Ближе

У Кэмерона есть девушка. Потрясающая, невероятная, красивая и веселая. Стройная. Высокая. Смуглая, а не бледная как поганка. С красивыми глазами – нормальными, человеческими темными глазами, а не светлыми и прозрачными, как у рыбы. У Кэмерона есть девушка, с которой легко и приятно проводить время. Которая всегда ясно высказывает свои желания. Которая не стесняется говорить о своих чувствах. Совсем не стесняется. Которая может столько рассказать ему о своих чувствах за один день, сколько некоторые не рассказывали за несколько лет. У Кэмерона есть девушка, которая не хочет скрывать их отношений. Даже наоборот – стремится рассказать о них всем друзьям. Всем знакомым. Всему миру. Это значит, что она тебя любит, говорит он себе. Гордится тобой. Это должно тебя радовать. Иногда ему даже кажется, что он в неё влюблен. Ему нравится проводить с ней время. Держать ее за руку. Целовать ее. Называть ее по имени – у нее хорошее имя, простое, звонкое, хлесткое. Не как у некоторых - вялое и текучее, прокатывающееся по языку глотком воды.

***

Решение вступить в отношения было принято в экстренном режиме. Когда Ноэль позвонил ему после почти годового перерыва, он, несмотря на то, что номер был незнакомый, ещё не сняв трубку, уже знал, чей голос услышит. Просто пронеслось в голове – это Ноэль. Нет, не потому что между ними есть какая-либо связь. И не потому, что он ждал этого звонка. Просто так совпало. Голос у него подрагивал, и, хотя он и пытался сделать вид, что не узнал Ноэля, вышло, наверное, не очень правдоподобно. - Это я, - сказал Ноэль в ответ на отрывистое «кто это?». - А. - сказал Кэмерон. Они помолчали, а потом Ноэль стал путано объяснять, что подумывает вернуться в сериал, но вникнуть в смысл его слов было трудно. Кэмерон чувствовал, как буквально тонет в его мягком, охуительнейшем голосе. Слова сливались в одно сплошное теплое обволакивающее полотно. Очнулся он только когда услышал, что Ноэль уже некоторое время переспрашивает: - Ты меня слушаешь? Кэмерон? Ты не против? Кэм? Кэм. Что он мог ответить? «Нет, я против, потому что мне до сих пор мучительно больно о тебе вспоминать»? «Я за, потому что я жутко скучаю и постоянно дико хочу тебя»? Оба ответа были довольно неуместными, поэтому он сказал: - Мне плевать. Они снова помолчали. Потом Ноэль спросил: - Как ты? - Отлично, - сказал Кэмерон, хотя это и не было правдой. И вот тут-то ему бы и завершить разговор, но закипевший от переизбытка эмоций мозг перестал слушаться своего обладателя и выдал: - У меня есть девушка. Наступила еще одна пауза, во время которой Кэмерон успел тысячу раз проклясть себя за привычку сначала говорить, а потом думать. Потом Ноэль сказал: - Я очень рад за тебя, Кэм. После этого они несколько неловко попрощались и Кэмерон, швырнув телефон на кровать, рухнул за ним следом. Никакой девушки у него не было. И, более того, обзаводиться ей не хотелось ну вот ни капли. После того, как год назад с треском обрушилось их что-бы-это-ни-было с Ноэлем, ему вообще было тошно думать о каких-либо более серьезных отношениях, чем мимолетные интрижки «на пару раз». Эта реплика вырвалась у него случайно – от неловкости, от растерянности, от злости. Он подумал, что похож – ах как сука иронично – на героя дурацкой комедии. Что сделал бы на его месте герой дурацкой комедии? Правильно, нашел бы себе бабу. Особенного энтузиазма Кэмерон не чувствовал, но он был готов на многое, лишь бы доказать Ноэлю, как ему на него плевать. Тут-то и подвернулась Руби. Нет, он поглядывал на нее и раньше – она была милой, сексуальной и вроде бы даже вполне в его вкусе. Но он никогда прежде не задумывался о ней всерьёз, хотя и замечал, что она поочередно флиртует то с ним, то с Джереми, видимо, делая ставку на то, что хоть один из них должен «клюнуть». И он клюнул. И сначала впервые за год выдохнул с облегчением – наличие рядом теплого, воркующего, щебечущего, при первой удобной возможности лезущего целоваться существа отвлекало от ненужных мыслей и воспоминаний. Но так продолжалось недолго. В первый раз они встретились на читке. Кэмерон увидел его сразу, едва открыв дверь – он сидел, откинувшись на спинку стула, смеялся, видимо, рассказывал какую-то историю. Белая рука вскидывается в подкрепляющем рассказ неопределенном жесте. Блядское свечение наполняет всю комнату. Увидев Кэмерона, он слегка встрепенулся, попытался поймать его взгляд, но Кэмерон сразу отвел глаза. С ним кто-то поздоровался, он, не глядя, махнул рукой. Ему вдруг стало тяжело дышать, как будто что-то сдавило грудь. Он сел на свое место (слава богу, не рядом), уставился в сценарий перед собой, чувствуя на себе внимательный взгляд – ему не нужно было поднимать голову, чтобы знать, чей. Потом они прогоняли общую сцену. Кэмерон всё так же сидел, не шевелясь, глядя строго в сценарий (сфокусировать взгляд не получалось, напечатанный текст расплывался перед глазами). Он не видел, но знал, что Ноэль смотрит – кожу пекло, как на пляже (в голову пришла неуместная мысль – если подставить лупу, я загорюсь?). Он давился своими репликами и глухо, как сквозь подушку, слышал, как Ноэль говорит ему чужим голосом, с чужими интонациями чужие слова – вещи, которые сам Ноэль никогда бы ему не сказал. Я думал о тебе. Ты у меня под кожей. В голове стучала мысль о том, что на съемках нужно будет касаться его. Смотреть ему в глаза. Целовать. Думать об этом не хотелось, не думать – не получалось. Когда всё закончилось, он раньше всех пулей выскочил в коридор. Глаза застилало пеленой. Кажется, будет сложнее, чем он мог представить. Не оборачиваясь, он спиной почувствовал, понял, что Ноэль вышел за ним. Он ускорил шаг. - Кэм, подожди. Зачем? Он не остановился, хотя отчего-то знал, что Ноэль всё равно его догонит. И он догнал. Схватил за плечо. Кэмерон резко развернулся. Время застыло. Ему показалось, что вокруг них образовалась невидимая гулкая капсула, внутри которой не существует ни времени, ни пространства. Что они парят в пустоте. Сколько прошло времени? Секунда? Две? Год? Ноэль, видимо, сам не знал, зачем остановил его. Он посмотрел на свою руку, всё ещё сжимающую плечо Кэмерона. Ослабил хватку, но совсем руку не убрал. Теперь она просто лежала у него на плече, обжигала своей мягкой тяжестью. Ноэль кусал губы, видимо, размышляя, что сказать. Потом поднял глаза. Кэмерон почувствовал, что падает в пропасть. Сердце совершенно точно не билось. Не отрывая взгляда, он медленно поднял руку к своему плечу, коснулся запястья Ноэля. Почувствовал под пальцами бешено пульсирующую вену. Неужели волнуется? - Кэм, - голос Руби заставил капсулу треснуть, - Кэм, ты занят? Ноэль отдернул руку. Капсула лопнула, как мыльный пузырь. Кэмерон, стряхивая с себя оцепенение, обернулся к Руби: - Да, киса? Он специально выделил «кису» и краем глаза отметил почти неуловимое движение бровей на лице Ноэля. Внутри шевельнулось что-то мягкое, самодовольное – в тот момент он истолковал это как ревность, хотя позже, в тысячный раз перетирая весь эпизод в голове, разбирая его, как конструктор, на отдельные движения и взгляды, он пришел к выводу, что это могло значить что-то другое, а могло и ничего не значить вовсе. Ноэль пробормотал что-то и удалился. Кэмерон, приобняв Руби, позволил ей увлечь себя за собой.Не так уж и страшно, подумал он, слушая ее болтовню. В ушах всё ещё стоял голос Ноэля, а плечо всё ещё горело в том месте, где лежала его ладонь, но в целом это можно было пережить. Теперь можно было на время расслабиться. Тогда он ещё думал, что в следующий раз они встретятся только когда начнутся съемки.