Веселые будни одного Юнги

Из колонок в автомобиле лилась приятная, ненавязчивая песня, заполняя звонким голосом какого-то попсового певца все пространство дорогого салона. Хосок, включил ее совсем недавно, в надежде, что атмосфера в его машине, подаренной Юнги на прошлое день рождение, станет хоть чуточку легче, правда, это абсолютно не спасало, из-за чего, обычно веселому и извергающему позитив Хоупу, приходилось молчать в тряпочку, чтобы не раздражать сидящих позади него хенов еще больше. На самом деле, настроения у старших, как отмечал про себя Хоуп, еще с самого утра не заладилось. Начиная с нервного Намджуна, который все еще был на взводе из-за вчерашнего случая в ванной, и заканчивая, Юнги, который выглядел еще мрачнее и задумчивее чем обычно. — И долго мы еще будем его ждать? — Прервал давящее молчание Намджун. Он недовольно морщил лоб и продолжал высматривать что-то сквозь тонированные окна, через которые проходил тусклый, серый свет. Ким даже не повернулся в сторону Юнги, несмотря на то, что слова были адресованы именно ему. Мин же, проигнорировав вопрос своего друга, так же как и Намджун продолжил смотреть в окно, которое выходило в сторону школьного двора, открывая прекрасный вид на пустой асфальтированный участок, с несколькими лавочками и парой елочек, и кустиков на местах, где земля не была покрыта серым камнем. — Юнги, ты меня услышал? — Намджун начинал закипать, его руки сжались от раздражения. Чтобы успокоится, мужчина на секунду прикрыл глаза, правда, это не сильно помогло, он все еще чувствовал в себе это неприятно чувство, которое требовало выхода, скребясь о ребра. — Сколько нам еще придется прятаться здесь, ожидая, когда Чимин приведет Чона к нам? Юнги же при упоминании Пака чуть вздрогнул, словно отмирая и, наконец, оторвавшись от созерцания пустого, на время уроков, школьного двора, перевел затуманенный от недосыпа взгляд на Намджуна. — Я понятия не имею когда и как он выманит Чон Чонгука на улицу, но Пак не идиот и прекрасно понимает, что выбора у него нет, к тому же, сейчас, он боится тебя, Хосок. — Мин кидает взгляд на Хоупа, который, заинтересовавшись беседой, развернулся к ним. — Да и меня он тоже боится не меньше, так что, будет стараться так, словно от этого зависит его жизнь. А теперь, будь добр не лезь ко мне с глупыми вопросами. Мин уже собирался развернуться обратно к окну, чтобы вновь не видящим взглядом уставится в свое отражение в стекле, как его окрикнул Чон, вынуждая смотреть прямо на него. — Откуда такая уверенность хен, он за такой короткий промежуток времени уже успел нам навредить. Так с чего ты взял, что он справится в этот раз? — Хосок возмущенно уставился на Мина, не понимая, почему его обычно недоверчивый друг, так верит в то, что этот парень, с которым они знакомы чуть больше полумесяца, сможет им помочь, а не навредить еще больше. При воспоминаниях о Ви, который спал сейчас под действием снотворно, сердце Хосоко пронзила острая боль, а налившийся на скуле синяк, вновь неприятно заныл. — Я же уже сказал, он нас боится. — Говоря это, Мин сам себе не верил, ведь воспоминания о том, как этот мальчишка, с таким бесстрашием вчера ругался с ним, обзывая довольно интересными словами, а в конце вообще выставил Шугу за дверь, закрывая ее перед самым носом киллера, вселяло в душу брюнета, некоторые сомнения по поводу трусливой натуры Пака. — Сомнительное утверждение, к тому же, это не показатель. Если бы он нас действительно боялся, то не посмел бы себе скрывать что-то от нас. — Намджун потер лоб, словно пытаясь разгладить образовавшиеся на нем морщины, но данные манипуляции не подействовали и он лишь тяжело вздохнул, словно выпуская из себя все накопившееся в нем напряжение, позволяя ему выйти наружу. — Я уже начинаю сомневаться в правильности своего решения. Нужно было просто заплатить Чимину и отпустить на все четыре стороны или вообще убить, это был бы более действенный способ заставить его молчать, и более дешевый. Это избавило бы нас от лишних проблем. Шуга, выслушав рассуждения друга, не на шутку напрягся, чувствуя, как внутри что-то неприятно шевелится, заставляя его нервничать. — Даже не смей о таком думать Намджун, если с этим парнем что-нибудь случиться, поверь, я тебя не прощу. — Юнги не сразу понял, что произнес эти слова вслух, и только когда заметил на себе две пары ошарашенных его заявлением глаз, сообразил, что именно сморозил. Хоть это и было полной правдой, сообщать об этом друзьям, которые были настроены против Чимина, не стоило. Поэтому, пока Намджун и Хосок не до конца пришли в себя, анализируя его слова, стоило придумать достойные ответы на рождающиеся в их головах вопросы. Мин прямо-таки чувствовал, как в черепных коробках его товарищей вращаются шестеренки. — И почему же ты не простишь меня? — Ким вмиг принял серьезный вид: плечи его распрямились, спина разогнулась, а выражение лица приняло нечитаемые вид. Мин впервые за долгое время почувствовал себя добычей, загнанной в угол и это, признаться, действовало на гордость Юнги, словно пуля в лоб. Только не следовало забывать, что Шуга не посмеет принимать себя за безобидную живность. — Не смей так на меня смотреть Намджун, я не один из твоих ручных шавок, которые заполонили группировку. Я не обязан отвечать на твои вопросы. — Мин не отступал и так же, как и его друг принял тактику нападения. Поэтому, его голос наполнился свинцом, а взгляд темно-карих глаз, по тяжести, не уступал взгляду Кима, которым тот буравил Шугу. — Может ты и не шавка, но ты все еще мой подчиненный. — Намджун, сидя к Юнги полу боком наклонился чуть вперед, его глаза наполнились лукавством, а на губах расползлась настолько приторная, но лживая улыбка, что Юнги, кажется, начало мутить. — А давай с тобой поспорим, если Пак не появится здесь, через пять минут, под ручку с Чон Чонгуком, я пущу ему пулю в лоб. Естественно не прилюдно, но она точно украсит его черепушку чуть позже, в более интимной обстановке. Юнги ощущал, как от слов Намджуна, внутреннее напряжение нарастает, натягиваясь в его теле, словно струна, готовая вот-вот лопнуть и выпустить наружу всю его жестокость и безжалостность, которую он старался не демонстрировать при своих друзьях. — Я не спорю на чужие жизни. Я так же не припомню, чтобы ты таким увлекался, так что не стоит мной манипулировать, ты же знаешь — со мной такое не прокатит. — У Юнги зачесались руки, настолько сильно он хотел сейчас ударить своего друга. Такое ощущение возникало в нем уже не в первые, ведь между ними и раньше возникали конфликтные ситуации, а они оба были слишком упрямыми, чтобы уступить или хотя бы прийти к соглашению. Поэтому, зачастую, такие их конфликты заканчивались дракой, с последствиями в виде переломов, сотрясений и глубоких ранений от ножей и других острых предметов. — Успокойтесь оба! — Их игру в гляделки, прервал вскрик Хосока. Парень глядел на них чуть испуганно, узнавая это напряжение, что витало между ними, наполняя салон. Поэтому, Чон прекрасно знал, к чему может привести их, вся эта ситуация, он не первый раз был свидетелем таких споров, а потому знал, если их не остановить, то обвинить в провале, придется уже Намджуна и Юнги, а не Чимина, который, по сути, ни в чем не был виноват. — Не ведите себя как два идиота. Не забывайте, зачем мы здесь! Слова Чона чуть по умерили их пыл, а на лицах отразилось понимание ситуации, в которой они оба вели себя словно дети, сражающиеся за лучшее место в песочнице. Они позволили эмоциям взять верх над холодным расчетом. Юнги тяжело вздохнул, пытаясь унять напряжение, прорывающее его изнутри и затапливающее собой здравый смысл. Однако Ким, кажется, не был настроен на мирный исход, несмотря на то, что слова Чона все же по умерили его пыл. — И не думали, просто у нас тут пари намечается, а в остальном все нормально. — В отличии от Мина, который быстро успокоился, Намджун напротив горел очень долго, не имея достаточной силы воли, чтобы потушить свой гнев. Киму казалось, что вся его злость и раздражение, которые приходилось долгие годы держать в себе, вдруг вылились наружу, заставляя его мыслить иррационально. — Никакого пари не будет, поверь, я тебе не позволю и пальцем к Паку прикоснуться. Потому что, он всего лишь ребенок, и ради твоего же блага, я не позволю прервать его жизнь. — Юнги тоже был на взводе, но слова Чона чуть усмирили его. — Поверь мне, чувство вины, не самая приятная вещь на свете, не хватало еще, чтобы помимо меня, оно терзало и тебя. Полагаю, нам хватит и одного босса, который бы страдал от преследующих его кошмаров. Юнги, дабы не провоцировать Намджуна еще больше, вышел из машины, громко хлопнув дверью, мысленно извиняясь перед Хосоком, который недовольно закричал на его действия. На улице снова дул сильный ветер, хотя утром погода была вполне приемлемой, даже сквозь облака проглядывало яркое солнце, которое не появлялось на небе уже неделю. Однако сейчас, небо вновь заволокли свинцовые тучи, не позволяя небесному светилу радовать людей, а особенно Юнги, который просто терпеть не мог подобную погоду, чувствуя, как в такие пасмурные дни на него тяжелым грузом наваливается депрессия. — Блядь, опять холодно, как же надоела эта осень. — Пробурчал себе под нос Юнги, пиная камешек под ногами. Не изменяя традициям, Шуга достал из кармана любимой кожаной куртки почти пустую пачку сигарет, горестно вздыхая во время подсчета никотиновых палочек. Мин закурил, и горьковатый дым только успел наполнить легкие, как неподалеку от него, послышались торопливые шаги, даже не так, звук был такой, словно кто-то на полной скорости несется по направлению к дорогой машине. Мин развернулся в сторону школьного двора, откуда доносился топот, и сразу же наткнулся взглядом на Чимина, за которым бежал Чон Чонгук. Его темно-русые волосы были растрепаны, а красивое лицо исказила гримаса такого гнева, что Юнги, чисто инстинктивно потянулся за пистолетом, чтобы выстрелить в нагоняющую Пака угрозу. Однако уже через доли секунды он пришел в себя, а еще через секунду за его спиной послышался хлопок двери и рядом с ним встал Намджун, дожидаясь, когда подростки выбегут за ворота. — Мы с тобой еще поговорим, а сейчас важнее схватить этого паренька. — Намджун оглядел приближающегося к ним парня, который, поглощенный погоней, даже не замечал, что бежит прямо в такую очевидную ловушку. — Весьма не наблюдательный парень, но кажется довольно сильным. — Согласен. — Прохрипел Мин, чье сердце болезненно сжалось, когда Пак, споткнувшись, полетел на мокрый от вчерашнего ливня асфальт, а Чон, наконец нагнавший его и поднявший за шкирку, словно котенка, уже замахнулся для удара. Только вот, кулак Чонгука, так и не достиг своей цели, остановленный Намджуном, который, оттолкнув Чимина от взбешенного подростка, перехватил его руку, заламывая ее с такой силой, что затрещали суставы. Чимин, который буквально отлетел от Чона, мог поклясться, что ему, как минимум вывихнули плечо, потому что крик, сопровождающий треск костей, был слишком громким. Пак пятился назад, потеряв равновесие от сильного толчка, и уже ожидал соприкосновения с жесткой землей, но вместо этого он врезался в чью-то грудь, а в следующую секунду теплые руки обвили его талию, удерживая на ногах. — Куда летим? — Прошептал Мин, задевая ухо губами и сразу же замечая, как кожа на нем покраснела. Эта картина вызвала в нем такой прилив неконтролируемой нежности, что он непроизвольно усилил объятия. — Полагаю, на землю. — Так же тихо ответил Чимина, чуть повернув голову на бок, чтобы столкнуться с насмешливым взглядом темных глаз. — Спасибо. — Да не за что. — Как-то отстраненно ответил Юнги, выпуская парня из кольца рук, отмечая, что тот весь дрожит и не понятно от чего, то ли от адреналина, то ли от холодного ветра, который заставлял даже Мина ежиться, что уж говорить о Чимине, который был одет лишь в одну белую рубашку. — Шуга, помоги, этот сучонок, больно сильный. — Мин оторвался от разглядывания подрагивающих плеч, вспоминая, что он тут вообще-то на работе, если можно так сказать. — Да не рыпайся ты, иначе я тебе руку сломаю, а не просто выдерну ее из сустава. В подтверждение своих слов Ким чуть дернул парня за конечность из-за чего тот, снова вскрикнул и как-то обмяк, опустив голову и уставившись в асфальт. — Джун, легче. — Напряженно выдохнул Мин, понимая, что сейчас не лучшее время и место, чтобы демонстрировать пойманному пленнику силу, да и свидетелей никто не отменял, поэтому все надо было сделать быстро. — Давай запихнем его в машину. — Хоть что-то дельное сказал за весь день. — Намджун со всей силы толкнул Чонгука прямо на Юнги, но тот не растерялся, сразу же перехватывая подростка и заводя за спину его поврежденную руку, чтобы боялся сопротивляться. Довольно быстро запихнув парня в машину и захлопнув за ним дверь, Юнги дождался пока на улице останется только он и все еще подрагивающий Чимин, который каким-то потерянным взглядом, смотрел на Мина. — Тебе холодно. — Юнги подошел к парню и, сняв с себя куртку, накинул ее на подрагивающие плечи, которые вмиг напряглись. — Нет, я не из-за этого. — Пак покачал головой, но куртку не вернул, даже напротив, он закутался в нее сильнее и обнял себя руками. — С ним все будет нормально? — Серьезно, тебя это еще волнует? — Мин скептически приподнял бровь. — Он чуть не избил тебя, а ты переживаешь за него? — Я первым его ударил, еще и сказал кое-что. То, что его очень разозлило. — Чимин, словно переживая всю эту картину заново, поморщился. — Я не должен был этого говорить, уж слишком личным это было, мне от самого себя противно. У Юнги, от вида такого виноватого Чимина, внутри что-то щелкнуло и он, забыв о том, что за ними могли наблюдать сквозь затонированное окно, притянул мальчишку к себе. Сейчас, самым важным было утешить, согреть, потому что, это желание переполнило все его нутро, не давая мыслить здраво. Одной рукой он обвил чужую талию, а другой поглаживал волосы, так же, как и вчера, пропуская жестковатые пряди сквозь пальцы и массируя кожу на затылке. — Не вини себя ни в чем. Хорошо? — На его слова последовал короткий, чуть заторможенный кивок, и рыжая макушка опустилась ему на плечо, а холодный носик уткнулся в шею, согревая ее горячим дыханием. — Опять притягиваешь меня. — Юнги почувствовал как к жилке, где бился пульс, словно невзначай прижались пухлые, холодные губы. От этого действия внутри все затрепетало, а по коже побежали мурашки. — Когда снова соберешься меня оттолкнуть, будь добр, сообщи заранее, желательно за час, чтобы я успел спрятаться и не слышать обидных слов. — А если больше не оттолкну. — Пробубнил Мин, целуя Пака в макушку, от чего тот вздрогнул и чуть напрягся, но через секунду вновь расслабился и, почувствовав, что сейчас ему можно абсолютно все, обнял в ответ, обвивая руками талию Мина. — Тогда… — Чимина прервал стук в окно, который призывал Мина поторопиться и занять свое место в автомобиле. — Давай потом договорим. — Тяжело вздохнув, проговорил Мин и выпустил пригревшегося на его плече Чимина из объятий. — И еще, я напишу Анне, она заберет тебя и отвезет ко мне домой, только подожди ее немного. — Хорошо. — Ответил Пак, наблюдая за тем, как обтянутая черной водолазкой спина, скрывается в машине. Как только Мин оказался в машине, где царила напряженная тишина, транспорт сразу же сорвался с места, а Юнги не теряя времени, отправил Анне SMS, чтобы та забрала Пака из школы и отвезла его домой. Через пару минут пришел ответ с всего одной единственной фразой — «выезжаю». Получив это сообщение, Мин расслабленно выдохнул, почувствовав облегчение, и наконец, смог убрал телефон обратно, переводя взгляд на Намджуна. — И стоило нам начинать весь этот скандал, все равно ты сейчас сдал себя с потрохами. — Вкрадчиво поинтересовался Намджун, однако Мин заметил, как уголок его губ чуть приподнялся в насмешливой улыбке. — Полагаю, не стоило. — Ответил Мин, начиная разглядывать что-то больно притихшего дилера, чьи руки теперь были скованны наручниками позади спины, не позволяя парню облокотиться на сиденье. — В свое оправдание хочу заметить, что я сам от себя такого не ожидал. — Мы тоже от тебя такого не ожидали. — Голос Хосока был мрачным, а взгляд, которым он смотрел на Мина, заставлял того чувствовать свою вину, только не понятно за что. — Как ты мог связаться с ребенком, да еще и таким ненадежным. — Почему мне кажется, что ты меня сейчас отчитываешь? — Мин откинулся на спинку и сложил руки на груди, с вызовом смотря в глаза Хоупа, которые отражались в зеркале заднего вида. — Вместо того чтобы просвещать меня, по поводу моей же личной жизни, лучше следи за дорогой. Я не хочу вылететь на встречку. Хосок на его замечание что-то недовольно забурчал, но взгляд все же перевел на дорогу, переставая сверлить им Шугу. Однако расслабиться и хоть чуть-чуть побыть в тишине, которая больше не давила на сознание, ему не дали. Парень, сидящий между ним и Намджуном, чуть пошевелился, Мин видел, как мальчишка разминает длинные пальцы, кажется, чтобы почувствовать пострадавшую руку, а затем резко разгибается, с вызовом смотря прямо на него. — Так значит, Чимин твоя подстилка? — На красивом лице появляется самодовольная улыбка, которая не вселяла в душу Юнги, чьи нервы и так изрядно пострадали в перепалки с Кимом, самоконтроль. Поэтому, прежде чем парень вновь успевает открыть рот, чтобы опять сказать что-то колкое, Мин со всего размаху бьет того в солнечное сплетение, ощущая, насколько податлива под его кулаком чужая плоть. Чонгук сгибается пополам, опускаясь грудью на колени, и надрывно кашляет, пытаясь вдохнуть обратно выбитый из легких воздух. — Не усугубляй свое положение малыш. — Ровным, абсолютно незаинтересованным голосом выдает Намджун, отворачиваясь при этом к окну, за которым с невероятной скоростью менялся пейзаж. — Оно у тебя и так довольно шаткое, так что не советую тебе злить нас, усложняя его еще больше. — Золотые слова. — Юнги схватил парня за больное плечо и со все силы сдавил его, из-за чего из парня вылетел болезненный скулеж. Мин заставил Чона распрямиться, прижимая его руками к спинке сиденья, и уставился на парня ледяным, пронзающим до самого нутра, взглядом. — Если услышу, как ты произносишь имя Пака своим поганым ртом, клянусь, когда мы останемся наедине и ты нам больше не понадобишься, я оторву тебе язык. Понял меня? Мин еще сильнее сдавил плечо, надавливая большим пальцем на мышцу, и тряхнул подростка, из-за чего тот приложился затылком о кожаное сиденье. С его губ сорвался стон, но Чонгук все равно кивнул, понимая, что с этими парнями не стоит вести себя так же, как с членами той группировки, чьи наркотики он продавал на территории школы. — Вот и отлично. — Мин довольно улыбнулся и, убрав руки, которыми удерживал парня в вертикальном состоянии, стал наблюдать, как Чонгук вновь облокачивается на свои колени, начиная хрипеть и откашливаться, видимо, еще не до конца придя в себя после удара под дых. — Будешь нас слушаться и возможно, не останешься калекой на всю жизнь. Понял меня? Мин устроился поудобнее, закинув ногу на ногу и выжидающе уставился на макушку парня. Чонгук, однако, не заставил себя долго ждать, моментально реагируя на слова Мина, и напрягая от страха широкую спину. — Я понял. — Прохрипел Чон, и снова зашелся в приступе болезненного кашля. — Прекрасно, так и надо было себя вести с самого начала. — Намджун оторвался от разглядывания очередной парочки, которая, не смотря на омерзительную погоду, задорно смеялась и держалась за руки, рассматривая что-то в витрине магазина. Переведя свой взгляд на Чона, который внимательно следил за дорогой, Намджун почувствовал переполняющую его гордость. Не смотря на то, что Хосок был еще не совершеннолетним, водил он отменно, даже пару раз, втайне от старших, участвовал в гонках по городу, которые заканчивались для большинства ее участников задержанием, но только не для Хоупа, которого с детства учили правильно отрываться от погони. На лице Намджуна мелькнула тень улыбки, и он не собирался скрывать ее, как обычно делал Шуга. Еще немного посмотрев на торчащие во все стороны красные волосы, Ким погрузился в свои мысли, мужчина прикрыл глаза, взвешивая в своей голове все за и против. Юнги видел, как Намджун напрягается, что решая, но предпочел не вмешиваться, предпочитая разглядывать серые тучи на улице, чем влезать в мыслительные процессы своего друга. Так прошло немало времени, за которое, Мин успел, окончательно успокоится, наслаждаясь долгожданной тишиной, и кажется, даже немного вздремнуть, а Ким получил спокойную атмосферу, в которой можно было подумать. Что-то для себя решив, Джун резко открыл глаза и, вздохнув, снова уперся взглядом в сиденье перед собой, отдавая Хосоку приказ: — Хоуп, я хочу держать его поближе к себе, так что вези нас в основное здание, запрем его на складе, там неплохая звукоизоляция и гораздо больше наших людей, чем в том затрепанном домишке на окраине. — Есть босс. — Ответил Хосок, усмехаясь и уже представляя, насколько плохо будет тому парню, что сейчас сидел, согнувшись и, кажется, даже не дыша. Чон уже предвкушал сладкую месть за своего Тэхена, человека, с которым он прошел такой долгий путь. Конечно, никто не допустит его до самого процесса, но Чону будет достаточно и того, что его старшие братья сделают с этим сукиным сыном, да и кто сказал, что он не сможет пробраться на склад, когда там не будет старших, и пару раз приложить парня головой о стену? Хосок, послушно выполняя приказ, уже сворачивал в сторону их дома, когда Мин увидел, как из-под длиной челки, за которой скрывалось лицо Чонгука, на пол упало пару слезинок, а длинные пальцы сжались с такой силой, что, кажется, смогли короткими ноготками, прорвать кожу на ладонях. Парень ужасно боялся и на секунду, всего на какую-то чертову секунду, Юнги стало, ужасно жаль этого парня. Однако уже нельзя было ничего изменить, они въезжали на стоянку прекрасного, зеркального здания и Мин мог поклясться, что в его голове уже можно было услышать будущие мольбы о пощаде, которые будут срываться с губ подростка.