My fairytale

      Вону не избегает Джису, совсем нет. Только вот Джису так не кажется. Он ищет младшего везде, где только можно, но как только находит, сразу же теряет из виду. Чон, что вполне себе очевидно, хочет остаться один на какое-то время, умело теряясь в толпе. Джису решает дождаться, пока Вону снова сам не захочет поговорить с ним.       Вону не знает, что ему стоит делать. В том смысле, что он, конечно, не собирается прекращать общение с другом, но и продолжить его будет довольно затруднительно. Вону не плакса, но у него стресс. Не каждый день твой друг сообщает тебе о том, что родился даже раньше твоей бабушки.       Вону всегда считал все эти метки на телах людей, своего рода, магией. Ему вся эта система казалась чем-то нереальным, необъяснимым и волшебным, но теперь Вону полностью осознаёт, что за этим всем кроются намного большие вещи, чем он мог хотя бы представить. Вону хочет узнать об этом получше.       Следующую неделю Вону часами просиживает в библиотеке. Он ищет всё, что может хотя бы отдалённо напоминать тему магии и волшебства. Вону немного истерично посмеивается, читая о сжигании ведьм в Европе, о бесчисленных невинных жертвах и о тех, кому по счастливой случайности удалось сбежать. В старых книгах и подшивках нет фотографий, даже чёрно-белых. А жаль.       В середине дня в среду к Вону подсаживается Сунён. Он ведёт себя немного странно, вытирая о джинсы потеющие ладони. Сунён нервно зыркает на Вону и с ужасающим постоянством громко вздыхает. «Не задохнись, хён»,- шутит Вону, продолжая листать книгу о Шерлоке Холмсе. Читать не получается. Вону захлопывает книгу и смотрит на Сунёна в упор. Старший нервно улыбается, а его левый глаз дёргается. «Чего ты хочешь, хён?», спрашивает Чон, и Сунён готовится сбежать, но цепкая, хоть и тощая, рука Вону не даёт ему ни малейшего шанса этого сделать.       Сунён садится обратно на стул и начинает топать ногами. Вону опускает ладонь на колено старшего, Сунён следит за чужой рукой на своём колене и, кажется, успокаивается. «Я…Ну, это…В общем. Вот.» Вону хихикает. Волнующийся Сунён такой забавный и милый. Хочется оттаскать его за щёчки и почесать за ушком. Ну, щеночек же, честное слово. Вону говорит: «Зайдёшь за мной в восемь», Сунён кивает и уходит счастливым. Чон не знает, что из этого выйдет, но он абсолютно точно не собирается страдать из-за какого-то там «М», которого он даже не знает.       Если на твоём теле появилась метка, это не обязывает тебя быть верным. Ты можешь встречаться с десятками, сотнями и тысячами людей, но в итоге одна из дорог твоей жизни всё равно приведёт туда, где тебе и место. Ты всё равно будешь с тем, кто тебе предназначен. Не влюбляться ни у кого ещё не получалось. Вону снова чувствует себя бракованным.       Сунён заезжает за Вону в пятницу вечером. Старший прекрасно выглядит, и Вону немного стыдно. Он хоть и провёл в сборах целых полтора часа, помимо брюк и чёрной рубашки не нашёл ничего приличного. Но Сунён шепчет: «Вау», вздыхая тяжело и слегка возбуждённо, так что это достаточно для Вону, чтобы остаться довольным собой. На Хоши тёмные джинсы и ярко-красная рубашка с коротким рукавом. У Хоши красиво уложены волосы, а ещё на заднем сиденье его BMW кожаная куртка. Куртка Вону осталась висеть на крючке в коридоре.       Вону чувствует себя немного глупо, когда они с Хоши покупают билеты в кино на последний ряд. Сунён выбирает фильм, на котором меньше всего зрителей. Это кажется Вону немного странным, но он молчит.       Фильм нудный и неинтересный, и Вону очень хочется уйти. Сунён же кажется полностью погруженным в сюжет, если он вообще есть. На экране бесконечная бесполезная болтовня, и Вону всем сердцем желает заткнуть уши и выколоть себе глаза, лишь бы никогда больше не видеть и не слышать ничего подобного.       Вону готов уснуть в любую секунду, вполне уже сонно закрывая глаза. Чон чувствует руку, поглаживающую его член через ткань брюк и, ох, лучше бы это на самом деле был просто сон. Но вопреки желаниям Чона, Сунён усиливает давление, и движения становятся резче и настойчивее. Старший всё так же пялится в экран, с каждым мгновением сильнее сжимая головку пальцами.       Вону открывает глаза, но тут же закрывает их обратно, когда чужие пальцы расстегивают ширинку и мягко проникают под ткань трусов. Рука у Сунёна холодная, будто только с мороза, и этот контраст температур заставляет Вону жмуриться сильнее. Перед глазами в кромешной темноте скачут неоновые звёздочки.       Раз. Рука, такая холодная и нежная, находит нужный устойчивый ритм, и Вону не может думать хотя бы о том, что они, вообще-то, в кинотеатре. Что ты делаешь, Квон Сунён?       Два. Вону издаёт похабно громкий стон, и стыдливо закрывает глаза ещё сильнее. Перед глазами целое цветастое представление, но Вону едва ли обращает внимание на что-то кроме руки Сунёна, которая теперь резко и жёстко дрочит ему в сраном кинотеатре. Вону не понимает, когда докатился до такого.       Три. И Вону стонет в кулак, кончая в ладонь Хоши. Старший вытирает руку платком, и Вону, может быть, могло бы показаться, что это странно, и Сунён готовился к подобному, но Вону откровенно плевать. Он чувствует себя опустошённым во всех смыслах. Вону приятно и стыдно одновременно. Что ты делаешь, Чон Вону?       Сунён провожает Вону до самого порога и просто обнимает на прощание, не требуя даже простого поцелуя в щёку или что-то типа того. Сунён не требует большего, а на следующий день снова игнорирует Вону. Что с тобой не так, ублюдочный Квон Сунён?