something's changed.

Не стоит убеждать себя в чем-то, если ты даже не пятьдесят процентов неуверен в том, что это истина.

      Я слишком быстро привыкла к этим белым стенам. Теперь они не пугают меня. Меня ничего не пугает. Я всю жизнь боялась предательства и каждый раз с ним встречалась. Стоит ли тогда чего-либо бояться?       Мне не больно от того, что сделал Шистад. Я поняла его. Он хочет раз и навсегда доказать всем, что он не пустышка. Только он сам не верит в это, что значительно осложняет ситуацию. Очень странное ощущение, когда прозрение настигает тогда, когда уже поздно что-то менять. Именно сейчас я понимаю, что в отношения между нами я не вкладывалась. Только поэтому я проиграла в этой игре.       Остается только ждать, что что-то изменится. Надежда, зародившаяся в сердце, с каждым месяцем будет угасать, но я всеми силами буду стараться поддерживать её, потому что любовь должна быть сильнее.       Сегодня я возвращаюсь в школу, прекращая вести асоциальный образ жизни. Грустно ли мне от этого? Нет. Но паника зарождается внутри меня. Будто что-то плохое должно произойти, но я пытаюсь отогнать весь негатив прочь. Новый день — попытка начать все сначала.       Школьный двор на удивление пуст, хотя сейчас свободное время. Что происходит? Захожу в главный зал школы и вижу огромную толпу людей, которые столпились вокруг чего-то. Что, вашу мать, происходит? Неумело расталкиваю людей, чтобы рассмотреть объект, который все сверлят глазами. Мне становится дурно. Фотография Вильяма с траурной лентой. К горлу подкатывает тошнота. Хватаюсь за руку какого-то незнакомца, пытаясь обрести такое хрупкое равновесие. Вся ненависть к нему улетучилась и появилась непонятная жалость. Если это шутка, то она совсем неудачная. Сердце сжимается, когда я представляю, что будет, когда Шистад узнает. Как бы он не был обижен, но долгие годы дружбы дадут о себе знать. Он любил его, как брата, а такое сложно выжечь из сердца.       Поворачиваюсь к тому, чью руку я сильно сжимаю уже пару минут, чтобы узнать хоть что-то. Пенетратор. — Что случилось? — поднимает грустный и уставший взгляд на меня, пытаясь понять кто я. — Не справился с управлением. Его отец не в курсе до сих пор, представляешь? Ему не хотят докладывать. Они считают, что мы шутим, а на такое уходит очень много времени. Стал бы кто-то шутить про смерть? Сомневаюсь, — наклоняется к моему уху, чтобы никто не услышал, — сообщи Крису, пожалуйста. Я знаю, что произошло между вами всеми, но это важно. Смотрю на этого парня и понимаю, как ему больно. Мне тоже. Мне больно за всех. Какое дерьмо бы не делал человек, но смерти он недостоин. Всё можно исправить. Всегда. — Вряд ли он приедет. Учеба в Лондоне, куда они так хотели с Вильямом… Я попробую, но ничего не обещаю. Окей? — мягко улыбается и мне начинает нравится этот парень. Он надежный. Последний раз оглядывает фото и скрывается в одном из многочисленных коридоров. Я не смогу находится тут. Это слишком терзает мою и без того измученную душу.       Выбегаю на улицу, чтобы наконец стало легче. И становится. Раз за разом вспоминаю слова Криса о том, что я могу справится без лекарств. И я верю ему. Всем сердцем, которое до сих пор в его власти. Достаю из сумки телефон, размышляя о том, как правильно преподнести эту новость. Отложу это до дома.       Валяюсь на диване, нервно косясь на телефон. До сих пор не придумала, что конкретно написать Крису.       Набираю сообщения и каждый раз стираю, потому что каждое слово кажется мне абсурдным. Почему я не знала, что сообщать о всяком дерьме так сложно? Устало тру веки.       Вспоминаю тот день, когда он пришёл ко мне, а я сбежала. Может быть что-то изменилось, обсудив с ним ситуацию? Я не знаю, что стало причиной потери управления, но тёмные мысли закрадываются в голове. Это нехорошо. Надо выпить.       Открываю бар, а там стоит одинокая бутылка водки. Пора составить ей компанию. Одна рюмка. Вторая. Третья. И мне хорошо. Слова сами лезут в голову целыми предложениями, которые кажутся наиболее подходящими. Неуклюже беру телефон в руку, набирая очень знакомый номер. — Шистад, у меня для тебя печальные известия…— не успеваю договорить, потому что меня перебивают. — Девушка, что вам нужно от Криса? — резко трезвею. Непонимание накатывает на меня с новой силой. — А вы, извините, кто? — кусаю губы от волнения. — Я его девушка. До свидания. Я не сильная. Я слабая. И именно сейчас конец всему.       Несусь в ванную, чтобы взять то самое лезвие. Холодное и такое знакомое. Сажусь на край ванны, размышляя о выборе. Меня отделяет от истины один шаг. Либо попасть, либо ад. Я делаю этот самый шаг…

Что для нас любовь? Некое чувство, которое никто не может внятно описать. Нам просто нужен тот, кто будет рядом и опекать нас. Только опека иная. Более интимная. Всё остальное для каждого очень индивидуально.