Сезон масок

Глава 35. Полезные знакомства

      Солнце стояло уже высоко над Дортмундом, когда Альт неторопливо шёл рядом с новым знакомым к обещанному ресторану. Герцог с любопытством разглядывал все хоть сколько-то примечательные здания, на которые Таймарис обращал его внимание, местами замечая, что некоторые фасады выглядели немного обветшалыми, а на тротуарах кое-где попадались выбоины.       — А вот и главный городской театр, — Тай указал на высокое строение с куполообразной крышей. — Одно из старейших зданий Дортмунда. Сейчас не сезон, поэтому показывают только старые постановки, но ближе к осени обещают и премьеры. Вы же придёте их посмотреть, ваша светлость?       — По правде сказать, я не уверен, что пробуду в Дортмунде до осени, — рассеянно улыбнулся Альт, окидывая взглядом высокие стрельчатые окна с замысловатой отделкой. — Но для меня все они были бы новинками — ведь я ещё никогда не бывал в этом театре.       — О, в таком случае я был бы рад познакомить вас с лучшими постановками уходящего сезона! — доброжелательно улыбнулся ему Таймарис, элегантным жестом указывая налево. — Ресторан Лонэля уже за следующим поворотом, ваша светлость. А отсюда вверх по холму располагаются дома, принадлежащие старейшим родам Кассарии.       — Кажется, я узнаю этот квартал… — сбитый с толка Альт озирался по сторонам. — Я по этой дороге шёл от своего дома.       — Вот как? — заинтересованно протянул Тай. — Дом моей семьи тоже совсем недалеко, правда, немного ближе к подножью холма… — с некоторой грустью сказал он, но тут же взбодрился. — Но зато у нас есть неплохой сад!       Слушая его, Альтириус просто не мог нарадоваться столь удачному знакомству. Таймарис оказался не просто доброжелательным ровесником-аристократом, но и представителем далеко не последнего из родов Дортмунда, раз уж они жили в квартале местной знати. Альту даже стало немного неловко от осознания, что в своих мыслях он уже подумывал о том, как бы воспользоваться этим знакомством в своих интересах.       — Получается, мы без малого соседи! — обрадовался герцог.       — О, не вполне, ведь я уже не живу в доме своей семьи, — с лёгкой улыбкой пояснил Тай. — Мне ещё в детстве надоело делить крышу с прадедушкой и другими стариками рода, поэтому на время практики я снял себе отдельную квартиру.       — Правда? Должно быть, это очень здорово — жить одному.       — Ну, в этом определённо есть свои преимущества! — улыбнулся ему Тай, тут же остановившись. — А вот и ресторан!       Альт с некоторым недоумением уставился на небольшое строение с мозаичным узором на фасаде, зажатое между высокими муниципальными зданиями. На первый взгляд этот домик не очень-то походил на ресторан, и только скромная вывеска «Ресторан Лонэля» выдавала его назначение. В почти пустом зале их встретил услужливый официант, проводивший гостей к небольшому столику вдали от единственной пары других посетителей.       — Ничего подобного этим бисквитам не готовят ни в одном другом ресторане, — уверенно заявил Тай, пока официант записывал выбранные им блюда. — Гарантирую, вам обязательно понравится, ваша с…       Он прервался, когда Альт, испуганно вытаращив глаза, замотал головой. Герцог напрочь позабыл, что ему полагалось не выдавать себя.       — …Ваши самые смелые ожидания непременно оправдаются! — тут же поправился Тай, искоса поглядывая на всё ещё стоявшего рядом работника.       Альт выдохнул с облегчением, улыбнувшись ему. По крайней мере, не придётся мучиться, объясняя всё это.       — Ваш заказ совсем скоро будет готов, господин аш Стейндт, — почтительно поклонился официант.       — Аш Стейндт… Кажется, я где-то слышал вашу фамилию совсем недавно… — вслух задумался Альт, порядком расслабившийся, когда они остались одни.       — О, я не сомневаюсь, что вы её слышали, — улыбнулся в ответ Таймарис. — В Кассарии проживают десятки, если не сотни аш Стейндтов, начиная с моего пра-пра-прадеда, графа Улисского.       Альтириус тут же уставился на него с удивлением. Он же читал об этом по пути сюда! Да и до этого краем уха слышал от кого-то…       — Точно, аш Стейндты — это же тот род, от которого отделились аш Дортмунды! Получается, вы родственник Муна?!       — Разве что очень дальний, — немного смутился Тай. — Кажется, наши роды пересекаются на моём предке в седьмом колене — деде нынешнего графа Улисского. Первый герцог Кассарийский был его младшим сыном. А после Войны наши роды разделились, и сейчас мы считаемся роднёй разве что по архивным записям огненного ордена.       — Надо же… — протянул Альт, с новой вспышкой любопытства рассматривая юношу.       Таймарис почти не имел общих черт с Муном — кроме, разве что, цвета волос и высокого роста. Быть может, это фамильная черта? Хотя других аш Стейндтов он пока не видел и не мог знать наверняка. Однако светлый видел, что Тай немного потускнел в своём ментальном свете, хоть и продолжал улыбаться. Решив, что ему не особо интересно говорить о своих предках, Альт оставил эту тему.       В ожидании заказа Таймарис рассказывал о светской жизни в Дортмунде, да и не только. Увлечённо слушавший его Альт и сам не заметил, когда они перешли на «ты». Тай больше не порывался добавлять всякие светлости к его имени, и герцог был крайне рад этой отдушине. А уже вскоре официант принёс обещанные марципановые бисквиты со сливками.       — М-м-м, как всегда бесподобно, — протянул Тай, с удовольствием приступив к трапезе. — Со всей этой нескончаемой практикой я чуть было не начал забывать столь дивный вкус. Знал бы ты, как же приятно отдохнуть от всего этого…       С интересом наблюдавший за ним Альт ещё даже не успел притронуться к своей порции.       — А давно ты уже работаешь на почте? — попытался поддержать он разговор.       — С этой весны, — ответил воздушник без особого энтузиазма. — До зимы отмучаюсь — и буду свободен уехать, куда пожелаю…       — Тебе не хочется жить в Дортмунде? — удивился Альт, наконец попробовав кусочек бисквита, который действительно оказался довольно вкусным, хотя дома он пробовал и повкуснее.       — Да не то, чтобы не хочется… — неопределённо пожал тот плечами. — Просто за двадцать лет в ордене я порядком отвык от этого города.       — Получается, ты вырос здесь, в Дортмунде? — спросил Альтириус, отпив глоток ароматного чая.       — Да, все тридцать лет здесь провёл, до самого поступления, — подтвердил Тай, умело расправляясь с бисквитом. — Именно поэтому я и не горю желанием застрять тут надолго! Дортмунд — может, и не самый плохой город, но с Инторном ему не сравниться…       Альт улыбнулся ему немного натянуто. Конечно, он понимал, что не несёт никакой ответственности за нынешнее состояние города, как и всей Кассарии. Но почему-то герцог чувствовал, что вскоре ему станет куда сложнее слышать такие сравнения, не принимая их на свой счёт. Ведь теперь-то у него уже была власть изменить всё это — пусть даже он ещё и не вполне понимал, чем же именно Дортмунд плох и как это улучшить. На всякий случай Альтириус сделал в уме пометку расспросить Тая об этом поподробнее, когда он уже будет в состоянии на что-то повлиять.       — Тогда почему ты выбрал именно Дортмунд для прохождения практики? — поинтересовался он, когда пауза затянулась.       — Таковы правила ордена, — развёл руками Таймарис. — Чаще всего выпускников отправляют в родной город или туда, где воздушные маги нужнее всего. И это мне ещё повезло! Одного моего знакомого отправили в такую дыру, где кроме коров да пастухов вообще никто не живёт! Можно подумать, там кому-то нужна воздушная почта…       Альт вежливо кивал, хотя и не мог искренне проникнуться его проблемами. Он бы и сам не отказался уехать в подобную «дыру» хоть ненадолго, если бы только кто-то перенял все его обязанности.       — Значит, учиться тебе нравилось больше? — полюбопытствовал он.       — Пф-ф-ф… — усмехнулся тот, покачав головой. — Я был бы рад вообще не поступать никуда! У меня есть дела поважнее, чем всю жизнь заправлять воздушные аппараты. Да и воздушный маг из меня не особо выдающийся…       — Зачем же ты тогда согласился? — спросил Альт, с сожалением обнаружив, что бисквит на его тарелке уже закончился.       — Семья потребовала, куда мне было деваться?.. Двадцать лет впустую! — Тай сокрушённо покачал головой. — А тебе, стало быть, повезло пролететь мимо ордена?       — Вообще-то… — светлый немного смутился, потупив взгляд. — Хоть я и не поступил в свой дебют, но этой зимой меня обещали допустить до церемонии повторно. Наставница аш Ошоннел говорила, что на этот раз меня должны принять.       — Оринта аш Ошоннел? — почти изумлённо переспросил Тай. — Та самая? Старейшина Ордена Света?       — Д-да, — слегка дрогнувшим голосом подтвердил Альт.       Он немного напрягся, понимая, что Тай совсем иначе относится к учёбе. Но Таймарис улыбался ему так, будто был впечатлён до глубины души, и при этом от него исходил такой приятный тёплый свет, что Альтириус, расслабившись, заулыбался ему в ответ.       — Но раз тебя учит сама госпожа аш Ошоннел, у тебя должны быть неплохие способности к светлой магии, я не ошибаюсь? — чуть натянуто улыбнулся аш Стейндт, и светлый невольно почувствовал, как свет в его сознании резко потускнел.       Герцог тут же напрягся, вспомнив, что ещё совсем недавно из-за светлой магии чуть было не рассыпалась помолвка с Муном. Меньше всего Альту хотелось, чтобы Таймарис перестал ему доверять, опасаясь непрошенного магического воздействия.       — Ну, мне досталась только ментальная сторона дара, но… — он поёрзал на своём стуле, немного нервничая, — на самом деле, тётушка Ори меня почти ничему не успела научить, так что…       — Тётушка?! — приоткрыл тот рот от удивления, и померкший было свет вновь засиял в его разуме. — Она ещё и твоя тётя?       — Н-нет, всего лишь… дальняя родственница, — смутившись, Альт отпил ещё глоток чая, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. — Просто… она сама всегда просит её так называть, и я так часто это слышал, что… почти привык…       — Потрясающе! — снова заулыбался Тай. — Признаюсь, я даже немного завидую тебе, Альт! С какими же удивительными людьми ты на короткой ноге!       — Правда?.. — вновь засмущался Альт, улыбаясь. — Я… по правде сказать, не думал, что в этом есть что-то особенное…       — Шутишь? Хотел бы я когда-нибудь лично познакомиться с самой аш Ошоннел! — мечтательно улыбнулся Таймарис. — А здесь, в Кассарии, ты уже с кем-то успел познакомиться?       — Нет, не особо… — отвёл глаза герцог, пытаясь припомнить. — Разве что с тёмными магами из ордена, я останавливался в нём по пути… А, и там же я встретил барона аш Эйбла.       — Мерек аш Эйбл?.. — внезапно помрачнел Тай. — Я с ним лично не знаком, но слышал о нём… всякое. Ты же знаешь об истории их рода?       — Я… да, слышал… кое-что… — неопределённо ответил Альт.       Он сомневался, стоит ли вдаваться в детали того, что он узнал во время и после своей незапланированной прогулки по пещерам Ордена Тьмы. Нет, конечно, он бы ни за что не рассказал кому бы там ни было о том, что Мерек был причастен к несчастному случаю в тех пещерах, из-за чего утонул ребёнок. Не собирался он говорить и об их соглашении не предавать это дело гласности в обмен на то, что Мерек убедит своих людей оставить тёмный орден в покое. Но о прошлом семьи аш Эйблов, похоже, и так знали все, кому не лень?..       — Тогда для тебя не секрет, что его дед был тёмным магом, одним из зачинщиков войны? — уточнил он и, дождавшись осторожного кивка, продолжил: — Но все бы давно забыли об этой истории семисотлетний давности, если бы аш Эйблы и по сей день не портили жизнь всем, кому не посчастливится перейти им дорогу…       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Альтириус.       — Я не знаю подробностей, но от родни слышал, что барон аш Эйбл крайне нечист на руку. Многие уважаемые люди пострадали из-за его грязных интриг и «полезных» знакомств.       Помрачневший Альт ничего не сказал, но припомнил, как Ремигий во время их разговора с бароном упоминал, что местный судья был хорошим другом Мерека. Если уж даже старейшина тёмного ордена не стал рисковать ввязываться в судебные тяжбы с аш Эйблом, сложно было усомниться в правдивости этих слухов.       — Я это говорю только к тому, что если ты не хочешь портить свою репутацию, лучше не светить своим знакомством с аш Эйблом, — вполголоса предостерёг Таймарис, наклонившись поближе к столу, а после вновь улыбнулся. — Не пойми неправильно, это просто дружеский совет. Я ни коим разом не намекаю, что ты как-то с ним связан…       — Да я и не собирался с ним никаких дел иметь… — поспешил заверить его Альт, нервно улыбаясь. — Мы просто познакомились случайно… и мне он тоже показался немного… подозрительным.       — Вот и правильно! — кивнул Тай, вновь расслабившись. — Хотя я понимаю, что тебе, как герцогу, наверняка приходится находить общий язык с самыми разными людьми, даже не самыми приятными…       — Лорий то же самое мне всегда говорит… — слегка улыбнулся Альт.       — Лорий? — не понял тот.       — А, это мой камердинер, — пояснил герцог. — Он всю жизнь служил моему мужу и хорошо знаком с Кассарией… Поэтому в некотором смысле он ещё и мой наставник.       Сказав это, Альт немного погрустнел. Он невольно вспомнил об их недавнем конфликте, отчего вновь почувствовал себя немного неловко.       — Вот как? — вежливо улыбнулся Тай, но светлый не мог не заметить вновь потускневший свет. — Должно быть, очень полезный человек…       — Да, например, он помог мне написать письма к нескольким здешним аристократам, с которыми мне нужно познакомиться, и поэтому я и оказался на почте этим утром, — рассеянно признался Альтириус.       — О, а моего прадеда, графа Улисского, среди них не было случайно? — вновь засиял интересом Тай.       — Кажется… — Альт задумался, пытаясь припомнить фамилии на конвертах, — нет, не было, к сожалению. Лорий почему-то не упоминал о нём. Но я бы с удовольствием когда-нибудь познакомился с графом Улисским, — вежливо улыбнулся он.       — Зачем же «когда-нибудь»? Граф сейчас в городе, и я мог бы познакомить тебя с ним хоть завтра, если хочешь! — охотно предложил Таймарис, дружелюбно улыбаясь.       — Правда? — обрадовался Альт. — А это не сильно его затруднит?       — Конечно нет! — махнул рукой Тай. — Уверен, граф будет рад встретиться с новым герцогом. Может, даже расскажет что-то полезное или ещё чем поможет. Он вообще очень отзывчивый человек и всегда готов помочь.       — Тогда я тоже буду рад с ним встретиться, — несмело улыбнулся герцог.       — Замечательно! — ответно улыбнулся ему Тай. — У тебя будет время в ближайшие дни?       — Лорий сказал, что ответов от других аристократов придётся ждать ещё несколько дней, поэтому… да, я думаю, будет, — заключил Альт.       — Тогда я всё организую сегодня же и завтра сообщу, что и как.       — Завтра? — приятно удивился Альтириус. — Тогда… завтра мы тоже встретимся?       — Я буду только рад! Можем снова пообедать вместе. Ну, может, чуточку позже, чем сегодня, иначе мне на почте голову оторвут… — Он взглянул на часы, тут же удивлённо вскинув брови. — Что-то я совсем засиделся. Если не потороплюсь, голову мне оторвут уже сегодня!       С этими словами Таймарис быстро доел остаток бисквита, запив глотком чая, и поднялся.       — Прости, что так убегаю, но мне и правда нужно торопиться, — чуть виновато склонил он голову.       — Ничего страшного… до завтра, Тай, — с улыбкой попрощался с ним герцог.       — До завтра, Альт! — улыбнулся тот в ответ и чуть ли не бегом покинул ресторан.       Альтириус ещё долго улыбался вслед уходящему новому знакомому. Как же удачно всё складывалось! Ему больше не придётся сидеть в четырёх стенах и ждать неизвестно чего. Вместо этого, как оказалось, можно просто взять всё в свои руки и самому договориться о встрече с ни больше, ни меньше, а с целым графом! Открывающиеся перспективы потихоньку вселяли в сердце герцога долгожданную надежду и даже некоторую уверенность в своих силах.       Альт провёл в уютном ресторанчике ещё несколько минут, наслаждаясь ароматным чаем. Возвращаться совершенно не хотелось, но оставаться здесь вечно он не мог. Вздохнув, герцог расплатился за приятный завтрак и направился в сторону мрачной громадины, вынужденно ставшей для него временным домом.

Глава 36. Восхождение по головам

      Магистр аш Дортмунд проснулся, отчётливо ощущая полный комплект симптомов, знакомых до боли — в прямом смысле слова. Весь рот, включая горло, болел так, словно он хлебнул кипятка, желудок полыхал огнём, а пересохшие глаза, будто забитые песком, с трудом удалось разлепить. Стоило пошевелиться, как дала о себе знать тупая, ноющая боль в печени. Хотя бы голова не сильно болела — и на том спасибо…       Мун не без труда сел на своём одеяле, держась за больной бок, и попытался осмотреться. Солнце было уже высоко, и помимо него, похоже, никто не спал — точнее, почти никого поблизости и не было. Не считая выведенного из строя Патрика, по-прежнему лежавшего на земле, неподалёку сидел один только Ханато, выглядящий также неважно. Рана на его щеке заметно покраснела, как, впрочем, и всё лицо, покрывшееся капельками пота.       Заметив его пробуждение, Ханато поднялся и подошёл поближе.       — Магистр… Как вы себя чувствуете?       Мун попытался было ответить, но только промычал что-то невнятное. Пересохшие, потрескавшиеся губы неохотно слушались, а сказать хоть что-то изъязвлённым языком оказалось не так-то просто — и далеко не приятно.       — Можете не отвечать, — понимающе покачал тот головой, а затем осторожно осмотрел его глаза на свет. — Вы пожелтели, магистр.       Алиэмун взглянул на собственные ладони — действительно, слегка жёлтые.       — Ожидаемо, — прохрипел он, потянувшись за бутылью с бальзамом. — Могло быть и хуже…       — Без помощи целителя в ближайшие сутки-двое вам будет сложно обойтись, — нахмурился аш Нейтиналь. — Да и мне, похоже, тоже.       Мун отхлебнул глоток и с нескрываемым усилием проглотил. Прохладный бальзам казался обжигающим, но всё же это принесло некоторое облегчение — хотя бы говорить стало проще. И только после этого он обнаружил, что бальзама в непрозрачной бутылке осталось не больше глотка.       — Значит, нам нужно заканчивать с этим поскорее… — Взглянув на карманные часы, аш Дортмунд нахмурился: уже половина первого. — Почему меня не разбудили раньше?       — Мы пытались уже трижды, магистр, — слегка виновато улыбнулся Ханато.       Лёгкий оттенок ехидства проскользнул в его сознании, но Мун старательно его проигнорировал.       — Где все? — всё же спросил он, хотя мог бы и не утруждаться: тёмная менталика вновь подчинялась ему, позволяя ощущать присутствие всех троих где-то неподалёку.       — Савестия готовит своих зомби к наступлению, а Гил и Лия недавно направились к ней, чтобы подготовиться к отправке…       — Что? Они уже отправляются? — спохватился аш Дортмунд, напряжённо выпрямив спину.       — Ещё нет, но… — Ханато замялся, поглядывая на него хорошо знакомым дипломатическим взглядом. — Магистр, после того, как мы не смогли вас разбудить…       — Вы собирались оставить меня здесь? — нахмурил брови Алиэмун.       — Скорее… опасались, что у нас не будет иного выбора. Но оставлять вас одного было бы слишком опасно, даже с неживой охраной. Поскольку я… — Ханато небрежным жестом руки указал на свою рану, — и сам не в лучшей форме, я вызвался остаться с вами, если вы не придёте в себя в ближайшее время.       Магистр мрачнел всё сильнее, пока тот говорил. В иных обстоятельствах брать с собой на подобную операцию мага в таком состоянии было бы крайне опрометчивым решением. Вот только ситуация далеко не самая обычная: ждать уже нельзя, а заменить себя аш Дортмунду было некем.       — Но раз вы очнулись, я могу отправиться с ними или остаться с вами… или же мы можем отправиться все вместе, — торопливо пояснил аш Нейтиналь, явно почувствовав нарастающую в его сознании тьму. — Решение за вами, магистр.       — Приемлемый вариант сейчас лишь один, — твёрдо заявил тот, допив остатки бальзама. — Я отправляюсь с вами.       — Вы уверены? — с сомнением спросил Ханато.       — Сегодня мы уже допустили ошибку, разделившись. Второй раз я на это не пойду, — уверенно сказал аш Дортмунд, подхватив собственной тенью пустую флягу и ловко вложив её в руки подчинённого. — Моё тело не в лучшей форме, но силы снова при мне.       Алиэмун с усилием поднялся на ноги и попытался распрямиться, но не смог, схватившись за живот. Поднявшись следом, Ханато поморщился от эмпатически воспринятой боли.       — Магистр…       — Скажи им, чтобы не уходили без меня, — вполголоса попросил Мун, прищурив один глаз. — Я скоро подойду…       Тяжело вздохнув, Ханато без лишних пререканий направился к остальным, оставив магистра наедине с его страданиями. Проведя в кустах непозволительно много времени, Мун привёл себя хоть в какое-то подобие порядка. Однако болело чуть менее, чем всё тело, и идти оказалось тяжело. Он хотел было оседлать своего коня, но того нигде не было видно. Решив, что его увели с остальными лошадьми, аш Дортмунд направился в сторону ментального следа коллег.       Идти получалось лишь очень медленно, и даже так приходилось то и дело останавливаться, чтобы перевести дух. Но минут за пять ему всё же удалось добрался до поляны, почти полностью занятой сотнями зомби.       — Прошу прощения, что заставил ждать, — хрипло произнёс Мун, стараясь идти к собравшимся, как можно меньше выдавая боль своей походкой.       — Так и знала, что вы не согласитесь остаться, — покачала головой Савестия, от цепкого взгляда которой явно не ушло его плачевное состояние.       — Я пытался его отговорить, — развёл руками Ханато.       — Не будем терять время, — прервал их Мун. — Где мой конь?       — Оставьте животное в покое, — со вздохом ответила некромантка. — У меня есть более надёжное решение.       Тут же пара зомби крепкого вида вышли из строя и подошли к небольшой куче брёвен, явно срубленных недавно. В ней виднелись несколько грубо обработанных стволов молодых сосен. Мертвецы синхронно подхватили один из стволов и подошли с ним к Муну, опустив бревно на высоту колена. Пока магистр непонимающе смотрел на это представление, ещё четыре пары зомби, взяв по стволу, направились к остальным.       — Садитесь, — скомандовала Савестия, ловко оседлав бревно и схватившись руками за один из сучков.       Ханато, Гил и Лия без возражений последовали её примеру, и зомби не менее синхронно подняли их на высоту своего пояса, крепко удерживая брёвна двумя руками. Муну не особо нравилась идея вместо своего гнедого оседлать хлипкий сосновый ствол и довериться паре потрёпанных кадавров, но выбора не оставалось.       Зомби несли пассажиров на удивление аккуратно — особенно учитывая, как быстро они бежали по неровному полю. Остальная же стая выстроилась вокруг них оборонительным строем. Пару километров до крепости они преодолели за считанные минуты. Как ни странно, по пути им не повстречались ни живые, ни мёртвые.       Ездовые зомби остановились на расстоянии, с которого можно было не опасаться летящих с крепостной стены стрел. Все — кроме Алиэмуна, очевидно — следовали заранее оговорённому плану, в разработке которого тёмный магистр участия не принимал и даже не был поставлен в известность.       Дождавшись кивка от Савестии, Лия отошла на несколько шагов от группы и расправила своё летательное приспособление. Вызвав восходящий ветер, она попыталась оторваться от земли, но даже не сдвинулась с места. Татуировки на её лице вновь засветились голубоватым светом. Бросив быстрый взгляд на остальных, Лия попыталась снова — и на этот раз успешно поднялась в воздух, всё же потратив с десяток секунд на отрыв от земли.       Воздушница сделала небольшой круг над крепостью, оставаясь за пределом досягаемости возможных атак. Остальные же тем временем заранее готовились принять удар со стороны крепости: тёмные подняли теневые щиты, а зомби перестроились в более плотную защитную формацию, позволяющую отражать летящие стрелы. Вот только никакой атаки так и не последовало.       Спустя пару минут Лия приземлилась рядом с союзниками, немного неловко припав на одно колено, но тут же распрямившись. Её татуировки по-прежнему светились бледно-голубым, а кожа заметно побледнела.       — На стенах никого. Внутри толпа нежити, — отчиталась она перед маршалом на своём языке, пытаясь отдышаться.       — Ясно, — кивнула та, также перейдя на фризский язык, понятный всем присутствующим. — Но не будем терять бдительности.       Сказав это, магистр аш Уоллестаун на несколько секунд прикрыла глаза, и стоявший рядом с ней Алиэмун не сомневался, что она обращается к своему восприятию.       — Внутри четверо погибших, — скорбным голосом сообщила Савестия. — Но Фелуса среди них нет. А что насчёт живых? — выжидающе взглянула она на коллегу.       Мун напрягся, всматриваясь вдаль. Диапазон его ауры всё ещё не до конца восстановился, но с этого расстояния он уже мог разглядеть большую часть крепости.       — Около трёх десятков… возможно, больше, — сказал он и вдруг резко распахнул глаза. — Вижу аш Йульберга! Немного ниже уровня земли.       — Значит, я не ошибся. Он действительно в подземелье! — победно заключил Ханато.       — Но как же мы преодолеем стену?.. — спросил Гиларий, с надеждой поглядывая на Лию, молча стоявшую рядом с маршалом. — По воздуху?       — Это слишком энергозатратно, — мотнула головой Савестия.       — Я выдержу ещё три-четыре подъёма, если понадобится, — серьёзно заверила Лия.       — Магистру наверняка понадобится помощь, но мы с Ханато можем перебраться и сами, — торопливо добавил Гил, и Ханато кивнул, хоть и несколько неуверенно.       — В этом совершенно нет нужды, — отрезала некромантка, направляясь к стене вместе с остальными магами. — Вам всем стоит поберечь силы — они могут пригодиться за этими стенами. Мне же в любом случае придётся поднять наверх несколько сотен зомби. Все они уже обучены базовым техникам штурма — это не потребует много сил.       Под прикрытием выстроившихся перед ними мертвецов, дополнительно усиленных теневыми щитами, все пятеро поднялись на небольшое возвышение, окружавшее крепость. Сопровождавшие их мертвецы подошли к крепостной стене почти вплотную. Из камня торчали острые шипы, но зомби лишь схватились за них руками, не торопясь подниматься. Следующая партия кадавров встала позади них на четвереньки, а следующие за ними забрались на их спины и схватились за шипы повыше. Постепенно к ним подтягивалось всё больше зомби, выстраиваясь вдоль стены на удивление аккуратной лестницей из неживой плоти. Не прошло и пары минут, как ступеньки дошли до самого верха, но мертвецы всё продолжали подходить, укрепляя сооружение.       Савестии удалось произвести определённое впечатление даже на Муна. Столь продвинутые манипуляции с множеством мертвецов наверняка требовали немало сил, концентрации и контроля — как для подготовки, так и для исполнения. Подобные конструкции на памяти Муна уже использовались для осады этой крепости, но обычно их выполняли сотни некромантов совместными усилиями, и тренировались для этого многие месяцы. Как правило, что-то шло не так, и даже самые примитивные конструкции разваливались прежде, чем все по ним успевали подняться. Однако по виду Савестии, сосредоточенно управляющей происходящим, можно было догадаться, что и от неё это требовало немалых усилий.       Не дожидаясь окончания строительства, маршал решительно наступила на спину самого нижнего зомби, растянувшегося на земле, а с него перешла на спину следующего, стоявшего на четвереньках. Медленно, но верно она шла по спинам, плечам и головам своих неживых рабов, изредка придерживаясь за услужливо вытянутые синюшные руки, как за перила.       — Чего вы ждёте? — остановившись на середине пути, жёстко спросила она оставшихся на земле спутников, дружно наблюдавших за происходящим.       Встрепенувшись, явно впечатлённая увиденным Лия первой последовала за Савестией. Воздушница на удивление быстро наловчилась идти по мягким, поддающимся ногам ступеням — впрочем, падение ей определённо не грозило.       Переглянувшись с подчинёнными, Мун пропустил их вперёд, понимая, что вряд ли сможет подниматься столь же быстро. Тратить крайне ограниченные силы почём зря не хотелось, поэтому взбирался он без помощи теней, оставаясь при этом наготове подхватить себя или впереди идущих, случись кому-нибудь сорваться.       Это оказалось не так-то просто: от нагрузки боль становилась особенно изнурительной. Уже к середине пути он упал на «ступеньку» одним коленом, но руки мертвецов тут же подхватили его, не позволив соскользнуть вниз. Ханато и Гил попытались помочь ему тенями, но тут зомби, на которого опирался Мун, сам пополз на четвереньках по своим собратьям. Это застало магистра врасплох, вынуждая буквально привязать себя тенями к этой ползучей ступеньке, чтобы не упасть.       Не прошло и минуты, как они впятером забрались на крепостную стену, получив возможность осмотреться. Отчёт воздушницы подтвердился, и вместе с тем становилось ясно, куда же исчезли окружавшие крепость мертвецы — или немалая их часть, по крайней мере. Внутри крепостных стен практически не оставалось свободного места: всё пространство занимали зомби, казавшиеся бесконтрольными.       Некоторые даже были чем-то заняты — Мун сразу заметил двоих, что пинали друг другу чью-то голову, и того, который пытался оттереть кровь от земли чьими-то кишками. Многие из них заметили движение на стенах и теперь бездумно смотрели на них, шипя и огрызаясь, но нападать не пытались — или же просто не понимали, как забраться наверх. На самих же стенах, действительно, не было видно охранников — зато виднелись их фрагменты.       Маршальская нежить тем временем постепенно поднималась за ними по той же «лестнице». Повинуясь воле хозяйки, зомби распределялись вдоль стены, постепенно охватывая весь периметр крепости.       — Где все выжившие? — спросила Савестия, напряжённо осматриваясь.       — Большая часть где-то в казармах, — ответил Мун, указав вперёд и направо, — скорее всего, второй-третий этаж. Ещё двое в стороне от них — кажется, в районе конюшен. А аш Йульберг — в подземельях, метрах в сорока от нас.       — Ясно. Для начала нужно разобраться с этим бардаком. Это я возьму на себя, — сказала Савестия. — Без моей команды не вмешивайтесь.       Пока она говорила, собравшиеся на стенах зомби начали спрыгивать во внутренний двор. И, в отличие от прошлой битвы, с врагами они больше не церемонились. Каждый из сотен бойцов под надзором хозяйки находил себе цель и тут же сворачивал ей шею. Некоторые подбирали валяющееся на земле оружие или отбирали его у поверженных, и с его помощью добивали зомби классом повыше, в усиленной броне.       Бесконтрольные мертвецы не сдавались без боя, однако им было нечего противопоставить идеально скоординированным действиям зомби под предводительством маршала аш Уоллестаун. Муну — как, впрочем, и остальным магам — оставалось только наблюдать за её работой. Но не прошло и пары минут напряжённой борьбы, как Савестия чуть качнулась вперёд, в опасной близости от края стены. Мун, и сам с трудом стоявший без опоры, придержал её за плечо на всякий случай, на что та даже не отреагировала, полностью сосредоточившись на битве.       Тёмный магистр понимал, что ручное управление армией из двух-трёх сотен мертвецов не даётся Савестии даром. Пока её глаза стремительно перемещались по полю битвы, пальцами она крепко сжимала рукоять меча, а на сосредоточенном лице выступил пот. Иначе и быть не могло: всё же маршал уже потратила немало магической энергии за последние дни.       Даже самые продвинутые техники экстренного восстановления сил возвращали лишь малую их часть, позволяя продолжить пользоваться магией крайне ограниченное время. Многие зомби под контролем Савестии теперь просто стояли, позволяя врагам себя одолеть, и с каждой секундой таких становилось всё больше. Очевидно, маршалу приходится пожертвовать частью войск, чтобы сохранить возможность прицельного управления остальными.       Алиэмун уже раздумывал не пойти ли против просьбы Савестии и всё-таки помочь ей разобраться с оставшимися мертвецами, как вдруг со стороны конюшен началось какое-то странное шевеление. Сквозь приоткрытую дверь выбегали десятки новых мертвецов. Только попав во внутренний двор, они начинали скоординированно атаковать ближайших противников.       Стоящие на стене крепости маги внимательно следили за новоприбывшими мертвецами, пытаясь определить, на чьей они стороне. Это легко могли быть силы аш Йульберга, однако довольно быстро стало очевидным, что те атакуют только бесконтрольных.       — Они под контролем оставшихся некромантов, — с облегчением выдохнула маршал.       — Похоже, они не сидели без дела, — отметил Гиларий, наблюдая, как стремительно меняется баланс сил на поле боя.       — Иного я и не ожидала от своих людей, — едва заметно улыбнулась Савестия.       За считанные секунды зомби союзников распределились по внутреннему двору, присоединяясь к самым проблемным очагам битвы.       — С остатками зомби управятся в автономном режиме, — сообщила маршал, оглядывая постепенно затухающее сражение внизу. — Мы уже можем спуститься.       Вслед за ней маги направились к ближайшей угловой башне, позволяющей спуститься со стены во внутренний двор. Опустив решётку, они обнаружили на ступеньках несколько «отдыхающих» мертвецов, которые поднялись на ноги и угрожающе зашипели, завидев живых. Лия уже подняла было руки, явно намереваясь сбросить их порывом ветра, но маршал остановила её жестом. Сопровождавшие мертвецы прижали дикарей к стене, позволяя хозяйке с лёгкостью пополнить свою армию ещё горсткой бойцов.       — Бесконтрольные наверняка прячутся по всему зданию, — пояснила аш Уоллестаун, выходя из башни. — Я не смогу защитить вас от тех, кого не вижу, поэтому сохраняйте бдительность. Алиэмун, вы следите за позицией аш Йульберга?       — Он не сдвинулся с места. Без сознания либо по-прежнему в своём аватаре, — ответил Мун, прислушиваясь к своей ауре, но тут же напрягся: — Двое из конюшни движутся в нашем направлении. Они совсем близко.       Вскоре из той же конюшни, откуда недавно появилась поддержка в лице зомби, показались двое некромантов. Один из них выглядел древним стариком, а второй — совсем ещё юнцом. Алиэмун смутно припоминал старшего из них в лицо, но имя вспомнить не смог. Некроманты подошли вдоль стены, уже очищенной от вражеских сил, и синхронно отдали честь.       — Майор аш Вегиль, лейтенант аш Минстон, — кивком поприветствовала их Савестия, начиная с младшего. — Доложите обстановку. Что здесь произошло?       — Маршал, мы сами… не вполне понимаем, — сбивчиво начал майор аш Вегиль — светловолосый рыхлый юноша, по виду которого сложно было догадаться о довольно солидном ранге. — Но…       — Генерал аш Хейшильд, по всей видимости, мёртв, маршал, — скрипучим голосом продолжил за него седовласый аш Минстон, рука которого была подвязана к шее и перебинтована от кисти до локтя.       — Это мне уже известно, — холодно сообщила Савестия, но тёмный коллега заметил всколыхнувшуюся в её сознании тьму. — Его убил полковник аш Йульберг.       — Вы… тоже так думаете? — удивился аш Вегель, а затем нервно затараторил: — Мы с коллегами пришли к выводу, что этой версии нельзя исключать, когда нашли его и не смогли разбудить, а генерал к тому времени уже ушёл за ворота, а до этого его мертвецы…       Маршал прервала его резким жестом руки.       — У нас нет времени на вашу болтовню, Юстис, — поморщилась она, стараясь говорить спокойным тоном. — Расскажите краткую версию. По порядку.       Заметно вспотевший майор нервно сглотнул, но попытался успокоиться и вспомнить, с чего всё началось…

Глава 37. Доблесть, нежить и честь

      Ещё прошлым вечером майор Юстис аш Вегиль ужасно радовался, что генерал аш Хейшильд отказался от идеи отправить его в патруль, оставив в крепости до конца учений. Обычно здесь оставляли тех, кому иного места в обороне не нашлось. Роль последних защитников крепости считалась в меру почётной для старшего поколения некромантов, не обладавших достаточной силой, либо уже утративших её, но для большей части молодёжи, кроме совсем уж бездарей, «ссылка» в крепость, напротив, представлялась сродни наказанию. Однако для Юстиса, в отличие от большинства ровесников, это была настоящая отдушина.       По сути, оставшихся некромантов запирали в этих стенах на несколько недель — вплоть до финальной битвы. Всё это время они лишь мучились скукой, вынужденные по очереди «охранять» и без того неприступные стены от несуществующей угрозы внезапных атак — за все годы учений ни единый отряд нападения не решился на подобный манёвр раньше срока. В крепости сложно было отличиться, да и поражение стороны обороны оставалось вопросом времени. В лучшем случае можно было «блеснуть», удержав противника чуточку дольше средних значений за предыдущие годы.       И всё же Юстис был доволен оказаться здесь. Он получил звание майора по итогам прошлогодних учений, когда без малого случайно сыграл ключевую роль в захвате одной из сложнейших башен. В свои шестьдесят восемь он не мог не понимать, что так скоро дослужился до майора никак не за отличия в тактике или стратегии, не за скудные таланты руководителя и не за почти отсутствующие амбиции — в этом плане он был далеко не самым типичным некромантом, к собственному сожалению.       Но всё это с лихвой компенсировала сырая сила. Множество старших товарищей по ордену, куда более достойных звания майора, веками тщетно старались отличиться, но так и оставались вечными лейтенантами наравне со свежими выпускниками ордена. Все они — несомненно, со вполне обоснованным неудовольствием — теперь были вынуждены ему подчиняться. И всё лишь потому, что они едва могли управлять даже десятком мертвецов одновременно, когда как Юстису было под силу худо-бедно удерживать хоть сотню, а с полсотней — даже выполнять в меру продвинутые задачи.       По итогам обучения его причислили аж к девятому уровню магического потенциала — и это при том, что у самой аш Уоллестаун был одиннадцатый, а у аш Хейшильда — двенадцатый, максимальный. Не то, чтобы ради этого он особо напрягался во время учёбы — просто так уж сложилось, что он с этим родился. Разве что техника овладения аватаром так Юстису и не поддалась, иначе и до десятого мог бы дотянуть.       И теперь на одном только этом основании все ждали от него успехов в командовании толпой чванливых стариков, воспринимающих его как угодно, но не как главного. Хуже того, сам Юстис не чувствовал себя в праве отдавать приказы тем, кто ещё недавно был ему равным — включая тех, кто был старше его в разы и несопоставим по опыту. Но кто же спрашивал, хочет он этого повышения или нет?.. Уж точно не маршал аш Уоллестаун…       За первые дни с прибытия в крепость аш Вегиль уже успел расслабиться, решив, что хоть на этот год отделается чисто формальным «командованием», не покидая стен крепости. Увы, уже прошлым вечером он заподозрил что-то неладное. Юстис со своими подчинёнными отвечал за подготовку лошадей и всего необходимого для отправки последних патрулей. Они должны были перехватывать группы атакующих между башнями и всячески мешать им беспрепятственно набирать очки.       Генерал, занятый выдачей патрульным положенной им нежити, выглядел всё бледнее с каждой минутой. Как только последний отряд покинул крепость, аш Хейшильд, ничего не объяснив, чуть ли не бегом направился в свою комнату. Отдельную, надо заметить: такая «роскошь» полагалась только единственному генералу обороны и полковнику аш Йульбергу, вынужденному задержаться в крепости на несколько дней — его башня пришла в негодность из-за инцидента с той воздушницей, которую Юстис видел лишь мельком.       Увы, но все четверо майоров, как и три десятка лейтенантов, были вынуждены ютиться на жёстких койках в старых казармах. Именно там аш Вегиль и находился, когда всё пошло наперекосяк…       — Юст, а что с генералом стряслось, не знаешь? — спросил смуглый черноволосый Таир, присевший на соседнюю койку.       Он был одним из немногих лейтенантов, с которым Юстис сохранил дружеские отношения после повышения — да и то лишь потому, что они были одногодками и вместе прошли через все двадцать лет обучения в ордене.       — Нет, а что? — переспросил аш Вегиль, отложив в сторону прихваченную из дома книгу.       — А ты не слышал? Старина аш Минстон рассказывал, как сегодня в лечебнице дежурил…       Таир перевёл взгляд на сидевшего в соседнем ряду лейтенанта аш Минстона — одного из старейших в ордене. Поняв намёк, тот не без усилия поднялся, кряхтя, и подошёл к ним.       — Я сам видел, как в лечебницу вломился аватар генерала аш Хейшильда! — охотно поделился он своей историей. — Уж не знаю, был ли это генерал собственной персоной или только его питомец, но он унёс с собой почти весь бальзам и…       — Слышите? — вдруг перебил его Таир, настороженно подняв указательный палец. — Снаружи кто-то кричит…       Окон, ведущих во двор, с этой стороны крепости не было, поэтому Юстис прикрыл глаза, заглянув в голову Тильды — своей лучшей боевой зомби, из которой уже давно и безуспешно пытался сделать аватара. Хотя управлять ей напрямую не получалось, вложенных в неё магических сил хватало, чтобы видеть её глазами. И то, что он увидел, совершенно ему не понравилось.       Многие из мертвецов резерва, обычно стоявших вплотную друг к другу вдоль внутренних стен, теперь разбрелись по всему двору. Большая их часть только бессмысленно шаталась из стороны в сторону, но некоторые уже принялись атаковать всё, что попадётся под руку.       Юстис резко вскочил на ноги, окинув беглым взглядом десяток встревоженных коллег по ордену — среди собравшихся он оказался старшим по званию, но едва ли не младшим по возрасту. Однако выбора не оставалось…       — Мертвецы вышли из-под контроля! — громко оповестил он. — Быстро, на выход!       Все, даже самые несговорчивые старики без колебаний подчинились — к некоторому удивлению майора.       — Чьи? Почему? — попытался на бегу расспросить его Таир.       — Не знаю… их много, — мрачно ответил Юстис, спускаясь по лестнице.       Добежав до двери, они ошеломлённо уставились на развернувшееся снаружи побоище. Похоже, далеко не все мертвецы вышли из-под контроля: примерно половина нежити по-прежнему стояла ровными рядами. Они никак не реагировали на происходящее, но защищались на автомате, если бесконтрольные атаковали первыми.       На земле же в центре двора отчётливо виднелась кровь, но даже без помощи глаз все присутствующие некроманты уже знали, что где-то там посреди побоища лежит свежий труп.       — Кто это там?.. — мрачно спросил аш Минстон.       — Генерал, наверное? — неуверенно ответил ему Таир.       — Не он же, нет?.. — не верил своим ушам аш Минстон. — Не может этого быть…       — Но откуда тогда всё это? — Таир кивнул в сторону окна, где разбредались сотни явно бесконтрольных мертвецов. — Разве что… это полковник аш Йульберг?       Сил Юстиса тоже не хватало, чтобы так быстро опознать труп, но сейчас было не время это выяснять.       — Боевое построение пять, возле входа, — скомандовал он, потратив на размышление не более пары секунд. — За мной!       Зомби всех присутствующих тут же выстроились в защитную формацию рядом со входом. Однако его собственные два десятка мертвецов, включая верную телохранительницу Тильду, составляли большую часть их защиты. Как же некстати, что почти все зомби до финальной битвы были распределены между генералом и полковником, для которых не составляло труда их удерживать, в отличие от младших коллег по ордену. Но деваться было некуда — пришлось выходить под прикрытием тех, что были.       — Перехватывайте всех, кого сможете, — скомандовал майор, медленно продвигаясь вперёд, — но не рискуйте больше необходимого!       Вскоре из-за угла крепости показались и другие группы некромантов под руководством коллег Юстиса по рангу. Постепенно к битве подключились все три десятка некромантов, поделив между собой немаленький внутренний двор. За несколько минут им совместными усилиями удалось собрать большую часть взбунтовавшихся мертвецов, но вдруг сзади раздался крик. Резко развернувшись, Юстис увидел, как кого-то из отставших от его группы повалили на землю несколько бесконтрольных.       — Это аш Минстон! — крикнул Таир, тут же рванув назад. — Держись, старик, я сейчас…       На несколько бесценных мгновений Юстис оцепенел. Тем временем Таир и три подконтрольных ему мертвеца пытались за руку вытянуть кричащего товарища из-под навалившейся своры. Бесконтрольные, похоже, даже не успели всерьёз атаковать старика, а лишь беспорядочно пинали его, словно малолетняя шпана. Но стоило Таиру попытаться отобрать у них добычу, как все шестеро переключили внимание на него. Всего мгновение — и ему свернули шею.       Лишь тогда Юстис сумел стряхнуть оцепенение. Поддавшись ярости, он приказал своим зомби разорвать проклятых тварей, посмевших напасть на бывших хозяев. По крайней мере, жертва Таира не была напрасной: лейтенант аш Минстон с помощью товарищей поднялся на ноги — основательно помятый, с явно вывихнутой рукой, но всё же живой. Все они молча столпились вокруг погибшего, но Юстис так и не нашёл в себе сил подойти к телу друга — аура подсказывала, что ему уже не помочь.       — Сейчас не время! Вперёд! — ожесточённо прикрикнул Юстис, указывая на другой конец двора, где всё ещё сражались остальные некроманты.       Лишь когда двор был чист от взбесившейся нежити, они выяснили, что вторым погибшим оказался пожилой лейтенант, дежуривший этим вечером на воротах. Согласно стандартному протоколу, некроманты не имели права прикасаться к трупам магов без ведома главнокомандующих, поэтому они лишь молча собрались в середине двора рядом с телами погибших.       — Павших только двое? Кто-нибудь видит других? — взволнованно спросил долговязый майор аш Грингофен — один из немногих, с кем Юстис чувствовал себя почти на равных, возможно, из-за всего полувека разницы в возрасте.       Ответом ему была тишина. Некроманты молча переглядывались в растерянности. И хотя вопрос, крутившийся в голове каждого из них, был очевиден для всех присутствующих, аш Вегиль всё же решился высказать его вслух:       — Но если и генерал, и полковник живы, каким же образом столько зомби могли выйти из-под контроля?..       — Нам нужно найти главнокомандующих, и поскорее, — после недолгой паузы констатировала седовласая майор аш Дорц, небрежно стирая кровь с морщинистого лица.       — В чрезвычайных ситуациях следует оставаться на месте до иных распоряжений, — строго напомнил немолодой чернобородый майор аш Иглис. — И мы не станем нарушать…       — Полковник аш Йульберг в коме, — вдруг раздался громогласный голос аш Хейшильда.       Все встревоженно уставились на вышедшего из крепости генерала, облачённого в полный боевой доспех. Из шлема виднелось только немного побледневшее лицо. До сих пор стоявшие возле ворот мертвецы послушно выстроились перед хозяином.       — Что с ним случилось? — напряжённо спросил майор аш Иглис.       — Несчастный случай, — сухо пояснил генерал, решительно направляясь в сторону ворот. — Ударился головой.       — Где он? — послышался встревоженный голос аш Грингофена.       — В лечебнице, но ему уже не помочь, — мрачно ответил аш Хейшильд, стягивая к себе всё больше мертвецов. — Не приближайтесь к нему, если не хотите, чтобы Стража сочла вас подозреваемыми. И не трогайте трупы.       Подчиняясь его воле, нежить опустила ворота, и лишь тогда присутствующие смогли оценить масштабы бедствия. Даже тот крошечный кусочек поля, что удавалось разглядеть изнутри крепости, был усеян беспорядочно блуждающими мертвецами.       — Я должен восстановить контроль над нежитью полковника, — сообщил генерал, задержавшись возле ворот. — Ждите моего возвращения в казармах. Это приказ!       Генерал вышел за пределы крепостных стен в сопровождении нескольких десятков зомби, в числе которых Юстис приметил того чужеземца из башни, сильно выделяющегося своей одеждой. Некоторые некроманты попытались подойти к выходу, но часть генеральской нежити осталась внутри, преграждая им путь.       Когда ворота были закрыты, мертвецы распределились по углам, не позволяя подняться на стены, а вход в крыло с комнатами высших чинов и лечебницей охраняли аж пятеро из них.       — Почему вы всё ещё здесь? — командным голосом спросил майор аш Иглис. — Возвращаемся в казармы! Приказ генерала!       Потоптавшись ещё немного в центре двора, некроманты были вынуждены подчиниться. Следующие пару часов некроманты тщетно пытались уснуть — все, кроме аш Иглиса, которого всеобщая проблема бессонницы обошла стороной. Остальные же три майора заснуть даже не пытались. Стараясь не поднимать шум и не тревожить подчинённых, они вышли в коридор, чтобы организовать неживую охрану на всякий случай, а заодно обсудить случившееся без посторонних ушей.       — Всё это крайне подозрительно, — отметила Васса аш Дорц, расставляя захваченных во время битвы мертвецов вдоль коридора. — Полковник аш Йульберг был здоров и молод. С чего бы вдруг ему впадать в кому? Из-за шишки на голове?..       — И нежити на нём было не так уж и много, — кивнул рыжеволосый Хелмут аш Грингофен, пытаясь рассмотреть кусочек неосвещённого двора через узкую щель бойницы. — Среди тех, кто за стеной — так уж точно.       — Кого же тогда собирает генерал? — недоумевал Юстис. — Своих… собственных?..       Те не ответили, но их молчание говорило о многом.        — И разве не полковнику достался тот новенький из захваченной башни? — не удержавшись, добавил аш Вегиль. — Я точно помню…       — Вот что, — прервала его майор аш Дорц. — Предлагаю пойти и самим во всём разобраться.       — Мы не можем оставить их без присмотра, — Хелмут кивнул в сторону жилых комнат.       — Ничего им не сделается! С ними же Гнусь, — отмахнулась та, явно намекая на майора аш Иглиса. — Оставим здесь с полсотни для верности. Нам много не понадобится, чтобы просто осмотреться…       Переглянувшись, оба согласились. У старших коллег хватало излишков нежити, поэтому Юстис лишь чисто символически выделил пару мертвецов для охраны казарм — не пришлось даже призывать со двора собранных во время битвы. Закончив с организацией безопасности подчинённых, вскоре они втроём вернулись во двор, где к тому времени заметно прибавилось мертвецов.       Вооружившись факелами, майоры наблюдали, как генеральская нежить возвращается к воротам — даже те, что охраняли вход в лечебницу. Часть из них опускала тяжёлую дверь, когда как остальные выстроились защитной формацией перед входом, никого не впуская и не выпуская. Расступились они только когда сквозь врата начали пробегать десятки, если не сотни новых зомби — очевидно, собранных генералом, которого с ними не оказалось.       Пока нежить продолжала стремительно прибывать, Васса отправила пятерых своих мертвецов к дверям в лечебницу — на место ушедших генеральских охранников.       — За мной, — шёпотом скомандовала она коллегам, направляясь ко взятой под контроль двери.       Поняв, что у неё на уме, аш Вегиль нервно сглотнул. Он понимал, что ответственности им не избежать, если подозрения окажутся беспочвенными, а генерал прознаёт, что они ослушались приказа. Но раз уж даже осторожный и предусмотрительный Хелмут последовал за бесстрашной коллегой, Юстис не мог не пойти с ними.       Они зашли в лечебницу, однако никого в ней не обнаружили. В какой-то степени это даже принесло облегчение: генерал аш Хейшильд основывал свой приказ на лжи, а значит, их неподчинение было обоснованным.              Возле дверей в жилые комнаты дежурил всего один мертвец. Не дожидаясь коллег, Юстис скрутил охранника руками сопровождавшей его Тильды и перехватил на свою сторону. Выломать дверь в генеральские покои с помощью нескольких кадавров оказалось несложно. Войдя, все трое ошеломлённо замерли, освещая комнату принесёнными факелами.       На полу хватало неприглядных пятен и кровавых разводов, у кровати валялась разбитая бутылка бальзама, по всей комнате были разбросаны личные вещи… Можно было подумать, что тут кто-то корчился в агонии… или, как минимум, ожесточённо с кем-то сражался. Кровавые следы вели к дверям и дальше — в коридор. Глазами кровь было не увидеть — кто-то явно пытался затереть её наспех, но при ближайшем рассмотрении некроманты заметили остаточные разводы своим восприятием.       Следы крови привели в соседнюю комнату, принадлежавшую одному из отправленных на задание полковников. А точнее — к сундуку с личными вещами, который оказался не запертым. Открыв его, некроманты обнаружили полковника аш Йульберга, мирно свернувшегося в позе зародыша под ворохом чужой одежды.       — Он что, и правда в коме?.. — с подозрением спросил Юстис, безуспешно попытавшийся его растолкать.       — Возможно, но почему он здесь, а не в лечебнице?.. — Васса недоверчиво приоткрыла глаз полковника, присматриваясь. — Или же… он в своём аватаре.       — Кто-нибудь видел его аватар сегодня? — озадаченно спросил аш Грингофен.       Юстис только пожал плечами. Аватар полковника аш Йульберга, в отличие от большинства других, легко можно было спутать с любым из обычных мертвецов. Та же стандартная форма, бритая голова, совершенно непримечательная внешность простого мужчины средних лет… В таком аватаре ему бы ничего не стоило затеряться среди любого скопления зомби разных хозяев, и вряд ли многие заподозрили бы неладное, сочтя его питомцем одного из коллег. Опасный потенциал подобной тактики всегда казался Юстису настолько очевидным, что он всерьёз удивлялся, почему магистр аш Уоллестаун до сих пор не ввела какую-нибудь обязательную маркировку для аватаров.       — Что будем с ним делать? — осторожно спросил аш Вегиль, когда пауза затянулась.       В комнате стояло тяжёлое молчание. Собравшиеся некроманты смотрели на бессознательное тело вышестоящего по званию и пытались понять, что же на самом деле происходит.       — Может, в лечебницу его? — задумчиво предложил аш Грингофен. — Может, он и не в коме, но… вдруг ему получится как-то помочь?       — Не думаю, что это хорошая идея. Предлагаю закрыть его в подземелье от греха подальше, — предложила аш Дорц. — Если он в коме, хуже ему уже не станет. А если нет… хуже может стать нам.       — Ладно, согласен, — поразмыслив пару мгновений, кивнул аш Грингофен. — А когда вернётся генерал, будем вместе разбираться, что к чему.       Взгляды майоров скрестились на Юстисе, который сумел только неуверенным кивком подтвердить и своё согласие. После чего он мысленно подозвал Тильду и приказал ей вытащить аш Йульберга из сундука. Но стоило ей только приподнять его, как из ближайшего шкафа выскочил ещё один зомби и неожиданно воткнул кинжал в основание шеи Тильды. Её руки разжались, выпустив полковника обратно в сундук, а сама она повалилась на пол в шаге от хозяина, ошеломлённого вспышкой острой головной боли.       Юстис отшатнулся назад, призывая на помощь всех своих мертвецов. Но нападавший, в котором некроманты не без труда распознали аватар аш Йульберга, лишь стоял на месте, пока его не повалили на пол уцелевшие телохранители.       — Что, Отца ради, происходит?! — возмутился Юстис, не отрывая глаз от основательно подпорченной Тильды, которую теперь долго придётся восстанавливать.       — Это явно уже не аватар, — со знанием дела отметила Васса. — Он действует автономно, и похоже, что его хозяин успел задать только одну задачу: убить того, кто попытается вытащить его из сундука.       Но Юстис с трудом мог сосредоточиться на её словах, чувствуя, что призванные им мертвецы с кем-то сражаются возле входа.       — Быстрее! — крикнул он, пока неживые подручные коллег вытаскивали бессознательного аш Йульберга из ящика.       В коридоре их уже встречали двое ощетинившихся зомби, которых старшие майоры тут же перехватили на свою сторону.       — Похоже, это те самые, что охраняли ворота и вход, — отметила аш Дорц, продолжая идти в сторону подземелья, вход в которое открывался из подвала этого крыла крепости.       — Без прямого приказа присутствующего рядом некроманта они могли отреагировать только на угрозу своему хозяину, — обеспокоенно констатировал и без того очевидное аш Грингофен.       — Но как же генерал аш Хейшильд мог управлять мертвецами аш Йульберга?.. — на бегу задавался вопросом аш Вегиль.       Самый очевидный — и одновременно самый невероятный — ответ на этот вопрос, без сомнения, был известен всем троим: это возможно, только если генерал мёртв, а его телом управлял сам аш Йульберг. Но поверить в такое объяснение было попросту невозможно — вероятно, поэтому ни один не высказал эту версию вслух.       Добравшись до подземелий, они заперли аш Йульберга в одной из десятка камер, каждая из которых была изготовлена на совесть, пусть и в учебных целях. Решётка была выплавлена и установлена земляными магами — с расчётом на то, чтобы силами нежити её было практически невозможно сломать. Иногда это подземелье использовалось для дополнительных практических целей — особенно в года, выпавшие орденам Огня и Земли. Даже сотня зомби вряд ли помогла бы выбраться отсюда без ключа и посторонней помощи.       На всякий случай оставив полковнику бочонок с водой, все трое выбрались на поверхность, где за время их отсутствия заметно прибавилось нежити. Двор был занят почти битком, но все они просто стояли в ожидании приказов. И только те немногие, что защищали ворота и двери, были повержены нежитью майоров.       — В казармы? — спросил Юстис. — Нужно сообщить остальным.       — Сначала посмотрим, что творится снаружи, — аш Грингофен махнул им рукой, направляясь к угловой башне.       Но не успели они сделать и пары шагов, как все приведённые из-за стены мертвецы внезапно зашевелились. Прежде, чем Юстис понял, что произошло, кричащего аш Грингофена уволокла толпа взбунтовавшейся нежити. Подконтрольные всем троим мертвецы попытались его отбить, но не прошло и пяти секунд, как в восприятии аш Вегиля появился ещё один свежий труп, а подчинённые аш Грингофену мертвецы пополнили ряды бесконтрольных.       Ошарашенный Юстис чувствовал, как аш Дорц потянула его за руку. Он последовал за ней бегом, уцелевшей нежитью пытаясь расчистить себе коридор для отступления. Они не могли вернуться в казармы: вокруг двери было слишком много нежити, да и дверь была заперта — перед выходом во двор аш Вегиль лично запер её одним из оставшихся внутри питомцев. Хуже того, благодаря этим питомцам он уже знал, что в коридорах царил точно такой же бардак благодаря бывшим охранникам, принадлежавшим покойному майору.       Кое-как освободив себе путь, Васса и Юстис смогли пробиться к ближайшей двери, ведущей в конюшню. Увы, она оказалась заперта. Они попытались выломать её, но все внешние двери были слишком прочны для нежити.       Васса судорожно озиралась по сторонам в поисках подходящего убежища, но собравшиеся на шум кадавры схватили её и бесцеремонно отсекли голову чьим-то мечом. Юстис тщетно пытался ей помочь, спрятавшись за спинами последнего десятка своих мертвецов. Вжавшись спиной в дверь, он уже почти смирился с неминуемой смертью, как вдруг дверь приоткрылась, а его буквально втащили внутрь.       — Лейтенант аш Минстон!.. — ошарашенно уставился на старика запыхавшийся Юстис, кое-как поднявшись на ноги. — Как вы… что вы здесь делаете?..       — Я собирался отправиться за стену, чтобы… рассказать маршалу о случившемся, — немного нервно пояснил лейтенант, болезненно придерживая перебинтованную руку. — Но когда я добрался до конюшни, проклятые зомби снова взбесились. А потом я услышал вас и… слишком долго не мог заставить себя даже подойти к двери. Простите, что так долго медлил.       Старик склонил голову, не отводя от него печальных глаз, в которых Юстису почему-то виделся упрёк. Хотя чему тут удивляться?..       — Не стоит извиняться… — всё ещё тяжело дыша, мрачно покачал он головой. — Я и сам ничем не лучше. Моя нерасторопность стоила жизни Таиру… и уже не только ему…       — Зато все остальные по-прежнему живы, — перебил его аш Минстон. — Включая нас с вами. В этом немалая доля вашей заслуги, майор аш Вегиль, — несмотря на явную боль, лейтенант приложил к груди раненую правую руку и высоко задрал подбородок, отдавая честь.       Юстис несколько секунд растерянно смотрел на него, а после резко отвернулся. Ведь некроманты никогда не в праве давать волю чувствам, что бы ни произошло на поле боя. Этому учили в ордене, но почему-то никто не предупреждал, что на деле это окажется так тяжело…

***

      Алиэмун слушал путанный, торопливый рассказ майора аш Вегиля, прислонившись спиной к ближайшей стене. Из-за слабости и боли оставаться на ногах становилось всё тяжелее с каждой минутой, но дурное самочувствие не мешало понять из услышанного, что ситуация даже сложнее, чем казалось изначально.       Получалось, что аш Йульберг не соврал, когда в разговоре с Савестией перед битвой сам признался в отравлении генерала. Чем именно отравил и почему выбрал именно этот способ убийства, им ещё предстояло выяснить на допросе, для которого хватало и других пробелов в понимании ситуации. Например, что помешало аш Йульбергу просто уйти, как только он подслушал их с Савестией разговор?       Но вместо того, чтобы тихо покинуть пределы страны, он решил напоследок убить генерала и нескольких своих коллег. Его стараниями Орден Некромантии всего за сутки лишился как минимум шестерых членов, включая генерала и двух майоров. И это если не считать самого полковника аш Йульберга, который теперь в лучшем случае будет обречён провести остаток дней за решёткой — за которой и так уже оказался, что было как нельзя кстати.       На всякий случай Мун вновь растянул ауру, убедившись, что аш Йульберг по-прежнему на месте и не в сознании, при этом невольно отметив, что растягивать ауру становится всё сложнее. Нужно было поскорее завершить это дело, пока последствия перерасхода не вывели его из строя окончательно.       — Остаток ночи мы с лейтенантом аш Минстоном осторожно собирали нежить и ждали момента, чтобы прорваться к выходу, — заканчивал свой рассказ аш Вегиль. — Мы надеялись, что вы…       — Достаточно, — жёстко прервала его Савестия, мрачную палитру в сознании которой аш Дортмунд пока даже не пытался анализировать, чтобы сэкономить силы. — Где остальные?       — В казармах, с майором аш Иглисом, — ответил Юстис, но тут же потупил взгляд. — Но коридоры охранялись нежитью погибших майоров… скорее всего они не смогут выйти из крепости без риска для жизни.       Переведя мрачный взгляд на спутников, Савестия перешла на фризский:       — Фелус уже обезврежен и заточён в подземельях. На данный момент он — не первостепенная цель. Жизни моих людей под угрозой, и я обязана обеспечить их безопасность в первую очередь. Лия, я не могу тебе приказывать, но…       — Мы уже говорили об этом, — перебила та. — После сочтёмся. А пока просто скажи, что делать.       — В таком случае мне понадобится твоя помощь, чтобы восстановить доступ к казармам, — сообщила она, а после перешла на вокеманский: — Лейтенант аш Минстон, вы тоже пойдёте со мной.       — Думаю, и мне лучше присоединиться к вам, — вдруг вклинился Гиларий.       — В этом нет необходимости, — тут же отмела его предложение Савестия. — Мы справимся. Вы втроём лучше убедитесь, что аш Йульберг более не представляет угрозы.       — Но мы это и так уже знаем, а вам может понадобиться тёмный маг, — не отступал Гиларий, понизив голос. — К тому же, госпожа Лия потратила куда больше сил, чем я. Как и вы, маршал аш Уоллестаун.       — Ты лучше магистру своему помоги, — проворчала Лия, татуировки на побледневшем лице которой по-прежнему светились, но куда более тусклым светом. — Он едва на ногах стоит.       После её слов Мун встрепенулся, кое-как отстранившись от стены. Хотя даже так его вид вряд ли позволял убедительно оспорить её утверждение, но не попытаться он не мог.       — Гиларий прав, — как можно твёрже сказал тёмный магистр, доставая из кармана свой усыпляющий камень. — Осталось только приложить это к его затылку и он будет обезврежен. Я бы справился и один…       — Но я определённо пойду с вами, магистр, — поспешил заверить Ханато прежде, чем тот успел договорить.       Савестия окинула их троих придирчивым взглядом.       — Хорошо, Гиларий с нами, — со вздохом согласилась она. — Но будьте осторожнее. Почти наверняка аш Йульберг пытается найти способ выбраться из заточения, и хотя шансов у него немного, он всё ещё может быть опасен в своём аватаре.       Гиларий охотно сделал несколько шагов вперёд, встав рядом с Лией, а Савестия тем временем обернулась к майору аш Вегилю:       — Юстис, ключ у вас?       — Да, маршал, — ответил тот, вытащив ключ из кармана и протянул ей.       — Отправляйтесь с ними, — кивнула она в сторону Муна и Ханато, не приняв у него ключ.       — Слушаюсь, маршал, — подчинился тот, склонив голову.       Обменявшись решительными взглядами, две группы молча разошлись. Если всё пройдёт по плану, то устроенный аш Йульбергом хаос должен разрешиться за считанные минуты…