Дай мне руку (я пожму её)

      Белоснежная скатерть укрывает огромный стол; на бордовых салфетках стоят в тон скатерти блестящие тарелки, аккуратно уложены столовые приборы и до идентичного тарелкам блеска вычищены золотые кубки.       Кустовые розы стоят в небольших вазах, простилаясь по всей длине стола. Люди, сидящие за столом, полны радости: широко улыбаются, переговариваясь друг с другом и бросая взгляды в сторону массивной двери, ожидая того момента, когда она откроется и войдут виновники сего празднования.       Церемонии бракосочетания в Асгарде проходили закрыто: жених, невеста, Всеотец и Бальдр собственной персоной.       Было чертовски тихо до тех пор, пока не заговорил светлейший в этом зале. Бальдр расположился рядом с троном Одина и внимательно оглядел Локи, а позже саму Иден, несколько секунд открыто разглядывавших друг друга. Взгляд бога коварства не выражал ровным счётом ничего, а вот взгляд светловолосой девушки был наполнен удивлением.       Невероятной красоты голубое платье, под стать костюму Локи, белый цветок в волосах и натянутая улыбка; тёмно-зелёный (под своё желание) костюм и лицо, не выражающее радости. В глазах Всеотца они смотрелись ангелом и бесом, и именно сейчас он осознавал, что женить своего младшего сына — дурная идея.       — Согласна ли ты, Иден, дочь богини Фрейи и простолюдина Ода, взять в мужья Локи, сына богини Фригги и Всеотца?       «Могу ли я ответить отрицательно?»       «Я не его сын»       — Согласна.       — Согласен ли ты, Локи, сын богини Фригги и Всеотца, взять в жены Иден, дочь богини Фрейи и Ода?       — Согласен, — в ответе лицо трикстера скривилось; единственное, что его мотивировало — скорая свобода действий.       — Обещаешь ли ты, сын Одина, до конца своих дней хранить верность и любовь своей жене, оберегать от бед и отдать свою жизнь в обмен на её? Обещаешь ли ты, дочь Ода, до конца своих дней сохранять верность и любовь своему мужу, оберегать от напастей и отдать свою жизнь в обмен на его? — голос Бальдра с каждой секундой становился громче, раздаваясь эхом по залу.       «Что за чушь? Увольте.»       — Обещаю, — в один голос ответили виновники торжества, дабы поскорее окончить фарс.       — Именем великой Фригг, покровительницы любви, брака, домашнего очага и деторождения, скрепляю вас узами брака, — твёрдо произнёс Бальдр, сходя по ступенькам к молодожёнам и по очереди касаясь сначала запястья девушки, а после — запястья Локи. — Обменяйтесь кольцами.       Прикосновение болезненно жгло несколько секунд; бог коварства довольно хмыкнул. Руны! Один не промах — не позабыл свои шаманские штучки, ещё и Бальдра заставил это сделать.       Обменявшись кольцами, Локи и Иден взглянули на Одина, который вставал с трона. Полли внимательно глядела то на самого мужчину, который только что стал её мужем, то на Бальдра, то на Всеотца. Именно сегодня она вышла замуж за, чёрт бы его побрал, бога! За совершенно неизвестного ей мужчину!       — Желаю счастья, дети мои, — томно проговорил Один, — надеюсь, в ваших сердцах найдётся место для света. Пройдёмте, вас ждут на торжестве.       Локи незамедлительно двинулся к выходу, мгновенно позабыв о новоиспечённой жене. Пальчиками подобрав подол платья, Ларсен взглянула на того, что пожелал им счастья и встретилась с его улыбкой, вполне себе доброжелательной. Развернувшись, девушка ринулась за Локи, про себя молясь не споткнуться о плитку.       Несколько дней назад, когда та самая компания сотрясла её крепкий сон, Иден показали всю красоту Асгарда: чистейшее бирюзовое море, подобие которого ей удавалось видеть на картинках, изображающих райские курорты; то самое великое древо, поля с красивейшими цветами и лошадей. Напоследок Тор рассказал ей о своём младшем брате — о его скверном характере, но в душе, в самой её глубине, — о доброте. Громовержец любит его, несмотря на характер; божество с красным плащом начисто уверен, что с невестой (на момент того разговора) братцу повезло.       — Постойте! — девушка крикнула это слишком громко, выскочив за двери зала. — Постойте, пожалуйста! Я хочу с Вами поговорить! Пожалуйста!       Мужчина действительно сбавил шаг, позже остановившись на месте и даже повернувшись к запыхавшейся девушке лицом. В молчании он вскинул брови, по видимому ожидая дальнейших слов от жены; светловолосая действительно продолжила:       — Я до сегодняшнего дня и понятия не имела, за кого мне предстоит выйти замуж и сейчас не понимаю, для чего это, но Вы на меня только не обижайтесь, это ни в коем случае не с моей подачи!       — Я в курсе, что это «не с твоей подачи», — процедил сквозь зубы тот, — угомонись.       — Но Вы недовольны.       — Я должен быть доволен этой женитьбе? Ещё и на земной девке?       — Если Вы так недовольны, то почему не выбирали себе невесту по своим предпочтениям? — Ларсен успела оскорбиться, даже не до конца осознав всего сказанного.       — Этого ожидали все, но не я, понимаешь ты это или нет! — срываясь и подходя ближе, чеканил бог.       — Безусловно все, поэтому прямо сейчас мы пойдём праздновать. Иден, Фрейя и Од ждут тебя и твоего мужа. — Всеотец подкрался незаметно и, приобняв их обоих за плечи, двинулся к тому самому огромному помещению, откуда доносился звонкий смех и приятная музыка.       Массивные двери распахнулись и троица вошла внутрь. Локи молчал, стиснув зубы, осознавая, что хамить Всеотцу пока что не стоит. Иден точно так же молчала, удивленно поглядывая на мужа.       Тор резко вскочил с места и широкой улыбкой поприветствовал вошедших. Фригга, Од и Фрейя быстро направились к молодожёнам, крепко обнимая их.       Присутствие отца для девушки стало огромным сюрпризом; он обнимал Фрейю и, кажется, был абсолютно здоров и счастлив.       Сидя за столом, они говорили долго, больше прежнего — весь этот гул давил на уши, голова безбожно кружилась и только через пять часов, когда все те неизвестные Иден люди напились и наелись, ей было позволено встать из-за стола.       Краем уха она слышала поздравления, чувствовала объятия и запах подаренных цветов, но полностью слушала лишь свои мысли.       Ларсен была счастлива, что Фрейя исполнила своё обещание и меньше была счастлива за то, что она сама исполнила и своё, не менее серьёзное слово.