Прикрытие для принцев

Я обещала вернуться, и держу свои обещания)) Мне самой нравится эта глава. Она красивая. Если кто-то сделает на нее рисунок, я бы очень хотела его увидеть) Если бы кто-то вошел этим зимним утром в грозный Малфой-мэнор, он стал бы свидетелем картины, за которую милейшая Рита Скитер отдала бы собственную шевелюру и последние очки. Лорд Драко Малфой сидел в гостиной поместья по-турецки прямо на полу и с улыбкой шириной в Косую аллею вдохновленно нарезал ленточки. Конечно, все это могли сделать эдьфы. Не было никакой нужды на несколько часов зарываться во все эти блестящие бумажки-коробочки-бантики. Но у славного главы рода Малфоев был один секрет, о котором знали очень немногие. Он до одури любил дарить подарки, причем подарки, запакованные своими руками. Так что все эльфы были спроважены к Мордредовой матери, окна — плотно закрыты, а гостиная — превращена в подобие лавки декоратора. Часть подарков уже была готова. Пэнси полагалась шикарная темно-фиолетовая коробка с умопомрачительным — даже по меркам Драко — платьем и скромным свертком под ним, куда Малфой, хихикая как подросток, спрятал книжку «100 секретов юной лесбиянки». Маме он отправлял скромный, но элегантный сверток, в котором были красиво уложены несколько луковиц редчайших нарциссов, зачарованных на круглогодичный аромат. Дориану предназначалась коробочка с магическими запонками, украшенными черными бриллиантами. Над оформлением этого подарка Драко потрудился всласть и использовал все свои художественные способности: обертка была расписана вручную. Но среди всех этих безумно дорогих, но все-таки покупных подарков был один, который слизеринец изготовил своими руками от и до. Это стоило ему нескольких дней в архивах поместья, кучи нервов и сотни совсем не аристократических ругательств. Подарок, естественно, предназначался Поттеру. Это был фотоальбом. Банальщина? Ничуть. Каждый его лист Драко сделал сам. А человек, который был изображен на вклеенных колдографиях, делал подарок бесценным. Малфой нашел и собрал воедино все фотографии Сириуса, которые нашел в архивах и тайнике матери. Особенный подарок — особенный повод. Рождество — только предлог. Утром Драко отправил гриффиндорцу сову с просьбой о встрече вечером. Он не сообщал никаких деталей такой срочности, но Поттер, кажется, и сам о чем-то догадался. Вместо того, чтобы выйти куда-то «в люди», где их могли бы увидеть, Гарри предложил встретиться в маггловском Лондоне, в парке Сент-Джеймс. Драко идея пришлась по душе. Ожидание сменилось волнением. Предстояло упаковать подарок, а в голову не шло никаких идей. Промучившись еще минут тридцать, Малфой выбросил сорок третью испорченную упаковочную бумагу и тихо зарычал. Взгляд упал на тонкую серебряную цепочку, которая придерживала шторы. Внезапная идея была безумной, но оказалась тем, что нужно: цепочка, без всякой обертки, как будто делала подарок таинственнее. В комнате материализовался эльф с конвертом. - Мистер Малфой, сэр, сова от мистера Гринграсса. - Спасибо, Либи. Приберите тут все и доставьте подарки адресатам. Все, кроме этих двух, - Драко кивнул на подарок Дориану и фотоальбом Поттеру. - Да, хозяин. Слизеринец легко вскочил с ковра и одним движением разорвал конверт. На ладонь выпали маленький кожаный мешочек и листок бумаги. Драко развернул письмо. «Я готовлю ужин для тебя. Своими руками, да. Получается что-то невообразимое. Хочу, чтобы ты почувствовал аромат вместе со мной. Я жду тебя. Д.Г.» Драко улыбнулся и развернул мешочек. Непонятная смесь специй внутри действительно пахла как-то особенно. Настроение тут же улучшилось, а волнение по поводу встречи с Поттером унеслось сразу же. Честно говоря, Драко больше не вспоминал о Поттере до самого момента встречи. POV Драко Снег приятно хрустит под каблуками. Ощущение, как будто идешь по фарфору. Невероятно солнечный зимний день: даже сейчас, когда время клонится к закату, лучи яркие. Кажется, они меняют цвет прямо в воздухе. Мне легко и хорошо. Даже странно, что все дневное волнение растворилось. Мое решение больше не вызывает сомнений. Из головы не идет Дориан, а в носу до сих пор стоит приятный аромат пряностей. Что он там такое наготовил... Где же Поттер? Мы не уточняли места встречи. Логично было бы встретиться у входа. Но здесь пусто. Типичный гриффиндорец... Кто-то тянет меня за рукав, и я с удивлением наблюдаю маленькую белоснежное нечто с глазами, которое буквально умоляет меня пойти за ним. Понимаю, что это колдовство, и ощущаю на языке знакомый вкус магии Поттера. Аромат пряностей как будто сдувает из сознания. Я иду за колдовским проводником по заснеженным аллеям и думаю о том, что только Поттер мог послать вместо себя наколдованную белку. Нормальный человек просто написал бы место встречи в письме. Но нет. Поттер же особенный. Буквально-таки избранный, боггарт его разбери. Избранный. Особенный. Злиться не получается, губы кривятся в улыбке. Он действительно особенный, Поттер. Не зря его всегда выделяли, не зря о нем шептались, не зря на него молились. Я помню, как ненавидел его за эту его «избранность» и не понимал, почему все так прыгают вокруг него. Теперь понимаю. Он особенный тем, что он Поттер, а не потому что убил Волдеморта. Он особенный в мелочах. Как он кофе варит. Как он смотрит на тебя. Как он заботится о тебе — иногда чуть грубовато, по-гриффиндорски, а иногда наоборот так тонко, что диву даешься — откуда такие познания в психологии? В моей психологии? Он особенный и... красивый. Поттер стоит в центре сказки, смотря куда-то вверх. Пруд, покрытый тонкой коркой льда, ловит красноватые лучи заходящего солнца и кидает их в него так, что они цепляются то за волосы, то за скулы, то за пальто... Пальто. Поттер в белом. То есть — во всем белом. Белые брюки. Белый свитер. Белое расстегнутое пальто. Белый шарф и даже — боги! - белые ботинки. Он как будто часть этого пейзажа. Он как будто и есть само Рождество. Он прекрасен, черт возьми. У меня перехватывает дыхание. Остановись, Малфой. Ты пришел сюда вовсе не за тем, чтобы любоваться Поттером. Более того, такие мысли сейчас сыграют против тебя, и ты повернешь назад, туда, где неопределенность и кошмар выбора. Нет. Ты не хочешь этого. Неимоверным усилием воли заставляю себя вспомнить о Дориане и достаю из арсенала привычный скептицизм. - У тебя сегодня свадьба, Поттер? - да не дрожи ты так, голос! Он поворачивает голову и молчит. Жду какой-нибудь ерунды в ответ, готовлю варианты парирования, но он просто сканирует меня своими бутылочными глазами. Необъяснимая весенняя зелень посреди зимы. - Ты мне скажи, - наконец говорит он. Шах и мат мне. - Со мной — вряд ли. Здравствуй. Я подхожу к нему ближе. Он приглашающе кивает на скамейку. Садимся. И молчим, потому что начать, по идее, должен я, а у меня ни слова сказать не получается. Правый карман греет уменьшенный подарок Поттеру, левый жжет подарок Дориану. Наконец он не выдерживает: - О чем ты хотел поговорить, Драко? - А что, - вскидывая брови, тяну время. Не хочу переходить сразу к делу. - Я не мог тебя просто позвать погулять? Мы же не раз гуляли вместе? - Мог, - просто соглашается он и серьезно добавляет. - Раньше мог. - И сейчас могу, - вру. - В конце концов, сегодня Рождество! Должен же я тебя поздравить? - Должен, наверное. Кому-то — не мне. - Не хочешь подарков? - От тебя я их не ждал. - Почему? - Драко, - он поворачивает голову, и я вижу в его глазах усталость. Ничего не значащей пикировке конец. - Говори уже, что хотел. Вот так вот. Просто. Да и кого я хотел обмануть? Наши отношения последнее время вряд ли могли предполагать какую-то дружескую встречу. Все слишком запуталось. Все было так просто и хорошо, а теперь все безбожно запуталось. И я не хочу думать о том, кто в этом виноват. Мне нужно разрубить этот узел и не думать о том, что меч, которым я это сделаю, может оказаться Дамокловым. Соберись, Лорд Малфой. - На самом деле, ничего серьезного. Ничего страшного не случилось. Это скорее... деловой вопрос, - я говорю уверенно, как в офисе, а он смотрит на меня внимательно, совсем не по-партнерски. Это путает, и я сбиваюсь. - Ты знаешь, есть такое понятие в магическом бизнесе, как квартал... Обычно поквартально подводятся итоги проектов, делаются выводы... Продолжать или не продолжать проект. Да. И мы с тобой, по сути, своей цели добились, так что проект «Прикрытие для принцев»... Я на секунду замолкаю, подбирая слово помягче, потому что даже мне самому тошно от той официальной ереси, которую я несу, но Поттер перебивает меня. - Продолжать смысла нет. Я понял. И согласен. - Ты согласен?.. - этого я не ожидал. Он встает со скамейки и подходит чуть ближе к пруду, снова утыкаясь в него взглядом. Солнце окровило водоем закатными лучами, кажется, что Гарри стоит на фоне лавовой ямы, а не снежного пруда. - Интересная штука закат, - говорит он. - Особенно зимой. Ты идешь по парку, и солнце светит ярко, желто, привычно; ты думаешь, что у тебя еще столько времени, чтобы добраться домой... Ты решаешь задержаться в парке, и ты уверен, что прав. Так тепло и красиво... А потом в пару минут все становится кроваво-красным, нереальным, но настолько восхитительным, что ты уже не можешь оторвать взгляда. Когда ты очнешься, будет уже вечер. Тебе придется искать дорогу в темноте и двигаться в холоде, надеясь, что потом ты не схватишь какое-нибудь воспаление легких. Я знал человека, который так умер. Я чувствую, что по мне проходит мороз, и он совсем не связан с зимой. Я понимаю, о чем он говорит. Ведь понимаю же? - Гарри? Свой голос я слышу как из трубы. Когда я успел встать? Он совсем близко. Я вижу снежинки, запутавшиеся в его черных как ночь волосах. Я вижу его глаза — и Мерлин меня раздери, лучше бы я их не видел! - Одним из условия нашего соглашения, - говорит он, смотря мне прямо в глаза. - Было то, что «прикрытие для принцев» - это ширма, мираж, фантасмагория. Наш... «проект» не имеет ничего общего с реальными чувствами. И если у кого-то появились отношения или чувства, проект стоит свернуть. У тебя появились отношения. Кто же знал, что у меня появятся чувства. Я молчу. Я могу только следить за его лицом. Я вижу, что его губы шевелятся, но я не верю, что эти слова говорит он. Я не узнаю его голоса. Я не понимаю смысла. Я не хочу его понимать. Я не... Я ошибся? Он слишком красив. Как на свадьбу пришел, да. Или на похороны. Говорят, в Японии белый цвет — цвет траура. Я слушаю Поттера. Я вижу его губы. Мне так холодно. Я всего лишь хочу тепла. Я хочу согреться. Я вижу его горячие губы так близко... - В каком кармане? - внезапно спрашивает он. Я удивленно моргаю. Мираж не рассеивается — мне все так же хочется его поцеловать, но я заставляю себя сконцентрироваться на вопросе. - Что в каком кармане? - Подарок мне. Я теряюсь еще больше. - В правом, - неуверенно отвечаю. - Хорошо, - говорит он и на мгновение, на краткое, но такое сладкое мгновение я чувствую тепло его руки, скользящей по моему телу. - Не хотел ошибиться с карманом. Не хотел класть рядом с подарком ему. - Поттер... -начинаю я, но он останавливает меня, легко прижимая пальцы к губам. Еще одно краткое мгновение тепла — и он делает шаг назад. - Я скажу Гермионе, чтобы она придумала нам сценарий «разрыва». После Рождества она свяжется с тобой. Я бы и сам, но, боюсь, меня может уже не быть в Британии. Счастливого Рождества, Драко. И...береги себя. Он аппарирует прежде чем я успеваю сказать хоть слово. И это уже становится традицией. Правый карман жжет уже два подарка — ему и от него.