Сезон масок

Глава 26. Пламя жизни, пепел выдержки

      — Вот мы и на месте! Колыбель Жизни! — с гордостью объявил Никариус, открывая перед новоявленными супругами аш Дортмундами двери в самое сердце Ордена Огня, находящееся глубоко под землёй.       Это была уже третья остановка обещанной экскурсии, начавшейся вскоре после церемонии бракосочетания. Первой целью стал Храм Огня, но, к великому сожалению Ника, на этот день не было запланировано никаких священных действ, так что делать там было нечего. Затем он повёл их в учебный корпус, где у студентов семнадцатого года обучения как раз шёл экзамен. Мешать им было нельзя, но всё же удалось немного понаблюдать за попытками молодёжи показать весь свой взрывной потенциал.       Наконец, очередь дошла и до Колыбели. За массивными дверьми, распахнутыми Ником, оказался совсем небольшой кабинет: здесь помещалась всего пара письменных столов и несколько кресел, одно из которых было занято дежурным целителем.       — Никариус! Опять ты сюда посторонних водишь? — напрягся тот, завидев троих вошедших.       — Рихард, старина, расслабься! — улыбнулся ему аш Мискондзе. — Это не какие-то там зеваки, а супруги аш Дортмунды, и я за них ручаюсь! Неужели ты не узнаёшь самого магистра Тёмной магии, герцога Кассарийского? А это его супруг Альтириус, тоже герцог Кассарийский. Не будешь же ты им отказывать в возможности просто посмотреть одним глазком? Им в этом году Обряд проходить, вот я и обещался всё показать…       Немолодой маг неодобрительно покачал головой, пробормотав себе под нос что-то нелицеприятное. Поразмыслив несколько секунд, он всё же махнул рукой:       — Ладно уж, идите. Но без присмотра я вас не оставлю! — пригрозил он напоследок, неохотно поднимаясь.       Рихард провёл их через обыкновенную дверь, за которой оказалось далеко не самое обыкновенное помещение. В просторном зале, ярко освещенном световыми сферами, в несколько рядов было расставлено порядка сотни столов, на каждом из которых стоял высокий стеклянный купол. Под многими из них на небольших подставках лежали красноватые сферы разного размера. Некоторые были темнее других и совсем крошечными, с грецкий орех. А те, что побольше, становились полупрозрачными, и даже издалека Альт мог разглядеть внутри крошечных младенцев.       — Перед вами будущее поколение магического сообщества Шор-ди-Лейн! — громогласно пояснил Ник, обводя помещение жестом. — Например, вот этот, — указал он на ближайший купол с крупным младенцем, на вид не отличающимся от новорождённого, — сын моего недавнего ученика Андера — кажется, вы с ним уже знакомы? Он должен появиться на свет уже на этой неделе, так что ничего ему не сделается, можете подойти поближе, — подозвал он друзей жестом, невзирая на нахмурившегося целителя, стоявшего у дверей.       Робко подойдя к куполу, Альт с нескрываемым любопытством взглянул на младенца. Он ещё никогда не видел настолько маленьких детей вблизи. Тот шевелил крошечными ручками и ножками в мутноватой жидкости, словно и не знал, что ещё не родился. Его пуповина уходила куда-то под стол, основание которого было скрыто непрозрачной занавеской.       Глядя на него, Альтириус не мог понять, что же он чувствовал. С одной стороны, ему давно было любопытно посмотреть на это место. Но с другой… мысль, что здесь мог — и всё ещё может! — лежать их с Муном ребёнок немного пугала. Он оглянулся на притихшего мужа — тот стоял рядом, тоже уставившись на чужого младенца.       На первый взгляд его лицо казалось не отражающим особых эмоций, но Альту его взгляд показался слегка грустным. Что странно сочеталось с каким-то необычным светом, исходящим от него. Мун говорил, что никогда особо не хотел детей, и не жалеет, что у него нет и, возможно, никогда не будет наследника. Но так ли это?.. Теперь Альтириус немного сомневался — вдруг Мун и сам до конца не осознаёт, что его это беспокоит?       — Ну что, уважаемые герцоги, насмотрелись? — нетерпеливо спросил наблюдавший за ними целитель, после чего перевёл взгляд на аш Мискондзе. — Ник, вёл бы ты их уже гулять подобру-поздорову, а? Скоро Тэрис придёт на утреннюю кормёжку, сам будешь с ним объясняться!       — Всё-всё, мы уходим! — Никариус поспешил направить обоих посетителей к выходу. — Спасибо тебе, приятель! В долгу не останусь!       — Он сказал… кормёжку?.. — осторожно переспросил Альт по пути к выходу.       — Да, а как ты думал? — ухмыльнулся Ник. — Детишки эти, может, и маленькие, но аппетит у них тот ещё! Я на своей шкуре познал в своё время. Эти маленькие проглоты всю кровь из меня высосали! Буквально!       — Вы кормите младенцев кровью?! — ужаснулся Альтириус.       — Ну, не напрямую, конечно, — успокоил аш Мискондзе, закрывая за собой дверь. — Но чем-то же надо питать систему, которая поддерживает их жизнь. От нас малыши получают всё, что нужно для роста, и даже иммунитет. Поэтому у жрецов так строго с режимом питания и образом жизни… и поэтому жрец я уже давно бывший, — развёл он руками. — Но не будем о грустном! Нас ещё ждёт самый высокий шпиль Ордена Огня! Уверен, магистр Тис не будет против, если мы заглянем в его кабинет…       — Может, лучше отправиться в обратный путь пораньше? — осторожно предложил Мун. — Не хотелось бы опоздать к началу приёма.       — Это же ваш приём, дружище — без вас двоих он уж точно не начнётся! — рассмеялся Ник. — Вот если бы ты больше времени уделял организации, то знал бы, что гости только к вечеру начнут подтягиваться. А значит, выезжать раньше полудня смысла мало — ещё полно времени всё посмотреть!       Не слушая никаких возражений, Ник повёл их дальше по бесконечным коридорам. На протяжении всей экскурсии Альт то и дело теребил пальцами своё ожерелье, всё ещё силясь до конца осознать, что они с Муном теперь супруги.       — Ну что, ошейник уже мешается? — не мог не заметить идущий рядом Ник. — Говорил же, сразу надо было с Обрядом разделаться, и дело с концом! Теперь ходить вам в них безвылазно, пока не надумаете…       — Нам правда нельзя их снимать до самого Обряда? — немного обеспокоенно спросил Альт. — Даже на ночь?       — Ни в коем случае! И спать, и чем вы там ещё по ночам заниматься планируете — непременно в ошейниках! — с притворной строгостью погрозил ему пальцем Никариус, но тут же улыбнулся, не выдержав полагающуюся паузу. — Шучу, конечно же! Примета просто плохая. Говорят, что если пара между свадьбой и первым Обрядом Жизни снимает Ожерелье, Отец это увидит и разобидится, и ребёнка тогда не получится.       Альт с задумчивым видом снова потянулся к ожерелью. Конечно, примета его особо не тревожила, да и сам «ошейник» не так уж и беспокоил. Просто немного смущало, что теперь всем будет заранее видно, что он «Альтириус аш Дортмунд, супруг Алиэмуна аш Дортмунда», стоило только прочитать гравировку. Не то, чтобы он этого стеснялся — вовсе нет! Скорее опасался, что это будет выглядеть так, словно он кичится своим браком.       Во время Сезона Альт изредка видел такие — их носили сопровождающие и прочие гости, кто уже состоял в браке, чтобы не вводить в заблуждение дебютантов и тех, кто приходил в поиске пары. Впрочем, многие состоявшие в браке аристократы не носили свои Ожерелья даже во время Сезона — если были не вполне довольны супругом или надеялись найти вариант получше. И Альт, конечно же, не собирался снимать своё, чтобы никто случайно не решил, что он несчастлив в браке. Вероятно, у него ещё уйдёт какое-то время, чтобы привыкнуть к своему Ожерелью. Но, по крайней мере, на Муне оно смотрелось очень гармонично, заметил Альт, поглядывая на мужа.       Юноша густо покраснел, поймав себя на мысли, что возможно эти ошейники ему вполне даже нравятся. Словно знак принадлежности друг другу. Мун взглянул на него с доброй усмешкой, и Альт почему-то не сомневался, что тот догадывался, что на уме у его молодого супруга. Альтириус с озорной улыбкой словил его ладонь и крепко сжал пальцы, стараясь не отстать от Ника, увлечённо рассказывающего какую-то байку по пути к очередной достопримечательности.

***

      Магистр аш Миритель оказался далеко не в восторге, что его рабочий кабинет был назначен пунктом экскурсии, причём без его ведома.       — Пожалуйста, магистр Тис, мы всего на минутку! — упрашивал его Никариус. — Вы же не позволите этому юноше уехать домой, так и не полюбовавшись на тот самый вид с вершины Ордена Огня?       Тис заметно колебался:       — У меня много работы, но если это не займёт…       — Я знал, что вы не откажете! — пылко затряс его руку благодарный Ник, не обращая внимания на кислое выражение лица своего магистра.       Кабинет аш Мирителя понравился Альту даже больше, чем предыдущие достопримечательности ордена. Из панорамного окна открывался чудесный вид на речную долину, простирающуюся меж холмов и гор до самого горизонта. Светлый застыл, словно зачарованный, гадая, как красиво здесь должно быть во время заката — окно как раз выходило на запад.       Оторвавшись от чарующего пейзажа, юноша оглядел кабинет — и нашёл немало других примечательных вещей. Особенно его заинтересовал большой телескоп, подобных которому он ещё не видел. Магистр Огня его интерес одобрил и даже сам предложил посмотреть на луну, которую было прекрасно видно, несмотря на солнечный полдень.       — Вы увлекаетесь астрономией? — спросил Альт, разглядывая чудо техники.       — Да, уже не первый век. Сложно не полюбить звёздное небо, проводя в этом кабинете столько времени, — со сдержанной улыбкой пояснил Тис, и Альтириус не смог не заметить окруживший его ненавязчивый свет.       — Ну, пора бы нам уже собираться в обратную дорогу, — неожиданно напомнил Никариус. — Магистр Тис, а может, всё-таки передумаете?       — К сожалению, мой ответ остаётся прежним, — вежливо отказался Тис.       Альт знал, о чём речь: с тех пор, как магистр аш Миритель ответил отказом на официальное предложение посетить свадебный приём, Ник задался целью его переубедить. Но до сих пор ему это так и не удалось, и светлый не особо надеялся, что в последний момент что-то изменится.       — Ну же, магистр! — не сдавался аш Мискондзе. — Наверняка сегодня вам уже не удастся спокойно поработать. Почему бы не провести этот день вне ордена в хорошей компании?       — С учётом дороги, это займёт не меньше двух суток, — магистр Огня устало потёр переносицу. — Вам хорошо известен мой график, и выходных в нём не запланировано до следующего вторника.       — Но вы же магистр, в конце концов! — продолжал настаивать Ник. — Когда сами решите — тогда и выходной. Вам ведь не нужно ни перед кем отчитываться!       — В отличие от вас, заместитель аш Мискондзе, я не могу позволить себе откладывать работу по собственному желанию, — едва заметно повысил голос Тис. — Если бы вы как следует исполняли свои рабочие обязанности, возможно, у меня оставалось бы больше свободного времени, но… — он замолчал на пару секунд, пока не выцепил взглядом единственную стопку бумаг на почти пустом рабочем столе, — эти документы сами себя не подпишут!       — Это всего лишь отчётность о закупке продовольствия за прошлый месяц, — с торжествующей улыбкой парировал Никариус. — Я же сам её вам принёс, помните? Она провалялась на этом столе неделю — полежит и ещё пару дней! А после я лично помогу вам с тройным объёмом бумажной работы, обещаю!       Практически загнанный в угол, магистр аш Миритель натянуто улыбался. Словно в поисках спасительной соломинки, он переводил взгляд с Альта на Муна, уже успевших направиться к выходу.       — Не сомневаюсь, мой визит только доставил бы господам аш Дортмундам лишних хлопот. Ведь я уже отказался от приглашения…       — Мы будем только рады, если вы почтите наш дом своим визитом, магистр аш Миритель, — с вежливой улыбкой ответил Мун, хотя Альту его тон показался каким-то излишне официальным.       Обречённо вздохнув, Тис всё же согласился. Вскоре все четверо проследовали к воротам ордена, где их поджидал герцогский экипаж, на котором прошлым вечером прибыл Альт. Своего гнедого Мун был вынужден оставить на несколько дней под присмотром орденского конюха: запрячь боевого коня в тройку было непросто, да и не нужно — двух тренированных лошадей вполне хватало.       — Вы предлагаете отправиться… в одной карете?.. Вчетвером? — магистр аш Миритель в замешательстве уставился на экипаж.       — А что такого? — пожал плечами Ник. — Экипаж старины Муна просто огромен! Тут и вшестером можно разместиться.       — Благодарю, но я бы не хотел стеснять новобрачных, — вежливо отказался Тис. — Я лучше прикажу подготовить мой экипаж…       — Ну что вы, магистр Тис! — остановил его Ник. — Это займёт слишком много времени! А провести целых шесть часов пути в одиночестве — это же со скуки умереть можно! К тому же, герцоги уже согласились, что я поеду с ними. Но если хотите, мы можем оставить их наедине, а я тогда с вами…       — Нет! Пожалуй, вы правы. Подготовка экипажа займёт слишком много времени, — тот поспешил его прервать, натянуто улыбнувшись. — Что ж, если господа аш Дортмунды не возражают…       Возражать Альт не стал — с надеждой провести обратную дорогу наедине с супругом ему пришлось распрощаться ещё во время экскурсии, когда Ник поведал о своих намерениях составить им компанию. А теперь эта компания стала даже больше… Но расстраиваться из-за подобных пустяков в день своей свадьбы Альтириус решительно не собирался.       Однако сам Никариус всё же слегка подпортил праздничное настроение беспокойством. От него исходил какой-то странный свет, да и вёл он себя уж слишком шумно… даже по его меркам. Похоже, в отсутствие Зейнорда огневик быстро растерял все навыки такта. Ещё в кабинете светлый заметил какое-то напряжение между магистром Огня и его заместителем, но не придавал этому значения до начала поездки.       В карете Ник практически не замолкал. Он устроился рядом со своим магистром, напротив Альта и Муна, и всякий раз на смешных моментах начинал воодушевлённо хлопать Тиса то по плечу, то по колену. Без зазрения совести он вторгался в личное пространство аш Мирителя — да что там, практически не покидал его. А в какой-то момент и вовсе отбросил остатки формальностей, перейдя с ним на «ты».       Свет, окружавший магистра аш Мирителя с тех пор, как он рассказывал про своё увлечение астрономией, в пути окончательно померк, поэтому Альтириус не сомневался, что тот вовсе не рад такому обращению. Но даже без всякой магии, как можно было не заметить его недовольства?.. Или же Никариус всё видел, но намеренно не обращал внимания?       К удивлению юноши, Мун охотно поддерживал разговор и пару раз даже попытался перехватить инициативу, но всё без толку: внимание Ника было намертво приковано к его магистру. Однако тёмный не выказывал заметного беспокойства, поэтому Альт решил, что зря переживает, и вновь прислушался к беседе огневиков.       — А тем временем, пока тот первогодка пытался найти вход в главный зал… — продолжал свой незамысловатый рассказ Никариус. — Хотя нет, отсюда лучше ты рассказывай, Тис! Ты же там был!       — Повторяю: я не считаю эту историю… «весёлой», — сквозь зубы ответил магистр Огня.       — Но почему?! — громогласно спросил Никариус, вскинув брови. — Всё же хорошо закончилось! Ну же, Тис, расскажи! Не стесняйся, приятель! — он крепко обхватил своего магистра за спину и чуть тряхнул.       — Отцепитесь от меня! — неожиданно вскрикнул аш Миритель, резко скинув его руку.       В тот же момент крыша экипажа вспыхнула ярким пламенем — совсем как та шкатулка из-под Ожерелий на церемонии.       Всё произошло настолько быстро, что Альт даже не сразу понял, что пламя над его головой было опасным, и в первые секунды лишь заворожённо смотрел на огонь. Зато старый кучер среагировал вовремя, остановив экипаж прежде, чем лошади окончательно ударились в панику. Мун тоже не отставал, за руку вытянув замешкавшегося мужа из экипажа. Привыкшие работать с пламенем огненные маги паниковать и не думали, но даже они не пожелали провести в горящей карете лишнюю секунду.       Хуже всего пришлось лошадям: огонь в считанные секунды перекинулся на переднюю часть кареты, вынудив кучера буквально слететь с козел, несмотря на годы. Но даже после этого он изо всех сил старался удержать испуганно храпящих животных, того и гляди, готовых унести горящую карету за собой, чем почти наверняка обрекая себя на ужасную смерть. Упряжь уже начинала гореть, и огонь вот-вот перекинулся бы на самих лошадей, но вдруг удерживающие их ремни резко вспыхнули — очевидно, не без помощи одного из огненных магов — и в одно мгновение выгорели дотла, освободив скакунов из смертельной ловушки, лишь слегка опалив им шкуру. Едва почувствовав свободу, обе лошади умчались, быстро скрывшись за поворотом.       Убедившись, что все живы и в безопасности, Мун поспешил осмотреть заметно обожжённые руки упавшего навзничь кучера, которого не затоптали только чудом. Альт же ошарашенно наблюдал за полыхающим экипажем с безопасного расстояния в компании огневиков — которые, к его удивлению, даже не пытались ничего предпринять.       — Почему вы просто не потушите пламя? — растерянно спросил юноша.       — Я что, похож на водника?! Огонь нельзя потушить огнём! — раздражённо выпалил Ник, но тут же одёрнул себя: — Прости, Альт, я просто немного на нервах…       — Просить прощения должен я, — подал голос мрачный Тис, низко поклонившись. — Господин аш Дортмунд, приношу вам свои глубочайшие извинения. Это было совершенно неприемлемо для меня, как магистра Огня. Случившемуся по моей вине нет ни малейшего оправдания.       — Подождите, магистр аш Миритель… — растерянно замотал головой Альтириус, — я пока даже не понял, что же произошло. За что вы просите прощения?       — Я… — начал магистр Огня, но тут же замолчал на долгие несколько мгновений, потупив взгляд, словно провинившийся ученик.       — Да вспылил он немного, что уж там объяснять, — ответил за него Ник, махнув рукой. — Когда огневик теряет контроль над эмоциями, всякие-разные предметы поблизости имеют обыкновение самовозгораться. И чем сильнее маг, тем сильнее будет пожар.       — И вы не можете потушить огонь, который сами разожгли?.. — удивился Альт. — Я же видел, как вы создавали огонь и сами же его тушили…       — Понимаешь, в чём дело… — наморщил лоб аш Мискондзе. — Если пламя питается от самого мага — это одно. Но если созданный огонь уже нашёл себе пищу, погасить его без старой доброй воды уже не получится. Думаешь, почему у нас орденская цитадель из камня сделана? — невесело улыбнулся он юноше. — То-то же… Ничего тут необычного, в общем-то. С нашей братией такое случается…       — Но не со мной!.. — вновь повысил голос магистр аш Миритель, но тут же постарался взять себя в руки, заметно закусив губу. — Как магистр, я обязан держать свой нрав под контролем.       — Ну, став магистром, вы же не перестали быть огненным магом. И к тому же… — виновато откашлялся Ник, глядя на Тиса, — кажется, главный виновник случившегося всё же я, а не вы. Простите, что досаждал вам всю дорогу. Я просто подумал, что это тот самый шанс для нас с вами найти общий язык, вот и не рассчитал немного…       — Не стоит извинений, — ответил Тис, глубоко вздохнув. — Это не снимает с меня вины. Я изначально понимал, что эта поездка станет для меня… испытанием. Но, конечно, не ожидал от себя настолько унизительной слабости, — он виновато покачал головой, потерев лицо ладонями, после чего перевёл взгляд на подошедшего Муна. — Честно говоря, я согласился лишь потому, что не мог не показаться на свадьбе, о важности которой сам же с полвека твердил при любом удобном случае.       — Вы и так провели нашу церемонию, — спокойно ответил ему тёмный коллега. — Вы не обязаны присутствовать на приёме, если не хотите.       — Но я действительно хотел посмотреть на тот самый грандиозный приём, о котором немало слышал за последний месяц, — слабо улыбнулся аш Миритель, едва заметно кивнув в сторону своего заместителя, на что тот тоже довольно заулыбался. — Однако, после случившегося, полагаю, мне будет лучше вернуться в орден. Кто знает, что ещё я могу спалить, словно сущий ребёнок… — он смущённо покачал головой.       — Да бросьте вы, магистр, — Ник вновь панибратски положил ему руку на плечо, — неужто вы всерьёз опасаетесь сорваться дважды за день? Даже со мной такое нечасто случается! Лично я не сомневаюсь, что ваш пар уже вышел! Так что незачем из-за такой ерунды менять все планы. Я же, в свою очередь, обещаю больше не докучать вам… — тут он, поймав взгляд магистра, всё же догадался убрать руку с его плеча, — вот с этой самой секунды!       Однако проблемы на этом не закончились. Найти сбежавших лошадей так и не удалось, а на дороге к Ордену Огня, вдали от деревень и торговых путей, случайные путники встречались нечасто. Лишь спустя пару часов ходьбы им повезло: навстречу ехал простого вида мужик на старой кобыле.       — Вот что, вы двое берите эту лошадь и езжайте домой, — предложил друзьям Ник, как только расплатился за кобылу. — А мы с магистром Тисом вас догоним… как только найдём на чём.       Недолго думая, новобрачные последовали его совету. Альт устроился за своим мужем, плотно прижавшись к его спине. Поначалу он переживал, что случившееся расстроит Муна, но уже спустя несколько минут почувствовал, как тот беззвучно смеётся.       — Что? — осторожно спросил он.       — Ничего особенного, — откашлялся Алиэмун. — Мне снова вспомнилась та история со свадьбы родителей… Как думаешь, наши свадебные приключения побьют их сломанное колесо? — мягко рассмеялся он, обернувшись через плечо.       — Да! — засмеялся Альт в ответ, обхватив его ещё плотнее. — Уж это точно.

Глава 27. Гости званые, нежданные, непрошеные

      Свадебный приём ещё не начался, а Селест аш Лоргант, облачённый в новенький выходной костюм, уже успел порядком устать. Вот уже с полчаса он не мог отлучиться от входной двери, встречая всё чаще прибывающих гостей.       — Добро пожаловать! Проходите, пожалуйста, — с натянутой, но вежливой улыбкой Селест приветствовал очередного почтенного господина, изволившего прийти пораньше.       Впрочем, «пораньше» уже плавно перетекало в «как раз вовремя», а эти двое всё ещё не вернулись!.. Воздушная весточка из Ордена Огня пришла уже давно — аш Дортмунды сообщили, что прибудут ещё засветло, как и планировалось. Но уже начинало смеркаться… Неужели Альт успел заразиться от своего дражайшего муженька склонностью пропадать неизвестно куда и насколько, стоило только взять его фамилию?..       Это им полагалось встречать гостей, а не Селесту! Хоть он и занимался организацией торжества, всё же чувствовал себя совершенно не в своей тарелке, встречая гостей чужой свадьбы. Он даже совершеннолетним официально не считался, да и в этом доме был всего лишь гостем. Должно быть, все эти обвешанные важными титулами господа, возраст которых исчисляется столетиями, порядком удивлялись, когда их приветствовал «какой-то ребёнок».       Лорий, конечно, посильно помогал, но просто физически не успевал сопровождать каждого гостя, да и других дел хватало. Поначалу Селест не воспринимал дворецкого всерьёз, но за эти недели невольно проникся уважением. Без него, пожалуй, этот приём так и не состоялся бы, несмотря на помощь Ника и — изредка — вечно где-то пропадающего магистра.       Не успел Селест проводить предыдущего гостя к его месту за столом, как Лорий снова показался в дверях. Увидев, кого тот сопровождает, Селест вмиг покрылся холодным потом. Это была Савестия аш Уоллестаун, магистр Ордена Некромантии!.. Того самого, в котором его дед Пилевий был старейшиной!       — Магистр аш Уоллестаун, добро пожаловать в дом аш Дортмундов, — вежливо поклонился он, стараясь не выдать волнения. — Я Селест аш Лор…       — Я знаю, кто вы, — не дала ему продолжить Савестия, окинув настолько холодным взглядом, что юноша почувствовал себя ничтожным насекомым, которого эта статная особа могла раздавить одним лишь пальцем.       Должно быть, дед упоминал о нём, сообразил Селест, почувствовав себя ещё более глупо. Собравшись с духом, он проводил пугающую гостью к её месту. Савестия проследовала за ним, не удостоив более ни мгновением своего внимания.       Не успел аш Лоргант перевести дыхание, отойдя в сторонку от давящей самим своим присутствием гостьи, как к нему подошёл молоденький лакей, имени которого юноша не помнил. Выглядел он уж больно встревоженным, поэтому Селест поспешил вместе с ним выйти из зала, не привлекая внимания других гостей.       — Незваный гость пожаловал, господин Селест, — сообщил слуга, как только они оказались одни.       — Что? — удивился тот. — Кто это?       — Извините, я не успел узнать… — лакей тревожно закусил губу, — потому, что господин Эризидт уже… вмешался.       Селест тут же во всех красках представил себе, каким образом мог «вмешаться» этот дубовый переросток, портящий всё, что можно и нельзя. Услышав его имя, он почти бегом бросился к дверям. Во дворе чуть в стороне от главной дорожки он обнаружил Эриза, удерживающего за плечи какую-то женщину, стоявшую к нему лицом. Она колотила его по груди руками, как-то странно свесив голову.       — Ты что творишь, кретин?! — подлетел к нему Селест. — Отпусти её!       Но как только та подняла голову, аш Лоргант испуганно отступил на шаг. На него смотрела Вайнетта, его мать!.. Вид у неё, однако, был довольно плачевный: запачканное травой розовое платье, сбитая набок шляпка, криво наложенный макияж, отёкшее лицо, чего не мог скрыть даже толстый слой пудры. А ещё от неё просто разило алкоголем…       — Сыночек! — бросилась она ему на шею, едва вырвавшись из рук Эриза. — Я так… так скучала!.. — зарыдала она.       — М… мама… что ты здесь делаешь?! — ошеломлённо попытался отцепить её от себя Селест.       — Я скуча-а-ала!.. — завыла она ещё громче, после чего обмякла в его руках, вынуждая сына себя держать.       — Она требовала отвести её к сыну, но так и не сказала, кто он, — пояснил Эриз, скрестив руки на груди. — Так это твоя мать? Да она лыка не вяжет…       — И без тебя вижу! — огрызнулся на него Селест, судорожно пытаясь сообразить, что же теперь делать.       Скрипнув зубами, он решил, что для начала её придётся увести подальше от глаз других гостей. Полубессознательная Вайнетта отказывалась стоять на ногах, поэтому пришлось попросить Эриза помочь оттащить её на задний двор, к служебным помещениям. Как же повезло, что за эти несколько минут больше никто из гостей не подъехал!.. Если бы её кто-то увидел, масштабы неминуемого позора сложно было даже представить…       Слабо сопротивляющуюся женщину отвели в подсобку рядом с кухней и не без труда усадили на кособокий стул.       — Мама, — обратился Селест, приподняв её подбородок рукой, — почему ты пришла?       — А почему меня не пригласили?! — обиженным тоном ответила она вопросом на вопрос, и снова ударилась в слёзы. — Я ждала, ждала, даже в Инторн приехала! А он меня так и не пригласил, этот гадёныш неблагодарный… родную мать на собственную свадьбу не позвал!.. — зарыдала она, спрятав лицо в ладонях.       Отпустив от неё руки, Селест нервно заходил по крошечной подсобке. И Лория, как назло, нигде поблизости не было. Да и даже если бы был — чем он мог помочь? Рассчитывать приходилось только на себя.       — Проклятье, что же делать?.. — сквозь зубы рассуждал он вслух.       — Откуда я знаю? — невозмутимо пожал плечами Эризидт. — Твоя мать — тебе и решать. По мне так пусть тут отоспится. Запри её на ключ и дело с концом.       — Я не могу запереть собственную мать в сарае, чурбан ты неотёсанный!.. — вспылил аш Лоргант-младший. — Лучше помоги отнести её в мою комнату.       Тяжело вздохнув, Эризидт подхватил на руки худенькую девушку и понёс к служебной лестнице, чтобы не попасться на глаза никому из гостей. По пути Вайнетта мирно спала, но пока Эриз перекладывал её на постель, вдруг заговорила путанным пьяным голосом:       — Твой дед хочет тебя поговорить… приглашает на… обед… или ужин… или…       После этого она отключилась окончательно. Селест растерянно перевёл взгляд с матери на соседа.       — Ужин с вашим добрым дедушкой, значит? — саркастично поднял тот бровь. — Звучит многообещающе. Собираешься пойти?       — Я… нет. То есть, не знаю… Пока некогда об этом думать! — Селест замотал головой, которая уже начинала раскалываться.       Закрыв мать в своей комнате, он попросил одну из служанок заглядывать к ней время от времени, а сам поспешил вернуться в зал вместе с Эризом.

***

      В девятом часу на приём собралась большая часть гостей, среди которых был и Ориус. Он с мрачноватым видом наблюдал за веселящейся толпой из дальнего угла зала, допивая вот уже второй бокал вина. Будь его воля, его бы здесь вообще не было, но не поздравить магистра и его нового мужа Ориус не мог. К тому же, он искренне радовался состоявшемуся наконец-то браку Алиэмуна. Просто не хотел портить всем праздник своим дурным настроением.       С самого утра на душе было как-то гадко, поэтому Ориус специально приехал попозже, когда они уже должны были вернуться из Ордена Огня, и собирался быстренько поздравить их и сразу же уйти. Но виновники торжества немного задерживались. И не только они: Аркон тоже, судя по всему, ещё не пришёл. Может, он и вовсе не появится?.. Так, наверное, было бы даже проще…       После того злосчастного совместного обеда в ресторане, успешно продолжающего портить настроение даже месяц спустя, Ориус всеми силами избегал главу Стражи. Лишь пару раз им пришлось встретиться по вопросам расследования без сопровождения магистра, но даже тогда помимо работы они и парой фраз не обменялись.       И на что Ориус вообще рассчитывал? На романтическое свидание? На хоть какую-то, пусть даже малейшую, отдачу от этого бессердечного человека? Как же!.. Очень скоро выяснилось, что Аркон не видел в том обеде никакой романтики — он просто был голоден после операции и пришёл поесть. Да, возможно, он не возражал, что Ориус ел с ним за одним столом. Но даже такой малости, как поддержание разговора, от него было не дождаться.       Робкие попытки коллеги заговорить он едва ли слышал, уничтожая поданные блюда одно за другим. В конце трапезы Ориус осторожно упомянул предстоящий свадебный приём магистра и, собрав остатки воли в кулак, как бы невзначай поинтересовался, не будет ли удобнее за ним заехать… Ответ Аркона даже вспоминать сейчас не хотелось, чтобы не испортить себе настроение ещё сильнее.       Отставив на столик пустой бокал, Ориус уже собирался было подхватить ещё один у проходившего мимо официанта, но тут его аура споткнулась обо что-то знакомое… и до зубного скрежета неприятное. Обернувшись, он понял, что это было: к нему приближалась Оринта аш Ошоннел в сопровождении незнакомой ему женщины. Она была смуглой, темноволосой и довольно рослой, чем сильно контрастировала с невысокой блондинкой с пышной копной мелких кудряшек. Медленно подходя всё ближе, заместитель магистра буквально пропела:       — Ну здра-а-авствуйте, господин Ориус аш…       Но тот, вытаращив глаза, быстро замотал руками, не позволив ей договорить:       — Госпожа Оринта, ну я же столько раз просил не называть меня по фамилии… — почти проскулил он, сморщившись.       — Успокойся, я же шутя! — дива мягко рассмеялась, тут же с гордостью коснувшись руки своей спутницы. — Ты с супругой моей ещё не знаком? Вот, полюбуйся на мою дражайшую жемчужину южных морей!       — Ругиль аш Аусондзе, член ордена Исцеления, бывшая глава Пятой Визийской Общины Лекарей. Рада знакомству, — протянула она руку, сдержанно улыбнувшись. В её голосе был заметен лёгкий визийский акцент.       — Взаимно. — Тёмный маг осторожно пожал руку женщины, почти не уступающей ему в росте, немного удивившись довольно крепкому рукопожатию. — Я Ориус, старейшина и главный помощник магистра Ордена Тьмы, — с вежливой улыбкой отчеканил он, старательно подавляя недовольство в своей душе, ещё сильнее растревоженное стараниями Оринты.       — А это наша дочь… — Оринта сделала жест назад, обернувшись, и тут же осеклась, растерянно озираясь по сторонам. — Так, где же она?.. Вот только что рядом со мной шла! И как только она каждый раз от нас ускользает?.. — искоса бросила она взгляд на жену.       Ругиль пожала плечами, чуть заметно улыбнувшись супруге.       — Ты меня спрашиваешь? Мне казалось, это ты из нас двоих менталист. — Она перевела взгляд на Ориуса: — Похоже, мне придётся отлучиться ненадолго — пойду, поищу нашу дочь. Её и на минуту нельзя оставить без присмотра…       Ориус понимающе кивнул, и Ругиль поспешила к выходу из зала, оставив его наедине с Оринтой.       — Ну скажи, разве она не самое совершенное создание этого мира? — с мечтательной улыбкой на лице произнесла она, глядя вслед уходящей супруге.       — Не смею спорить, — чуть печально улыбнулся ей Ориус. — Визийские маги славятся своей красотой, но ваша супруга, без сомнения, затмит любого из них.       — Так, только любоваться попрошу издалека! — прищурившись, дива шутливо пригрозила ему пальцем. — Тем более, что тебе уже есть, на кого любоваться вблизи. Кстати, где же твой благоверный? — спросила она, окинув беглым взглядом зал.       От неожиданности Ориус заметно вздрогнул, не сумев себя остановить.       — Оринта, прошу вас, не называйте его так, — почти умолял он, нервно озираясь по сторонам. — Вы же знаете… все обстоятельства…       — Стало быть, с нашего прошлого разговора так ничего и не изменилось? — со вздохом спросила та.       — Госпожа аш Ошоннел, я серьёзно: давайте не будем обсуждать личные подробности моей жизни, — раздражённо осадил её Ориус. — Любых её аспектов, прошу заметить.       — Ладно, но ты всё же подумай над моим предложением прийти на приём, — на редкость серьёзно предложила та. — График у меня плотный, но для тебя время найду.       — Благодарю за предложение, но мой ответ остаётся прежним, — формально-холодным тоном ответил Ориус.       Когда-то давно, ещё во времена восстановления ордена, помощник магистра Тьмы уже совершил глупость, за лишним бокалом вина позволив Оринте разговорить себя о чувствах к Аркону — вопреки твёрдому намерению не говорить со светлой дивой о чём бы там ни было. И пусть та оплошность закончилась сравнительно безобидно для ордена, с тех пор он зарёкся с ней общаться, хотя аш Ошоннел регулярно предлагала свою «профессиональную помощь». Ага, как же!.. С тем же успехом можно было сразу выложить ей все секреты ордена.       Ориус собирался было поскорее избавить себя от её назойливой компании, но замер, увидев вошедшего в зал Аркона. Тот довольно быстро выцепил его взглядом и без промедления направился к ним.       — Конни, рыбонька моя ненаглядная! — заулыбалась Оринта от уха до уха, когда он приблизился.       — Как и прежде, я придерживаюсь мнения, что моё имя не имеет производных, — монотонно произнёс Тайный Советник и приветственно кивнул им обоим.       — Да ладно тебе, Конни, не занудствуй!       С добродушной улыбкой Оринта шаловливо пробежала пальцами по атласному лацкану костюма главы Стражи — и тот, к недовольству тёмного коллеги, даже не подумал отстраниться!..       Ориус внутренне поморщился. Ну почему эта женщина никогда не обращается к людям, как положено? Казалось, что исключение она делала только для него одного, при любом удобном случае порываясь обратиться к нему полным именем — определённо назло, вопреки всем просьбам так не делать. Впрочем, Ориус боялся даже представить своё альтернативное прозвище в её исполнении.       Даже при том, что помощнику магистра нечасто приходилось общаться со светлой дивой, его всегда основательно раздражали эти её вечные сравнения собеседников со всевозможной флорой и фауной… не говоря уже об уменьшительно-ласкательных, порой изобретённых ей лично. «Конни». Так она звала Аркона ещё в те давние времена, когда увивалась за ним хвостом и, не стесняясь, пыталась захомутать в очередные мужья — ожидаемо, безнадёжно.       — Ну, и как поживает мой самый светлый тёмный маг? — спросила дива таким ласковым тоном, что заподозрить в её словах сарказм Ориусу позволяло только хорошее представление о характерах обоих.       — Нормально, — лаконично ответил Советник, не изменяя своей привычной невозмутимости.       — Рыбонька, ну что ещё за «нормально»?! — с притворным возмущением вскинула брови Оринта, отстранившись. — Нужно отвечать: «отлично»! Ну или в крайнем случае: «хорошо»! И вообще, кто с такой чёрствой физиономией здоровается со своим Полным Отражением после нескольких лет разлуки?! Ну же, улыбнись!       Ориуса всегда коробило от того, как эта женщина обращается с Арконом. И почему он это терпит? «Улыбнись» — ха, как же, заставишь его улыбнуться!..       Однако же Аркон, помедлив мгновение, постарался-таки изогнуть губы в закрытой улыбке, при этом позабыв про полагающуюся мимику глаз. Получилось кривовато и как-то даже слегка пугающе — однако этого оказалось достаточно, чтобы у Ориуса глаза на лоб полезли от удивления.       — О, намного лучше! — довольно заулыбалась светлая, захлопав в ладоши. — Прогресс на лицо, в буквальном смысле слова! Но тебе ещё есть над чем поработать, рыбонька.       — Оринта! — резко прикрикнул на неё Ориус, опомнившись от потрясения. — Мы же договаривались: никакой светлой магии на Арконе!       — Какая магия, о чём ты? — удивлённо вздёрнула брови аш Ошоннел. — Я всего лишь попросила. Честно!       — Я даже через эти щиты чувствую ваше «честно»! — огрызнулся Ориус, скрестив руки на груди.       — Не думаю, что Оринта использовала магию, — вмешался Аркон привычным монотонным голосом. — Её просьба была немного… странной, но выполнить её было несложно. К тому же, на свадьбах принято улыбаться, если я правильно понимаю, — он снова попытался вздёрнуть уголки губ в жалком подобии улыбки, на этот раз продержавшейся лишь секунду. — Однако это труднее, чем я ожидал.       — Просто тебе нужно чаще улыбаться, Конни! — легко рассмеялась Оринта, похлопав его тыльной стороной ладони по щеке.       Ориус несколько мгновений в недоумении смотрел на главу Стражи, после чего лишь недовольно хмыкнул, отведя взгляд. Его порядком раздражало, что Аркон вёл себя так непринуждённо с этой особой и даже не замечал в этом ничего подозрительного. Неужели он не догадывается, что согласился на такую унизительную просьбу только благодаря манипуляции светлой магией? А как ещё можно было объяснить его поведение? Наверняка, если бы сам Ориус хоть раз попросил о подобном, он бы и не подумал соглашаться!..       — Кстати, Ориус, — вновь привлёк его внимание Аркон, вынудив поднять глаза. — Вчера пришло очередное письмо. Наш Обряд Жизни переназначили на двенадцатое июня. На этот раз придётся выкроить время.       Вмиг покрасневший до кончиков ушей Ориус ещё несколько секунд ошеломлённо смотрел на Аркона, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба. В тот момент ему показалось, что весь мир вот-вот рухнет, но спокойно смотревший на него Аркон словно и не подозревал, что творится у него на душе. Ориус молча развернулся и быстрым шагом направился к выходу в сад.       — Я что-то не так сказал, — то ли спросил, то ли констатировал Аркон, озадаченно глядя ему вслед, после чего перевёл взгляд на диву.       Оринта даже улыбаться перестала от неожиданности. Только опасение размазать макияж остановило её от желания прикрыть ладонью губы… а лучше всё лицо. Хотела бы она ответить на его «вопрос», на пальцах объяснив, насколько глупой эта ситуация была, с какой стороны ни посмотри. Увы, но светлая не могла нарушить данное Ориусу обещание сохранить его секрет. Какие-никакие, а принципы у неё всё же были — и один из них не позволял выдавать чужую влюблённость объектам их воздыхания.       — Боюсь, этого даже я не смогу тебе объяснить, рыбонька, — тяжело вздохнув, утешительно похлопала она его по плечу тонкими пальцами.       — Мне следует пойти за ним? — спросил он с чуть более заметной вопросительной интонацией.       — Нет, лучше дай ему побыть одному какое-то время, — покачала головой светлая, не сомневаясь, что тот всё равно не сказал бы несчастному Ориусу ничего, что не расстроило бы его ещё сильнее.       — …Хорошо, — слегка дёрнул плечами Аркон и остался стоять на месте.       — Сколько лет вы с ним уже в браке, напомни? — полюбопытствовала Оринта, взяв у проходящего мимо официанта бокал вина.       Аркон на пару секунд задумался, отведя взгляд к потолку.       — В прошлом октябре исполнилось ровно пятьсот, если не ошибаюсь, — наконец, ответил он.       Не сдержавшись, Оринта закатила глаза. Если он только сейчас подсчитал столь круглую дату, поздравить супруга с главным юбилеем всей жизни он, естественно, и не подумал?.. А ведь очень немногие пары могут похвастаться такой красивой цифрой: большинство браков распадается куда раньше. Да что уж там, в нынешние времена всё меньше пар аристократов выдерживают хотя бы десяток лет друг с другом под одной крышей!.. Многие разводятся, едва пройдя обряд — и это уже давно никого не удивляет. Но объяснять это Аркону вряд ли был смысл.       — И за всё это время он так и не принял твою фамилию… — со вздохом отметила дива вслух.       — Я обратил внимание, что он редко её использует, — кивнул аш Ландберг. — Полагаю, не хочет ассоциироваться с моими родственниками. В этом есть определённый резон.       — Ах, ну конечно, в это всё дело! — светлая вздёрнула брови с нескрываемым сарказмом. — Другой причины и быть не может.       — Не обязательно. Допускаю, что ему просто не нравится, как она сочетается с его именем, — задумчиво склонил тот голову на бок. — Хотя мне всегда казалось, что «Ориус аш Ландберг» звучит вполне благозвучно.       — Вот ты знаешь, Конни, хоть мы с Ориусом никогда особо не ладили, но в такие моменты я начинаю его понимать, — тяжело вздохнула Оринта, внимательно посмотрев на Аркона.       Но тот лишь молча уставился на неё с нейтральным выражением на лице, чем-то неуловимым напоминавшем о далёкой молодости. Оринта окинула Тайного Советника чуть печальным взглядом. Всё же очень заметно постарел за последние годы. А ведь когда-то был таким красивым мужчиной!.. Впрочем, седина была ему даже к лицу. Какая же жалость — так и не заполучить от него ни единого ребёнка! Но с этим Оринта уже смирилась — а в последние годы и вовсе думать позабыла о ком бы там ни было, кроме дражайшей Ру…       — Ладно, пошли лучше к моим дорогим девочкам… — Оринта легонько потянула Аркона за край рукава.       — Я слышал, что ваш эксперимент оказался удачным, — монотонно произнес тот, без возражений позволяя увести себя в глубь зала.       — «Эксперимент?» — недовольно поморщилась аш Ошоннел. — Ты поосторожнее слова-то выбирай, когда о моей жене и младшенькой говоришь, рыбонька!       — Я смутно припоминаю, что ты сама употребляла этот термин, — задумчиво отметил аш Ландберг.       — Да с тех пор почти сто лет прошло, Конни! — раздражённо бросила Оринта, но махнула рукой, приметив в толпе знакомую ауру. — Ладно, забудь, Ру уже идёт к нам…       Увы, но показавшаяся в дверях супруга, едва заметив её, лишь развела руками, ясно давая понять, что дочь так и не нашла…

Глава 28. Потенциально предначертанное знакомство

      В тусклом свете фонаря Ориус аш Ландберг мрачно глядел себе в ноги, сидя на скамейке на заднем дворе. Тропинка к ней проходила мимо служебных помещений, поэтому никто из гостей сюда не заглядывал — это давало хоть какую-то иллюзию уединения, столь желанного сейчас. Не часто же его что-либо настолько выводило из себя. Злиться он не любил, да и смысла обижаться на Аркона было до безобразия мало — всё равно же не поймёт!.. Но сейчас он просто не мог ничего с собой поделать.       Как и в тот день в ресторане, когда на его предложение Аркон ответил лишь, что не уверен, найдет ли на это время вообще, а ехать вместе не видит никакого смысла — «нам даже не по пути», сказал он!.. Стоило ли удивляться, что на редких рабочих встречах за прошлый месяц тот не обращал ни малейшего внимания на понурый вид коллеги? Точнее, должно быть, и вовсе не заметил в его поведении ничего необычного… И как Аркон при всём своём интеллекте умудрялся не понимать настолько элементарных вещей?! Вот как можно было додуматься вслух сказать про предстоящий Обряд Жизни именно сейчас, при всех?! Как минимум Оринта, а возможно и ещё с десяток человек слышали о настолько личном. Но кто бы сомневался, что Аркону совершенно нет до этого дела!..       Фамилия аш Ландберг оставалась проклятьем Ориуса вот уже половину тысячелетия. К сожалению, даже от тёмных магов, начиная с тридцати лет, Орден Огня требовал проходить через Обряд Жизни. Несмотря на то, что во многих случаях это было невыгодно ни для кого — включая так часто упоминаемого храмовниками Отца и его драгоценное Пламени Жизни. Ведь зачастую шансы тёмных продолжить свой род были настолько малы, что позволять им брать в пару магов с хорошими шансами означало, что в среднем детей родится даже меньше, чем если бы тёмные просто не участвовали в Обрядах вовсе.       Но делать исключения для них никто не собирался даже в двухсотых годах после войны, когда отношение к тёмным в обществе всё ещё было крайне неровным. Впрочем, редким союзам между тёмными магами в те времена были только рады. Это сейчас Орден Огня уверяет, что даже вклад тёмных в Пламя Жизни является бесценным, но предыдущего магистра Огня больше заботило, как бы избавить себя от головной боли под названием «тёмные маги», по возможности не нарушая закон. Лишь благодаря его пренебрежению Ориусу и Аркону удавалось избегать внимания Совета порядка двух десятков лет после совершеннолетия. А ведь у них даже отсрочки на обучение не было — Орден Тьмы тогда ещё не признавался официально.       Но бесконечно скрываться от Совета было невозможно. Особенно при том, что выросший с простолюдинами Ориус и вовсе не считался полноправным аристократом до принятия в аристократический род. И хотя ему совершенно не нравилась идея решать свои проблемы за счёт коллеги по ордену, Аркону также досаждало внимание Совета, из-за чего тот сам предложил заключить этот чисто формальный союз.       Как минимум, этот брак позволял не вовлекать в свои дела внешних людей, да и практически избавлял от риска внезапно свалившегося на голову потомства. Даже в первый цикл вероятность на успех вряд ли достигала и пары процентов — хотя из-за неясного происхождения Ориуса точно рассчитать их шансы было невозможно. В любом случае, к шестому циклу эту ничтожную вероятность вообще не было смысла рассматривать всерьёз.       Поэтому согласиться на столь взаимовыгодное соглашение между двумя коллегами по ордену тогда казалось вполне удачной идеей. Ведь на тот момент они были ещё не так давно знакомы, и увлечение Ориуса ещё только начинало перерастать из дружеского в нечто большее — он ещё не подозревал, что это «большее» будет терзать его многие столетия спустя.       Увы, но очень скоро этот брак из формальности превратился в сущий кошмар. Принять себя как полноправного аристократа, конечно, было нелегко — до сих пор Ориус иногда чувствовал себя заведомо ниже окружающих по статусу, даже зная, что объективно это не так. Но вот регулярно слышать после своего имени фамилию человека, в которого он без памяти влюблён, оказалось совершенно невыносимо.       Ведь с самого начала он ни на мгновение не сомневался, что Аркону не нужны его чувства. Что этот брак никогда не станет ничем, кроме отметки в бумажке, вспоминать о которой приходится лишь раз в столетие. Не считая редких случаев, когда ему приходилось слышать «господин аш Ландберг» в свой адрес от незнакомых людей, изо всех сил стараясь не скривиться слишком заметно и всякий раз повторяя: «Пожалуйста, просто Ориус».       Половину тысячелетия быть безответно влюблённым в собственного мужа и не посметь даже признаться ему в любви — звучит, конечно, ужасно нелепо. Ориус и сам прекрасно это осознавал. Даже думать об Арконе, как о муже, было невыносимо больно. Нет, не муж — просто старый друг, в юности согласившийся помочь с некоторыми формальностями. Да и соглашение на тот момент не предполагалось долгосрочным. У них даже был уговор, что в случае, если любому из них понадобится заключить брак с кем-либо другим, это будет лишь вопросом росчерка пера.       Однако же прошла целая вечность, целые цивилизации зарождались, развивались и рушились… а этот формальный брак, будь он проклят, по сей день оставался самым рациональным и безопасным способом выполнить эту навязанную всем магам обязанность. Впрочем, Ориус уже бессчетное множество раз собирался покончить с этой формальностью, но так ни разу и не набрался духа сообщить о своём намерении Аркону. Что его держало, он и сам не мог толком понять. Как минимум, выйти из аристократического рода, не имея собственной фамилии, можно было, только вступив в другой — а без этого развод будет не менее формальным, чем сам союз, и не изменит ровным счётом ничего. А разве он мог приковать к себе какого-то несчастного только затем, чтобы избавить себя от этого мучительного подобия брака?       За все эти годы они с Арконом ни дня не жили под одной крышей — ну, разве что, изредка обстоятельства вынуждали делить кров, как во время недавней операции по поимке Шейда. Ни о какой общей постели, само собой, никогда и речи не шло. Те самые пять Обрядов Жизни, без сомнения, оставались для Ориуса самыми интимными событиями с участием «мужа» за всю их «совместную» жизнь. И вот он говорит об этом во всеуслышание, словно в этом нет ничего особенного!.. Наверняка Аркон даже не понял, почему он ушёл. Ждать, что он придёт и извинится, абсолютно бесполезно — но где-то в глубине души Ориус даже сейчас не мог задавить эту тщетную надежду.       Со злостью пнув газон под ногами, он позволил себе заплакать. Благо, гости были заняты светскими беседами, и никто в доме не мог услышать его всхлипов. Слёзы катились по его пухлым щекам, пока он старался хотя бы не разрыдаться в голос, с силой вцепившись пальцами в скамейку.       — Почему вы плачете? — вдруг раздался женский голос.       Раскрасневшийся Ориус от неожиданности подскочил на своём месте, ошарашенно уставившись на молодую девушку, стоявшую всего в нескольких шагах впереди него. Она была довольно рослой, не намного ниже его самого на вид, с тёмными волосами до плеч и слегка смуглой кожей. Но сильнее всего удивляло, что эта девушка была беременной — и определённо уже на большом сроке. Как он мог её не заметить?! Неужели от всех этих эмоций его теневое восприятие отказало напрочь, не позволив почувствовать присутствие человека в десяти метрах от себя?..       — П-простите… — наконец, выдавил он хриплым голосом, пытаясь наспех вытереть лицо платком, — я не ожидал, что меня здесь кто-то увидит.       — Мою мамочку тоже всегда раздражает, что я подкрадываюсь незаметно, — улыбнулась она, чуть прищурив насыщенно-карие глаза, и подошла поближе. — Извините, если потревожила. Я просто поняла, что здесь кто-то плачет и решила проверить, всё ли в порядке и не нужна ли вам помощь.       Наконец, Ориуса осенило. Ну конечно же! Теперь понятно, почему тёмное восприятие оказалось бесполезным…       — Вы ясновидица? — спросил он осторожно.       — Да, — кивнула девушка, присев на другой конец скамейки, придерживая поясницу рукой. — Меня даже в орден приняли, хотя в моих силах нет ничего выдающегося. Но всё же я знаю, что вы тёмный маг и уже знакомы с моими мамами.       — Так вы и есть дочь супруг аш Ошоннел… — неловко улыбнулся тёмный, про себя удивляясь, почему он сразу об этом не подумал.       — Меня зовут Нерия, — приветливо улыбалась она. — Рада знакомству.       — Я тоже… очень рад, — ответил он с виноватой улыбкой, сгорая от стыда. — Меня зовут Ориус. Прошу прощения за мой совершенно неподобающий вид.       — Не беспокойтесь об этом, — Нерия слегка мотнула головой. — Как видите, мой вид сейчас тоже не без изъяна, — она игриво побарабанила пальцами по округлому животу.       — Что вы, это… вовсе не изъян, — тёмный смущённо качнул головой. — Поверьте, вы прекрасно выглядите.       — Верю, — кивнула та со всей серьёзностью. — Но в зале на меня все косятся. Вроде и пора бы уже привыкнуть к восьмой беременности, но всё равно неприятно, — вздохнула она.       — Вось… — ошеломлённо начал Ориус, но тут же одёрнул себя: — Эм-м, простите, это было грубо. Просто вы так молодо выглядите…       — О, я уже давно бабушка, — мягко рассмеялась девушка, которая по меркам простых с трудом бы сошла за совершеннолетнюю. — И даже прабабушка — трижды. Всё-таки восемьдесят семь. Даже мой первенец в прошлом месяце уже умер от инсульта, — с неожиданной лёгкостью сообщила она.       — Ч-что… — не зная, что сказать, прошептал тёмный ошарашенно. — Мне… очень жаль. Соболезную.       — Не стоит. Такова жизнь, — философски вздохнула она, глядя в вечернее небо, и печально улыбнулась. — Он был Простым без всяких задатков магии и прожил обычную человеческую жизнь. Насколько я слышала, сын был счастлив в браке до самой смерти и оставил своему семейству процветающую кондитерскую. Я даже рада за него, хотя мы были едва знакомы. Как и с остальными моими детьми — увы, таланта к воспроизводству аристократов от мамочки Оринты я не унаследовала. Вот и эта, скорее всего, родится Простой, — девушка указала пальцем на свой живот.       Конечно, Ориус был готов услышать от этой особы что-то странное ещё когда понял, что она ясновидица. Многие из них имели довольно… специфическое мировоззрение и нередко вводили окружающих в замешательство неординарным ходом мысли. Но всё же таких откровений он не ожидал.       — Но ведь… вы не можете знать этого наверняка, пока она не родится, верно?.. — неловко улыбнулся он.       — Наверняка — конечно, не могу. Но я видела это во сне, а мои сны обычно сбываются, — пояснила Нерия. — К тому же, мама Ругиль тоже так думает, а уж она знает в этом толк. Увы, стать дивой мне уже вряд ли суждено — эта малышка, скорее всего, станет моей последней рождённой дочерью… — вдруг она мотнула головой. — Но что это я? Ведь я собиралась узнать, почему вы так расстроены, а сама снова завела разговор о себе… Так что с вами случилось?       — О, ничего особенного, у меня… всё в порядке, — натянуто улыбнулся он. — На самом деле, вы уже помогли мне. Слушая вас, я даже успел позабыть, что был расстроен.       — Правда? — заметно повеселела девушка. — Я рада, что смогла хоть немного помочь. Но если вам лучше, может, вернёмся в зал? Новобрачные скоро прибудут! Ну же, пойдёмте!       Ориус колебался пару секунд. Видеть Аркона по-прежнему не хотелось, но всё же он пришёл сюда не ради него, а ради Алиэмуна и Альта. Глубоко вздохнув, тёмный поднялся с лавочки вслед за девушкой, и вместе они отправились в главный зал.