Дом для изгоев

Я уже готовился выдохнуть с облегчением, но тут в комнату влетел охранник: - Нойоты, почтенный Мергель! Сюда идут Нойоты! У меня вновь сработали старые рефлексы, я подскочил к банкиру и, прижав нож к его шее, прошипел: - Это ты нас сдал? Послал охранника за Нойотами? А потом остановил рванувшегося на помощь хозяину охранника: - Стой, где стоишь! Дёрнешься – и твой хозяин окажется у престола Единого Великого! Охранник понятливо замер, хотя глазами на меня сверкал злобненько. А банкир сделался белее снятого молока: - Нет-нет… Зачем мне сдавать таких выгодных клиентов… Правда, я не сразу понял, что вы из Серых… - Неважно, - зло фыркнул я. – Нам не с руки встречаться с Нойотами. Но они всё равно нас схватят… Пожалуй, я прирежу тебя, чтобы было за что висеть на колу! - Нет, - пролепетал несчастный банкир. – Мы вас не выдадим, клянусь! Позвольте мне открыть дверь… Я спрячу вас там… - Откуда мне знать, что ты не выдашь нас? – рыкнул я, чуть-чуть нажав ножом на шею банкиру. Тот явно был готов брякнуться в обморок, останавливало его только то, что если он потеряет сознание – его непременно прирежут. Так что бедняга собрал все силы и пролепетал: - Сделка. Мы договорились, а Мергели не выдают тех, с кем заключили сделку… Прошу вас, позвольте мне укрыть вас… - Хорошо, - ответил я, предварительно обменявшись взглядами с дядюшкой Матэ. Выбора у нас не было однозначно. - Только без глупостей, - сказал я охраннику. – Нож воткнуть я успею. Банкир трясущимися руками достал ключ и открыл ту самую дверь. За ней была ещё одна, обитая металлом – явно в деньгохранилище. - И где ты собираешься нас прятать? – поинтересовался я. - Один момент… - банкир, похоже, собрался с силами и нажал на какой-то торчащий из стены гвоздик. Часть пола перед железной дверью тут же ушла куда-то в сторону, открывая довольно-таки вместительную ухоронку, в которой могли поместиться мы двое. - Прошу вас! – пролепетал банкир. – Они вот-вот войдут. Я ещё раз обменялся взглядами с дядюшкой Матэ, но делать было нечего. Придётся довериться ненадёжному союзнику. Видимо, сделка и впрямь для него очень важна, и подставить нас он не может. Хотя… Кто его знает. И с этой мыслью я спрыгнул в ухоронку и помог спуститься дядюшке Матэ. Пришлось усесться на пол и согнуться в три погибели, пол над нами встал на место, и наступила темнота. Мы услышали, как хлопнула наружная дверь… но по какому-то странному капризу звуки не исчезли. Мы продолжали отчётливо слышать всё, что происходило наверху. - Тш-ш… - прошептал дядюшка Матэ. – Это особый тайник. Я о таких слышал. Тайник Последнего Шанса. Наш банкир не так прост. Потом объясню. Слушай. Я благоразумно затолкал желание поинтересоваться, что ж такого непростого в Мергеле, потому как понимал, что если слышим мы – то могут услышать и нас. Мы безмолвно ждали, и спустя минуту прогрохотали тяжёлые шаги. - Здравствуй, банкир! – произнёс густой голос. - Приветствую вас, благородные борцы со злом! – залебезил Мергель. – Вы нуждаетесь в моих услугах? - Мы нуждаемся в твоих ответах, - произнёс другой голос, резкий и пронзительный. – И если ты ответишь быстро и правдиво, мы уйдём и призовём на твою голову благодарность Единого Великого. - Я готов помочь, - отозвался банкир. - Несколько дней назад в Шар-ан-Талир должны были прибыть наши братья из столицы. Мы ждали их. Скажи, не заходили ли к тебе недавно Нойоты, чтобы обналичить деньги по векселям? Твой банк находится неподалёку от ворот, и мы подумали, что им срочно могла понадобиться наличность. - Я бы рад помочь, - ответил Мергель. – Но нет. Ко мне никто из святых братьев не заходил… уже в две седьмицы… может быть, больше. - Он говорит правду, - тихо сказал первый. – Их здесь не было. - Что ж, - заявил второй, – тогда позволь откланяться, банкир. Вновь раздался звук шагов, и наступила тишина. Нойоты ушли. Некоторое время не происходило ничего, потом раздались неуверенные шаги Мергеля, и плита над нами отодвинулась. - Вылезайте, - сказал банкир. – Я приготовил ваши деньги. Ровно шестнадцать тысяч золотых тинт. Уходите отсюда и не появляйтесь больше никогда. Вы чем думали, Серые, нападая на Нойотов? - Это не Ной… - начал было я, но дядюшка Матэ толкнул меня в бок, заставив умолкнуть, а сам старый мельник произнёс, хитро прищурившись: - Спасибо, что помог нам, сделка завершена. И для своего же блага – забудь обо всём, что здесь происходило. - Уже забыл! – заявил банкир. – Убирайтесь! Я буду молчать, потому что когда-то мой младший брат попал к ним в лапы. Он три дня умирал на колу. Ему было всего пятнадцать лет. Только ради его памяти я забуду эту встречу, Серые. Забудьте и вы про меня. - Прощай! – проронил я, сгрёб со стола шестнадцать увесистых мешочков, отправил их в предусмотрительно взятый кожаный заплечный мешок и пошёл к двери. Дядюшка Матэ тихо сказал банкиру: - Скоро родится тот, от кого твоя боль утихнет. Береги его. Прощай. И мы вышли из банка и шли, не останавливаясь и не переводя дух до самой «Прекрасной морячки», хотя золото оказалось очень тяжёлым. Только оказавшись в нашей комнате и увидев Шера с Шоусси, бросившихся нам навстречу с надеждой в глазах, я смог перевести дух. - Всё в порядке? – спросил Шер в то время, как Шоусси обнял меня и положил голову на плечо. - В полном, - ответил я. – Мы смогли получить деньги. У нас есть шестнадцать тысяч тинт. С тем, что мы нашли у… В общем, этого должно хватить. - Ещё и останется, - подтвердил дядюшка Матэ. – Но нам точно придётся уйти в Лес, после того, как мы выкупим Крылатого. Вершители были в банке. Они искали своих. Банкир спрятал нас. Он отвёл им глаза, он лгал и был весьма убедителен… но нельзя недооценивать Вершителей. Хорошо, что Мирон сжёг тела. Они смогли бы поднять и расспросить даже кости. - Брр… - поморщился Шер. А Шоусси обнял меня сильнее и прошептал на ухо: - Я рад, что ты с нами, Мирон… - Я втянул вас во всё это, - вздохнул я. - Нас ничего хорошего не ждало, Мирон, - ответил Шер, повернувшись ко мне и обняв нас с Шоусси. – Если бы родня проведала о моём Даре, я оказался бы на колу, а они унаследовали бы все деньги моих родителей на законных основаниях. - А уж что было бы со мной – я даже представлять не хочу, - грустно вздохнул Шоусси. - А я пошёл с вами по собственному желанию, - сказал дядюшка Матэ. – Я пробыл в лесу слишком долго, и пусть я любил и был любим… не в этом моё предназначение. Я разочаровал Равновесие… И не хочу, чтобы для этого мира всё стало слишком поздно. Ибо здесь живут те, кто мне дорог. И он обнял нас троих. А я снова ощутил тепло и подумал, что ради этого одного стоило умереть и угодить в этот странный мир. Нашу идиллию нарушил влетевший в полуоткрытое окно Кэп, заявивший мрачным голосом: - Я тут, значит летаю, слежу, головой рискую… А они здесь обнимаются. - А давай к нам, - предложил я. - Нет уж, позже, - заявил Кэп и провёл клювом по стеклу. Звук был невероятно противный, и он заставил нас разомкнуть объятия. - Ощиплю и сварю в супе, - заявил я вредному Птицу. – А суп отдам бездомным, пусть порадуются. Кэп моментально взлетел на высокий шкаф и заявил уже оттуда: - И это за всё моё душевное отношение… Даже мяса не приготовили… А я проголодался, между прочим… - Я схожу на кухню, - быстро сказал Шер. – Кэп ведь и впрямь голодный – весь день ведь летал. - Вот-вот,- закатил глаза Кэп, – летал… жизнью рисковал… А меня – в суп. А я, между прочим, больше ста языков знаю… и политическое устройство миров… и много чего ещё. А меня – в суп! Эх! Вот она благодарность людская… Скажи, чтобы мяско толчёными орехами посыпали, Шер, добрый ты мальчик! Я столько сил потратил… А хозяин и ухом не ведёт… - Кэп, - ласково сказал я, - все поняли, все впечатлились. Никто тебя в супе варить не собирается – ты такой умный, что точно несъедобный… Так что давай, рассказывай! Нашёл менталиста? - Нашёл, - ответил Кэп. – Подступиться к нему сложновато будет… Но есть у меня одна мыслишка. Только вот сначала я спрошу – с работорговцем договорились? Деньги нашли? - Нашли, - ответил я и коротко пересказал ему наши с дядюшкой Матэ приключения. Заодно и Шоусси с Шером ещё раз послушали. Кэп впечатлённо каркнул: - Вот только этих Вершителей на хвосте нам и не хватало! - В Лес им хода нет, - отмахнулся дядюшка Матэ. – Главное – завтра с утра пораньше Крылатого выкупить – и ходу, ходу… А в Лесу уже разберёмся, что да как. - Дело, - кивнул Кэп и принялся с жадностью клевать нарезанное мелкими кубиками и посыпанное тёртыми орехами свежее розоватое мясо, принесённое Шером с кухни. Глядя на него, я и сам почувствовал голод и предложил спуститься вниз и перекусить, поскольку оторвать Кэпа от мяса пока не было никакой возможности. Внизу нас встретил Боцман Бо, радостно заявивший, что новая вывеска получилась на славу и что он ничего не возьмёт с нас ни за постой, ни за еду. Вывеска и впрямь была ничем не хуже, а, пожалуй, даже лучше прежней. Правда, юная красавица на ней выглядела скорее пираткой, чем морячкой, но Бо заверил нас, что так даже пикантнее. После этого мы отдали должное вкуснейшему ужину, а когда вернулись в комнату, склевавший полное блюдо мяса Кэп наглым образом похрапывал, зацепившись когтями за спинку кровати. Вот ведь… - Кэп! – рявкнул я. – Хорош дрыхнуть! Рассказывай немедленно! - А что рассказывать? – поинтересовался Кэп. – Ваш грозный менталист – это ребёнок. Мальчик лет восьми. И Нойоты хорошо промыли ему мозги. Так что я не представляю, как вы сможете перетянуть его на свою сторону. Он, кстати, догадался, что я не простая птица… и чуть мне мозги не спалил. Я еле крылья унёс. Хорошо, что этот гадёныш тревогу поднимать не стал… - Понятно… - нахмурился я. – Значит, пока на очереди Крылатый. А там видно будет… - Ты прямо стратегический гений, - съехидничал Кэп. - Получше что-нибудь предложи, - отрезал я, заставив этого умника заткнуться. - Так, ребятушки, не ссорьтесь, - быстренько вмешался дядюшка Матэ. - Шер, Шоусси, пожитки собрали? Давайте-ка спать, завтра вставать рано… и день трудный. Возразить на это было нечего, и мы улеглись спать. Только вот посреди ночи я проснулся внезапно, словно меня толкнули. Рядом спокойно дышал Шоусси, вроде бы всё было спокойно, но я поднялся с постели и увидел, что дядюшка Матэ не спит. Он стоял у распахнутого окна, а в руке у него дымилась местная пузатенькая трубка. - Не спится… - вздохнул он. – Старость. - Не думаю, - отозвался я, - что дело только в старости. Дядюшка Матэ, кто такой Бан-Рион, и как он может быть связан с нашим делом?