Боги Эквестрии

Глава 6 Веселая Карусель

      Наконец, можно было немного отдохнуть. Покататься по озеру любви и ощутить под ногами целое море могущественной магии Каденс.       По озеру, которое окружает особенной красоты парк, с аккуратными, выложенными розовым мрамором дорожками и множеством статуй влюблённых — самых разных возрастов и полов. Тут даже цветы были особенные, с розовыми лепестками, источающими мягкий волнующий аромат. Тут всё буквально дышало любовью, ибо в этом парке каждый день проводят своё время множество влюблённых пони и гостей столицы. Вот только, сейчас близится утро, и кроме меня тут больше никого нет.       И я откровенно рад этому. Как же приятно просто расслабиться после разгребания всех тех дел, что накопились, пока я плотно занимался Кристальной Империей. Благо, теперь это забота Каденс, Шайнинга, Кристалла Армора и Кризалис. Вот пусть и правят, как могут, под присмотром сестры, а я буду только за снами кристальных пони присматривать. Может Селестия подсобит чем, но это пусть сама думает. Благо, за последние недели они хоть как-то взяли ситуацию под контроль. Утопая в горах бумаг, они начали заново выстраивать вертикаль власти, налаживать работу всех структур и отношения с другими странами.       А простые пони, тем временем ударными темпами строили новую железную дорогу к столице империи. Нормальную, а не то одноколейное убожество, что вело на север нашей страны сейчас. Вот только, там работы минимум на год. Всё-таки, тысяча километров промороженной земли далеко на севере, в которой надо построить нормальную двухпутную дорогу. Ведь по планам сестры, Кристальная Империя скоро сильно вырастет в размерах и в ней поселятся миллионы Эквестрийцев. Они помогут кристальным пони побыстрее влиться в наш мир в качестве полноценных его членов, а не отвергнутых изгоев, затерянных на замороженных полях севера — во времени и пространстве.       Но эта тундра скоро начнёт таять, ведь Селестия хочет разморозить север Эквестрии, сместив линию вечной мерзлоты на полтысячи километров севернее и сделать те земли более тёплыми и плодородными. Освободить от снегов колоссальные площади и сделать их пригодными для массового заселения растущей популяции пони. Параллельно, она намеревается сместить климатические пояса на всей планете, расширив умеренную зону на север и, в то же время, слегка остудив южные тропические территории. В итоге, по прогнозам мы получим более двух миллионов квадратных километров пригодной для нормальной жизни земли на севере и ещё миллион на юге. Чего, при текущих темпах роста, хватит лет на пятнадцать — двадцать, если экспансия будет идти на север, а с югом и освоением морских просторов запаса хватит ещё лет на тридцать.       Хотя, потом, со взрывообразным ростом населения надо будет что-то делать. Всё-таки прирост населения в год — составляет около десяти миллионов пони. Что не так много при всём населении в триста двадцать восемь миллионов, но при сохранении нынешних темпов, через двадцать пять лет население удвоится, а через сорок перевалит за миллиард, и тогда суммарно, в нашем мире будет проживать под два миллиарда разумных. Если же общее население планеты перевалит за двадцать миллиардов, то даже с контролем климата, будет слегка тесновато, и придётся поднимать новую сушу из морских пучин. Либо просто нарастить размеры планеты, но это уже в следующем столетии сделаем, если надо будет.       А ведь каких-то триста лет назад, в Эквестрии проживало всего пятьдесят миллионов пони. И всё от того, что сестра тогда сдерживала рост населения и не позволяла смертным разгуляться, перековывая менталитет и обычаи относительно небольшой популяции. Заодно, сделала бессмысленным захват нашего мира иными богами, которые просто не удержали бы его при таком малом количестве душ, без солнца и луны.       И это при том, что в остальном мире рост населения идёт намного медленней. Даже несмотря на то, что их в два раза больше, суммарный прирост их населения вполовину меньше. Те же грифоны — вообще медленно вымирают, как и некоторые другие виды. Во многих частях мира население давно стабилизировалось и почти не меняется. Те же драконы никогда не отличались плодовитостью и даже один ребёнок в их семье, за десятки лет, уже много.       При этом, остальные государства мало что знают, про все эти демографические течения с их подводными камнями, и в итоге оглянуться не успеют, как их буквально затопят Эквестрийцы новых поколений. Пройдёт мягкая интеграция в созданное сестрой общество, первой ласточкой из которых станет Кристальная Империя. Формально будучи независимой, по факту, она станет частью Эквестрии, после чего можно будет окончательно перековать и остальной мир — для блага всех населяющих его душ.       Но, проклятье, как же сложно рассчитать нужную коррекцию в орбитах светил и интенсивности их излучения, дабы разморозить север и одновременно не поджарить экватор. Или не заморозить что-то другое. А то не думаю, что сестра согласится на парочку новых ледников посреди пустыни или климатический коллапс на одном из соседних континентов. Надо так перераспределить тепловые потоки, чтобы климат планеты стал более мягким и тепло распределялось равномерно, не создавая новых пустынь и ледяных пустошей. Что, в свою очередь, потребует коррекцию всех потоков воздушных и водных масс. Да ещё надо будет удалить огромную пустыню на континенте зебр, чтобы в будущем мы могли осваивать и те земли.       И мне это всё моделировать, словно у меня других задач нет! Как было бы проще, развернуть нормальную спутниковую группировку и отредактировать климат планеты в любой, какой мы только пожелаем, парадигме. Всего пару сотен километровых шариков на орбите, и хоть бесконечный рай на всю планету устраивай, но Селестия упёрлась рогом и запрещает вешать видимые спутники над планетой, дабы пони не задавали глупых вопросов. По типу, откуда эти километровые дуры взялись в небесах нашего мира? И ведь их не спрячешь, так как, нагревая планету, они будут светить словно маленькие солнца.       Но ничего. Я уже вижу, как в итоге, сестра будет посылать своё светило замысловатыми путями, каждый день сверяясь с моими моделями, дабы оно грело планету так, как она хочет. Вот будет весело всем, когда солнце начнёт летать по ТАКОЙ траектории! Особенно поначалу, когда климат планеты будет меняться.       Чуть касаясь озёрной глади, я продолжал размышлять, попутно скользя над водой в свете луны и оставляя расходящиеся полоски волн. Я вспоминал о том, как совсем недавно мы с сестрой здесь отдыхали от своих забот и танцевали на глади этого самого озера в такую же лунную ночь. Странно, всё-таки, всё обернулось. Я так долго был на луне, наблюдая за тем, как Эквестрия менялась, что видел как энергетика планеты преобразуется вслед за духом её обитателей, делая из мира настоящую сказку. Пусть кое-где, в глухих уголках, ещё и было немного места злу, боли и ненависти, но это только вопрос времени, когда и до них доберётся свет любви, дружбы и заботы. А в итоге, получится именно тот мир, о котором я раньше не смел даже и мечтать, и до сих пор не могу осознать всей грандиозности перемен, которые совершила сестра с помощью своих подданных. Обычных смертных, что положили свои жизни ради этого, по-настоящему светлого, будущего. Мира, где нет места мне-кошмару — и это хорошо. Ведь я сам рад, что почти не должен использовать эту сторону своей силы, а вместо этого могу просто скрывать свою тьму, порой показывая краешек себя другим и вкушая их страх. При этом, их любовь куда как приятнее и вкуснее, так что пусть лучше любят друг друга побольше, а я смогу наслаждаться их великолепными чувствами, впитывая их куда тоньше и искуснее, чем это может делать даже Кризалис.       И, к огромному счастью, мне не надо брать эти чувства силой или красть. Слишком много их витает в воздухе, растворено в воде, кристаллизовано в земле. Пони сами дарят себя миру. Мне же надо только подбирать крохи этой чистейшей духовной магии и вкушать её, словно самый изысканный деликатес. Не отвергать их любовь, и она сама наполнит меня даром всем тем, что нельзя взять никакой силой.       Так странно ощущать эту поистине невероятную силу, что спит в нашем мире, пропитывает его собой и является самой его основой. Особенно это ощущается — когда она скапливается в одном месте. Как, например, в водах этого озера возле Кантерлота. Которое давно считается лучшим местом для влюблённых, и пони идут сюда в поисках любви, при этом не замечая, как дарят её озеру в огромном количестве. Из-за чего оно и стало настоящим источником любви, из которого буквально вырываются потоки тончайшей духовной магии, и которую так легко поглотят даже самые обычные пони. Пусть они и не осознают этого, но любовь, подаренная другими пони этому месту, проникает в них и делает их куда более открытыми, любящими и любимыми.       Это именно то место, где по-настоящему родилась Каденс. Источник её заёмной силы, из которого она может черпать огромное её количество. Этакая, очень маленькая луна или солнце, но, тем не менее, это источник крайне могущественной магии. Магии, которая полностью подконтрольна принцессе любви. И пускай она сама пока не осознает этого, но именно она завершила окончательное формирование этого места, став его сердцем и основой всего. Именно она превратила созданное для неё Селестией озеро — в нечто невероятное и совершенно особенное. Не живое, но уже и не мёртвое, и невиданное мною ни разу до этого.       Это была загадка, которую я вот уже который год пытался разгадать, и до сих пор не мог. Только всё глубже понимал невероятность этого чуда, которое раскрыло весь потенциал Каденс. Смешно, но она сделала то, что я считал невозможным, став той, кем она является теперь. Малышка встала на путь становления богини. Бога Любви. Принцесса Каденс — это настоящее и такое хрупкое сокровище нашего мира, способное стать нашей сестрой в силе и разделить с нами вечность.       И именно поэтому, это место так нуждается в нашей защите. Пусть Селестия уже как следует позаботилась о нём, но она — свет и пламя, а я — тьма и ночь. У нас разные силы и возможности, так что там, где ей нужно прилагать сверх-усилия, мне достаточно пожелать, и ни один кошмар даже не заметит это озеро, обойдя его стороной.       Структуры моих заклинаний мягко укладывались в узор защитных чар сестры, дополняя его и делая почти совершенным. Они незримо восстанавливают все те микро повреждения, что успела нанести дикая магия этому месту, и именно поэтому, я в который раз прихожу сюда, наслаждаюсь чудом этого места и дарю ему свою защиту. Просто так, только бы оно никогда не исчезло во тьме веков. Возможно, в будущем это озеро станет основой для ещё одного светила. Перестроенное в звезду любви, оно займет своё место в небесах нашего мира, и осветит собою души всех обитателей нашей вселенной. Но будет это ещё не скоро.       А пока, пусть сюда всё также приходят влюблённые и дарят свои прекрасные чувства этому месту, получая её назад сторицей. Это делает наш мир на капельку лучше с каждым днём жизни этого чуда. И чудо это ни в коем случае не должно быть повреждено моим вмешательством. Оно словно хрупкий цветок, над которым простиралась незримая защита, призрачная и одновременно несокрушимая броня, способная защитить его от опасностей, но не отгородить от мира.       Жаль, что мне уже пора и придётся расстаться с этим потрясающим местом. Пусть я и вернусь сюда ещё не одну сотню раз, но всё равно, каждый раз так не хочется его покидать. Вот только, есть желания, а есть долг перед миром, который я обязан исполнять — пусть даже и через не могу. Хотя, сейчас, всё куда как приятней и интересней.       Мне надо будет творить. Творить свой первый парк развлечений. Я долго не мог выбрать, что именно создать — дабы поднять свою популярность в глазах пони. Пока, наконец, не остановился именно на этом проекте. Да. Были, конечно, разные и более полезные и важные варианты, но начать хотелось именно с него. С места, которое будет дарить радость посещающим его пони, и где всегда будет слышен радостный смех детей, не умолкающий до самой полуночи.       Именно так. Ведь по задумке, самое интересное в нём будет происходить как раз после захода солнца, когда при свете луны, обычные развлечения сменятся на куда более острые и рассчитанные на более старших посетителей. Когда повсюду будут гореть иллюзии, овивая привычные предметы и делая их совершенно незнакомыми и просто другими. Это будет место, где посетители смогут увидеть некое отражение мира снов в материальном мире, став свидетелями по-настоящему невероятных вещей. Возможно, в итоге, кто-то из них по-настоящему полюбит ночь и хоть изредка будет выходить на порог своего дома и любоваться звёздами. Главное, чтобы не увлекались. А то смотреть на Хаос, даже сквозь щиты и иллюзии, не самая лучшая идея для смертных. Ведь последствия этого никто не сможет предсказать.       Именно поэтому, все жители Эквестрии с опаской поглядывают на ночное небо. Подсознательно понимают, что за ним скрываются по-настоящему ужасные вещи, которые они не видят, а, скорее, воспринимают душой, и это заставляет их не поднимать на небеса взгляд лишний раз. Жаль, конечно, что они нечасто видят мои картины, но пусть лучше так, чем сходить с ума от воздействия тонких эманаций Хаоса, просачивающихся через все барьеры реальности.       Пусть даже с каждым столетием щиты всё прочнее, а иллюзии достовернее и сейчас смотреть на звёзды почти безопасно, но всё равно, лучше подстраховаться. А вот тысячу лет назад, сотни пони сходили с ума всего за недельку наблюдений за ними, отчего все звездочёты были немного чокнутыми, если не сказать — полоумными. Всё-таки, Хаос слишком сильно влияет на слабых духом существ.       Наконец, расправив крылья, я взлетел над озером и не спеша направился на противоположную сторону Кантерлота, где уже была огорожена будущая строительная площадка. Место моего творчества, общий план которого давно созрел у меня в голове, и теперь осталось только воплотить его в реальности.       Едва я приземлился на стройплощадку, как тысячи заклинаний сорвались с моего рога, впитываясь в грунт — что тут же пришёл в движение, словно живой. Одни участки опускались, другие поднимались. Под землёй грунт раздвигался, образовывая туннели, залы и технические полости. Края их спекались, создавая прочную оболочку, а деревья с кусками земли взмывали в небеса, дабы не быть повреждёнными в процессе плавки. Избыток земли стекался к центру будущего парка, где шло преобразование атомарной структуры материи и медленно рос сказочный замок. Он выглядел, словно вырезанный из огромного куска лунной породы, и по ночам будет светиться не хуже, чем сама луна.       Сотни переходов, залов и комнат обретали свои очертания в реальности, постепенно создавая черновой каркас будущих конструкций и образовывали их силовую часть, на которой всё будет держаться. Прошёл целый час и вот, первый этап творения был завершён. Я не спешил. Делал всё медленно, мысленно завершая моделирование будущего парка. Наконец, окружающая земля приняла нужное очертание, замок обрел форму и теперь можно было приступать к отделке и созданию декораций.       Расщепляя саму землю, воду и воздух, я собирал из них новую материю, которая целыми кластерами перемещалась в облаках моего телекинеза, занимая нужные места, и превращалась в предметы интерьера. Псевдодеревянные полы, люстры, резная мебель и прочие игрушки для взрослых пони. Черпая вдохновение в работах старых мастеров, я постарался воссоздать нужную атмосферу сказочного дворца принцессы Платины, чтобы каждый посетитель мог побывать в нём, насладиться его красотой и великолепием. Я продолжил вплетать искусную резьбу по камню, дереву и металлу в нужных местах. Создавал сотни произведений искусства и просто творил, ощущая невероятный прилив вдохновения от мысли, что всё это будет радовать сердца десятков тысяч, если не миллионов, разумных существ. В конце я создал стилизованный зал с парой тронов, которые были точной копией стоящих в развалинах дворца двух сестёр в Вечнозелёном лесу. Один из золота, второй из серебра.       Последний штрих, и над замком соткался огромный флаг с нашим гербом.       Теперь, когда с этим покончено, можно приступать и к остальной части парка. Моя магия вновь трансформирует материю окружающего ландшафта, придавая ей новые формы. Первыми материализуются грифоньи горки. В небеса вздымаются опоры, на которые крепятся рельсы, и уже завтра по ним будут на огромных скоростях кататься тележки с визжащими от страха и восторга пони, а сами опоры я покрываю узорами, поверх которых формируются цепочки магических светильников. Тысячи их сформируют замысловатые картины, которые будут светиться в ночи, создавая самые причудливые узоры.       За основными аттракционами я создаю аттракционы поменьше. И если первых было всего три десятка, то этих уже сотни. Большие и маленькие, динамичные и статичные, вроде лабиринтов или комнат с кривыми зеркалами, все они соединяются в единый ансамбль. Между аттракционами формируются дорожки из разноцветного кирпича, по которым так приятно гулять, любуясь, как дорога под твоими ногами собирается в причудливый орнамент. Потом своё место занимают лавочки, места для продажи пищи и напитков, туалеты и прочие нужные детали парка. Они завершают общую композицию, и всё это формируется в нужном мне ансамбле.       Однако, большая часть инфраструктуры спрятана под землей, в скрытых туннелях. В то же время, деревья, которые я извлек из грунта перед работой, перемещаются на новые места и врастают в землю, которая буквально на глазах покрывается свежей шелковистой травой. На ней так приятно будет поваляться между аттракционами. Дополнительные декорации, статуи, фонарики на ветвях и прочая мелочевка, формируются уже на ходу, подстраиваясь под основные элементы парка.       Подземные павильоны обретают своё содержание, превращаясь из обычных пустот в настоящие тематические зоны и иллюзии иных мест. Подземные горы обзаводятся небесами, а леса утопают в зелени. Подводные гроты заполняются своими обитателями. В отдельных пустынных павильонах материализуются горы песка, копируя самые интересные, но весьма негостеприимные места нашей планеты.       Ну, и, наконец, жемчужина моего парка: самые уникальные павильоны с видом лунной поверхности, в небесах которых величественно плывёт Эквестрия, позволяя разглядеть планету со всех сторон за сутки полёта. Иллюзия почти идеальная, только воздух есть, а вот поговорить в некоторых лунных павильонах не выйдет. Там все звуки и запахи специально гасятся, создавая полное ощущение космического вакуума, что, впрочем, может быть довольно пугающе для неокрепшего разума. Поэтому, не забыть повесить таблички с предупреждениями.       В общем, если пройтись по всем двумстам сорока трём павильонам с иллюзиями местности, то можно побывать почти во всех уголках Эквестрии, начиная от лужайки на соседнем холме и заканчивая лунной поверхностью, и дымными курильщиками на дне океанских впадин.       Те же трассы для лыжного катания присутствовали в десятке экземпляров — с нулевой температурой и настоящим снегом, предлагая как дневное, так и ночное катание, в зависимости от павильона, а также разную крутизну спуска. Пологие для самых маленьких жеребят и отвесные для экстремалов или пегасов. Огромные штольни-переходы, которые пронизывали весь комплекс, также были частью аттракционов, позволяя увидеть, что такое жизнь под землёй. Они завершали формирование огромного подземного комплекса, тянущегося во все стороны на десяток километров.       В целом, площадь подземной части превышала в разы всё, что было наверху. Это выглядело словно айсберг, который прячет большую свою часть под водой, и именно тут располагались огромные площади в несколько уровней, тянущиеся на полкилометра вниз. При необходимости, они станут огромными бункерами, на случай глобальной катастрофы, и способные вместить всё население Кантерлота с запасом. Пусть пока эти объёмы избыточны, но кто знает, как изменится город в будущем? Вдруг, сестра решит расширить столицу?       Последним штрихом, я навешиваю масштабные иллюзии, которые будут работать в разное время суток по-разному, преображая парк и делая его многообразным, от слащаво-детского в полдень и до пугающего в полночь, когда сюда будут приходить желающие пощекотать себе нервы разными страшненькими аттракционами. Ведь пони любят пугаться понарошку, зная, что опасности нет, и праздник Ночи Кошмаров тут будет проходить каждую ночь — для всех желающих поразвлечься.       Иллюзорный купол поднимается над парком, позволяя затемнять и наоборот, освещать его, а также убирать ночное свечение за пределами парка, если это будет необходимо. Главное же, он позволяет воссоздать в небесах любые картины-иллюзии, какие только сможет представить себе пони-оператор. Тем самым, это превращает весь парк в один огромный театр, где смогут находиться сотни тысяч одновременно наблюдающих за представлением зрителей, не говоря уже о детских сценах поменьше, где будут идти представления целый день и часть ночи.       Ещё весь следующий час я довожу до ума каждую деталь, подгоняя до идеального состояния, пока не наступит утро. Ну, вот. Вроде всё готово и можно открывать. Не хватает только рабочих, которые будут обслуживать весь этот развлекательный комплекс. Между прочим, самый крупный в Эквестрии. Да и во всём мире, пожалуй, тоже. Благо, в столице с рабочей силой особой проблемы нет. Скорее, наоборот. Проблемы были с безработицей. В тоже время, только смотрителей за аттракционами потребуется под полтысячи, при условии, что они будут работать в две смены. Плюс, ещё разный обслуживающий персонал, примерно столько же. Администрация и разные прочие организационные службы. В общем, хорошо если в итоге, здесь будет занято чуть больше полутора тысяч сотрудников.       Наконец, когда всё было закончено, я вновь испытал такое привычное ощущение пустоты. Я принялся неспешно скользить по пустым дорожкам парка, забирался вверх по ажурным мостикам или спускался вниз в тишину подземных гротов. Все развлечения пока стоят замерзшими скульптурами камня, дерева, металла, стекла и магии, а я навожу лоск на волнительные декорации уже по отдельности. Я полирую уже готовый комплекс и довожу всё до идеала, когда ощущаю приближение сестры.       Селестия легко проходит через купол и, широко расправив свои белоснежные ангельские крылья, плавно опускается на верхнюю смотровую площадку замка сказочной принцессы Платины. Ладно. Потом устраню мелкие шероховатости. Или так и оставлю. Пусть другие доводят парк до совершенства. Подлетая к сестре, я застал её за разглядыванием его достопримечательностей. Солнце только недавно было поднято из-за горизонта и сейчас освещало парковые постройки своими низкими косыми лучами.       — Ну как? — Всё-таки не удержался я от этого вопроса. Ведь она первая, кто увидела моё творение.       — Хорошо. — рассеянно ответила сестра, божественным взглядом рассматривая подземные комплексы. — Если не сказать, даже слишком хорошо.       — Слишком? — я от удивления прянул ушами.       Это ещё как понимать?       — Слишком. — подтвердила Селестия. — Во-первых, размеры. На скольких пони рассчитан парк?       — Ну, на аттракционах может одновременно кататься пятнадцать тысяч. По тематическим залам может ходить ещё тысяч двадцать пять — тридцать.       — Тоже одновременно? — переспросила сестра, а я начал понимать, к чему она клонит. — Добавим время простоя, праздно шатающихся пони и стоящих в очередях, и выходит, что этот парк может без перегрузки обслуживать более ста тысяч одновременно. Ты подумал, где взять столько посетителей?       — Ну, столица большая… Ещё туристы… — Проклятье! Кажется, действительно перестарался!       — Допустим, будет пятьдесят тысяч одновременно. — с этими словами, Селестия прошлась по смотровой площадке и принялась разглядывать другую часть парка. — Это более реальная цифра для выходных дней. Вот только, это значит, что остальные парки Кантерлота потеряют всю свою аудиторию минимум на месяцы. Да и потом, им достанутся только огрызки от общего количества развлекающихся и гостей столицы. Ты подумал, что с ними будет?       Я понял, к чему она клонит. Ну, почему с пони всегда так сложно?! Почему просто не сделать и наслаждаться творением? Постоянно находятся все эти... проблемы! Ведь я и сам теперь понимаю, что будет с другими парками, когда сестра буквально ткнула меня в этот вопрос носом.       — Они разорятся?       — Точно. — кивнула Селестия, и посмотрела на меня таким осуждающим взглядом, словно я их уже по миру пустил. — Их бизнес с появлением этого парка будет обречён. Их служащие потеряют работу и средства для жизни. Их семьям придётся туго.       — Так тут тоже работники нужны. — развёл я передними ногами. — Они вполне могут работать здесь, и ещё вакансии останутся.       — Это возможно. Хотя, всё равно, проблем будет много и их надо решить сразу, а не ждать, пока они назреют.       — У тебя есть мысли, как это сделать малой кровью?       — Да. Нужно срочно собрать владельцев других парков и выкупить их бизнес, в обмен на долю этого.       — То есть, подаришь им мой парк, а мне впаришь рухлядь? — я ошарашенно вытаращился на Селестию.       — Нет, братик. Ты останешься собственником шестидесяти процентов акций, с правом решающего голоса. В то же время, сможешь скинуть все дела парка на их плечи, а сам только будешь наблюдать за процессом. Они же приведут работников и позаботятся о всех остальных вопросах по обеспечению функционирования такого монстра.       — А если они не захотят? — план сестры был хорош, но сработает ли?       — Ну… — Селестия сделала вид, что задумалась — Если я их попрошу?       Действительно. Совсем из головы вылетело от подобных новостей.       — Ну, если так, то куда они денутся? — ухмыльнулся я.       — Вот и отлично. Назначу совещание с директорами на послеобеденное время, а пока… Пошли, прокатимся!       Озорно подмигнув, Селестия спрыгнула с башни и заскользила на широко расправленных крыльях к ближайшим аттракционам. Мне только и оставалось, что последовать за ней, пытаясь понять, к чему она клонит.       — Так ведь парк ещё закрыт!       — Ничего. Должны же у меня быть небольшие привилегии. — озорно заулыбалась сестра, явно нацеленная на развлечения словно маленькая кобылка, а у меня не было ни сил, ни тем более желания, останавливать её. — Да и проверить безопасность аттракционов не помешало бы.       — Ну, если проверить безопасность… — понимающе кивнув, я не удержался и коварно улыбнулся любимой, словно маленький заговорщик. — Тогда предлагаю начать вон с той горки. Специально для пегасов сделана. Длина десять километров, скорость от трёхсот до четырёхсот километров в час, перегрузки до тридцати ЖЕ. В более медленном варианте: со скоростями от двухсот до трёхсот километров в час, пригодна для использования крепкими земнопони и единорогами. Ещё есть сверхскоростной режим для самых сильных пегасов — со скоростями до пятисот километров в час. Думаю, для нас будет самое то.       — Ты уверен, что ЭТО безопасно? — с опаской переспросила Селестия, поглядывая на не слишком то монументальное сооружение и словно не замечая, из чего оно сделано.       — Полностью. — поручился я за своё творение. — Там такие материалы внутри, что захочешь, не сломаешь. Да и вообще, это только для взрослых пони и пегасов. Им меньшие скорости будут просто неинтересны.       — Тогда, — напомнила сестра, — Надо будет особенно внимательно проконтролировать такие аттракционы, иначе дети пролезут. — она всё ещё пристально рассматривала горку-монстра, аналогов которой не было во всём мире.       Никому просто не по крылу создать подобное сооружение достаточно безопасным, не говоря уж о сложности для обычных строителей и цене материалов, с которыми даже магам-строителям было бы не совладать.       — Поставлю табличку: «только для взрослых, без исключений.» — наконец, пожал я плечами.       — Обязательно поставь. Ладно. Обсудим эти вопросы с руководством парка потом, а сейчас… — синхронный хлопок крыльев, и мы уже на верхней площадке, возле тележек.       Небольшое усилие, и первая пара мест увеличивается под наши габариты. Что же. По правде, я и сам хотел испытать новые игрушки, а тут такой удачный случай подвернулся!       — Прошу. — с галантным поклоном, подаю сестре копыто и помогаю устроиться в мягком кресле.       — Благодарю. — ответила мне Селестия, в своей обычной лучезарной манере.       Я устраиваюсь следом за сестрой и активирую систему безопасности, вжимая в кресло туловище и задние ноги и оставляя свободными только передние ниже локтей. Можно было бы, конечно, не заморачиваться с безопасностью, но мы же тестируем аттракцион, а потому, никакого жульничества с магией. Всё должно работать так, словно мы обычные пони.       — Поехали!       Запускаю механизм, и тележка трогается с места, сразу вдавливая наши тела в спинку приличным ускорением. Это происходит без всяких там медленных подъёмов на вершину. Уходя в штопор с набором высоты, тележка продолжает разгоняться, буквально закидывая нас на первую горку с приличной скоростью. Секунды свободного падения, когда кажется, что вес тела исчезает, и вот уже новый разгон с крутыми петлями, зигзагами и полукольцами. Тележку бросает во все стороны, а рельсы буквально летят нам навстречу, тогда как остальной мир словно смазывается, превращаясь в размытое пятно.       Захлёбываясь криками, я одновременно ощущаю и восторг сестры. Та сейчас воспринимает мир словно самая обычная пони, как впрочем, и я. Погасив свои сверхвозможности и полностью отдаваясь наслаждению этим приключениям, принцесса смеётся и кричит, пока её передняя нога обвивает мою, а сердце быстро колотится от восторга.       Ещё одна головокружительная петля, после чего тележка, с новым набором скорости, уходит прямо в землю, создавая иллюзию скорого удара. Вот только, это всего лишь искусное наваждение, и мы успешно пролетаем вниз, уходя под землю. Пара секунд абсолютной темноты, и мы влетаем в подземный грот, вниз головами, и почти касаясь ими водной глади. Да ещё сверху только каменный монолит и сталактиты, с которых падают капли воды, но вот, мы вновь переворачиваемся в нормальное положение и ныряем под эту иллюзорную воду, а на самом деле, в прозрачный туннель, лишь создающий иллюзию погружения.       Ещё один участок темноты между декорациями и мы уже несёмся над потоками лавы, вытекающей из жерла настоящего вулкана. Мы мчимся по прозрачной трубе, которая защищает нас от высокой температуры, но вскоре она ныряет в эту раскаленную докрасна магму, и пробив её, мы на полном ходу влетаем в новый, заснеженный павильон. Тележка на огромной скорости проносится над горнолыжной трассой, при этом снова переворачивая нас вверх ногами, да так, что даже у меня дух перехватило, а за ней следуют всё новые извилистые туннели, подсвеченные драгоценными камнями, которые смазываются перед нашими глазами в одну неразрывную полосу света.       Наконец, тележка вырывается на открытый простор и вертикально взмывает на двухсотметровую высоту, где почти полностью останавливается на десяток секунд, давая пассажирам чуть перевести дыхание, и вновь падает под отрицательным углом вниз, уходя в головокружительный каскад новых мёртвых петель, поворотов и виражей, которые кидают нас во все стороны, и так до самого конца трассы. Из-за скорости, на всё уходит чуть меньше пары минут и вот, мы уже вновь на стартовой позиции.       — Ну как? — интересуюсь я у сестры, когда мы оба вылезаем из тележки на чуть трясущихся коленях.       — Ты… Псих! — дрожащий от волнения голос Селестии был таким забавным. — Это нельзя давать детям!       — Может, просто на таких скоростях не запускать?       — Так. Пока это будет закрыто. Нужно проверить аттракцион на стойких пони. Ещё сердце у кого не выдержит! — наконец, вывела свой вердикт принцесса дня, когда чуть оклемалась.       По крайней мере, жалоб на слишком большие перегрузки нет, и то хорошо.       — Да ладно, Тия! Нормально всё будет. — я попытался успокоить сестру, приобняв её крылом, но куда там!       — Нет. Это опасно.       Вот. Опять она за своё! Мол маленькие пони этого не вынесут. Они слабые и нуждаются в нашей защите. Не стоит их перегружать без необходимости. Ага, сейчас! На самом деле, большинство пони — это магические здоровяки, не знающие пределов своей силы. Когда обычный сельский жеребец с перепугу прошибает стенку в четыре кирпича толщиной, словно бумагу, это диагноз. А уж что они могут, если их как следует обучить! Легендарные герои прошлого с зависти сгорели бы, увидев своих потомков. Как жаль, что эта мощь работает вхолостую, грея мир. Но хоть не во вред идёт, и то хорошо.        Я только хмыкнул на слова сестры.        — Современных Эквестрийцев подобным не прошибёшь. Знаю, что ты не хочешь в это верить, но давай спросим независимого эксперта. А лучше, парочку.       — У тебя есть кто-то на примете? — сестра подозрительно посмотрела на меня, чуя подвох.       — Подожди, сейчас притащу. — переход в Понивиль, на маяк Сноу Бриз, не занял у меня много времени.       Секунда и я оказываюсь в домике Флаттершай, где белоснежная пегаска уже с самого утра помогает нашей Звёздочке ухаживать за зверюшками, готовясь отойти к дневному сну. В то время пока зевающая Радуга развалилась на любимом диванчике Энджела и, вроде как, листает уже прочитанные книги про приключения Деринг Ду. Хотя, на самом деле, моя ученица повторно штудирует учебник по аэродинамике, ибо всё ещё очень стесняется читать на публике. Тем более, учебники. В последнее время это самое обычное утро в домике Флаттершай, после того, как Сноу Бриз перебралась сюда и затащила Радугу на посиделки крылатых подруг. В общем, этакая домашняя идиллия, которую я, впрочем, сейчас нарушу.       Уж больно они удачно стоят. Просто не могу отказать себе в удовольствии. Делаю пару шагов вперёд, оказываясь между Сноу Бриз и Флаттершай, и снимаю маскировку в последний момент, после чего обнимаю малышек крыльями, прижимая к себе сразу обеих. Я дарю им свою любовь и слегка щекочу чувствительные точки на крылышках, отчего пегасок почти мгновенно парализовало от удовольствия, заставив ненадолго выпасть из реальности, а я жмурюсь, наслаждаясь их счастьем и ловя их ответную любовь.       В то время, как я стоял посреди коттеджа Флаттершай, обнимаясь с его хозяйкой, зверушки, заметив меня, затихли и перестали есть. Даже здоровенный медведь Гарри решил не нарываться и тоже затих в уголке. Так что первой на меня обратила внимание Радуга, удивившаяся внезапно наступившей тишине и подняв глаза над книгой.       — Принц? — неуверенно спросила радужная пегаска, удивлённая как мои резким появлением, так и реакцией её подруг на мои обнимашки.       — Ага. — подмигнув Радуге, я ощутил, как девочки наконец берут себя в копыта и отходят от любовного дурмана. — Сноу, Радуга, мне нужна Ваша помощь в одном очень важном деле. — произнёс я, отпуская обеих пегасок.       — Помощь? — переспросила Сноу Бриз, подняв голову и недоуменно уставившись на меня.       — Именно. Мы с сестрой не сошлись во мнении по одному вопросу, поэтому нам нужно кое-что проверить на практике, и я думаю, что Вы отлично подойдёте для разрешения нашего спора, иначе случится трагедия! Пони никогда не увидят самую крутую горку в мире!       Подражая Рэрити, я попытался изобразить трагическую пантомиму. Хотя получилось так себе, но вполне комично.       Радуга лишь тихонько хохотнула в копытце, а Флатти со Сноу улыбнулись. Хотя, с Деш мгновенно прошла вся сонливость, едва я упомянул об испытаниях самой крутой в мире горки. Сноу Бриз была просто рада быть со мной почаще, но, увы, я был вынужден ограничить наши контакты — для её же блага, отчего она заметно страдала, подсев на наше общение слишком сильно.       — А это не опасно? — наконец, пискнула из-под моего крыла жёлтая пегасочка.       Кто о чём, а Флатти о безопасности. Не стоит ей, конечно, это рассказывать, но не ответить на ЕЁ вопрос я не могу.       — В этом и заключается наш спор с Селестией. Я думаю, что это абсолютно безопасно, а сестра опасается за здоровье пони, которые будут на ней кататься. Поэтому нам нужен один-два пегаса, для проверки безопасности аттракциона.       — То есть, нам надо на самой крутой горке прокатится?! — вновь вспыхнула эмоциями Радуга Деш, взлетев вверх. — Ай! — она закономерно врезалась в потолок, заставив дом содрогнуться, как от землетрясения. Хорошо хоть, дерево было зачаровано сестрой и не дало трещину.       — Почти. — решил уточнить я. — На самом деле, надо проверить ДВА ДЕСЯТКА новых горок. Остальные вопросов вызвать не должны…       — Два десятка?! — радужногривая экстрималка аж ахнула от восторга. — Спрашиваешь! Полетели!       — Флаттершай, ты с нами?       — Нееееттт… — пропищала испуганная пегаска, ещё глубже забившись под моё крыло, да так, что теперь оттуда были видны только её глаза. Живое воплощение доброты совершенно не горела желанием подвергать себя таким испытаниям. Тем более, бросать своих зверушек без присмотра.       — Как хочешь, милая. — я чуть взлохматил нежно-розовую гриву Флаттершай своим носом и вновь перевёл внимание на её подруг — А вы? Сноу, Радуга, у Вас есть срочные дела?       Это был вопрос, на который я уже знал ответ.       — НЕТ!       — Полетели!       Тут же донёсся до меня дружный возглас обеих кобылок.       — Тогда, отправляемся наперегонки до Кантерлота! Флатти, не скучай. — ещё раз максимально по-доброму улыбнувшись Флаттершай, я напоследок обвёл взглядом её зверей, особенно заострив внимание на одном вредном белом кролике, и добавил. — А Вы слушайтесь её, а то сами знаете.       Поймав перепуганный взгляд Энджела, я для гарантии ещё раз напомнил, что с ним будет, если он посмеет обидеть Флаттершай. А то он, понимаете ли, в последнее время совсем распоясался в её любящих объятьях и потерял всякое ощущение дозволенного. Так что пришлось, незаметно для хозяйки, показать кролику границы его допустимых выходок и капризов.       Удостоверившись, что вредный заяц проникся, я последовал за двумя вылетевшими в дверь и в окно пегасками, которые сразу взяли быстрый старт и уже стремительно уносились в сторону Кантерлота. При этом за одной из них тянулся характерный шлейф из маленьких волшебных снежинок, а за другой тусклая, мерцающая в рассветных лучах радуга, так что, потерять их из виду было весьма проблематично и я, расправив крылья, одним взмахом толкнул себя вперёд, стремительно нагоняя обеих летуний. Те уже достаточно бодро разогнались и уже вплотную приблизились к скорости барьера, упёршись в него, но были пока неспособны прорвать его в горизонтальном полёте. Хотя, если судить по их технике, им явно оставалось немного тренировок — до этого знаменательного момента. Легко обогнав девушек, я занял место прямо перед ними. Так, чтобы они оказались внутри изменённой области атмосферного пузыря, где скорость барьера была выше, что позволило им разогнаться до забарьерной скорости, но при этом не прорвать его. Одновременно, я незаметно подпитывал своих учениц магией, дабы они не истощали свои силы в этом полёте и могли выложиться на горках по полной. Всё-таки, такие нагрузки для молодых кобылок не шутка, и не помогай я им, они бы потом лежали пластом, едва долетев до Кантерлота в таком темпе.       Всего четыре минуты в воздухе и вот, мы плавно спустились на территорию парка. Возле нужного аттракциона нас уже ждала сестра, неторопливо попивая любимый сладкий сироп из клубники и сливок.       — Здравствуйте, мои маленькие пони. — нацепив свою привычную ангельскую улыбку, Селестия сразу пошла в атаку. — Очень рада…       Ох, уж эта привычка сестрёнки, ласкать уши окружающих, притворяясь невинной и кроткой кобылкой. Доброй и мудрой принцессой, которой восхищаются почти все Эквестрийцы, а многие неровно дышат от одной мысли — о личной встрече с ней. Некоторые пони вообще могут в обморок упасть перед ней, от переживаний и переизбытка чувств. Благо, сестра таких видит сразу и не даёт оконфузиться бедолагам.       Вот только, сейчас у меня нет никакого желания наблюдать, как Селестия будет десять минут упражняться в милоте и попутном полоскании мозгов моих смертных подруг. Поэтому я тут же прикрыл пегасок от её магии на ментальном уровне, так что сейчас она в их разумах не полазит. Но, с другой стороны, что ей мешает просто ненавязчиво заставить их выболтать все свои мысли — в этой эйфории непринуждённого разговора с самой принцессой солнца? Поэтому я не даю Селестии развернуться по полной и перебиваю её, выводя пегасок из ласкающего полутранса её голоса и ауры светлой богини.       — Успеем ещё поговорить, моя дорогая солнцеликая сестра. — теперь я, в свою очередь, расплываюсь перед опешившей Селестией в самой обворожительной и ласковой улыбке. — Я пригласил этих замечательных дам для тестирования горки. Если хотите, можете потом поболтать в своё удовольствие, а сейчас, нас ждёт работа.       Подхватив обеих девушек телекинезом, благо, они к тому времени уже успели вырваться из расслабляющего сладостного дурмана речи богини солнца, я усадил их на передний ряд кресел. Сам же устроился во втором ряду и жестом пригласил сестру занять своё место, на что Селестия только фыркнула и, с грацией истинной принцессы, опустила своё божественное седалище на соседнее со мной кресло, позволив зафиксировать себя.       — Ну что? Поехали! — мгновение, и нас так вдавило в сидение, что они даже ответить ничего не успели.       А дальше стало не до разговоров. Только дикий ор восторга, визги и буквально фонтаны изумительных эмоций, которые накрыли наши разумы радостной пеленой.