Жизнь—привилегия

Джессика наблюдала за уходящим волшебником: фиолетовая мантия с оком, на руках розовые рубцы, наверно — выжженные руны. На лице легкая ухмылка и малахитового цвета глаза, которые отдавали зеленым светом. Девушка приподнялась, необходимо проследить за ним и надеяться, что он не имеет отношение к местными магам, иначе Аллана найти будет в разы труднее. Незнакомец резко обернулся и посмотрел на охотницу: — Здравствуй, Джесс, — лисья улыбка растянулась, произнося эти слова. Сердце стало отдавать бешенный ритм, заставляя вены стремительно разносить клетки крови по телу, образуя маленькие капли пота на лице. В горле сразу пересохло, от чего глотать стало больнее. Страх поднимался к сознанию, создавая неприятное чувство беззащитности. За последнюю неделю она совсем расслабилась и не тренировалась, но стоит взять себя в руки: она в самом защищенном городе Азерота, ей нечего боятся. Охотница постаралась затолкать беспокойство куда подальше и нахмурив брови, сказала: — Вы даже на миллиметр не приблизитесь к королю, — у Джессики появилась легкая усмешка на лице, но глаза выдавали чувство страха. Волшебник направился к девушке, все с такой же довольной улыбкой произнес: — Боишься, — прошипел маг, подняв ладонь он погладил ее по щеке, от прикосновения охотница дернулась и отвернулась. — Не важно... У вас все равно нет шансов, — ответила она. — Посмотри на меня, — лицо было слишком близко, что чувствовалось теплое дыхание. Охотница не стала выполнять просьбу мага и упорно разглядывала соседний мост. Не дожидаясь согласия, он схватил Джессику за горло и сжал его, повернув лицо к себе: — Ты должна была умереть, — злость отчетливо читалась во взгляде: — А теперь, у нас на одну проблему больше. — Не я... Ва-а-ша проблема, — хрипато произнесла девушка, — а Скверна. Маг сильнее сжал руку на бледной шеи и сказал сквозь зубы: — О, деточка, поверь, — он облезал губы: — Ты скоро попробуешь ее на вкус и тебе понравится. Джессика обхватила ладони незнакомца, пытаясь вырваться из удушающей хватки, но сил не хватало. Волшебник прищурил глаза и слегка ослабил ладони: — Знаешь, я бы с удовольствием лишил тебя жизни, но, — с разочарованием сказал мужчина: — нашему верховному магу ты нужна живая. — Да мне плевать, — осипшим голосом высказалась Джесс и закашлялась. — Хоть убей меня, но я не сдвинусь с места. Незнакомец от души захохотал: — Вы такие наивные, — еще с улыбкой произнес. Затем мертвым голосом продолжил: — В глаза смотри. Его радужки наполнились зеленым светом, который убаюкивал девушку, создавая приятное спокойствие и умиротворение. — Следуй за мной и веди себя тихо. — Хорошо, — Джессика не понимала, что говорит, губы просто двигались. Тело невозможно контролировать: руки застыли, как окаменелые, ноги сами ступали на мост, голова четко смотрела вперед. Мозг подавал мельчайшие импульсы в мышцы, пытаясь защищать хозяйку от опасности и вернуть ее в безопасное место, но ничего не получалось. Дойдя до очередного поворота, они завернули за угол и направились к заброшенному зданию. Охотница была тут впервые, возможно, никто даже не знал, что тут находится ветхая постройка. Маг распахнул прогнившую дверь, которая была в паутине и зашел внутрь. Девушка безукоризненно последовала за ним, почувствовав неприятный запах сырости. В доме слабо горели свечи, на столе стояли колбы с зеленой жидкостью, а в углу располагались, нарисованные на деревянных досках, руны. Волшебник взял один из сосудов и подошел к Джесс: — Не смотря на сумбурное знакомство, я прежде всего джентльмен. Представлюсь, — сделав поклон, — Фермат. Очень приятно, — протянул свободную руку. Их взгляды встретились: малахитовые глаза, источающие улыбку и янтарный цвет, наполненный злостью. Продержав ладонь несколько секунд, он опустил ее: — А-х-х... Так жаль, что ты не способна даже на это, — засмеялся и вытер пальцы об мантию. — Хорошо, закончив официальную часть, приступим к основной. Пожалуй, это я заберу, — сняв с плеча лук, продолжи: — Встань туда, — указав на красные письмена в углу. Джессика сделала шаг, затем другой, третий... Девушка приближалась к цели: страх полотно блокировал разум и поступление кислорода, но тело продолжало выполнять команды мага. В голове крутились мысли: «Нельзя, нельзя, нельзя. Остановись. Срочно!». На лице образовались капли пота, кожа горела, а кости ломило, напоминая о былой травме. «Стой, прошу... Прошу. Стой!» — прокричав в голове, охотница почувствовала неприятное покалывание в кончиках пальцев. Вдруг, в сознании всплыли слова Баррдуса о борьбе со Скверной, которые направили сердце девушки на сопротивление темной магии. «Стоп!» — она подала сильный толчок в ноги, заставив их замедлиться, затем надавила интенсивнее, вкладывая в действие все накопленную ненависть. Джесс опустошенно взглянула вперед, картинка остановилась, как и тело. «Получилось!» — слово возникло из пустоты, но готово было разорвать рассудок своим восклицанием. — Надо же, — Фермат подошел к ней и зааплодировал. — Значит, ты правда способна противостоять контролю. Это похвально, но жаль тебя разочаровывать, — лисья улыбка промелькнула на губах, — я способен на большее. Маг вытянул скрюченные пальцы и прошептал заклинание, озарив комнату зеленой вспышкой. Жгучая волна боли пробежала по организму: конечности выворачивало в разные стороны, издавая тихий хруст, на глазах выступили слезы, заставив девушку вопить от невыносимой пытки. На секунду все потемнело и она упала на колени, только после этого волшебник остановился: — Я даже не старался, — пихнув Джесс ногой, он подошел к рунам и начал аккуратно, по очертанию витых знаков, разливать густую жидкость. Охотница лежала на холодном полу, слабо наблюдая за действиями мага и ждала неизбежного. Закончив с приготовлениями, Фермат присел на корточки и взглянул на девушку: — Знаешь, раньше я был слабый и никчемный, прям как ты, — посмотрев на свои ладони. — У меня ничего не было, кроме посредственных навыков волшебства. Меня презирали в сообществе Кирин-Тора, а собственный отец ненавидел. Он не мог поверить, что у верховного мага родился такой слабый сын, — он замолчал, а затем выпалил: — Скверна. Она дала мне все: силу и мощь, умение контролировать сознание людей, видеть их страхи и желания, но самое главное — уважение в глазах родного человека. Теперь, я подчиню и тебя, чтобы доказать — несломленных людей не бывает, — с гордостью в голосе произнес он. Фермат схватил девушку за запястье и потянул к злополучному углу. Она уже не сопротивлялась, только изредка попискивала из-за ноющих мышц. — Есть желание, что-нибудь сказать перед тем, как я начну? — В душе... Ты-ы... — облизав сухие губы, продолжила, — остался все таким же слабым и никчемным. — Разочаровала. Я надеялся, что ты попросишь отпустить твоего дружка, — сделав задумчивое лицо, — Аллан, кажется? — увидев реакцию охотницы, он улыбнулся и продолжил: — Ты не знала? Помнишь незнакомку, которую вы так геройски спасли, жертвуя своей жизнью? В твоей голове не возникало вопроса: зачем Орде понадобился твой питомец? — Джессика ошарашено помахала головой. — Явно не для завтрака. Мы договорились с этими дикарями за отдельную плату, чтобы они заманили вас в лес, где вы нашли бедную Лександу. Ох... А ты хотела оставить ее умирать! Бесчувственная мразь... — маг наступил ногой на запястье Джессики и надавил, послышался тихий крик. — Мой отец решил воспользоваться приспешниками чернокнижников, используя их как пушечное мясо, но они оказались слишком неуправляемыми. Пришлось разорить немало деревень и городов, пока мы не нашли золотую середину — паладины. Они подвержены магии Света, от чего достаточно посмотреть в глаза, как на ее место придет Тьма. Любая команда будет выполнена безукоризненно и точно. К сожалению, все было не идеально — Воины Света сходили с ума после часа контроля. Их сознание превращалось в пустую дыру, истощая и уничтожая организм. Но не Аллан, — волшебник надавил сильнее, на глазах девушки появились слезы. — Не повезло твоему парню родиться таким сильным и преданным. Слухи — страшная штука, благодаря им, мы узнали, кто нам подойдет. — Зачем было... Нападать на таверну? — голос Джесс дрожал от всхлипываний. — Все просто — гильдия. Его друзья могли в любой момент отправиться на спасение. Зачем нам лишние проблемы, верно? Кстати о проблемах, — он посмотрел на посиневшее запястье, — ты одна из них. Мы думали, что все погибли. Однако... Ты осталась жива, да еще научилась противостоять Скверне, — маг замолчал. — Сидела бы в Стальгорне и не мешала, но увы. Теперь я покажу тебе, что поддаваться контролю — приятно. — Аллан никогда не совершит убийство по чужой просьбе, — хрипато произнесла охотница. Холодная улыбка промелькнула на лице Фермата: — Из Света рождается Тьма, девочка, и твой паладин — не исключение. Достаточно было надломить его душу, — маг убрал ногу с запястья, притронулся к лицу девушки и смахнул слезу: — Но ты перестаралась и сломала его. Джессика пустыми глазами разглядывала темного волшебника, пытаясь разобраться в его словах. Состояние была ватное и обессиленное, но сердце все еще билось, хотя сознание стало умирать от услышанного. Неужели она способна на такое? Фермат напоследок провел ладонью по влажной щеке охотницы и поднялся: — Ладно. Мы передохнули, теперь пора продолжить, — он размял пальцы, вытянул руки вперед и начал произносить заклинание. Зеленая жидкость завибрировала на расписных рунах, источая гнилой запах по всей комнате и поднимая слабую пелену тумана вокруг девушки. В глазах защипало, но слез уже не было, как и боли. Время остановилось, создавая нескончаемую дорогу в бесконечную пустоту. Для нее ничего не имело значения: Джессику не волновало, что она скоро станет рабом, конечно, если выживет. Хотя... Лучше уж смерть. Она предала Аллана, жестоко и бесповоротно, сама того не понимая, заставив сомневаться в людях. Познакомила его с чувством утраты и бессилия, окунув с головой в отчаянье, от чего он приставил холодный клинок к горлу Керлина. В тот момент для него не существовало иного выбора... Девушка неоднократно прокручивала в голове лицо паладина, которое не походило на Свет: злость окутывала взгляд, тело пульсировало от ярости и Тьма витала в воздухе. — Будет немного неприятно, — прошептал волшебник из-за пелены разума. Скверна медленно приближалась к коже охотницы, капая густыми каплями на деревянный доски и оставляя неровные зеленые кляксы. Джессика сухо разглядывала тканевые ботфорты мага и ждала, когда появится новая порция боли. Ожидание — единственное, на что она способна. Или нет? Жидкость добралась до кончиков пальцев, создавая противное липкое ощущение. «Борись!» — послышался голос в сознании. Секундное замешательство, затем вспышка перед глазами: девушка стоит в подвале и смотрит на Аллана. Он держит в руках раскаленный меч, в глазах танцуют искорки пламени, а все тело покрывает темная оболочка. Взгляд направлен сквозь Джессику: — Не сопротивляйся магии, — ледяной голос раздался из уст друга. Охотница не задумываясь выпалила: — Я должна! — Зачем? Я поддался контролю. Это прекрасное ощущение, когда в твоем сердце Тьма, — бездушная улыбка появилась на его лице, но она была чужая. — Потому что... — воспоминания сами нашли нужный ответ: — Из Света рождается Тьма, а из Тьмы льется Свет! — с силой выкрикнув фразу, она упала на колени. Джессика удивленно следила за Алланом. Черная оболочка начала лопаться по контору тела, от чего раздался гулкий треск, звеневший в ушах. Яркий свет пробивался сквозь пелену ярости и гнева, заставляя остыть пламенный клинок и озариться знакомой вспышкой, которая дарила приятное тепло. Перед ней стоял настоящий Воин Света. В глазах присутствовал блеск и безмятежность: — Благодаря тебе я живу, — голос нежный и до боли знакомый. — Борись же! — этими словами он вытолкнул девушку в реальность. Скверна покрывала все тело охотницы, но она еще не успела попасть под кожу. Сейчас, либо никогда. Она нащупала на полу острый предмет и силой воткнула его в ногу мага, от чего алая кровь стала капать на доски. Это был заржавевший гвоздь — неплохо. Волшебник закричал от боли и опустил корявые руки. Жидкость начала стекать на пол, теряя свою форму: — Ах ты тварь! — он снова поднял ладони и сжал их. Зеленая дымка образовалась в малахитовых глазах. Охотница почувствовала, как легкие наполняются удушающей хваткой, теряя контроль над своим организмом. — Не-е-т... — Джесс прохрипела в ответ. — Да... Пошел ты... — кряхтя, она с трудом подняла руку. На лице выступил пот, а тело содрогалось от каждого действия. В голове стучало только одно слово: «Давай!». Девушка подала импульс в ладонь, вкладывая оставшиеся силы и схватила за запястье Фермата. Она смотрела на него четко и ясно, давая понять, что ее не сломать. — Убью! — прокричал он в лицо охотницы. Уже без былой гордости и власти, только лишь с одной одержимостью. — Попробуй, — сквозь слезы ответила Джесс. Она сама не понимала, от чего плачет: то ли от боли, то ли от веры, то ли от осознания прощения. Аллан никогда ее не бросит. Никогда. Маг прошептал очередное заклинания, свободная рука превратилась в сверкающую субстанцию темно-зеленого оттенка, источающая тепло. Он приложил ее ко лбу девушки: энтропический огонь обжигал кожу, заставляя разум биться в конвульсиях и ломая сознание на части. Охотница зажмурила глаза и промолвила: — Свет всегда будет оберегать меня, — она открыла веки и яркая белая вспышка ударила в лицо Фермата, заставляя его отдалиться, как можно дальше. Джессика почувствовала невиданный прилив сил, который охватывал каждую частичку организма и вселял железную уверенность. — Это невозможно! — выпалил волшебник, — Ты не можешь владеть магией Света! — Это не магия, — голос девушки звучал глубоко и отстранено, — Это свечение, которое исходит от сердца. Оно будет блистать на протяжении всей жизни и никогда не потухнет. — Абсурд, ты же просто, — маг скривил лицо, — беззащитная охотница. Джессика подошла к Фермату и посмотрела в малахитовые глаза, уже без страха и испуга: — Я и не думала, что ты поймешь, — она ухмыльнулась. — Твое сердце давно сгнило во Тьме. Девушка подняла свой лук и направилась к выходу из прогнившего помещения. В комнате раздался хохот: — Ну и кто из нас никчемный? Ты даже убить меня не способна! Она обернулась: — Я не опущусь до твоего уровня... — с достоинством ответила Джессика. — Потому что вы слабые! Вы недостойны жизни! Только сила определяет возможности человека. — ...Я играю честно, — она достала серебряную стрелу и зарядила свое оружие, туго натянув тетиву, — И использую только свои навыки. Четкий выстрел поразил мягкую ткань Фермата, разрывая внутренние органы на части и останавливая жизнь темного волшебника. Глаза потухли, оставив пустые радужки глаз вглядываться в неизвестность. Охотница прикрыла веки и крупные капли слез скатились по нежным щекам. Она опустилась на колени и дала волю эмоциям накрыть ее сознание. Лесопилка. Элвиннский лес. Легкий ветерок обдувал кромки деревьев, опуская на землю свежий утренний воздух. Яркое солнце грело своими лучами, как нежные руки матери, обнимающие ребенка. Восхитительный день, который начался с вкусного завтрака и прекрасной компании Лександы. После перекуса они направились в сторону Штормграда и успели преодолеть достаточно приличное расстояние, только благодаря доброму незнакомцу, который согласился добросить их до дороги. Сейчас их путь пролегал через очередную лесопилку, обеспечивающую ближайшие лагеря древесиной. Девушка копалась в сумке, пытаясь найти пустую колбу и не заметила, как влетела в паладина: — Аллан, ты чего застыл? — она смотрела ему в спину. Развернувшись он ошарашено ответил: — Не знаю, — он приложил ладонь к своей груди — сердце. Оно буквально горит. Лександа вопросительно подняла бровь: — Болит что ли? Сейчас, подожди. У меня оставалось пару зелий, — и вновь потянула руку в сумку, но паладин схватил ее за запястье и остановил. — Нет, это не боль. Это тепло, — в глазах заискрилась необъяснимая надежда. — Аллан, я не понимаю, — девушка покачала головой. — Такое уже было! Когда я был ребенком! Это непередаваемое чувство! Маг отпрянула и грубо сказала: — Сейчас не время для твоих историй, нам нужно идти. — Верно, — он отвернул голову, но на губах все равно оставалась легкая улыбка. — Когда мы доберемся до города, я обязательно все тебе расскажу, — тихо прошептал Ал. Герои прошли через густые кусты и направились к водоему. Если двигаться в таком же темпе, то скоро они будут у главных врат Штормграда. Такой план их вполне устраивал, особенно Лександу. — Помнишь это место? — Аллан присел на корточки и опустил кожаный бурдюк в прохладную воду. — Конечно, — печально протянула девушка. — Прости, не подумал, — нахмурив брови, уставился на землю. — Все в порядке, — она посмотрела на паладина и присела рядом, положив руку на плечо: — Я должна быть благодарна за спасание. Ты рисковал своей жизнью, — глаза источали тепло и надежду. — Ничего особенного, — Аллан пожал плечами и неловко улыбнулся. — Есть чего! Я даже испугалась, когда этот дикарь на тебя набросился! Паладин махнул рукой: — Да это пустяк, я вообще могу... — и замолчал. Повисла тишина. — Как ты узнала, что происходило на поле? Ведь ты была без сознания. — Да, но... — она не успела договорить, как Аллан вскочил, вытащив свой меч из ножен. Клинок озарился приятным Светом и пронеся в сторону мага. На плечо девушки стали стекать алые капли крови. Она ошарашено разглядывала паладина. — Беги! — кричал Аллан, — Их много! Лександа повернула голову: позади стоял мужчина с красной повязкой на лице, в руке стиснуто оружие, а из груди торчит ослепительный меч, по которому скатываются кровяные дорожки. Аллан вытащил клинок из плоти врага, и указал в сторону леса, откуда бежали четверо бандитов. Маг поднялась и ответила: — Мы не трусы, чтобы убегать, — засучила рукава мантии. — Я беру двоих справа. — У тебя получится? — с опаской поинтересовался Воин Света. Девушка только ухмыльнулась и направилась в сторону преступников. Одеты они были в кожаную броню, на поясе свисали метательные ножи, на лицах тряпичные повязки, прикрывающие половину физиономии и выставляющие на обзор только глаза. В ладони крепко зажат острый кинжал, с которого капал смертельный яд, а в другой руке располагалась шарообразная шашка. Бросив ее под ноги Лександы, она начала распространять плотное облако дыма, блокируя весь обзор. Девушка почувствовала, как за спиной кто-то шевельнулся: она махнула рукой образуя блеклую вспышку. На траве стала топтаться белая пушистая овечка: — Постой пока так, — маг оглянулась. Второй бандит скрылся в кустах, выжидая момента, чтобы напасть со спины. Лександа произнесла заклинание, направив руки в его сторону и из ладоней вырвался ледяной шар, от которого трава под ногами покрылась легким инеем. Сфера обрушилась на разбойника, намертво примораживая к земле. Затем девушка сложила указательные пальцы вместе, прикрыла глаза и спокойно выдохнула. Она четко выпустила три розовые стрелы в незнакомца, прожигая в коже небольшие дырки, заставляя его кричать при каждом ударе. — Удачи, — холодно произнесла Лександа и совершила последние действия. Она опустила руки к земле, затем резко подняла их, образуя огненный столб под ногами бандита, сжигая его заживо. От вопля неприятно гудело в ушах, но магу это нравилось и волшебница наслаждалась представление. Когда с одним было покончено, девушка устремила свой взор в сторону безобидной овечки. Маг начала последовательно перебирать пальцами, от которых исходили яркие вспышки и слабый пар. Над животным появилась огромная раскаленная сфера, разбрасывавшая мелкие искры и поджигая листки деревьев. Оглушительно обвалив тяжелый шар на землю, она придавила незнакомца к земле и вытерла ладони о мантию. Лександа посмотрела на Аллана и усмехнулась: — Помочь? — крикнула ему. Паладин прикрылся щитом, ловя поочередные удары бандитов. — Я не против, — послышался ответ. — Отойди! — Воин Света послушно выполнил совет подруги. Волшебница подняла руки к небу: в воздухе образовывался ледяная дымка, которая уплотнялась с каждой минутой, перерастая в темно-синее облако. Девушка сжала ладони, обрушив на разбойников град острых ледяных стрел, пронзая мягкие тела мужчин. Не произнеся ни слова, они замертво упали в густую лужу крови. Паладин с ужасом наблюдал за белоснежным градом, который наполнился алой краской. Лександа осталась довольна собственной работой и подошла к Аллану: — Мы отличная команда! — с улыбкой произнесла маг. Он только ошарашено смотрел на нее, не понимая, как можно такому научиться за неделю. — Наверно, — прошептал Ал. — Ну? Пошли наберем воды, да пойдем в город, — в глазах горел азарт и веселье. — Угу, — пасмурно промычал паладин. Так и не вернувшись к прежнему разговору, он молча набрал прохладной жидкости из водоема и направился в Штормград, размышляя о Лександе. Солнце все так же играло теплыми лучами, освещая зеленую поляну и мертвые тела бандитов.