Затаи дыхание...

На следующий вечер       — Боже, голова, — болезненно простонал Пирс, с горем пополам открыв глаза и тут же закрыв лицо руками. Ему не просто плохо, а хреново, хотя и это тоже слишком мягко сказано. Уняв приступ тошноты, убрал руки и осмотрелся: нет, это не их с Брилл комната, а какой-то, похоже, номер. Несколько минут он лежал, нахмурившись и глядя в потолок. Что вообще вчера было? Как ни пытался вспомнить — безуспешно, по голове будто бульдозер проехался. Полежав так ещё пару минут, он принял сидячее положение и осмотрелся: вот его вещи, почему-то разбросанные по всей комнате, и вроде больше ничего такого. Парень встал и оделся, всё ещё силясь вспомнить прошедший вечер. Тут взгляд упал на прикроватную тумбочку. Телефон! Он быстро схватил тот, будто от этого зависит его жизнь, и посмотрел на время. Восемь вечера. Джонсон будто сейчас почувствовал, как сердце пропустило удар, а на душе заскреблись кошки. Разблокировал мобильный и ужаснулся: пятнадцать пропущенных вызовов и десять сообщений, и всё от Брилл. Кошки теперь не просто скреблись, а царапались, и с каждым разом всё сильнее и сильнее. Он открыл одно сообщение и прочёл его: «Пирс, прошу тебя, ответь мне. Ты же говорил, что вернёшься в восемь домой, а тебя всё нет. Я волнуюсь. Прошу, перезвони мне», — время отправки час ночи. Он обещал прийти в восемь домой...       — О нет, — сокрушённо в пустоту сказал парень, буквально рухнув обратно на кровать. Как гром среди ясного неба, воспоминания нахлынули с головой: семь вечера, звонок Брилл, приход Кристалл, стакан виски, резкая головная боль, этот самый номер, стакан воды и... Всё. Мозг тогда будто отключился, но он всё прекрасно помнит: каждое слово, каждый взгляд, каждый вздох, каждый стон, каждое соприкосновение их возбуждённых тел — всё.       — Уже проснулся, милый? — как и полагается, виновница торжества явилась в самый неподходящий момент. Джонсон резко обернулся и встретился с лукавым взглядом Блейк.       — Ты... ты... — задыхаясь от возмущения, он не в состоянии вымолвить и слова.       — Да я это, я, — с самым невозмутимым видом парировала она, оперевшись телом на косяк.       — Ты совсем страх потеряла?! Какого чёрта?! — Пирс в несколько шагов оказался рядом с ней, со всей злобой и ненавистью вперившись в неё взглядом.       — Тебе что, не понравилась наша чудесная ночь? — наиграно удивилась, ядовито улыбаясь.       — Чудесная ночь?! Да меня будто грязью облили!       — И чего ты так взбеленился? Из-за своей подстилки, что ли? Как там её? Брилл, да? — всё так же ядовито улыбаясь, Кристалл не спеша гнула свою линию.       — Как ты её назвала? — он от злости сжал кулаки, еле сдерживаясь, чтобы вконец не взорваться. Как она посмела так назвать Брилл?       — Бедная девочка! — продолжала она. — Ещё со вчерашнего вечера ждёт своего благоверного, а он тут развлекается. Представляешь, что она о тебе подумает? — парень не выдержал и со всей силы ударил кулаком в стену, в паре сантиметров от её лица. Девушка замолкла и нервно сглотнула, но виду старалась не подавать, всё так же бесстыдно глядя на него.       — Заткнись, по-хорошему, — медленно проговорил он, борясь с желанием придушить её, и отдёрнул руку от стены. Из небольших ранок тут же пошла кровь.       — Угрожаешь? Каким ты хамом и грубияном на деле оказался, — Блейк неодобрительно покачала головой и хотела к нему притронуться, но Джонсон ударил её по руке. Она негромко вскрикнула. — Сволочь.       — Дрянь, — прошипел он и отвернулся от неё, собираясь поднять пиджак с пола.       — Дрянь, значит? — переспросила она, нервно посмеиваясь и потирая ушибленную руку. — А может, тебе с моим братом поговорить, чтобы он научил тебя хорошим манерам?       — Да говори кому хочешь: хоть своему любимому папочке, хоть брату — мне всё равно, — дрожащим от злости голосом сказал Пирс, отряхнув пиджак. Сейчас его волновало только одно: Брилл. Она его за это ни за что не простит.       — Какой ты храбрый! — саркастично воскликнула Кристалл. — Ну, ничего, твоя смелость и дерзость скоро улетучатся. Уж это я тебе гарантирую.       Он вперил в неё такой ненавистный и злобный взгляд, что она тут же замолчала. Парень медленно подошёл к ней.       — Убил бы тебя, да вот руки не хочется марать об такую сучку, как ты.       — Катись отсюда к чёртовой матери.       — Куда угодно, лишь бы от вас подальше! — воскликнул Джонсон, направляясь к входной двери. — Шлюха... Чёртова семейка. Да чтоб вы в аду сгорели, — и дверь за ним закрылась, оставив в комнате разъярённую и одновременно напуганную Кристалл. Дом Пирса и Брилл, 21:00       Брилл взад-вперёд ходила по комнате, каждый раз с тревогой глядя то на часы, то в окно, на улицу. Она просто не находила себе места: Пирса нет уже целые сутки. А если с ним что-то случилось? Нет, этого просто не может быть! Каждый раз при таких мыслях Хьюстон тут же отбрасывала их. «С ним всё в порядке», — упорно, словно мантру, повторяла про себя, но всё без толку. Паника каждый раз накатывала оглушающей волной всё больше и больше. Сколько она уже таблеток приняла, чтобы успокоиться, но толку ни от чего нет. Ей страшно: и за Пирса, и за ребёнка, которого носит, — их обоих она боялась потерять. Если одного уже не потеряла...       Девушка в страхе села на диван, грызя ногти, как входная дверь тихо открылась и так же тихо закрылась. Не прошло и минуты, как в гостиную медленно забрёл Пирс.       — Заявился, — только и произнесла она, увидев его, и тяжело выдохнула.       — Ты меня потеряла? — тихо спросил он первое, что пришло в голову, хотя ответ на этот вопрос и так ясен.       — Потеряла?! — тут же накинулась на него возлюбленная. — Я чуть с ума сошла! Тебя не было целые сутки! Я уже думала, что с тобой что-то случилось... — она тихо всхлипнула.       — Эй, успокойся, я ведь пришёл. Всё хорошо, — еле слышно проговорил парень. — Не было сил идти домой, поэтому остался переночевать в отеле.       — Хоть предупредил бы...       — Прости, — он обнял её, стараясь не выказывать своего волнения.       — Почему от тебя пахнет какими-то чужими духами? — Брилл, постояв немного молча, спросила это и подняла на него взгляд с толикой недоверия. Джонсон не знает, выдал ли себя по выражению лица, но внутри у него всё похолодело.       — Разве? Тебе просто показалось! — со смешком выдавил он. Недоверчивый огонёк в глазах Хьюстон разгорелся ещё больше. Слишком опасно.       — Ну, не знаю, — наконец протянула она, по-детски поджав губу. — Ладно, забудь. Иди переодевайся, я сейчас что-нибудь тебе приготовлю.       Парень мысленно выдохнул: пронесло. Не нужно ей пока об этом говорить.       Он пошёл наверх переодеться. До ужаса хотелось скинуть с себя эту одежду, в которой он... Нет, даже не хотелось это вспоминать. Пирс зашёл в комнату и прикрыл за собой дверь. Сняв с себя рубашку, повернулся спиной к зеркалу и обомлел от ужаса: сплошь вся спина исполосована ногтями. Не дай бог Брилл это увидит и скандала точно не избежать...       Не успел он натянуть на себя футболку, как дверь комнаты отворилась.       — Пирс, а что ты будешь: чай или... кофе... Пирс... — тихо вымолвила девушка дрожащим голосом.       «Только не это!»       — Брилл, милая, я всё объясню, — она закрыла лицо руками. Джонсон хотел приблизиться к ней, но Хьюстон показала ему рукой, чтобы он не подходил к ней.       — Да пошёл ты, — дрожащим голосом прошептала она и мигом вылетела из комнаты.       — Проклятье, — прошипел он и, быстро натянув на себя рубашку, выбежал вслед за возлюбленной.       В доме её нигде нет, и парень вышел на задний двор. Не ошибся. Брилл сидела возле бассейна и тихо плакала, как он понял по её содрогающимся плечам. Пирс уверенным шагом пошёл к ней. Она, услышав это, обернулась, смотря на него ненавистным взглядом. Тут же его уверенность куда-то улетучилась. Едва подошёл к ней, как девушка отвернулась.       — Какой у тебя великолепный узор на спине! — ядовито высказалась, не удостоив его взглядом.       — Брилл...       — Заткнись, — прошипела она. — Подумать только! Я, как дура, всю ночь не спала, успокоительные чуть ли не целыми упаковками принимала, думая, как бы с моим любимым Пирсом ничего не случилось, в то время как он без зазрения совести всю ночь напролёт кувыркался с какой-то бабой!       — Брилл, я...       — Что, хочешь сказать, вы светские беседы вели? Я бы с удовольствием тебе поверила, но твой боевой раскрас на спине говорит об обратном! Или, может, ты мне расскажешь удивительную историю про то, как упал в какой-нибудь колючий куст?.. Уму непостижимо... — Хьюстон поднялась на ноги, отряхивая себя. Джонсон, как верная собачка, встал следом за ней.       — Брилл, прошу, дай мне всё тебе объяснить, — он дотронулся до её руки, увидев, что она собирается уйти, как девушка тут же развернулась, с размаху влепив ему пощёчину. Парень в шоке отпрянул от неё, потирая ушибленную щёку.       — Не смей ко мне прикасаться! Иди лапай шмару, с которой ты сегодня ночью веселился!       — Ладно, признаю: заслужил, — тихо сказал он, всё ещё не отойдя от удара. — Но, Брилл, прошу, дай мне всё...       — Объяснить? А разве нужны какие-то объяснения, когда и так всё ясно? Просто скажи: зачем?.. Что, не удовлетворяю тебя, раз секса на стороне ищешь? Или ты решил последовать мнению, что у успешного мужчины должна быть не только любимая жена, но и любовница?       — Брилл, ты мне даже слова не даёшь сказать! — взорвался Пирс.       — А мне и не нужны твои слова, Джонсон! — со всей злобой прошипела она. — Уже тошнит от тебя и твоих выходок! Меня даже к Джейсону не подпускал, хотя ты прекрасно видел, что он изменился, в то время как сам мне внаглую изменяешь! — и резко замолчала, отвернувшись. — Пирс, — дрожащим голосом вновь заговорила Брилл, — я ведь тебе доверяла, а ты так подло со мной поступил, — она обхватила себя руками. Из глаз тут же потекли слёзы. — Надоело. Не могу так больше.       — О чём ты? — со страхом в голосе спросил он. Девушка повернулась к нему.       — Я в понедельник, как родители приедут с отпуска, уеду, вот о чём я.       — Ты шутишь, — потрясённо выдохнул парень.       — Нет, Пирс, не шучу. Я так больше не могу. Хватит с меня этого. Уеду и начну новую жизнь.       «Воспитывая одна его ребёнка, о котором он даже не подозревает», — сказал Хьюстон внутренний голос. При мысли об этом горло ещё сильнее сдавило, но выносить такое больше нет сил.       — Что, так просто забудешь обо мне? Забудешь всё, что между нами было? — сипло спросил Джонсон.       Она на мгновение закрыла глаза. В памяти пронеслась вся их совместная жизнь, все семь лет. Да, они были счастливы, безумно счастливы. Когда-то были, но не теперь. «Так нужно. Для нас обоих так будет лучше», — заверила себя.       — Да, — кратко ответила Брилл и побрела в сторону дома, но остановилась из-за вновь прозвучавшего любимого голоса, обещающего вскоре стать таким чужим:       — Не вспомнишь, даже если со мной что-то случится? — обернулась. Пирс смотрел на неё с едва теплящейся надеждой в глазах. Она опустила взгляд. Сердце упорно тянулось к нему, но разум твердил другое. Они совсем скоро будут чужими друг для друга людьми, тогда какой толк волноваться и переживать за него?       — Да хоть ты умри, я о тебе и не вспомню, — жёстко ответила, наконец, девушка.       — Брилл... — шокировано произнёс он, не в силах от её заявления сказать больше и слова.       — Прости, Пирс, — тихо проговорила она и, обхватив себя руками, побрела в дом.       Джонсон обессиленно опустился на мягкую траву. Ужасно больно от её слов. Он так и остался сидеть здесь, не в силах подняться. И кому он теперь нужен, кроме родителей и Адрианы с Джейкобом да Джона с Хеленой, раз та, которую он любит буквально больше жизни, отвернулась от него?