Глава 6. Приглашение
1 июня 2017 г., 19:44
— Я знаю, когда она дебютирует.
Анна испытывающе взглянула на Эрика, словно бы призывая его продолжать. Он пришел неожиданно поздно, и она уже думала, что пойдет прочь из сквера, ведь тут так скучно сидеть в свой выходной, но мужчина вскоре явился — взволнованный и счастливый. Он прятал блаженную теплую улыбку, но девушка почти чувствовала ее. Его радость отзывалась в ее душе.
— Только не говорите никому, это огромнейший секрет... Впрочем, кому вы сболтнете, мадам. Так вот, Кристина выступит в гала-концерте по случаю смены руководства Оперы. Пока что это тайна, но я уверен, что вскоре об этом объявят.
— Поздравляю вас, — Анна улыбнулась и набросала фасад Оперы по памяти. Она чувствовала, что Эрик внимательно следит за движениями ее руки. — И когда это будет?
— В следующий четверг.
Анна вздохнула. Она понимала, что достать билеты вряд ли возможно, но еще менее вероятным ей представлялось попасть туда. Она была нужна девочкам по вечерам. Нет, решительно, она не сможет увидеть триумф Кристины и ее учителя. От этого у нее на душе стало как-то нехорошо, словно бы она предавала этим Эрика.
Анна имела привычку поддерживать приятелей и друзей во всем даже в угоду своим интересам, но не тогда, когда речь шла о ее работе. Девушка нервно покрутила карандаш в руке.
— Я мог бы сделать вам пригласительный, если вы хотите услышать ее.
Его чарующий голос практически упрашивал.
— У меня работа, — она опустила глаза. — Я не смогу, простите... Спасибо за предложение.
Он точно не пригласит ее больше никуда.
Анна ненавидела отказывать в таких просьбах: от этого на душе становилось как-то болезненно нехорошо. Она понимала, что Эрик не предложит ей это дважды и будет прав, но ведь разве она может пожертвовать своей работой, своим достатком...
— Жаль, — его голос чуть дрогнул. — Быть может, вы свободны сейчас? У Кристины скоро репетиция, и мы могли бы послушать ее из-за кулис. Я проведу вас в театр.
Анна смотрела на него и не верила своим ушам.
— Да, да, — она чуть робко и отчего-то немного испуганно улыбнулась ему. — Это было бы невероятно.
Девушка поднялась, собирая материалы, и он тоже поднялся, чуть улыбаясь от предвкушения.
В ближайшие десять минут Анна узнала, что Эрик не просто быстро ходит, но практически носится. Его размашистые широкие шаги казались странно неуклюжими, и девушка невольно почувствовала себя неуютно рядом с ним. Ей стало отчего-то стыдно идти рядом с ним или, вернее, бежать вприпрыжку, и она осторожно взяла его под руку, как бы призывая замедлиться. Он вздрогнул, и Анна почувствовала, как дернулось все его тело.
— Все хорошо, — он удержал ее руку, когда девушка смущенно попыталась убрать ее. — Я просто не... не привык.
Впрочем, темп он сильно сбавил, и Анна почувствовала себя увереннее. Ей было теперь стыдно перед ним, что она смутилась его компании, пусть и странной.
В театр они прошли через какую-то решетку на улице Скриба, и Анне казалось, что у Эрика вместо рук — отмычки, потому как он отпирал любые двери и замки на их пути. Они шли по мрачноватым тихими и пустым коридорам, в которых явно редко бывали даже рабочие сцены. Анна старалась вести себя как можно тише, но все же не могла сравниться с Эриком в умении ступать неслышно и невесомо. Он, казалось, был призраком и парил над полом, и Анна понимала, что она по сравнению с ним — уродливый и тяжелый толстый слон.
Они прошли в какую-то комнатку, и Эрик осторожно двинул портьеру, за которой обнаружилось небольшое окошечко, выходящее на сцену. Там играла музыка, и, хотя Анна не знала толком, откуда была эта музыка, ее она даже зацепила. На сцене солировал какой-то невысокий мужчина, но он не мог толком ничего спеть, потому что его буквально через каждые два слова одергивал мужчина во фраке, что-то визгливо объясняя. К счастью, эта пытка продолжалась недолго, баритон поклонился мужчине во фраке и ушел со сцены.
И тогда Анна увидела ее.
Она сразу поняла, что это Кристина, потому что Эрик как-то сдавленно вздохнул и прижался со своей стороны к окошку, словно бы стремясь очутиться рядом.
Кристина была еще более красива, чем Анна ее себе представляла. Она чуть робела перед мужчиной во фраке, но держалась спокойно, и если и волновалась, то пыталась это скрыть. Ее глаза действительно были большими, и их взгляд подкупал; волосы действительно сияли, как настоящее золото; а сама она была так же изящна и аккуратна, как Эрик описывал.
Она запела что-то (Анна вовсе не знала названия), и голос у нее был изумительной красоты. Мягкий, приятный, словно бы обволакивающий; Анна почувствовала, как вся ее душа отзывается на этот голос, и она чувствовала, что невольно жаждет слушать его вновь и вновь.
Кристина пела, и даже верхние ноты, которые обычно у всех певиц казались Анне невыносимыми и пронзительными, звучали мягко и не резали слух; девушка поняла, что перед ней человек, который твердо знает свои возможности и не переоценивает себя, но при этом и не отлынивает.
Анна перевела взгляд на Эрика.
Он стоял, прижавшись к стеклу, и по его лицу катились крупные беззвучные слезы, и от этого или же от странного освещения местами его лицо казалось желтее, чем могло быть. Мужчина покачивался в такт музыке; он весь мелко дрожал, словно бы от сильнейшего волнения, и Анне до боли захотелось к нему прикоснуться, успокоить его — чтобы он их не выдал, разумеется; но она также понимала, что Эрик не издает ни единого звука.
Кристина взяла последнюю ноту и ушла со сцены, а Эрик с надеждой вглядывался ей вслед.
— Ей не стоит знать, что мы были здесь... — прошептал он наконец, стараясь незаметно от Анны стереть слезы и часто-часто моргая. — Пойдемте, я выведу вас наружу...
Анна тихо потянулась к нему, точно желая взять под руку, но Эрик сделал неуловимое движение, словно предупреждая ее, что этого делать не стоит.
Он проводил ее до решетки молча, и когда Анна шла в сторону дома, она отчетливо понимала, что никогда бы не выдержала конкуренции с Кристиной. Впрочем, ей это было не нужно.
Эрик любил Кристину, а Анна любила только рисование и свою работу.
Она с радостью вернулась в дом и с еще большей радостью ушла к себе.
В этот вечер весь лист ее альбома принадлежал одной Кристине.
