"А что, если..."

Всю ночь девочка ворочалась на кровати и не могла погрузиться в сон. Мысль о предстоящей поездке не давала покоя этой ночью. Александра в своем воображении уже пребывала около поезда, заходила в него. Девочка всегда любила поездки, ей нравилось смотреть в окна поездов и автобусов, рассматривать пейзажи и размышлять о своих переживаниях. Тем более лишь поездки давали ей такую возможность. В остальное время она была слишком занята своими розыгрышами и проделками. — Оскар, я и так не могу заснуть, хватить шуршать! — недовольно воскликнула девочка и кинула в клетку маленькую подушку. Та лишь немного зацепила жилище сычика. Даже зелья не помогли юной волшебнице уснуть до утра. Эффект был слишком кратковременен. После третьей бутылочки снадобье совершенно перестало действовать на девчонку. Александра решила ненадолго отложить сон и прогуляться в ночной тишине по дому. Все было погружено во тьму, лишь маленькие блики лунного света на стеклянных поверхностях освещали девочке путь. Шаги Блэк были очень мягкими — она переживала, что пол может предательски заскрипеть и разбудить ее мать. Женщина и так весь вечер не отходила от девочки, стараясь насытиться присутствием дочери сполна, и это младшей Блэк порядком надоело. Она понимала, что будет не менее сильно скучать по маме, но ей также хотелось проститься и со всеми другими аспектами магловского мира: телевизорами, игровыми приставками, тихими улицами Литтл-Уингинга. Любопытный взгляд Алекс метался из стороны в сторону. Она очень редко бродила по дому в ночное время. И только сейчас она смогла заметить, как много здесь находится стеклянных и прозрачных предметов: столы, шкафчики, вазы, полки, рамки для фотографий — все это создавало зеркальный лабиринт вокруг Блэк. Девочка, затаив дыхание, прошла мимо прохода в кабинет отца. Туда она заходить никак не хотела. Там было слишком тоскливо. Это было самое одинокое место на свете. Сейчас Александре хотелось совершенно иного. Девочка уже предвкушала новую жизнь, где она сможет подать себя совершенно иначе, невзирая на особенность своих глаз и притворную самоуверенность. Алекс выбрала другое место для расслабления — дерево во дворе, под которым любил сидеть отец, когда Гарри с подругой играли во дворе. Что днем, что ночью, в этом районе Литтл-Уингинга было слишком спокойно. Соседи почти никогда не общались друг с другом, лишь кивали при встрече, никаких звуков торжеств, семейных вечеров и празднеств не было слышно. Даже машины уезжали в разное время суток, когда соседи пребывали либо на работе, либо в городе, но не дома. Однако здесь никогда не было тихо. Алекс всегда замечала звуки ее улицы. Особенно красноречивы они были ночью: сверчки, светлячки, порывы прохладного ветра. Они учили ее наслаждаться моментом и внимательнее относиться ко всему происходящему. Возможно, именно эта ночная улица Литтл-Уингинга научила девочку жить сегодняшним днем, чувствовать все до последней капли. Алекс, кроме зимнего времени года, спала всегда с открытым окном. Это и не позволяло упустить возможность послушать мелодию окружающего мира. Александра расположилась на скамье под массивным деревом. Листья уже пожелтели и постоянно осыпались вниз. Повеяло холодом. Откинувшись на спинку скамейки, Алекс обратила свой взгляд на Луну — она была полная. «Может быть, из-за нее мне и не спится», — хмыкнула волшебница. При полнолунии отец всегда задерживался у младшей Блэк в спальне, продлевая их разговоры на один, а то и на два часа. Девочка просто не могла уснуть в моменты полной Луны — ей казалось, что та приглашала девчонку в приключения. Девочка заимела привычку носить волшебную палочку всегда с собой. Она постоянно тренировала выученные заклинания, где только могла. Только отпирающие чары было невозможно освоить — на все двери дома были наложены контрзаклятия. Даже спала девочка с палочкой под рукой и уж тем более бродила по ночному дому с ней. Несколько волшебных искр рассыпались вокруг юной волшебницы, тем самым привлекая светлячков и бабочек. Александра молча наблюдала за тем, как они летают вокруг парящих фонариков. Удивительно, но Алекс начала тосковать. Она осознала, что больше никогда ей не придется здороваться с ненавистными учителями и одноклассниками, не придется помогать маме писать книгу по вечерам у камина, отец никогда больше не попросит ее подать какой-либо томик с полки и не придется отныне ездить к родственникам в Лондон на пиршества в честь праздников. Единственный, кто с ней останется — Гарри Поттер. Хотя девчонка очень сильно переживала, что и тот в скором времени исчезнет. Неизвестно, на какие факультеты их распределят, неизвестно, какое в Хогвартсе у них появится новое окружение. Но себе волшебница дала клятву, что первая она ни в коем случае не отстранится от мальчика. Она уже чуть не потеряла его год назад. Такой нелепости она больше не переживет. Огоньки медленно потухали, как только Александра начала проваливаться в сладкую дрему. Одна из бабочек удобно устроилась на кончике носа волшебницы.

***

— Алекс! — повторно прокричала женщина на весь дом. Она в ужасе обегала каждую комнату уже не первый раз. — Доченька, ты где?! Мы можем опоздать! Женщина впала в панику. Она знала, что дочь ее не простит, если поезд уедет без нее. И нет уже больше Алькеса Блэка, который мог бы поправить эту оплошность. Женщина остановила себя возле зеркала и вздохнула, стараясь вернуть себе невозмутимость. — Так, Кэтрин, спокойней. Она в любом случае рано или поздно придет. Пока что сама соберись и сложи все необходимые вещи для нее, — женщина еще раз вздохнула и побежала в ванную комнату. Тем временем младшая Блэк в сладкой сонной неге ворочалась на уличном газоне своего двора. Солнце стало неприятно бить по закрытым векам. Девчонка шлепнула себя ладонью по лицу, дабы спрятать глаза от солнечных лучей, но неожиданно почувствовала между пальцами что-то мягкое. Перевернувшись на бок, девочка убрала неопознанную материю со своего лица, открыла глаза и посмотрела на ладонь. На ней лежала сплюснутая бабочка. — Черт, — прошептала девочка и поджала губы. Волшебница аккуратно скинула бабочку на газон и подняла свою волшебную палочку с земли. — …опоздать! — донеслось из дома до ушей Александры. Девчонка поначалу в недоумении нахмурилась, затем опомнилась и поспешила в свою комнату. Чемодан и дорожная сумка уже были собраны, книги упакованы. На сегодняшнюю удачу, еще с раннего вечера девочка приготовила себе одежду для предстоящей поездки. Быстро натянув джинсы с блузкой, завязав шнурки на кроссовках и положив палочку себе за пояс, Александра закинула рюкзак на плечи, схватила чемодан с клеткой Оскара и понеслась на первый этаж. Чемодан полетел впереди нее по ступеням. — Алекс, опять ты громишь дом с утра пораньше! — заметила мать девочки и, улыбнувшись, потрепала дочь по макушке. — Привести волосы в порядок не забудь. — Ты не поможешь напоследок? — волшебница улыбнулась миссис Блэк и протянула расческу. Сегодня девочка молча терпела каждый неудачный жест матери. Ей было больно, но она даже и слова не проронила. Блэк наспех позавтракали, сложили все вещи в машину и отправились за Гарри. Тот уже ждал их на тротуаре, нервно барабаня пальцами по ручке чемодана. — Здравствуйте! — воскликнул Гарри с улыбкой. Он уже переживал, что про него забыли. — Привет! — торопливо, но все же улыбаясь, поздоровалась Кэтрин. — Поговорим в машине. А сейчас давай сюда свои вещи. Чемодан быстро оказался в багажнике, а Букля со своим хозяином уже мчалась по дороге в машине Блэков, уханьем переговариваясь с Оскаром. — Ну что, как ощущения, ребятня? — задорно спросила Кэтрин Блэк. Она не могла нарадоваться улыбкам на лицах детей. — Чудесно! — в унисон произнесли дети. — Мне уже не терпится попробовать волшебные сладости! — мальчик вопросительно посмотрел на девочку. Он знал мало бытовых отличий волшебного и обычного мира. Александра весь путь до вокзала перечисляла все сладости, которые описал Алькес Блэк в своем дневнике. Он знал, что дочь на первом курсе это точно заинтересует. Если бы не строгие диеты, которые ей прописывал тренер, девочка давным-давно питалась бы лишь конфетами. Но раз сейчас никто не ставит ей рамки в еде, она может позволить себе все. С трудом было найдено парковочное место на вокзале. Везде было полным-полно машин, людей. Многие дети сегодня отправлялись в различные пансионы, закрытые школы… Хогвартс. Дети быстро обежали парковку в поиске тележек для багажа. Алекс тихо шепнула мальчику что-то на ухо, тот взял свою тележку с погруженными на нее чемоданами и клеткой и поторопился в здание вокзала. — А где Гарри? — осмотрелась вокруг Кэтрин Блэк, после того, как перестала возиться с чем-то в машине. — Он уже в здании, — протараторила девочка. — Мам, — голос Александры наполнился серьезностью. — Я не хочу, чтобы ты меня провожала. Во-первых, ты не сможешь пройти через барьер. Во-вторых, ты привлечешь внимание, пока будешь стоять и ждать, когда я буду проходить на платформу. И в-третьих, …— на одном дыхании говорила девочка. — И, в-третьих, это только твое приключение. Ты сама должна со всем разобраться, — Кэтрин перебила дочь. Девочка кивнула и бросилась крепко обнимать маму. Она до последней минуты не могла поверить, что им все-таки действительно придется расстаться. Алекс была уверена, что это невозможно. Однако сейчас младшая Блэк старалась каждой клеточкой запомнить свою мать, ведь разлука им предстояла долгая. — Ты слишком быстро выросла. Мне кажется, что завтра тебя опять нужно будет отвозить на стадион на тренировку, а затем кормить вас с Гарри шоколадными кексами, — руки женщины крепко обвили маленькое тело дочери. Длинные тонкие пальцы перебирали выбившиеся локоны из пучка на голове Алекс. — Я буду тебе писать, — Александра тихо всхлипнула. — Мне все равно будет скучно без тебя. — Поэтому я и предлагала тебе завести кошку. — Тогда уж лучше собаку. Но идея мне нравится, я подумаю об этом. Обе Блэк замолчали на некоторое время. Ни одна из них не верила, что Алекс сейчас просто возьмет свои вещи и отправится на волшебную платформу. Целых полгода разлуки, до Рождества, казались им слишком большим сроком. Это не могло быть правдой. — Мам, давай сыграем напоследок в «прятки»? — тихо проговорила девочка, боясь услышать отказ. Это могло все испортить. — Считать буду я? — кивком девочка беззвучно подтвердила догадку. — Отворачивайся к машине и начинай считать до двадцати. Если найдешь меня, то мы едем домой. В противном случае, ты уедешь одна. — Договорились. — Не смотри на меня, когда будешь оборачиваться, — с тяжелым грузом на душе вымолвила девочка и принялась считать. — На счет три: раз… — Два… — Три… — одновременно проговорили старшая и младшая Блэк и отпустили друг друга. По коже девочки прошелся легкий холодок. Уют и тепло, дарованные Кэтрин Блэк, испарились. Волшебница не чувствовала больше ничего, кроме неприятного холода, похожего на моросящий дождь. Послышался обратный отсчет. Кэтрин начала игру. Младшая Блэк схватила свою тележку и понеслась к зданию вокзала. Она и не заметила, как перед глазами все поплыло. Окружающие вокруг звуки смешались в единый гомон, руки обмякли и, казалось, перестали контролировать движение тележки с багажом. Неужели это все? Только она сблизилась с мамой, как ранее с отцом, как уже пришлось расстаться. Два с половиной месяца, во время которых она будет летом дома, не утешали. Хогвартс означал для девочки полное абстрагирование от мира маглов, включая и ее мать. Теперь у нее действительно никого не осталось кроме Гарри. Кстати, о Гарри… — Черт! — опомнилась Александра и, быстро смахнув слезы рукой, понеслась сквозь толпу людей к платформам девять и десять. На смену унынию пришла паника. Девчонка совершенно позабыла проинформировать друга, как и что ему делать. Ему было известно лишь, что проход к Хогвартс-Экспресс находился рядом с платформами девять и десять — Александра как-то упомянула в разговоре. В толпе девочка старалась углядеть темноволосую макушку или приметные круглые очки, но рост Алекс не позволял попыткам увенчаться успехом — высокие взрослые люди перекрывали весь обзор. Оставалось лишь надеяться, что мальчик будет стоять и ждать ее около прохода. Его там не оказалось. Младшая Блэк почувствовала, как начинается задыхаться. Было похоже, что ее окатили кипятком и холодной водой одновременно — так сильно трясло девочку. Она не сможет найти мальчика вовремя, до поезда оставалось чуть меньше десяти минут. «Так, Алекс, возьми себя в руки, —легкие быстро наполнились воздухом и сразу же опустели. — Гарри Поттер — Мальчик-Который-Выжил, — это не ты. Никто не забудет про его приезд, его в любом случае найдут, а тебя там даже не знают. Просто садись в поезд и отправляйся в школу», — скомандовала рациональность и понесла девчонку к проходу. Александра не стала дожидаться, пока кто-то обратит на нее внимание — сразу побежала преодолевать волшебный барьер. Пару раз она зацепила случайных прохожих, но старалась на это не отвлекаться. Ноги сами не хотели останавливаться, они несли ее навстречу чему-то новому, чему-то, что ей придется самой изучать и разгадывать без помощи отца. На миг все потемнело, затем заиграло яркими красками и начало немного расплываться. Моргнув, Александра увидела очертания поезда, забирающихся в него детей, провожающие семьи. Все были одеты достаточно чудно: остроконечные шляпы, броские мантии, в руках многие держали метлы. Эта непривычность и новизна вызвали улыбку. По полу и по воздуху то и дело прыгали и летали различные питомцы. Шум поезда перекрывал гул голосов и стук колесиков об напольную плитку платформы. Поезд вот-вот должен был отправиться. Александра, не теряя времени, покрепче сжала в руке клетку с Оскаром и помчалась к поезду. Девочке пришлось нелегко — волшебники стояли почти вплотную друг к другу, не желая пропускать девчонку. Каждый был занят своим ребенком. Но благодаря своей ловкости, младшая Блэк через несколько мгновений оказалась уже около первого вагона. На удивление волшебников, Алекс без особого труда затащила свой чемодан с клеткой в вагон. Лица незнакомцев вызывали улыбку на лице девчонки. Ей нравилось удивлять людей своими физическими данными. Первый вагон был битком набит студентами. В каждом купе было более шести человек, стоял ужасный гомон, от которого маленькая волшебница поспешила скрыться. Ей надо было успокоить свою совесть в тишине. Очень неудобно было пробираться в хвост состава, ученики со своими вещами то и дело сталкивались с Блэк в проходе. Вскоре было преодолено более половины состава. Прозвучал последний сигнал об отбытии. Что-то темное поманило взгляд Александры в сторону окна. Руки второй раз за день обмякли, клетка с Оскаром рухнула на пол, чемодан остался стоять посреди коридора. Девочка прижалась лицом и ладонями к окну. За стеклянной поверхностью, в самом центре толпы, стоял Алькес Блэк и мирно улыбался. По его взгляду можно было сказать, что он доволен тем, что его дочь не отказалась от волшебного мира после его смерти. «Иначе и быть не могло», — младшая Блэк мысленно парировала глупое предположение Алькеса и вновь сфокусировалась на фигуре отца. Но нигде уже не было темного силуэта. Взгляд девочки метался к каждому темноту пятну толпы волшебников, но Блэка уже нигде не было. «Я отвлеклась лишь на секунду», — брови Александры нахмурились, губы поджались. Что-то сзади девчонки шумно рухнуло, повалив за собой чемодан Алекс и еще какие-то вещи. Две рыжие макушки предстали перед глазами. — Ты куда несешься-то? Ли от нас не сбежит, — усмехнулся один из рыжих и помог подняться брату. — Да кто-нибудь из девчонок точно его раздавит рано или поздно. Не знаю как тебе, но мне не интересно рассматривать мертвое тело тарантула. — Ну да, с живым повеселее будет. Шум и разговоры помогли отвлечься маленькой волшебнице от мыслей об отце, навевающих тоску. Александра внимательно присмотрелась к одинаковым лицам и восторженно воскликнула: — О-о, Дред и Фордж, привет! — веселая улыбка озарила лицо волшебницы. Два одинаковых лица почти незаметно переглянулись, но ничего не стали говорить, лишь молча оглядели новую ученицу школы магии. — Надо же, Фордж, помнишь маленькую мисс Разрушительницу лавки Олливандера? — один из близнецов опомнился первым. — Точно. Я удивлен, что наш поезд до сих пор цел. — Поступила в Хогвартс, постарела, растеряла всю сноровку. — А это нехорошо. — Без нее будет скучновато. — Кто же нам теперь будет помогать взрывать школьные туалеты? — Да-а, боюсь, матушка разочаруется. — А Джинни закатит истерику, если мы ей не пришлем унитаз оттуда. Поначалу девочка разрывалась, переключая свое внимание с одного близнеца на другого. Затем она уставилась в одну точку и стала просто слушать их слова, не смотря на лица. Девчонке не терпелось ответить на слова братьев какой-нибудь остроумной колкостью, но посторонние мысли не давали покоя — переживания насчет Гарри и отца. Поэтому Александра молча усмехнулась. Уж лучше она многообещающе промолчит, чем скажет какую-нибудь глупость. Ребята принялись подбирать свои вещи. — А вам случайно не попадался мальчик в черных круглых очках? — мимоходом прозвучал вопрос. — Хм-м-м, — наигранно задумчиво протянул один из близнецов. — Дай-ка подумать. Фордж, не припоминаешь такого экземпляра? — Конечно, припоминаю. Это ведь тот, который… — Ну, уж нет. Точно не этот, — перебил близнец. —Ну, тогда, может быть, тот, другой? — Да и не тот, явно. Скорее всего, третий. — Вполне возможно, — понимающе кивнул один из рыжих братьев. Александра нервно заламывала пальцы, надеясь услышать от близнецов желанный ответ, что Гарри здесь, в поезде, сидит в купе и рассматривает пролетающие мимо пейзажи. Однако близнецы так и не смогли разобраться, какого мальчишку имеет в виду девчонка. Она начала перебирать все подходящие под описание друга прилагательные. Но чем больше черт было названо, тем дольше близнецы не могли определиться, а Александра начинала нервничать еще сильнее. Один из близнецов задумался (как показалось Алекс, это был Фред), но на его лице неожиданно проскользнула улыбка. До этого момента она была хороша скрыта серьезными размышлениями. Жар негодования наполнил девчонку. Та с недовольными восклицаниями хотела кинуться на Фреда с кулаками, но овладела этим порывом и просто оттолкнула рыжего парня к окну вагона. Волшебная палочка грозно была направлена на… живот Фреда. Выше девочка не доставала. — Вы какого черта мне мысли дурманите! Отвечай сейчас же, где он?! — задыхаясь от недовольства, спросила девочка. — Блэк, остынь! — шутливо испугавшись, парень вскинул ладони вверх. — Я не вооружен. Кожа юной волшебницы за прошедшее лето, проведенное, в основном, в комнате младшей Блэк, стала достаточно бледной. И сейчас покрасневшее лицо Алекс ярко выделялось на фоне бледной шеи и светлых волос — она была смущена. Смущена своей доверчивостью, однако рыжий, на удачу девчонке, принял это за гнев. «Доверять им — себе дороже», — подумала девочка и недовольно поджала губы. — Если бы это не было так важно, я бы у вас и не спросила бы о нем. Слишком уж вы с виду взбалмошны, чтобы суметь предоставить качественную информацию, — радость от встречи с близнецами улетучилась. На смену пришла холодная ярость. Желание беседовать с братьями отпало, она просто хотела узнать, где Гарри. Она и так уже потеряла много времени. — Успокойся, — разочарованно сказал Джордж. Похоже, он не ожидал, что их шутка обернётся таким образом. — Он в конце поезда, с нашим братом. Взгляд сосредоточенных сощуренных глаз Алекс еще некоторое время пребывал на Фреде, ненадолго задержался на Джордже и затем оставил их. Девочка резко развернулась на каблуках, подхватила свой чемодан с клеткой и ловко прошла мимо близнецов, не задев их своими вещами. — Я передам Рону привет от его несносных братцев, — равнодушно проговорила девочка и отправилась в другой вагон. Близнецы несколько секунд еще смотрели на захлопнувшуюся дверь вагона, затем удивленно переглянулись. Фырканье Фреда первым прервало молчание: — Да и черт с ней, — махнул рукой парень и взял свою сумку. — М-да, придётся Джинни обождать с посылкой, — хмыкнул Джордж, стараясь разбавить нагнетенную атмосферу. — Ну, ничего, сами справимся, — фыркнул первый.— Мы, кстати, к Ли шли. Ребята, слегка понуро опустив взгляды в пол, продолжили свой путь. Они ожидали немного другой реакции от девчонки. Тогда, в лавке Олливандера, она их по-настоящему восхитила. Маленькое чудо, готовое взрывать все, что попадается на глаза. Но не сейчас. Однако эти мысли вместе с упавшим настроением испарились, как только близнецы зашли в купе своего друга. Помещение сразу наполнилось веселым смехом и шумом. Ощущения от недавней неприятной встречи не оставили и следа.