Репортаж из самолёта

Было Рождество. Двадцать пятое декабря, Католический праздник Ежегодное событие и Шерлок пришёл в тюрьму. Вернулся ко мне. Сел на ковер, засмеялся и сказал, что пытается полюбить Рождество. Стал объяснять, что легенда о рождении человека на Свет мила и суть не в ней, Эвр слушала и думала, что он объясняет слишком подробно. Снова отличается от всех остальных. Он сбивался и захлебывался словами, Я решила его остановить и спросила, какой подарок от Майкрофта его ждет? Он снова засмеялся и ответил, что если брат не появится на пороге, то это будет лучшим подарком. Эвр захохотала. Шерлоку не нужен Майкрофт. Никому не нужен Майкрофт, а Шерлок стал серьезным, перестал ей улыбаться. Несправедливо! Будто прочитал мысли отошел и сказал по слогам как ребенку: —Это была шутка Эвр. Глупая история как сказки Андерсена. Это была неправда. Какая изящная издевка. Эвр встала и отошла от Шерлока. Захотела, чтобы он оказался по ту сторону стекла. Руки кололи иглы, тысяча раскаленных до бела игл. В зрачки глаз тоже воткнуты иглы. Пытка. Нет, конечно, нет. Эвр больше никогда не сделает больно Шерлоку. Не виноват, что не понимает. Эвр не боится умирать, ведь «Была мертва много лет до своего рождения и не испытывала от этого неудобства», но она больше не в самолете. Она в камере. Камера белая, «Стерильный бинт» Эвр зажата внутри и не видит ничего. Она проведет здесь всю жизнь. А это в среднем шестьдесят лет. Проживет от одного прилета Шерлока до другого. Знает каждый миллиметр своей тюрьмы, ходила здесь при свете и в темноте, могла бы сбежать, но Шерлок не захочет быть ей другом, если испугается. Сбежавшие чудовища вызывают страх. Чудовища в клетках безопаснее. «Если лежать так в тишине, то мыслями можно зайти очень далеко» Шерлок касается её волос. Мама говорила, что волосы красивые, но это не нравилось. Никогда не нравилось. Эвр всегда отшатывалась от прикосновений. Становилось жарко, слишком много ощущений сразу: запахов, приторных, кислых и шумов от которых нельзя спрятаться. Эвр водили играть в дом к соседке. К веревочным качелям. Эвр кружилась по кругу и всё вокруг отключалось. Перед глазами мелькали десять солнц. Соседка была как пирожное, пахла приторными духами, носила сиреневую шляпу и пыталась потрепать по голове. Эвр закричала, сказала, что не любит пирожные, тогда Папа сказал, чтоб её не смели трогать, Они ушли, на следующий день Папа с Мамой вдвоем сделали качели, сказали, что они такие же, но обманули, может быть случайно, взрослые обманывают случайно почти всегда. Эвр не каталась на качелях больше. Я замечаю, что Шерлок что-то говорит и включаю звук громче. Он не говорит, а задает вопросы. Целую реку вопросов. Бросает их как теннисные мячики. У него целая гора мячей и он забрасывает Эвр. Эвр, что произошло? Тебе больно? Скажи, где ты сейчас и я тебя вытащу. Ответь, Эвр. Эвр не может ответить, смотрит на руки Шерлока. Пальцы его дрожат и слова дрожат, Эвр тонет и не выплывет, унесет как лист по реке, как кораблики, которые всё время делает Шерлок. Делал, раньше для неё. Стёр её. Стёр, кораблики. Стёр старую иву, ива огромная, было непросто убрать её из головы. Он резко вскакивает, будто в ковре есть пружины и Эвр понимает, что находится слишком низко, Не стоит у стены, а лежит и Шерлок пытается поднять её на ноги. Уговаривает снова и снова, будто она уже умирает здесь. Так смешно, Я бы засмеялась, но вой мешает. Ветер воет или собака. Бездомный пес в Аду. Какая чушь. «Все псы попадают в рай» Чушь, всех уносит Восточный ветер. Эвр всё-таки рассмеялась. Вой оборвался. Мысли останавливаются одной фразой: —Я позову врача, Эвр, подожди минуту. Я не люблю врачей. С ними так скучно. Кабинеты с ужасным запахом, тонкие ремни связывают руки и тесты, часы глупых тестов. Скука была лучше. Я хватаю руку брата и говорю, чтобы он остановился, а он улыбается снова и отвечает —Привет. Ты снова здесь. Что подавали на обед в самолете? — Улыбка широкая как на иллюстрации из учебника, гаснет и он спрашивает может ли она встать с пола, напоминает, что сказал ей правду о Майкрофте и просит прощения, что огорчил. —Так получается, сестрёнка, что праздники не проходят без огорчений. Мне нужно сбегать, чтобы не ранить кого-нибудь словом на Рождество. — Он подходит в плотную, наклоняется и поднимает на руки. — Прости, но ты ведь против. На кровати удобнее. Эвр кивает. Шерлок не привяжет её к спинке кровати, хотя кровать ей не нравится, но должна же она в чем-нибудь уступить. Когда Шерлок открывает короб кровати и укладывает меня головой на подушку, а сам садится рядом, я говорю, что самолет приземлился. Нельзя попасть внутрь. —Это ведь хорошо, Эвр. Ты больше не потеряна. Ты будешь собой. Тебе только нужно подождать. —Я в камере, Шерлок. Ждала тебя. Единственное мое занятие. Скажи, ты здесь? Ты здесь? Шерлок смотрит на Эвр широко распахнутыми глазами и молчит. Эвер в миг затошнило от мысли, что она права и она резко поворачивается. Смотрит на Брата, закусив указательный палец. Шерлок понимает правильно. Берет её руку в свою и сжимает три раза, затем быстро начинает перечислять: Я ненавижу детективы и фильмы ужасов, когда мне было семнадцать, наш любимый братец запер меня на неделю в квартире с десятком бутылок воды, упаковками аспирина и словарем французского языка. Французский—единственный иностранный язык, который я не удалил из Чертогов.— Он усмехается и разводит руками.—Майкрофт появился тогда вовремя. Может теперь ты будешь ненавидеть его меньше. Эвр задумывается всерьез на целых пятнадцать секунд. Спасение Шерлока важно. —Я могла придумать все события. Шерлок вздыхает, но не отодвигается, а гладит её по спине и продолжает: —Эта история, правда ли, не знаю, пришлось изучить нормальную литературу, ради одной моей знакомой… Тебе лучше? Хорошо. Послушай и постарайся заснуть, Эвр. Утром всё будет нормально. Я останусь здесь на всю ночь, хочу быть в приятной компании. «Нора не была грязной и холодной, не была сухой и песчаной, в которой можно умереть от голода. Нора была Хоббиттская, а значит такая, как нужно…» Когда история заканчивается Эвр почти засыпает, но вспоминает, что стоит ответить Шерлоку, который всё ещё находится Здесь: — Шерлок? — Что случилось? Сомнения еще остались? — Нет, Шерлок. Закат будет красным. — Надеюсь, что новость хорошая, Что она означает? Спишь? Доброй ночи, Эвр