Taken by the wind

Прошло ещё два дня, прежде чем Гарри начал варить зелье. Он знал, что ему понадобится провести день в одиночестве, целый день, когда его не будет беспокоить Джемма своими приставучими вопросами. К тому же, она навряд ли разрешит попользоваться её котлом, если он попросит, поэтому будет лучше, если она об этом не узнает. После того как Джемма закрыла дверь, он достал котёл из шкафа и поставил его в центр гостиной. Он задернул шторы на всех окнах и достал все ингредиенты. Цветы, ваниль, чистую воду, которую он собрал у родника, а на поиски иглы и корицы у него ушло три часа. И наконец Гарри притащил гримуар из комнаты Джеммы и уселся в гостиной. Он наколдовал маленький огонёк над котлом, чтобы нагреть его, и приступил к рецепту. Это было удивительно легко для рецепта, который обещал вечную любовь и счастье. Он нахмурился, прочитав рецепт десять раз, и начал нарезать и смешивать компоненты. Для первого этапа ему потребовалось пять минут, после чего он оставил смесь на час, чтобы довести её до состояния сиропа. Следя за огнём, он сел перед телевизором и начал тренировать взмахи руками, пока всё кипело. Через полчаса послышался стук в дверь. Гарри использовал глаз быка, чтобы посмотреть, кто стоит за дверью. Воздух покинул его лёгкие, когда он обнаружил, что это был Луи. Открыв дверь так, чтобы было видно только его голову, Гарри нервно улыбнулся. — Эй, сосед! Я получил твой суп! Я понятия не имею, как ты пронёс его в мою комнату, хотя, я, наверное, впустил тебя и забыл из-за болезни? — Луи ещё звучал немного болезненно, но, по крайней мере, цвет лица уже был здоровым. — Т-ты сделал это, да. В смысле, так всё и было, — невозмутимо сказал Гарри, сжав зубы. — Это было восхитительно, мне понравилось. Я возвращаю тарелку, — он отдал её Гарри, улыбаясь. — Я помыл её. Гарри взял тарелку, не совсем уверенный, что сказать. Он закусил губу. — Ты занят сейчас? — спросил Луи, по-прежнему улыбаясь. — Я хотел сходить пообедать, присоединишься? Я голодный. Я давно нормально не обедал. — Я… - Гарри взглянул на кипящий котел. — Я занят, у меня… Я готовлю. — Что-нибудь, что мне может понравиться? — спросил Луи, шевеля бровями. — Это объясняет клубы пара, — сказал он, дергая за длинную кудряшку Гарри. — Это не для меня, — выпалил он. — Это для… это еда в дорогу. Для работы моей сестры. У неё нет времени на готовку, потому я делаю это за неё. — Оу, — улыбка Луи угасла на секунду. — Хорошо, тогда в следующий раз. Увидимся, Гарри! С этими словами он ушёл, исчезая на лестнице. Подул холодный сквозняк, когда Гарри закрыл дверь, заставляя его дрожать. Он вернулся к своему котлу, приятно удивляясь, что смесь выглядела неплохо. В следующий раз, когда Луи пригласит его на обед, он сможет незаметно подлить ему зелье, и всё наконец наладится. *** На следующий день около одиннадцати утра раздался стук в дверь. — Хэй! — сказал Луи, когда Гарри открыл дверь. — Так, я всё ещё не пробовал тыквенный латте в этом году, и это настоящая трагедия, не хочешь сгонять со мной в Старбакс? Гарри улыбнулся в ответ. — Никогда там не был. Я лишь захвачу пальто. — Ты никогда там не был?! — пронзительно крикнул Луи, переступая порог, пока Гарри искал пальто. — Как ты выжил?! Повернувшись спиной к Луи, Гарри сунул маленькую бутылочку зелья во внутренний карман пальто, а затем присоединился к нему. — Я не могу скучать по тому, чего у меня никогда не было. — Мы исправим эту трагедию! — воскликнул Луи. Луи спустился первым, следом Гарри, и он выпустил тихий стон, когда они вышли на улицу, и Луи взял его за руку. Луи улыбнулся, когда заметил его взгляд. — Это чтобы ты не заблудился, — пояснил он. — Ты пока не привык к большому городу. — Я пойду рядом, я могу обойтись, — ответил Гарри, краснея. — О, — Луи отпустил руку. — Прости, не хотел тебя обидеть. Старбакс там, — сказал он, указывая вправо. Гарри кивнул, решив ничего не говорить, даже если он хотел ещё раз взять Луи за руку. — Так, гм, ты простудился? — вместо этого спросил он. — Да! Ужасно, и я знаю, что это из-за холодной воды, которая пошла той ночью, когда я рассказывал тебе о приведениях в моём водопроводе. Она была ледяная, моя ванная будто заморозилась — неужели сейчас так холодно? Октябрь дарит нам великолепные цвета и всё такое, но я всё равно скучаю по лету… Да, вода стала ледяной и меня прошибло холодом, поэтому в последние дни не вставал с кровати. — Луи пожал плечами и пнул кучу опавших листьев, шмыгнув, зарываясь глубже в шарф. — Всё же теперь мне лучше. — Прости за воду, — сказал Гарри, прикусывая губу. — Ты не виноват! — засмеялся Луи, поворачиваясь спиной, чтобы смотреть на Гарри. — Тебе очень подходит осень. Гарри поднял плечи, пытаясь спрятаться в своём шарфе. — Что ты имеешь в виду? — Просто ты выглядишь прекрасно на фоне осенней листвы, — ответил он, сморщив лицо на последнем слове, как будто ему больно, что он сказал что-то настолько показушное. — Ты имеешь в виду, что я похож на сухой лист? — Н-нет, — вздрогнул Луи, нахмурившись. — Это не то, что я сказал, — он сунул руки в карманы и сгорбился. — Я хотел сделать комплимент. — Оу, ну… спасибо, — Гарри попытался исправиться. Он закусил губу. — Ты милый. — Не так сладок, как напиток, который ты попробуешь! — подскочил Луи, вновь улыбаясь. — Это изменит твою жизнь! После тебя, — ответил он, открывая перед Гарри дверь. Они зашли внутрь, и Луи повёл его к стойке, заказав что-то на двоих, прежде чем Гарри успел просмотреть меню. Гарри смотрел, как он разговаривает с баристой, очаровательный как всегда, и его магия затрепетала, заставляя повсюду мерцать свет. — Пошли, нам принесут напитки туда, — сказал Луи, потянув Гарри за руку, пока они ждали в конце стойки. Он поднял два бумажных пакета, чтобы показать Гарри. — Я взял нам булочек, вот увидишь, они так хороши. Я люблю всё тыквенное, а ты? Знаю, это звучит, как клише, но я не могу ничего с собой поделать. Я люблю некоторые осенние специи. Гарри улыбнулся ему. — Я тоже. Я умею готовить тыквенный пирог по маминому рецепту. — Да? Я хотел бы попробовать. — Ох, я так давно его не готовил, и поэтому не уверен, что тебе понравится. Луи выпустил небольшой вздох и натянуто улыбнулся. — Может, ты умеешь готовить что-то еще? Прежде чем Гарри успел сказать, его прервал бариста. — Два тыквенных латте со специями для Гарри и Салли? — Это мы! — прощебетал Луи, схватив напитки, и вернулся к столу. — Твоё имя не Салли… — Это из фильма. Забудь, — пробормотал Луи, пожав плечами, когда сел. — Попробуй латте! Это важный момент в твоей жизни! Гарри сел напротив него и поднял стакан, принюхиваясь с любопытством. Он делал всё на автопилоте, пока его мозг пытался придумать способ, как подлить зелье Луи, чтобы он не заметил. Единственный вариант, на самом деле, был отправить Луи в туалет, и поэтому Гарри сосредоточился на магии, чтобы заставить его захотеть в туалет. — Ты собираешься делать глоток? — спросил Луи, ерзая на месте. Он поморщился. — Давай, поторопись, я хочу увидеть это прежде, чем пойду в туалет! Гарри кивнул и сделал глоток, улыбаясь, когда распробовал вкус.  — Это действительно вкусно, — сказал он, одобрительно кивая. — Спасибо, что захватил меня с собой сегодня. — С превеликим удовольствием. Я скоро вернусь, — спешно проговорил Луи, прежде чем встал и бросился в туалет. Возможно, Гарри перестарался с магией. Когда он ушёл, Гарри поднёс стакан ближе и снял крышку, прежде чем достать бутылек из пальто. Он вытащил пробку и поморщился от непреодолимого запаха цветов. Гарри налил немного в напиток Луи, закрыл крышку и принялся есть булочку, пока ждал Луи. — Прости за это, — сказал он, присаживаясь обратно и делая глоток своего напитка. Он поморщился и поставил его обратно. — Окей, мой отвратительный. Я могу попробовать твой? Прежде чем Гарри успел сказать, Луи сделал глоток. — Так, что за херня, почему у моего вкус духов. Я буду требовать новый! Гарри прикусил губу, чтобы не издать пронзительный крик протеста и, обессиленный, наблюдал, как Луи понёс свой стакан баристе. Он сомневался, что одного глотка было достаточно, чтобы зелье сработало. Он был так близко к своей цели, а именно - близко к тому, чтобы заставить Луи влюбиться в него. Его неудачная попытка навела на него тоску, и он обнаружил, что не может наслаждаться компанией Луи. Он мог сказать, что казался отчужденным и отдаленным, и у него не получалось подавить разочарование. Луи был безупречным несмотря ни на что, и казалось, что он даже не заметил мрачного настроения Гарри. Осень делала своё дело, поэтому, хоть день и был солнечным, он постепенно превращался в пасмурный и холодный, а дождь лил все больше. Честно говоря, Гарри был слишком драматичным. Несмотря на свой провал, он наслаждался. Он потерял счет булочкам и чашкам кофе, пока они говорили, и говорили, и говорили, и Гарри понял, когда прошло почти четыре часа, что у него никогда не было такого друга, как Луи. Кого-то, кто так же слушал его болтовню, не жалуясь на скукоту или раздражение. Вскоре на улице засветило солнце, и теплое чувство разлилось у него в груди. Тогда Луи предложил прогуляться. На обратном пути он повёл их через парк, и осенние цвета были неприлично яркими. Листья и обнаженные ветви, покрытые каплями дождя, казалось, мерцали на солнце. Внутри Гарри магия мурлыкала от счастья, и это было видно во вспышках, в танце, пятнистых узорах солнца на листьях и в щебетании птиц вокруг них, и Гарри казалось, когда он смотрел на Луи, что он светится изнутри. Их обувь промокла от хождения по мокрой траве и лужам, они вернулись домой с покрасневшими щеками и яркими, застенчивыми улыбками на лицах. Сердце Гарри трепетало в груди от наслаждения компанией Луи, и он почти забыл о недавней неудаче. — Это был прекрасный день, — сказал Луи, когда они поднимались по лестнице. — Мы должны повторить это. — Я согласен, — быстро проговорил Гарри, кивая. Казалось, что Луи ждал чего-то; он задержался на мгновение, перебирая ключи в руке, вселенная будто затаила дыхание, а потом он грустно улыбнулся и повернулся, чтобы открыть дверь.  — Скоро увидимся, Гарри. Хорошего дня. — И тебе, — сказал Гарри, но Луи закрыл дверь прежде, чем он успел закончить. *** На следующий день Гарри испек тыквенный пирог, смешав его с зельем и вылив весь бутылек. Он воспользовался мощными специями, чтобы Луи не прочувствовал даже намека на цветочный вкус. На этот раз должно сработать. После того, как пирог был испечен, Гарри положил его на подставку, которую он нашёл в конце пыльного шкафа — Джемма хранила все семейные реликвии в коробках, пока не находила им применение — он использовал заклинание, чтобы запах пирога дошёл до квартиры Луи. Он надеялся, что Луи был из тех людей, которые идут к соседям, если почувствовали запах вкусненького. Прошло всего пять минут, прежде чем Луи постучался. Хоть Гарри и ждал его, он всё равно подскочил и взвизгнул, бросив чашку, которую он чистил с помощью магии, в раковину с громким звуком. — Открыто! — крикнул он, улыбаясь Луи, когда тот зашёл. — Я знал, что это будешь ты. — Я почувствовал пирог, — объявил Луи, ухмыляясь. — Вдохновился нашей вчерашней беседой? Гарри кивнул и достал тарелку. — Я полагаю, ты хочешь кусочек? — Очевидно, — сказал Луи с маленьким смехом, присоединившись к Гарри на кухне. — Это пахнет невероятно! Ты действительно сделал это? — Хм, да. Это семейный рецепт. Садись за стол. — Да, босс, — хихикнул он, подходя к столу. — На секунду мне стало страшно, что я почувствовал запах одной из тех причудливых свеч. Пока он говорил, он указывал на свечи, что стояли на журнальном столике и пахли чем-то странным, как бергамот и цитрусовые. Гарри никогда не рисковал зажигать их в отсутствие Джеммы, потому что он не был уверен, что она не заколдовала их, чтобы заманивать души в ловушки или что-то вроде этого. Гарри поставил тарелку перед Луи, а сам сел напротив и сложил руки на столе, чтобы не начать грызть ногти от нервов. — Я надеюсь, тебе понравится. — Я в этом уверен, — сказал Луи, отрезая большой кусок. — Ты не будешь есть? Он засунул кусок в рот и тут же застонал, закатив глаза от удовольствия. — Боже мой, — пробормотал он с набитым ртом. — Я не голоден. Тебе нравится? Луи вновь застонал, энергично кивая. — Вау, это так вкусно, — сказал он, как только проглотил. — Это чертово колдовство, я не пробовал ничего лучше. Гарри сглотнул, выдавливая улыбку. Луи отчасти прав, это колдовство. Пирог был создан в равных пропорциях рецепта и заклинания, всё так, чтобы Луи съел достаточно для действия зелья. Это сработало, потому что он попросил добавки, и Гарри отрезал ему щедрый кусок, из-за чего Луи, хихикая, поинтересовался, не хочет ли он его откормить, чтобы потом приготовить. Гарри вздрогнул. Луи делал уже вторую отсылку на ведьм менее, чем за час. Возможно, на него влиял дух Хеллоуина. Или, возможно, это атмосфера квартиры Джеммы виновата. В конце концов, каждый укромный уголок и трещину распирало от магии, когда они вместе находились здесь, не говоря уже о том, что магия Джеммы могла чувствовать, что Гарри не должен существовать, и восставала против него, доводя всё до хлопаний дверей и крушения предметов. — Я обещаю, что не буду есть тебя, — сказал Гарри, не находя других слов. Ему никогда не удавалось быть смешным и умным рядом с Луи. Казалось, что каждый раз, когда он открывал рот, он выставлял себя дураком. Взгляд Луи смягчился, и он кивнул. — Пирог был восхитительный, сосед! Я должен идти готовиться к работе, но я сыт и счастлив благодаря тебе, — сказал он, скорее обращаясь к самому себе. Он погладил свой живот и встал. Он задержался на секунду, прежде чем обошёл стол и поцеловал Гарри в щёку. — Увидимся. Прикосновение губ Луи к его щеке вызвало взрыв магии в нём, вырываясь, чтобы выйти, пока он не начал дрожать от этого. Он держал её из-за всех сил, пока провожал Луи, и всё выпустил, как только дверь закрылась. В результате взрыва, который сотряс люстру и опрокинул стулья, магия взорвалась в ликовании от поцелуя, расходясь от него, как волны, зажигая свечи, восстанавливая растения и очищая всё, что было задето. Окна дрожали и звенели от изменения давления в квартире, и на секунду Гарри заволновался, что разобьет их снова. Это был его не первый взрыв, но, когда он осмотрел результаты, он должен был признать, что это был первый положительный из всех. Раньше его взрывы были вызваны вещами, которые его мать запрещала ему делать, и они были разрушительными и жестокими. Этот, наоборот, был от невероятного счастья, которого Гарри никогда раньше не испытывал. Зелье сработало, он не мог поверить в это. На этот раз что-то более сложное, чем левитация, получилось у него, и он собирался завладеть Луи для себя и стать, наконец, хорошим ведьмаком. Он прибирался, задувая свечи, когда заметил с холодным ужасом, что их огонь был черным. Он предпочел бы не знать этого. Позже той ночью, когда он собирался в кровать, и Джемма с книгой сидела в кресле у окна, чтобы наблюдать за штормом, она остановила его. — Гарри, ничего не хочешь рассказать мне? Что-нибудь случилось сегодня? Он нахмурился, пытаясь вести себя спокойно. — Нет, почему? — Хорошо, просто моя книга странная сегодня, вот и всё, — сказала она, протягивая её Гарри. Там, где раньше было написано «Призраки в доме на холме» на обложке, теперь было написано «Луи Луи Луи Луи Луи». Задыхаясь от ужаса, Гарри перелистнул и увидел, что каждое слово в романе было заменено именем Луи. Тяжело дыша, он взял наугад книгу с полки и заметил то же самое. Третья книга подтвердила Гарри, что он только что признался в своих чувствах Джемме, и не было ни каких сомнений, что она не даст ему жить спокойно, это уж точно. Он убежал в свою комнату, пока она смеялась. Через пару минут он услышал звук, похожий на ветер в лесу, и быстрый взгляд на книгу на его тумбочке показал ему, что Джемма исправила его случайное заклинание. С ворчанием он натянул одеяло на голову и попытался раствориться в темноте, чтобы перестать чувствовать жгучую боль от унижения. *** Шли дни, и нервы Гарри были на исходе, потому что он ждал признаков действия зелья на Луи. Они пили кофе ещё несколько раз, почти каждый день на самом деле, и с Луи всё было в порядке. Гримуар обещал вечную любовь, а Луи по-прежнему оставался неизменным. Целая неделя и четыре поездки в Старбакс с момента приготовления пирога. Гарри сдался и признал своё поражение. Это была дождливая суббота, оставалась неделя до Хэллоуина, и Гарри тонул в отчаянии. Ему нужно было знать, испортил ли он рецепт и следует ли приготовить новое зелье, чтобы ночь Хэллоуина была прекрасной для него. Не сам Хэллоуин, а его современная версия. Ведьмам не нужны были конфеты, это придумали маленькие дети и их родители. Мама рассказывала Гарри, что этот день означал конец сезона урожая и начало зимы, самый темный день в году, когда границы между двумя мирами стирались. 31 октября ведьмы становились сильнее, границы рушились, позволяя им достигать максимальных возможностей своей силы. Если бы Гарри приготовил зелье на Хэллоуин, оно бы точно сработало. Без сомнений. Ему просто нужно знать, что пошло не так в первый раз. Постучав в комнату Джеммы, он зашёл после нескольких секунд. Так как она изучала гримуар у себя на кровати, она подозвала его ближе. — Что я могу сделать для тебя? — Это на счет гримуара на самом деле. Я… я попробовал зелье из него, и я думаю, что испортил его, потому что оно не действует. — Какое зелье? — спросила она, нахмурившись. — Мне не нравится, что ты пробуешь заклинания без меня. Что-то может пойти не так. Помнишь книгу? Или соседа в душе? Гарри покраснел и закатил глаза. — Это было не намеренно. Я могу колдовать, Джемма. Я уже не ребенок. Она покачала головой и махнула рукой. — Какое зелье ты пробовал? — Любовное зелье. И оно не сработало. Джемма сжала губы, её глаза расширились, когда лицо исказилось. Затем её плечи начали трястись, и секунду спустя она расхохоталась, закрывая лицо руками, пока выступали слезы от недостатка воздуха. — О боже, Гарри. Ты серьезно? Ты приготовил любовное зелье? Так вот почему в квартире пахло цветами четыре дня? — она вытерла глаза, размазывая подводку. — Ох, глупый мальчишка. Любовное зелье — фальшивка. Это… мы когда-то продавали зелья, да? Раньше, — она сделала жест рукой, — и люди хотели увидеть, что мы делали. Больше всего они просили любовное зелье, ничего не изменилось, м? Так что это ненастоящий рецепт в гримуаре, всё, что он делает, это ароматизирует. Ты не можешь использовать магию, чтобы заставить кого-то любить тебя, Гарри. Это не так работает. Пока Джемма говорила, его сердце разбивалось, а желудок скручивало. Все надежды были утеряны. Он никогда не заполучит Луи. — Оу… я надеялся… — Ты надеялся, что мог бы заставить соседа влюбиться в тебя, хм? Что насчет традиционных методов? — С чем, с моей личностью? — Гарри разбушевался. — Нет никаких шансов, что это сработает. Я даже не могу разговаривать, как нормальный человек, когда он рядом. Это безнадежно. Спасибо за смех, это действительно заставило меня чувствовать себя превосходно, — сказал он, поднимаясь с кровати и подходя к двери. — Возможно, мама была права, возможно, я просто не создан быть ведьмой. Я был настолько тупым, чтобы подумать, что смогу использовать магию, чтобы создать любовь там, где её никогда не может быть. — Ох, Гарри! Не — Прежде чем она успела договорить, Гарри захлопнул дверь, направляясь в свою комнату, где он сможет скрываться под одеялом до конца жизни. Может, он был слишком драматичным, но проблема так и не решилась. Он никогда не заинтересует Луи без помощи магии. Он никогда не заполучит Луи.