Веселые будни одного Юнги

— Эй, куда ты, черт возьми, собрался! — По квартире прокатился возмущенный крик Намджуна. Прокравшись во все уголки дома и достигнув комнаты Тэхена, он заставил того резко распахнуть глаза, и ощутить, как от желтого, приглушенного торшером света, запульсировало в висках, а отвыкшие от ярких лучей глаза начали слезиться. — Туда, где должен был быть еще тогда, когда вы только привезли этого уебка сюда! — Так же громко, а может даже еще громче взревел Хосок. Тэхен, даже не смотря на то, что только пришел в себя после продолжительного сна, все равно четко различал ту ненависть и злобу, которые буквально пропитали голос Чона. Ви осторожно повернул голову в сторону двери, замечая, что она не закрыта до конца, благодаря чему разговор, что вели его друзья в соседней комнате, было слышно достаточно хорошо. — Почему вы с Юнги не позволили мне присутствовать, когда пытали этого парня! — Все больше заводился Хосок, чей голос наполнялся истерическими нотками. — Потому что, ты никогда на них не присутствовал. К тому же, это не то, что должны видеть дети. — Тэхен слышал за стеной звуки шагов, а затем звон посуды. На удивление Ви, Намджун реагировал на крики Хосока очень спокойно, позволив себе повысить голос, лишь в начале их разговора. — Ну и что, что я еще несовершеннолетний, я все равно за свою жизнь повидал ничуть не меньше дерьма, чем ты или Шуга! — Судя по звукам, Хосок обо что-то ударил кулаком. — К тому же, если бы вы позволили мне учавствовать в пытке Чон Чонгука, может быть, я бы сейчас не рвался так, на чертов склад с этим диким желанием избить его до полусмерти, а возможно, даже убить! От упоминания имени любимого в таком контексте, какая-то невидимая сила заключила грудь Тэхена в тиски, сдавливая ее невидимыми клешнями и выбивая из нее весь воздух. Его расслабленное до этого тело напряглось, посылая по затекшим мышцам разряды боли. — Не пытайся обвинить меня в своем желании причинить кому-то боль. Ты уже не маленький. К тому же, поверь мне на слова, избив или убив его, ты не почувствуешь удовлетворения, которого так жаждешь. — Намджун тяжело вздохнул, ставя на стол стакан с только что налитым в него виски. — Да и как ты можешь быть уверен, что Тэхен простит тебе убийство его любимого человека? — Но ведь вы его избили и ничего! — С явно претензией в звонком голосе вскрикнул Хосок. — Мы делали то, что должны были. К тому же, Тэ пока не пришел в себя, поэтому не ясно, как он отреагирует на новость о том, что мы схватили Чона и пытали, пока вытягивали из него нужную информацию. — В гостиной на пару секунд повисло молчание, пока Намджун вновь не заговорил. — Поверь, я лучше чем кто бы то не был, понимаю, как сильно тебе хочется убить человека, из-за которого твой брат в таком состоянии, но ты должен понять одну важную, даже в нашем деле, вещь. Если ты его убьешь, луче никому от этого не станет. Тем более Тэхену, который еще вчера слезно умолял нас сделать это. Тэ почувствовал, как против его воли из глаз потекли слезы. Ему было так больно за Хосока, Намджуна и даже за Юнги, что захотелось выть и молить о прощении за то, что заставил их всех так волноваться и за то, что с самого начала не сказал им правды. Возможно, расскажи он им обо всем, такого бы не произошло. А еще было очень страшно за Чонгука, запертого на складе. Ведь в отличие от Хосока, Тэхен не раз был свидетелем тех методов, которые использовала их группировка при вытягивании нужной информации. Поэтому, он ни на секунду не сомневался в том, что парень, при упоминании которого у него так болит душа, находится не в самом лучшем состоянии. — Намджун, я слишком боюсь за него. — Шепчет Хосок, из-за чего Ви не может расслышать, что парень говорит дальше. Однако это не мешает появиться в груди этому болезненному, щемящему чувству, которое пытается подтолкнуть его к тому, чтобы вскочить с постели и побежать к Хосоку, убеждая того в том, что с ним все в порядке. — Тэхен — это, то единственное, что я должен защищать. Нет, даже не так, я просто обязан защищать его. Так всегда было, и так всегда должно быть, не зависимо от того насколько хорошо мы начали жить. — Я понимаю, о чем ты. И именно поэтому ты должен понимать, почему я не позволю тебе попасть на склад, даже если мне придется запереть тебя в твоей комнате. Тэхен спрятал лицо в ладонях, выдыхая в них воздух вместе с желанием позвать Хосока к себе. Просто он решил, пока вслушивался в их разговор, что чего бы ему это не стоило, но он попадет сегодня на склады. Хотя бы просто для того, чтобы посмотреть как там парень, из-за которого его сердце, даже разбитое, колотиться так неспокойно. Поэтому, даже не смотря на то, что Хоуп переживает за него, он не зовет его и лишь вслушивается в слова Намджуна, который советует тому отправиться спать. Хосок, кажется, немного успокоившись, соглашается со старшим и уходит в свою комнату, прикрывая за собой дверь. А Намджун, дождавшись пока тот покинет гостиную, еще какое-то время передвигается по ней, тихонько шумя посудой и судя по звукам, что-то бубня себе под нос. Однако, вскоре и он покидает гостиную, закрываясь в своей комнате, не забыв перед этим проверить, заснул ли Хосок в своей. Какое-то время в квартире еще раздавались звуки, которые исходили от включенного телевизора, работающего в одной из комнат, но в итоге и они пропал, уступая место тишине и приглушенному храпу, который издавал Намджун, погруженный в крепкий сон. Тэхен еще какое-то время лежал в своей кровати, пока не убедился на все сто процентов, что все спят и его никто не застукает за попыткой покинуть квартиру. Так как Ви уже примерно понимал, в каком состоянии находится его тело, то он не пытался резко вскочить с кровати и сломя голову помчаться к складам. Скорее всего, он не смог бы пробежать и пары метров, растягиваясь у двери в свою комнату или у самого лифта, создавая при этом довольно громкие звуковые эффекты и заставляя всех, кто до этого спал повскакивать со своих кроватей. Поэтому, не жалея времени Тэхен попытался для начала сесть, что получилось честно говоря не очень. Хотя, спустя минут десять и пару неудачных попыток, ему все-таки удалось сесть и облокотиться на спинку кровати, ощущая при этом, как мышцы неприятно покалывает, а голова начинает кружиться, заставляя вращаться и комнату, смазывая в одну кляксу все находящиеся в ней предметы. Дальнейшие полчаса, а может и больше были для Тэхена сущей пыткой. Особенно, когда, все-таки сумев подняться на ноги и сделав пару шагов к выходу из комнаты, ноги его подогнулись, и он с довольно громким шлепком рухнул на пол, больно ударяясь коленом и несдержанно ругаясь. Вот в этот момент он действительно почувствовал тот страх, которого не ощущал уже очень давно. Он отдавался напряжением в мышцах и гулким эхом в ушах от ударов собственного сердца. Не то чтобы ему было чего бояться, но мысль о том, что его могут спалить, тем самым отбирая единственную возможность увидеть Чонгука, приводила Тэхена в панический ужас. Тэхен мог поклясться, что какое-то время он даже не дышал, пока не убедился в том, что его, кажется, никто все-таки не услышал. И только тогда гон позволил себе подняться с пола и, собрав все имеющиеся в его распоряжении силы, двинулся дальше. Не смотря на то, что он покинул квартиру незамеченным, спускаясь на лифте, Ви все никак не мог унять прошибающую тело дрожь. Трясясь словно осиновый лист, он боялся, что как только перед ним разъедутся дверцы лифта, он сразу же наткнется на кого-нибудь из подчиненных Намджуна. К счастью, такого не произошло, хотя, признаваясь самому себе, он бы лучше предпочел столкнуться с человеком, чем, держась рукой за стенку, передвигаться в кромешной темноте, в надежде, что память его не подводит, и он действительно движется в сторону склада. В темноте время вообще не ощущалось, но с учетом того, что он успел уже раза три опуститься на пол и, привалившись спиной к стене, отдохнуть, Тэхен предположил, что ходит по первому этажу уже около двадцати минут. Это явно его не очень радовало, да и с каждым разом, как он присаживался отдохнуть, вставать становилось все тяжелее. Но он все равно упрямо шастал по запутанным коридорам в надежде, хотя бы случайно наткнуться на дверь, за которой скрывалась бетонная лестница, ведущая к складским помещениям. Сердце уже начинало сжиматься от осознания, что он, кажется, потерялся и от этого становилось так погано на душе, что хотелось заплакать. И скорее всего слезы бы все-таки полились из его глаз, если бы, на очередном повороте он бы не скользнул рукой по двери, которые, после его последнего отдыха встречались все реже и реже. К тому же, почти все двери имели электронные замки и были плотно закрыты, а эта неприметная дверь, располагающаяся почти у самого стыка двух стен, такого замка не имела. Тэхен мысленно взмолился, чтобы это была та самая дверь, а затем, найдя ручку, опустил ее вниз и дернул на себя. Дверь довольно легко поддалась и раскрылась с неприятным, но тихим скрипом. Откуда-то из темноты подул прохладный ветерок, остужая взволнованного Тэхена. Ким попытался вглядеться вглубь помещения, но кроме черноты ничего не было видно. Вдруг, откуда-то снизу раздался непонятный звук, который через секунду повторился вновь. Этот тихий рык заставил Ви дернуться назад и выпустить дверную ручку. От того напряжения, которое переполняло его ослабленное тело, он почти поддался страху, и чуть было не рванул обратно к лифту, даже не смотря на то, что абсолютно не помнил, где тот находится. Парень слышал в своих ушах собственный неспокойный пульс и ощущал, как к горлу подкатывает ком, мешающий напуганному Тэхену нормально дышать. Но, не смотря на его состояние, он все равно сделал шаг вперед и лишь благодаря тому, что помнил о лестнице, ведущей вниз, Ким не навернулся кубарем, приземляясь прямо перед тем, кто издавал этот жуткий звук. Чем ниже он спускался, тем четче становился рык, и тем сильнее билось в груди Тэхена его напуганное сердечко, побуждая все тело мелко подрагивать, а прозрачные капельки все-таки появиться в уголках раскосых глаз. Здравый смысл упорно кричал ему о том, что это не может быть ничего сверхъестественного, однако, бурная фантазия упорно игнорировала его слова и продолжала рисовать в сознании Тэхена отвратительных существ, которые способны убить его в тот же момент, как он приблизится к ним достаточно близко, чтобы разглядеть. Через какое-то время Тэхен замечает желтую полоску света, которая, протянувшись по всему бетонному полу, упиралась в последнюю ступеньку. Благодаря этому скудному, но все же освящению, Тэхен начал чувствовать себя спокойнее, а тот, кто издавал этот рыкающий звук, теперь был распознан как один из членов группировки. Этот молодой парень, растянувшись на небольшом стуле, и сложив руки на груди, спал в настолько неестественной позе, что из его приоткрытого рта вырывался храп, больше похожий на гортанный рык какого-нибудь зверя, чем на обычный храп. Понимая, чего именно он так испугался, Ким чуть не засмеялся в голос, но все же сдержался. Его мысли довольно быстро перескочили со спящего охранника на стон, который раздался за металлической дверью, из-под которой лился свет. А потому, недолго думая, Тэхен как можно тише подошел к парню, и чуть покопавшись в его пиджаке, выудил из кармана связку ключ. Радуясь тому, что этот охранник даже не почувствовал ловких манипуляций Тэхена, он пару раз провернул в замочной скважине ключ, вздрагивая после каждого поворота. Стараясь не издавать ни звука, Ким приоткрыл железную дверь ровно настолько, чтобы его худое тело могло проскользнуть в образовавшийся проход. Как только он оказался на складе в нос сразу же ударил неприятный спертый запах, перемешаный с запахом крови, который заставил парня резко развернуться и наткнуться взглядом на чужую сгорбленную фигуру, которая была прикована наручниками к железному, привинченному к полу стулу. Тэхен даже не успел подумать о том, чтобы сделать шаг в сторону Чона, а уже сидел перед ним на коленях, обеспокоенно вглядываясь в удивленно распахнутые глаза Чонгука, который, как только почувствовал к своей ноге не понаслышке знакомое прикосновение, тот час же уставился на Кима. Лицо Чонгука сильно опухло, и на нем расползались довольно внушительных размеров синяки из-за чего он не смог открыть одного глаза. А руки от самых плеч и до кистей были небрежно перевязаны бинтами, которые уже давно пропитались кровью и присохли к саднящим порезам. — Господи, Чонгуки, ты как? — Тэхен протянул к лицу Чона трясущуюся руку, но быстро отстранил ее от него, когда, коснувшись избитого лица лишь кончиками пальцев, услышал болезненное шипение. — П-прости. Тэхен почувствовал, как по лицу скатилась первая слеза, а сердце болезненно сжалось при виде такого беспомощного, парня. Черт, не смотря на все те слова, которые ему наговорил Чонгук, он все еще так сильно его любил, что даже, какой-то совсем маленькой частью своего сердца искренне возненавидел Намджуна и Юнги, по вине которых любимый находился в таком состоянии. — Что ты здесь делаешь? — Голос Чона охрип, и его было почти не слышно. Наверное, если бы не хорошее эхо, которое разносило их голоса по всему помещению, уставленному металлическими контейнерами и деревянными коробками, Тэхен бы вряд ли услышал Чонгука. — Я хотел тебя увидеть. — Тэ видит, как брови Чонгука приподнимаются от удивления, но боль заставляет его скривиться и вновь придать лицу безразличный вид. — Я не об этом. — Чон дергает руками, но вывихнутое плечо, не смотря на то, что его вправили, дает о себе знать невероятной ноющей болью. — Неужели они притащили тебя сюда! Черт меня же уверяли, что с тобой ничего не случиться! Тэхен, все еще сидя на бетонном полу и игнорируя замерзшие ступни, которые уже начинало покалывать, недоуменно разглядывал Чонгука. Парень еще раз дернул руками, словно стараясь высвободиться от наручников, но громко вскрикнул, когда железный браслет впился в кожу запястья, сдирая ее. — Чонгук, ты о чем, я же… — Тэхен так и не успевает договорить, как дверь, которую он с такой осторожностью прикрывал за собой, резко распахнулась и, ударившись о стену, разнесла по помещению такой громкий звук, что и Тэхен и Чонгук от неожиданности подпрыгнули на своих местах. — Что ты здесь, черт возьми, делаешь? — На склад влетел запыхавшийся Хосок и с адской ненавистью в глазах уставился на прифигевшего от происходящего Чонгука, которого Тэхен загородил собой. — Отойди от этого уебка немедленно! Хосок был настолько зол на своего друга, что даже не заметил как, подойдя к нему почти вплотную, и ухватив за грудки пижамной футболки, потянул его наверх. Еще слишком слабый Тэхен не имея возможности сопротивляться, покорно приподнялся на носочки, ощущая как по ногам пробегает дрожь. Тэхен видел, как на лбу у его друга раздулась вена, выдавая его состояние с головой, а в его глазах было отчетливо видно жгучую обиду, из-за чего и самому Киму становилось больно и отчасти стыдно, ведь своей семье, он предпочел Чонгука, которого даже и не знал вовсе. Он уже был готов к тому, что его утащат со склада за шкирку, словно нашкодившего котенка, но вдруг за его спиной раздался лязг металла и злобный голос Чона. — Не смей прикасаться к нему, немедленно отпусти! — Рявкнул Чонгук и, игнорируя боль во всем теле, от которой темнело в глазах, приподнялся со стула, упорно игнорируя впивающиеся в кожу наручники, из-под которых уже текла струйка крови. — Заткнись падла, ты не имеешь права мне приказывать, что делать с этим парнем! — Хосок выпустил Тэхена из захвата и, сделав пару шагов, со всей силы припечатал Чонгука к спинке стула, вдавливая свой ботинок ему в грудь. Чон подавился собственным криком, ощущая, как металлическая спинка давит ему на позвоночник, а выбитый из легких воздух отдается легким головокружением. — Нет, не смей его трогать! — Тэхен, испугавшись за парня, схватил Хоупа за руку и со всей силы, которая у него оставалась, отдернул его от Чонгука, отбрасывая назад. Ким разворачивается вслед за ним и пятится назад, пока все-таки не падает у самых ног Чонгука, который с дикой ненавистью смотрит на опешившего Хосока. — А ну прекратили живо. — На склад влетает Намджун, вслед за которым вбегает и Анна. — Хоуп, я кого, по-твоему, просил подождать нас? Намджун довольно быстро сокращает между ними расстояние и бьет Чона по голове с такой силой, что у того зубы стукаются друг о друга, а глаза на секунду разбегаются. — А ты что смотришь. Какого черта ты вообще тут забыл? — Намджун подошел к Тэхену, который все еще сидел на полу у самых ног Чонгука, и протянул к тому свою руку, чтобы поднять Ви. Однако его руку довольно быстро перехватил Чонгук не позволяя даже прикоснуться к Тэхену и пока Намджун, не ожидавший такой дерзости, удивленно пялился на Чона, тот не теряя времени со всего размаху врезал тому по носу своей головой. — Блядь! Взревел Намджун пятясь назад и держась за пострадавший нос рукой. Возможно, он бы даже упал, если бы Анна не остановила его, схватив за плечо. — Вот поэтому, я и говорил, что его надо было убить! — Опять начал заводиться Хосок, когда увидел, как из разбитого носа Намджуна течет струйка крови, которую тот стер ладонью, размазав красную жидкость по лицу. — Не смей трогать его своими лапами, сукин сын! — Чонгук совершенно диким взглядом уставился на Намджуна, который не ударил парня в ответ, лишь благодаря Анне. Женщина схватила его за руку не позволяя сдвинуться с места. — Как вы смогли найти его? Это вопрос, повиснув в воздухе звонким эхом, разнесся по складскому помещению и отразился всеобщим непониманием, которое сопровождалось удивлением в глазах, направленным на Чона. Парень же был настроен крайне враждебно и был готов в любой момент вскочить с места и, ломая себе руки и выворачивая суставы кинуться на защиту Тэхена если это потребуется. — Я правильно поняла, ты думаешь, что мы приволокли Тэхена силой? — Анна, до этого лишь наблюдающая за происходящим, выпустила руку Намджуна из своего захвата. Она шагнула вперед, рассматривая искалеченного парня, который, не смотря на все свои увечья, чуть ли не рычал на них и был готов до последнего вздоха защищать Тэхена, который так доверчиво жался к его ногам. — А это разве не так? — Чонгук опять дернулся чуть вперед, снова дергая руками надеясь, что цепи от наручников не выдержат его постоянных метаний и какое-нибудь из звеньев, все-таки сломается, позволяя ему вырваться. — Нет, все не так. — Голос Тэхена звучал крайне неуверенно, а в образовавшейся вдруг тишине, кажется, вполне можно было услышать, как в груди взволнованно бьется его сердечко. — Чонгук, я состою в группировке. Я думал, ты знаешь, неужели вы ему не рассказали? Тэхен взволнованно оглядел старших, внимательно посмотрел на Намджуна, который, кажется, понял, что здесь происходит, из-за чего лицо его скривилось в выражении красноречиво говорящем «Бля, какой же я дебил», а его тяжелая рука незамедлительно встретилась со лбом, оставляя на ней кровавый отпечаток. Тэ еще раз обвел их взглядом и, убедившись в правильности своих слов, замер в нерешительности, боясь даже повернуться в сторону подозрительно притихшего Чонгука. Ви искренне боялся того, что вот сейчас до парня дойдут его слова, и он просто пнет его от себя подальше, кидая в спину обидные слова, к которым присоединяться и отвратительные проклятия. Если это произойдет, Тэхен был уверен, в этот раз он не выдержит и точно сломается, разваливаясь на куски. — Тэхен… — Голос Чонгука дрогнул и он снова замолчал. Ви почувствовал, как по телу пробежала дрожь, а в глазах потемнело от страха и напряжения. Он все еще сидел у Чонгука в ногах и с отчаянием хватался за его штанину, поэтому, когда он почувствовал, как к его затылку прижимается что-то твердое, а чувствительную шею обдает струей теплого воздуха, по всему его телу прошелся электрический импульс. — Почему ты мне сразу не сказал, столько всего можно было бы избежать, если бы в нашу первую встречу, ты бы рассказал, что состоишь в группировке, держащей под контролем восточную часть Сеула. — Он не мог тебе рассказать. У нас на этот счет есть строгие правила. — Ответил за Тэхена Намджун и, подозвав к себе того самого охранника, который еще недавно безмятежно спал на стуле, забрал у него еще одну связку ключей, попутно приказывая скрыться от него как можно дальше и не попадаться на глаза. Парень пулей вылетел со склада, а Намджун, медленно подойдя к Чонгуку, начал возиться с наручниками, освобождая уже изрядно пострадавшие запястья от железных оков. — Полагаю, теперь у нас не должно возникнуть разногласий, раз уж твоим приоритетом была безопасность Тэхена. Намджун подхватив парня под руку, которая была не так изранена, помогая Чонгуку встать и без лишних слов потащил того к выходу, придерживаясь того темпа, при котором Чон мог бы самостоятельно передвигаться. — Анна, Хоуп, помогите Тэ, а то он, кажется, уже засыпает. — Кинул он назад и, первым покинув склады, тихо, чтобы никто, кроме Чона его не услышал, прошептал. — Я не собираюсь перед тобой извиняться и, признаться, я все еще ненавижу тебя за то, что ты забираешь у меня младшего брата, но именно поэтому я больше не собираюсь тебя пытать. К тому же, я по глазам вижу, ты и без этого нам теперь все расскажешь. — Тогда, я не собираюсь благодарить. — Прохрипел Чон, висящий на плече Намджуна разбитой куклой. — Однако раз Тэхену ничего не угрожает, я вполне могу говорить. Только, давай отложим это до завтра, а то я… Чонгук так и не заканчивает фразу, теряя сознание и совсем растекаясь в руках Кима, который теперь смело может поднять того на руки, не боясь, что парень взвоет от боли. — Чертов беспардонный мальчишка, я вообще-то старше, а он говорит со мной как с закадычным дружком. — Намджун поворачивает голову назад, замечая, что Тэхен, так же, как и Чонгук, вырубился в руках Хосока, который аккуратно держал его у себя на руках, поглаживая парня то русым волосам. — Точно такой же, как и Тэхен. Прошептал Намджун куда-то в глубь коридора и, поудобнее перехватив Чонгука, потащил его в квартиру, надеясь, что скоро весь этот кавардак закончится.