Доверие

- Рассказывайте, Алексей Александрович, - скомандовал на следующее утро Штольман Ерофееву. Они втроем находились в кабинете Егорова у него дома. Татьяна была убита горем и по-прежнему с трудом могла общаться, так что разговор с ней решили еще отложить. - Если рассматривать выгодополучателей от убийства Егорова и отправки на каторгу его жены, то таковых двое – младший брат убиенного и его деловой партнер, - начал Ерофеев. – Внешне все выглядит прилично – оба демонстрируют скорбь по поводу смерти. Однако если копнуть, все не так просто. У младшего Егорова серьезные долги, причем по свидетельству слуг неделю назад братья здорово поскандалили по этому поводу. Старший отказался и погашать их, и дать в долг младшему. Ему надоело, поскольку это далеко не первая такая история. - А партнер? – поинтересовался Штольман. - С партнером тоже выяснились проблемы. Их фабрика весьма прибыльна. Однако у них возникли разногласия по поводу дальнейших планов. Партнер – его фамилия Солнцев – хотел бы расширить предприятие и увеличить обороты. Но Егоров считал это слишком рискованным, а нынешнюю ситуацию не благоприятной и настаивал подождать до лучших времен. - Понятно. Значит, обоих надо отрабатывать от и до. - Да, Яков Платонович. Я их вызвал сюда. Они скоро будут, так что можно будет их плотно допросить. - А другие версии рассматриваются? – вступила в разговор Анна. – Может быть, у супругов были недоброжелатели? Знакомые, подрядчики, слуги. Кто-то выяснил о прошлом Татьяны и решил им отомстить. - Это отдельная непростая тема, - задумчиво произнес Штольман. - История с князем весьма отдаленная. Ей больше десяти лет. Да и не особо она интересна. Там не было никаких скандалов. Князь уже много лет как отдалился от света, а последние два года так и вовсе не поднимается с постели. Вообще непонятно, как эта история всплыла через столько лет. - К тому же нельзя забывать про револьвер, - дополнил Ерофеев. – Оружие мог взять только кто-то близкий к семье, вхожий в дом. Родственник, близкий друг, прислуга. - Извините, господа, - в кабинет заглянул управляющий Стеклов, - господа Егоров и Солнцев прибыли. Спустя почти шесть часов беспрерывных допросов полицейские взяли перерыв. Следствие за это время не сдвинулось ни на миллиметр. Брат и партнер признавали проблемы, но твердили, что ни за что не устроили бы такое. Алиби у обоих было, но это как раз не было показателем. Могли и нанять кого-нибудь для убийства. Прислуга утверждала, что супруги Егоровы были отличными хозяевами и даже в случае возникавших проблем обращались с наемными работниками достойно. И ни один опрошенный не давал ни единого намека, что он в курсе секрета хозяйки дома. Штольман с Ерофеевым пили чай, а Анна решила прогуляться по дому. В пустынном коридоре она произнесла привычное заклинание: - Дух Дмитрия Егорова явись, - а когда тот пришел, попросила. – Расскажите, что с вами произошло. Дух Егорова повел ее через весь дом на верхний этаж, а оттуда на чердак. Он показал ключ от чердачного помещения, спрятанный рядом с дверью. Когда они с Анной оказались в комнате, по традиции заставленной всяческим барахлом, дух указал ей на сундук, стоявший в одном их углов. Она вернулась в кабинет через двадцать минут, где Штольман с Ерофеевым готовились к очередному раунду опросов. - Господин Стеклов, вы обронили, - обратилась Анна к управляющему, находившемуся там же в кабинете и протягивая тому красный клетчатый носовой платок. - Вот спасибо, Анна Викторовна, - обрадовался управляющий. – Где же вы его нашли? - Там же, где и это, - ответила Анна, кладя на стол совершенно непримечательный на вид конверт. Однако реакция Стеклова оказалась неожиданно резкой. Увидев письма, он бросился на Анну и попытался вцепиться ей в горло. Следующие две минуты в кабинете царила суматоха, пока Ерофеев со Штольманом оттаскивали управляющего, капитан утихомиривал его, а Яков десять раз интересовался у Анны, не пострадала ли она. Когда в кабинете, наконец, снова наступил порядок, Штольман произнес: - Ну что, я так понимаю, преступника мы нашли, теперь, Анна Викторовна, вам стоит объяснить произошедшее. - Дух Егорова отвел меня на чердак и показал там сундук. В этом сундуке я нашла это письмо и носовой платок рядом. - Что в письме? - Отчет сыщика трехлетней давности о частном расследовании относительно прошлого Татьяны Лисовской. Она так боялась рассказать мужу правду, а он сам все выяснил еще до свадьбы. Он женился на ней, зная, что в юности она была содержанкой князя Петровского. Судя по всему, некоторое время назад управляющий случайно нашел письмо, потеряв при этом там свой носовой платок, и узнал секрет прошлого Татьяны. - Господин Стеклов, - обратился Штольман к управляющему, – а в чем смысл всего произошедшего? Зачем Егорова убивать надо было, а Татьяну под обвинение в убийстве подводить? - Эта тварь раздвигала ноги перед всеми, а строила из себя порядочную, - прохрипел управляющий. – Я любил ее, а она недотрогу из себя корчила. - Мы искали корысть, а мотивом оказалась любовь, - спустя несколько часов докладывал Штольман на совещании у Варфоломеева. - Причем мотивом не только убийства, но и всего произошедшего. Стеклов, чьи чувства оказались безответными, из любви решил погубить и Татьяну, и ее мужа. Лисовская из любви к мужу решила заплатить шантажисту. А ее муж, которого Стеклов вызвал во дворец Петровского тоже шантажом – угрозой погубить репутацию жены, также из любви к ней решил разобраться с шантажистом. И тоже ничего не сказал Татьяне. Это его и погубило. После целого дня в помещении Анна со Штольманом решили после работы прогуляться до дома пешком. Они шли по набережной Невы, вдыхая уже совершенно весенний воздух. - Какая грустная история, - повторила Анна свои вчерашние слова. – Они оба любили друг друга и защищали друг друга. Скрывали правду, считая, что это правильно. И в итоге из-за этого потеряли друг друга. Тут она заметила, что Штольман вдруг остановился и приотстал. Она обернулась и обнаружила, что он пристально смотрит на нее. Она вернулась к нему: - Яков Платонович, с вами все в порядке? - Да, абсолютно, - как-то очень серьезно сказал он. – Анна Викторовна, я должен вам сказать кое-что важное. Анна встревоженно смотрела на него. - Я люблю вас и хочу прожить с вами всю оставшуюся жизнь. Аня, я прошу вас стать моей женой. - Я согласна, - также спокойно и серьезно ответила Анна. Она встала на цыпочки, обняла Штольмана за шею и прижалась щекой к его щеке. Штольман прижал ее к себе, и они так стояли какое-то время. А когда они продолжили свой путь, Яков вдруг вновь остановился и раздосадовано произнес: - Чуть не забыл! Анна удивленно наблюдала, что Штольман судорожно роется во внутренних карманах сюртука. Наконец, он извлек откуда-то маленький бархатный мешочек, а из него на ладонь Якову выпало серебряное кольцо с крупным синим камнем.