мой затейник выдаст на этот раз. Затейник явился вечером, когда я уже успел сходить за ужином и неспешно вернуться обратно. Кивнул мне с порога с таким видом, будто ничего между нами не произошло. А, ну да. Конечно, Саш. Будто ничего и не было. Будто я не трахал тебя раком сегодня ночью на этой самой кровати. Ладно, на что-то подобное я и рассчитывал. Если он думал удивить меня таким своим видом, то его план провалился. Окей, будем перевоспитывать. Но я ошибся. Удивить меня Саше всё-таки удалось. Он зашуршал пакетом, заталкивая в него скомканные кофты и футболки из шкафа. Что-то гадко зашевелилось внутри, я тут же оторвался от чтения, следя за ним поверх учебника. - Собираешься куда-то? Саша стоял спиной, к тому же, нас отчасти разделяла дверца шкафа, но я готов был поклясться, что он вздрогнул. - Ага, побуду пару дней у Анжея. Что значит "побуду", твою мать? Что ты творишь? Я медленно выдохнул, считая до пяти. - Как он? - Нормально. Просто дёргается. А ты, значит, не дёргаешься? Куда собрался, дурак? Сказать ему я не мог ровным счётом ничего. Предъявить - тоже. Он хочет пожить у брата, которому нужна поддержка. Всё честно. Чёрта с два. Он не к Анжею уходит. Он уходит от меня. Саша тем временем утрамбовал пакет, кинул тетради в сумку и направился к двери. На меня он старался не смотреть. - Эй, - я спрыгнул с кровати, сам от себя не ожидая, шагнул к нему, - только на пару дней? Он поправил сумку, кивнул и глянул на меня, наконец. - Может, хоть номер оставишь? - я протянул ему сотовый. Саша смешно прищурил зелёные глаза. - Зачем? - Ну, - я развёл руками, - мы оба тут числимся, если что. Вдруг я ключи потеряю, мало ли... Тот снова кивнул, взял из моих рук мобильный, набирая свой номер. Подождал, пока из сумки раздастся птичье щебетание, улыбнулся и вручил мне телефон. Интересно, у него не пение колибри на звонке, часом? А они вообще поют? Вряд ли. - Слушай, - я хмыкнул, отгоняя определённые мысли, - Жени твои заходили. У него днюха намечается, мы приглашены, если что. Ты пойдёшь? - А... - Саша на секунду блеснул зубами, - точно, я забыл, он же ещё месяц назад предупреждал. - Пойдёшь? - переспрашиваю я быстрее, чем он успевает договорить. Саша осекается, смотрит мне в глаза, выдерживая взгляд. Потом пожимает плечами, тут же поправляя съезжающий ремень сумки. - Не знаю... может быть. - Сказали, что будут очень ждать, - говорю как можно безразличнее. - Ясно, - он снова коротко улыбается, заправляет выбившуюся прядь чёлки за ухо. - Тогда приду, куда деваться. Шутливо прикусывает губу и выходит, прикрыв дверь. Я так и стою посреди комнаты. *** Вечерние разговоры в коридоре давно стихли, а я всё валялся на кровати, задумчиво вертя перед носом опустевшую бутылку колы. Саша идиот. И я тоже идиот. Знал ведь, что он сбежит. Нет же, блядь, всё равно полез его трахать. Какого хрена он поддавался? Если бы не это, было бы ясно, почему он свалил. А так... опять разыгрывает целку? И сколько это будет продолжаться? Самое идиотское, что я не могу с ним об этом поговорить. Что я ему предъявлю? Мол, на кой хрен ты мне дал? А на кой хрен ты брал, скажет он. Давить на него не получится. Саша, хоть и выступал этаким опекуном Анжея, сам при этом был очень уязвимым. Примени я любой напор - он просто съедет из общаги, на этот раз окончательно. Твою мать. Я бросил на пол бутылку, шумно выдохнул, закинув руки за голову. Какой он трудный. Я никогда особо не блядстовал, но опыт, какой-никакой, у меня был. И такого, как Саша, я встретил впервые. Особенно, учитывая тот факт, что он - Дэйзи. И этот Дэйзи с охотой у меня отсосал. Потом, правда, залез на свою койку, воротя нос. Меня тянуло к нему. И его ко мне тоже, судя по всему. Тогда какого чёрта? Если б он просто держал дистанцию, это было бы другое дело. Но Саша всем видом даёт понять, что стоит мне переступить грань - и он сорвётся, сбежит, упорхнёт, как эта дурацкая колибри у него на лобке. Вообще, почему он такой, что с ним? Желание вести свою игру? Инфантильность, мозгоёбство? Или это застенчивость такая? После его-то видеоигр? Может, у него детская травма или ещё какая-нибудь чепуха? Что бы то ни было, я наверняка знал одно. У меня срывало крышу от него. Неслабо так. Я думал о нём. Слишком часто думал. Чаще, чем стоило бы думать о том, кто ночью отдаётся, как ненормальный, а на следующий день сбегает с пожитками. Я никогда не ломился в заведомо закрытые двери. Мне или добровольно открывали, или я сам уходил, вникая в ситуацию. Благо, голова всегда была на месте. Осаждать и просить взаимности - априори бессмысленное самоунижение. С Сашей всё по-другому. Этот придурок не просто зазывает в гости - он даже пускает на порог, а потом сам захлопывает дверь перед носом. Ломать бесполезно, стучать - тоже. Остаётся подбирать ключи, испытывая собственное терпение. Я брякнул пряжкой, принялся лёжа раздеваться. Сейчас нужно просто уснуть, не забивая себе голову. Я был бы и рад. Но, уже проваливаясь в сон, я со смешком подумал, что готов считать часы до намечающейся вечеринки.