onem ore.

Следующим утром он нашёл Тайлера на первом этаже. Солнечный свет пронзил комнату, ложась на стены мягкими лучами, мазки солнца покрыли молочную кожу брюнета, пролегли краской на острых скулах, на изящных пальцах, которые переворачивали похрустывающие листы фотоальбома. Подсвеченные пылинки витали в воздухе, маленькими звёздами оседая на пол, и Джош тихо спустился, стараясь сделать свои шаги более беззвучными. Тайлер подобрал под себя ноги, сидя на ковре, его тёмная макушка была скрыта под капюшоном безразмерной толстовки, а ресницы подрагивали каждый раз, когда взгляд скользил по фотографиям. Как только ноги опустились на мягкий ковёр, Джош присел на корточки и внимательно всмотрелся в альбом, покоящийся в руках Тайлера. Мальчик разглядывал свои детские снимки и слабо улыбался, кусая губу. Взгляд его тёмно — карих глаз остановился на фото, на котором они с Джимом, будучи совсем маленькими, лежали прямо в грязной луже и смеялись, подняв лопатки и ведёрки вверх, будто победные знамя. Сильнее прикусив губу, Тайлер перевернул страницу, и Джош отметил про себя, что ладонь мальчика слабо подрагивает. Тихо, не произнеся ни слова, парень подполз к брюнету и убрал альбом из его рук, отложив в сторону. Тайлер не поднял голову, буравя свои колени убитым взглядом, его шея постепенно окрасилась в нежно — розовый цвет, а пальцы сильно сжали ворс ковра, когда Джош приблизил своё лицо к его лбу, едва касаясь носом горячей кожи. Тайлер прикрыл веки. — Джош, нет… — слабо выдохнул мальчик, не открывая глаз. Он попытался отстраниться, чуть сместив голову вбок. — Тайлер, да, — розоволосый мягко коснулся его тёплой щеки, которая начала покрываться румянцем. Его пальцы прошлись по розовой коже, немного отодвигая капюшон в сторону. Тайлер так и не открыл глаз, еле слышные выдохи смешались с шуршанием ткани его шорт под пальцами Джоша. Уверенно поглаживая внутреннюю часть бедра, розоволосый навис над брюнетом, вынуждая того лечь на пол. Тайлер больно ударился макушкой об паркет, испустив жалобный стон. — Пожалуйста, Джош, не надо, мы не должны, — пискнул он, наблюдая за тем, как Джош задирает его толстовку до самых плеч, большим пальцем зацепившись за её край, остальными — за плечо Тайлера. Опустившись над грудью брюнета, парень начал осыпать чувствительную кожу поцелуями, улыбаясь про себя, когда язык проходился по маленьким мурашкам. Будь его воля — Джош наслаждался бы этим слабым запахом, исходящим от Тайлера, вечно, ведь это была смесь чего — то холодного на языке, чего — то чистого, Тайлер пах, будто крепко заваренный чай, и Джош не мог оторвать своих губ от этого хрупкого тела. Прижав колени Тайлера к животу, парень нетерпеливо стянул с него шорты вместе с боксерами, оставив их болтаться на одной ноге. — Ох, Тайлер… — Джош тяжело сглотнул и подложил под бёдра парня подушку, которую на ощупь отыскал где — то на диване, ни на секунду не отрывая глаз от густо порозовевших щек. Он широко раздвинул его подрагивающие ноги, жадно блуждая взглядом по напряжённому члену, и слабо сопротивляющийся Тайлер уловил безумие в почерневших глазах. Подтолкнув ладонь к покрасневшему лицу, розоволосый надавил пальцами на искусанные губы, и Тайлер бездумно подался вперёд, облизывая ладонь Джоша со всей жадностью. — Хороший мальчик, — похвалил розоволосый, отрывая мокрую ладонь от шершавого языка Тайлера и опуская её на член. Его голос охрип, а взгляд не отрывался от пульсирующей венки на раскрытой шее брюнета, от подрагивающего кадыка, который каждый раз поднимался и опускался, стоило Джошу надавить пальцами сильнее, сжать их туже. Чужая, влажная рука заставила вырваться из грудной клетки громкий стон, и мальчик зажмурил глаза, слабо толкаясь в крепко сжатый кулак. Джош надавил подушечкой пальца на выступающую венку, чуть царапая её ногтем, и Тайлер распахнул глаза, смущенно посмотрев вниз на ладонь розоволосого, хозяйничающую на его паху. Тихо всхлипнув, брюнет не позволил себе взглянуть в глаза Джошу и лишь сильнее зажмурился, откинув голову на холодный паркет. Эта до мозга костей пошлая, развратная картинка такого раскрытого, обмякшего в его руках Тайлера, такого смущенного и покрасневшего, болью отдалась в низу живота розоволосого, и Джош, свободной рукой, сжал свой член сквозь ткань шорт, попросту не выдерживая накатившей волны возбуждения. — Ты такой красивый, Тайлер, — прохрипел он, наращивая темп. Оторвав ладонь лишь на секунду и заслышав недовольный всхлип, парень улыбнулся и настойчиво надавил указательным пальцем на покрасневшую нижнюю губу мальчика, легонько открывая рот и проникая внутрь, водя пальцем по мокрому языку, сильно нажимая. Тайлер начал посасывать его, а Джош снова не удержался, проводя большим пальцем по вздёрнутому носу. Проскулив что — то нечленораздельное, мальчик слабо прикусил кожу Джоша, но потом размашисто прошёлся по укусу языком, сладко причмокивая. Когда парень поспешил вытащить из влажного рта палец, Тайлер плотно сжал губы, в последний раз облизывая его, немного втягивая в себя. Небольшая капля слюны вытекла из его рта, последовав за пальцем, и Джош, не сдержавшись, примкнул к ней языком, слизывая и слегка покусывая мокрую кожу. — Поцелуй меня, — тихо прошептал Тайлер, будто их могли поймать с поличным, и попытался словить своими губами губы Джоша, которые ласкали его дрожащий подбородок, — Джош, поцелуй меня. И парень не заставил себя долго ждать, втянув нижнюю губу Тайлера, чуть оттягивая, проходясь языком по нёбу, по кромке зубов. Мальчик сдавлено застонал Джошу в рот, посылая вибрацию по мокрым губам, когда розоволосый вошёл в него до упора, вызывая тупую боль. Уткнувшись пятками в бёдра Джоша, немного сдвинув мягкую ткань его шорт вверх, Тайлер начал насаживаться, тихо всхлипывая от удовольствия. — Джош, — вполголоса захныкал брюнет, сжимаясь вокруг его члена, — Джош, Джош… — он прогнулся в спине, поднимая бёдра вверх. Джоша было слишком много: его руки блуждали по обнаженному телу, зарывались в темно — синие волосы, которые виднелись из — под съехавшего капюшона, они мяли кожу на его талии, гладили и давили на низ живота, и Тайлер не знал, куда себя деть, он изгибался под крепким телом розоволосого, хватался за его шею, за широкие плечи, притягивая ближе и ближе к себе. Когда Джош грубее подался вперед, прикусив кожу на колене мальчика своими острыми зубами, Тайлер сдвинул брови к переносице, нахмурившись, его макушка больно заскользила по паркету, и Джош опустился к нему, упёршись локтем в пол, и поспешил положить под его голову свою ладонь, стараясь смягчить удары. Подставив под поцелуи шею, Тайлер повернул голову набок и начал хватать воздух губами, когда язык Джоша проложил мокрую дорожку по линии его подбородка, медленно спускаясь к ключицам. Тайлер дрожал всем телом, ведь живот Джоша скользил по его животу, и этот контакт был таким тесным, парень прижимал к полу так сильно, что Тайлер лишь тихо хныкал и сжимал в дрожащих пальцах ворс ковра, его левая нога потянулась к пояснице розоволосого, мягко поглаживая копчик, он поддел край шорт и чуть надавил, пытаясь сделать эти глубокие толчки ещё глубже. Мальчик широко распахнул глаза, и его помутневший взгляд зацепился за тёмную обложку альбома, который был небрежно откинут, а страницы с фотографиями подогнулись, надломившись пополам. Раскаяние и осознание происходящего пронзили его тело, холодной водой пронеслись по венам, и Тайлер поспешил отпихнуть розоволосого от себя. Джим. Джим. Джим. — Тайлер… — опешил Джош, пытаясь ухватить брюнета за руку, но тот отлетел от его ладони, словно от огня, и поспешил натянуть шорты, — я сделал тебе больно? — Что же мы натворили… — мальчик судорожно схватился за голову, оттягивая волосы, его взгляд метался по комнате, игнорируя перепуганного Джоша, — ты изменил Джиму со мной, ты ему изменил… — Прекрати, Тайлер, мы с ним давно расстались, — сердце розоволосого предательски кольнуло, когда в темно — карих глазах блеснули слёзы, — Тайлер… — Что же я наделал, Боже, что же я наделал, — начал причитать мальчик, ударяя ладонями по лбу и кусая губы, — это извращение, — он тяжело всхлипнул и поднялся на дрожащие ноги. — Тайлер, постой, — Джош метнулся в его сторону, хватая за запястье, — он даже не приедет… — Что? — медленно развернувшись, брюнет сжал челюсть, лязгнув зубами, — он не приедет? — Я имел в виду, он не приедет летом, Тайлер, послушай же меня, — руки розоволосого сжали его плечи и начали легонько потряхивать, пытаясь привести в чувства, но мальчик, округлив глаза, вырвался из цепкой хватки. — Не трогай меня, это извращение, — отвращение к самому себе пропитало его голос, и Тайлер убежал в свою комнату, оставив Джоша перепуганным и сильно взволнованным.

***

Тихий скрип сотен ручек по бумаге заполнил аудиторию, и Тайлер тяжело вздохнул, открывая свою потрёпанную тетрадь, собирая помятые, изрисованные листы в одну стопку. Он не выспался сегодня и, кажется, продал бы душу за пять минут крепкого, спокойного сна, но Дьяволу, сидящему за преподавательским столом и сверлящему тёмную макушку недовольным взглядом, душа Тайлера была совсем не по вкусу, ему подавай досконально зазубренный конспект и всё внимание бедного ребёнка, у которого тёмные круги под глазами кричали об усталости и изнеможении. Тайлер, как только мог, игнорировал Джоша, поспешно убегая от парня каждый раз, когда розоволосый пытался перехватить его дома или в институте. Мальчик пересел на общественный транспорт, добираясь до учебного заведения и на автобусе, и на метро, но он правда не жалел об этом, вставая каждое утро за два часа до начала занятий и тратя время на толкучку в подземке, вместо того, чтобы спокойно ездить с Джошем. Всё потому, что парень просто не давал ему прохода, всякий раз пытаясь выяснить отношения с брюнетом. А ещё Джош ловит Тайлера, когда тот спускается на первый этаж перекусить, и обнимает, подолгу не отпуская. В такие моменты Тайлер отчаянно желает собственноручно остановить своё сердце прямо в объятьях розоволосого, потому что руки Джоша держат его так крепко, прижимают к широкой груди с таким сожалением, и Тайлер очень скучает по нему, он очень любит его, но каждый раз первым разрывает объятия, краснея и дрожа всем телом, он, спотыкаясь, плетется в свою комнату и не высовывается из неё, пока Джош не уснёт. Сбивчиво водя ручкой и рисуя каракули вдоль клетки листа, вместо того, чтобы записывать лекцию, Тайлер подпёр левой рукой щёку и осмотрел поток, с которым учится. Парень сидел за последней партой на самом верху, деля участь вместе со скучающими студентами, его глаза бегали с одного одногруппника на другого, а в голове варилась каша из раскаяния перед Джимом, ужаса произошедшего и головокружительного желания повторить ещё. И ещё. И ещё. Он ненавидел себя. Парня подташнивало, вся ситуация казалась ему воплощением в реальность его самого жуткого, самого порочного ночного кошмара, и Тайлер нуждался в выплеске своих эмоций, и пускай, что через бумагу. Шумно расстегнув рюкзак, тем самым привлекая внимание озлобленного преподавателя, который всегда относился к Джозефу пренебрежительно, выделяя его, как самого нерадивого ученика на всём курсе, Тайлер достал блокнот со стихами и послал эту физику и старого маразматика к чёрту. Теперь его ладонь порхала над исписанными страницами, горечь и раскаяние чернилами ложились на бумагу, проникая прямиком из изнывающего сердца через шарик ручки. «Я скорблю по тебе, друг, и моя скорбь вырывает мне глаза. Если бы я мог — я бы выложил из своих костей слово «прости». Ты выпрыгнул за борт, оставив меня с грехом, сошедшим со страниц моих стихов. В лодке мы одни. Я гребу за двоих». — Джозеф, Вы сейчас покинете аудиторию и не переступите её порог вплоть до экзаменов, — Тайлер подпрыгнул от ядовитого шёпота прямо над ухом и захлопнул блокнот. Преподаватель пересёк всю лекционную и, незаметно от мальчика, простоял рядом с его партой всё это время, наблюдая, как ненавистный студент занимается посторонними делами, — хотя, какие экзамены, Вы вылетите у меня из института, как пробка из бутылки, я Вам обещаю, — мужчина выхватил из рук Тайлера блокнот и вырвал страницу, старательно разорвав её на мелкие кусочки. Клочки бумаги посыпались на тёмную макушку, и мужчина гадко улыбнулся, оглядывая бледного ученика. Развернувшись, из — за чего подол его твидового пиджака подлетел вверх, преподаватель вернулся за свой стол, оставив Тайлера огорошенным и униженным. Густо покраснев и шмыгнув носом, брюнет закусил губу и опустил лицо в ладони, пытаясь унять сбившееся сердцебиение. Обида перехватила горло, а тихо посмеивающееся одногруппники вызвали ещё больший румянец на бледном лице. Именно с этим преподавателем у Джозефа были большие проблемы, и Джим всегда вмешивался, защищая младшего брата, хотя Тайлер никогда его об этом не просил. До старшего Джозефа доходили слухи, и парень просто не мог допустить этих унижений. Но Джим уехал, и мальчику его чертовски не хватало. Взяв в дрожащие пальцы ручку, Тайлер попытался вникнуть в суть материала, но в глазах потемнело, а уши заложило от стыда. Его мучения нарушила приглушенная вибрация телефона, покоившегося в кармане джинс. Достав мобильный и разблокировав экран с третьего раза, Тайлер прочитал сообщение, и сердце его гулко отдалось где — то в горле. А потом и вовсе упало в пятки. Джош: это ограбление. Повернув телефон экраном вниз, Тайлер медленно поднял глаза и увидел Джоша на пороге аудитории. Парень застенчиво постучал и, прочистив горло, спросил: — Извините за опоздание, можно войти? — розоволосый переминался с ноги на ногу, но тут его взгляд упал на ошеломленного Тайлера, и Джош чуть заметно подмигнул ему, пряча улыбку. — И кто Вы у нас такой? — мужчина облокотился на стол и скрестил руки на груди, поглядывая на Джоша из — под массивных очков. — Ох, простите, я новенький, — парень широко улыбнулся, а Тайлер наклонился над партой, сжав в ладони ручку и округлив глаза. — Новенький? — мужчина оглядел яркое тату на крепких мышцах, обтягивающую и почти трещащую по швам чёрную футболку на мускулистом теле, розовые пряди, спрятанные под бейсболкой, и недоверчиво спросил: — Вы точно первокурсник? — Тайлер начал елозить на месте, не понимая, зачем Джош разыгрывает весь этот спектакль, и его щёки снова покрылись румянцем. — О да, конечно, — сжав в ладонях широкие лямки рюкзака, Джош ещё раз кинул взгляд в сторону Тайлера и дёрнул бровями. — Ну что ж, проходите, — сдался мужчина, сдвинув оправу очков ближе к переносице, — но впредь не опаздывайте. Быстро поднявшись и плюхнувшись рядом с Тайлером, Джош хмыкнул и прижал рюкзак к груди. — Объясни, пожалуйста, — зашипел Тайлер, отодвигая тетрадь и чуть склонившись в сторону розоволосого. — Считай до тридцати, — улыбнулся парень, не удостоив брюнета и взглядом, — вслух. Тайлер открыл было рот, чтобы осыпать Джоша вопросами, но быстро захлопнул его, подавив недоумение. Он посмотрел в сторону преподавателя, сгорбившегося над столом и монотонно бубнившего лекцию себе под нос, серую толпу студентов, которые всё ещё поглядывали на него с пренебрежением, он осмотрел всё это помещение, и оно казалось таким убогим, таким нудным, что Тайлер поспешил убрать блокнот в рюкзак, плотно застегнув молнию, и довериться парню с розовыми волосами, начав считать вслух. — Раз, два… — его голос немного дрожал от предвкушения, Тайлер понимал, что сейчас произойдет нечто, выходящее за рамки, нечто, что будет невозможно исправить, но мальчик продолжил считать, ни на секунду не засомневавшись в Джоше, — двадцать девять, — протянув под партой руку, Джош взял влажную ладонь Тайлера в свою и крепко сжал, переплетая пальцы. Тяжело сглотнув, брюнет последний раз посмотрел на парня и сделал отчаянный шаг, — тридцать. На этих словах Джош поднялся на стул, а следом на парту, утягивая бледного Тайлера за собой. — Эй ты, старый козёл, — крикнул Джош, сотня пар глаз устремилась на эту сумасшедшую парочку, и у брюнета подкосились ноги от волнения, но розоволосый лишь крепче сжал его ладонь, не позволив упасть, — оценки никак не определяют знания, а вся ваша система образования направлена лишь на то, чтобы подавить в детях индивидуальность, сделать их тупыми, ничего не соображающими овощами, — Тайлер с ужасом уставился на Джоша, пытаясь не упасть в обморок, — и если ты ещё раз что — то вякнешь в его сторону, — махнув розовой макушкой в сторону Джозефа, Джош продолжил, — то я засажу тебя в тюрьму за домогательство, — закончив свою тираду и со всего маху ударив кроссовком учебник парня, который сидел рядом с Тайлером, Дан перешагнул на другую парту, а потом на следующую, постепенно спускаясь вниз. Спрыгнув и показав посеревшему преподавателю средний палец прямо в лицо, Джош вытолкнул смеющегося Тайлера из аудитории и сильно хлопнул дверью, отчего дерево затрещало и отскочило от стены. — Ты сумасшедший! — утирая слёзы, выдохнул мальчик, когда они, взявшись за руки, добежали до автомобиля Джоша. Притянув посмеивающегося парня к себе, розоволосый счастливо улыбнулся и обнял худое тело, запустив ладонь в тёмно — синие волосы. Занятия ещё не окончились, парковка была пуста, и поэтому Джош позволил себе минутную слабость, хотя, если быть до конца честным, парень настолько сильно истосковался по маленькой язве, по его слабому биению сердца на своей груди, что, если бы тут собрались все студенты и забросали их камнями, Джош ни за что не выпустил бы Тайлера из своих рук. За исключением одного но. — Джош, отпусти меня, пожалуйста, — начал вырываться Тайлер, слабо толкая парня ладонями, — мы не должны… Это извращение. — Прекрати, Тайлер, умоляю, ну что ты заладил, — Джош ещё сильнее сжал мальчика в объятьях, сдавливая рёбра, — я не хочу тебя отпускать, — Тайлер вырвался, поправив съехавший рюкзак, и посмотрел на Джоша снизу — вверх, —Тайлер, пожалуйста, ты измучал меня. — Это ты меня измучал, — тихо пискнул Джозеф и сразу же порозовел, — ты думаешь только о себе. А ещё из — за всего этого, — он кивнул в сторону здания института, — у нас будут проблемы. — Плевать, — Джош преградил ему путь, зажав между собой и машиной, его глаза метали молнии, а злость в голосе доходила до максимальной отметки, — послушай меня, Тайлер, Джим не узнает ни о чём, даже если узнает, и что с того? Мы расстались, а ты, Тайлер, ты… — Ты эгоист, Джош. Джим — мой брат, и это извращение, — мальчик пролез под его рукой и поспешил убежать от Джоша, направившись в сторону автобусной остановки. — Тайлер! — окликнув Джозефа, но получив в ответ лишь удаляющуюся спину, Джош со всей злости обрушил кулак на капот машины.

***

Джошу казалось, что третья пачка сигарет за день — это перебор, однако его руки сами тянутся за четвертой, выуживая сигарету за сигаретой. Тяжёлый кашель разрывал лёгкие, язык уже впитал горечь, но окурки множились, переполняя пепельницу, и розоволосый решил, что с него хватит. Спустившись на первый этаж и бросив короткий взгляд в сторону тёмной макушки, Джош крутанул колёсиком зажигалки и прикурил новую сигарету, сильно затягиваясь. Тайлер тихо сидел на диване, вжав в себя худые плечи, его большой палец покоился во рту, зубы нервно грызли ноготь, а взгляд скользил по учебнику заметно быстро, не задерживаясь ни на одном слове. Джош твёрдо решил, что если сейчас Тайлер посмотрит на него, то он предложит ему быть вместе. И без возражений. Громко зевнув, парень кинул на порозовевшее лицо взгляд, но мальчик даже ухом не повёл, облизнув подушечку указательного пальца и переворачивая страницу. Джош решил подключить тяжёлую артиллерию и начал расхаживать по комнате, тяжело вздыхая, но его попытки оказались тщетны, тогда розоволосый прочистил горло и громко спросил: — Хочешь поиграть в приставку? Всё внимание брюнета было приковано к пожелтевшим страницам потрепанного учебника, и мальчик лишь качнул головой в знак отрицания. Джош измученно выдохнул и поспешил обратно на кухню. Облокотившись копчиком об столешницу, парень скрестил руки на груди и начал сверлить темно — синюю макушку пристальным взглядом. Тишина опустилась на их головы, словно пыльное одеяло, мешая свободно дышать, но Тайлер не отвлёкся от своего занимательного чтива, и Джош подумал, что мальчик однозначно умеет читать мысли, иначе, почему вечно влюблённый взгляд именно сейчас не удостоил розоволосого своим вниманием. Парень уже отчаялся и подумывал сдаться, когда его взор зацепился за гранённый бокал, который покоился на краю столешницы. Слегка толкнув его кончиком пальца и позволив ему упасть, Джош уронил бокал, разбивая его вдребезги, и когда Тайлер подпрыгнул и посмотрел на розоволосого испуганным взглядом, парень решил, что это просто судьба. Мальчик откинул книгу и подбежал к розоволосому, помогая собрать острые осколки, его щёки зарделись, а стекло сыпалось из дрожащих пальцев. Мягко сжав тонкое запястье, Джош убрал из его рук осколки и провёл большим пальцем по слабо пульсирующим венам. — Тайлер. — Что? — тихо спросил мальчик, не поднимая глаз. — Будешь моим? — парень коснулся его подбородка и заставил посмотреть ему прямо в глаза. — Я всегда был твоим, Джош, — Тайлер слабо улыбнулся и потянулся губами к его губам, не замечая, как стекло вонзается в его ладонь, вспарывая кожу до крови.