"чОткие чивиточки", или "Жизнеописание полевых растений"

— Слушай, может, ты ошибся? – Чертополох выдохнул сизый дым в небо. Они с Одуваном, всё ещё находящимся в прострации, сидели за школой у котельной, своего любимого места. Здесь можно было спокойно поговорить и покурить, не боясь нагоняя от преподов. — Нет, точно тебе говорю, это и есть моя подружка, — уныло ответил Одуван, которому даже курить расхотелось. – Голубые волосы у маргариток – это огромная редкость, особенно такого чистого оттенка. Нет, я, конечно, идиот, но с памятью у меня всё ок. Это точно он. Блондин подошёл к стене и начал биться об неё головой: — Мама, опыли меня обратно!!! Это шмелец! Твой сын – кретин! — Простите, я проспала первый урок… Эй, поцоны, что за шум? – неожиданно из-за угла высунулась лыбящаяся девушка с длиннющими волосами, торчащими перьями во все стороны. — Пля! – радостно поприветствовал её Чертополох, помахав сигаретой. — Сам Пля, Полька, — Конопля – а это была именно она – решительно оттащила Одуванчика от стены. – А ну, Одуван, колись – чего это ты тут решил ап стену убиццо? — Конаа, это шмелееец! – блондин снова схватил себя за голову. – Я кретин! — Эй, Полька, он с каких пор таким… – девушка скептически осмотрела Одуванчика. – Самокритичнее, чем обычно? — А ты послушай… …— Н-да. Одуван, я одного не понимаю – чего ты рефлексируешь? – Конопля тряхнула внушительной гривой волос. – Ну, подумаешь, подруга оказалась другом. Расслабься, вы встретились после стольких лет! Разве это не здорово? — Нет, не здорово! – блондин начал мерить шагами узкую заасфальтированную площадку. – Кона, я ж всё это время мечтал, что вот, встречу её, признаюсь, что люблю… А тут такой облом! — Одуван, очнись, ты прям как романтик из Эпохи Посаждения, — поморщился Чертополох. – Вроде уже большой, а думаешь о такой ерунде… Даже если б Маргаритка оказалась девушкой, во-первых, не факт, что вы бы вообще встретились, во-вторых, ты ей или она тебе могли просто-напросто не понравиться уже во взрослом варианте… Короче, мужик, будь реалистом и выкинь свои детские розовые мечты, тем более, разу ж так всё обернулось. — Тц! – Кона отвесила панку смачный подзатыльник. – Прекрати нудеть, прям как старый пень! Именно из-за таких, как ты, романтика и исчезает, остаётся одна сплошная пошлость и бытовуха. Одуван, послушай, конечно, не совсем верно, но всё-таки Полька говорит дело, в смысле, теперь тебе придётся смириться. Но, почему бы тебе всё-таки не поговорить с Маргариткой? Даже если он – парень, всё равно, друг детства – это прекрасно! Тем более, у тебя их не так и много. Подружись с ним заново, находи везде свои плюсы! Одуванчик побледнел. — Нет, ребят, я лучше всё это дело замну. Кона, Полька, плиз, пообещайте, что всё сказанное здесь останется между нами. Пусть всё идёт как шло. — Ладно, — вздохнула Конопля. – Хотя я это и не одобряю. — Прекратишь меня звать Полькой – ок, я могила, — поднял большой палец вверх Чертополох. — Ну и славненько. Пошли, а то перемена скоро закончится. *** Все занятия Одуванчик просидел как на иголках. Он всё корил себя за то, что не разглядел, что Маргаритка – парень. «Как же я так лоханулся?!» — обливаясь холодным потом, думал блондин. – «Впрочем, о чём это я? Маргаритка вечно ходил в одежке как у девчонок! Ну, по цветам, в смысле… И всякие фенечки типа бантиков-заколочек имелись… Тем более, странно, что за всё время нашего общения он не поправил меня, что я называю его в женском роде. Хотя, мы же были детьми, для нас это могло быть вполне нормальным, мы же до энного цветения и не осознаём свой пол толком. Как предки нарядили – то и есть. Короче, тут фиг разберёшь… И я слепой, И Маргаритка хорош». Придя к такому выводу, Одуван более-менее успокоился. Наконец, занятия закончились. — Так, Одуванчик, ты сегодня дежурный! – староста, Полынь, помахала у блондина перед носом графиком. – Не забыл? Так, вижу по лицу, забыл… В общем, напоминаю. Веник – там, ведро – в углу, помой доску, вынеси мусор, и тэ дэ. Чао. Одуванчик с тоской поглядел на вручённый, словно скипетр власти, жестяной совок. Чертополох и Конопля, увидев старосту ещё на горизонте, быстренько смылись. Друзья, тоже мне! Вот и отдувайся теперь один. Ничего-ничего, он им это ещё припомнит! Разрабатывая жуткие планы мести, Одуванчик сам не заметил, как быстро продежурил, и пошёл выносить мусор. Вернувшись и, насвистывая, блондин поставил урну на место, и тут услышал голос за спиной: — Ну, как твоя аллергия? Прошла? Одуванчик резко развернулся и увидел Маргаритку, сидящего на парте. — Ты о чём? – настороженно поинтересовался парень, внешне, однако, оставаясь спокойным. — Ты меня не узнал, что ли? – Маргаритка насмешливо вскинул брови. – Странно, а с утра мне другое показалось. — Так ты меня всё-таки помнишь! – ошарашено пробормотал Одуванчик. — Конечно, я тебя помню, второго такого уникума ещё поискать нужно. Тем более, со шрамом. Одуванчик неосознанно провёл рукой по лицу. Точно, он и забыл, что имел на своём фэйсе сомнительное украшение в виде сантиметровой светлой полосы от правой скулы через переносицу и левую бровь, которую получил ещё будучи совсем ростком, из-за того, что напоролся на косу. Маргаритка легко спрыгнул с парты. Миг – и он уже рядом с блондином. Оказывается, они почти одного роста, рассеяно отметил Одуванчик. — Похоже, ты не рад меня видеть, — неожиданно грустно сказал Маргаритка, сбрасывая свою насмешливость. – А я так ждал этой встречи… — Нет, что ты, это не так, я просто… — начал оправдываться Одуванчик. – Я рад тебя видеть, просто немного… ошарашен. — Правда? — Точно! — Ура! – радостно улыбнулся Маргаритка. «Уф, пронесло», — облегчённо подумал Одуванчик. Но у него было стойкое ощущение, что где-то здесь есть найоп. Что-то шло не так, и интуиция била во все колокола. Неожиданно Маргаритка схватил за подбородок Одуванчика и приблизил его лицо к себе. Взгляд парня сразу стал колючим, а дебильная улыбочка исчезла, как не бывало. — Мы с тобой столько лет не виделись, а ты только и можешь, что строить удивлённые рожи? – опасно сузив глаза, спросил голубоволосый. – Да ты хоть знаешь, как я ждал этой встречи! Думаешь, я просто так здесь оказался? Нееет, я с огромным трудом уломал предков разрешить мне жить снова в этом городе и ходить именно в эту школу, потому что я хотел тебя увидеть, и что я слышу по приходу? «Я знал девушку с таким же именем!». Идиота кусок. Ты что, мальчика от девочки отличить не можешь, а?! — Да ты сам виноват! – возмутился Одуванчик, впрочем, не столь бурно. – Носил бабьи тряпки и отзывался на девчачьи погоняла! Да и вообще, мы были совсем мелкими, не удивительно, что я мог попутать! Маргаритка прервал его на полуслове, отбрасывая лёгким толчком назад. От неожиданности Одуван чуть не грохнулся, но вовремя успел опереться спиной о стену. Маргаритка грозно навис над скрючившимся блондином. — Что ты?!.. – начал было Одуванчик, но его бесцеремонно заткнули самым неожиданным образом – грубо поцеловав, засовывая язык в рот. От такого нежданчика у блондина начался нервный тик и состояние, близкое к полному апоптозу. А тем временем, этот желтоглазый извращуга даром время не терял, и уже внаглую шарил руками под рубашкой. Очнулся Одуванчик лишь тогда, когда в тишине, словно щелчок затвора, раздался звук расстёгиваемой «молнии» на брюках. «Что тля за сортовой хрен здесь происходит?!»