Наследник Талоса

      Дождь методично продолжал наносить беспощадные удары по крыше Драконьего Предела на протяжении вот уже нескольких часов. Скайримская весна с каждым днём всё усерднее брала бразды правления в свои руки, одаряя жителей провинции своими непредсказуемыми капризами, словно потешаясь над ними. Именно она и вынудила участников переговоров перенести собрание в крепость, дабы светлейшие ярлы и высшие чины фракции не промочили свои благородные плащи. Но Асгейра в данный миг неопределённость климата, как и сухость исподнего окружающих тревожили в последнюю очередь.       Переговоры… Можно ли теперь так называть тот вопиющий дневной аншлаг, что им был устроен? Пожалуй каждый из присутствующих здесь людей задавал себе этот вопрос, но не решался его озвучить.       Смерть Ульфрика от руки Довакина и последующее заявление о создании нового государства произвели чудовищный фурор среди простых людей, коим выпало сомнительное счастье наблюдать начало этой дипломатической встречи. И пускай Братья Бури были относительно едины во мнении, сказывался весь фон событий отстранения Буревестника от трона, Империя увязла в неопределённости. Причём, совсем не в той, что предполагал Асгейр.       — Я служу Императору и нашей Империи, а не какому-то самозванцу с армией оборванцев и летающих ящеров, Рикке! Моя присяга не позволит очередному «Буревестнику» претендовать не только на трон Скайрима, но и всего государства! Его нужно немедленно арестовать! — Адвент Цезенний, второй по значимости в Легионе человек после Рикке исходил желчью и гневом в адрес сидящего во главе стола Довакина. Столь обильный поток ругательств в адрес человека его силы создал немую и гнетущую атмосферу в зале. Подождав, пока брюзжащий слюной имперец накричится, Асгейр поднялся.        — Довольно оскорблений, Цезенний. Ещё одно слово в мой адрес, или адрес моих подчинённых, сопровождаемое унижением традиций моего народа, и я вызову вас, мешок с коровьим дерьмом, которого по ошибке нарядили в форму Легиона, на дуэль — драконорожденный выдал самый убийственный взгляд, на который был только способен — Я созвал это собрание для того, чтобы мы избрали нового Верховного Короля Скайрима, но пока всё что я услышал это перепалки командующих имперской армии и оскорбления. Если вы закончили, то мы вернёмся к теме голосования — Довакин ядовито улыбнулся Адвенту и опустился обратно в своё кресло.       Наблюдая затем, как стремительно наливается кровью лицо её соратника, Рикке немедленно осадила его, кивком дав понять, что сейчас не время распыляться дальше. Её саму раздирали на части жуткие сомнения, относительно того, чью сторону принять сейчас. Безусловно, будь здесь генерал Туллий, она бы не колеблясь и секунды последовала за своим командиром. Но проклятые талморцы похитили его, не оставив и намёка, куда он мог быть отправлен. С одной стороны, Цезенний был прав, и её присяга, принесённая столько лет назад чётко давала понять, кому и как ей надо служить. Но другой стороной была сумасшедшая харизма и действия этого воина в эбонитовой броне, а также письмо, что было доставлено в штаб сегодня утром.       Стоит ли упомянуть о нём? Чью сторону ей принять? Действительно ли Довакин хочет того, о чём было заявлено во всеуслышание? Тысяча вопросов вновь терзали Рикке, но ответа так и не было. Тем временем, переговоры возобновились.        — Довакин, ты показал всем истинную личность Ульфрика, уличив его в предательстве, но что теперь? Нам нужно избрать нового ярла Виндхельма, ведь только при полном собрании мы сможем выбрать верховного короля — Балгруф устало обратился к драконорожденному, надеясь поскорее завершить это сумасшествие — кроме того, твои громкие заявления… Ты и в правду решил стать Исмиром, и последовать стопами великого Талоса? Я не хочу погружать Скайрим в омут нового хаоса, жертвуя ещё большим количеством нордских жизней.        — Седобородые нарекли меня Исмиром ещё год назад, в залах Высокого Хротгара. Если кто-то сомневается в их праве это сделать, претензии принимаются на вершину Глотки Мира. Что же до полного собрания ярлов…- Асгейр вновь встал, медленно обходя всех присутствующих — Нам всем необходимо действовать быстро, если не хотим стать рабами Талмора. Нет сомнений, очень скоро они прознают о случившемся и попытаются устранить меня, а свой план по завоеванию ускорить. Поэтому, довольно расшаркиваний. Вы все слышали меня днём. Я выдвигаю свою кандидатуру на трон Скайрима.        В зале повисло молчание, хотя никто не был удивлён. Это был лишь вопрос времени, поэтому ярлы давно решали у себя в голове, чью сторону занять в этой ситуации.        — Фолкрит поддерживает Довакина. Да хранит нас Талос — первым подал голос Денгейр, «новостарый» ярл южного рубежа, ранее стоявшего за Ульфрика — Империи больше нет, и он со своими драконами наш единственный шанс выстоять против проклятых эльфов.       Лёгкий ропот прошёлся за столом. Владыки Скайрима всё ещё не пришли к единому решению.       — Семья Чёрный Вереск, так же, как и Рифт за Довакина — скрипучий голос Мавен прервал перешёптывания ярлов. Асгейр улыбнулся. Тут явно не обошлось без одного хвостатого воришки.       — Хьялмарк за Довакина. Мне было видение великой победы, и я не сомневаюсь, что именно он приведёт нас к ней — изрекла Идгорд Чёрная, правитель Морфала. К её провидческому дару многие относились со скепсисом, однако сейчас это было на руку драконорожденному.        — Маркарт против. Нам не нужен новый узурпатор на смену старому. Пускай я и в долгу у тебя за Изгоев, Довакин, моей поддержки ты не получишь — Игмунд был однозначен в своё ответе.        — Солитьюд против. Мы уже не варварская страна, где всё решает сила и оружие. Ульфрик убил моего супруга, и законной королевой должна стать я, а не безродный воин с улицы — поморщила нос Элисиф. Никто не ожидал подобного поведения от марионетки Империи. Хотя, возможно отсутствие генерала Туллия сказывалось и на ней.        — Винтерхолд…воздерживается. Я приму решение, которое поддержат остальные — ярл самого холодного холда Скайрима, Корир, решил хранить нейтралитет.        — Белый Берег против! Только Ульфрик мог привести нас к победе, только он. И я до сих пор не верю в то, что ты сказал, драконорожденный. Мне нужны более веские доказательства, нежели слова эльфийской шалавы! — Скальд, сохранял свою славу вредного старика и брюзжал слюной в адрес всех присутствующих в зале.        — Ну что, ситуация выходит патовая… — Балгруф медленно поглаживал бороду, оглядываясь по сторонам, и понимая, что от его решения сейчас будет зависеть будущее Скайрима и, возможно, всего Тамриэля — Довакин не является ярлом или коронованной особой, но он много раз показывал себя настоящим другом и союзником не только нордов, но и всех людей, что имеют смелость назвать нашу землю домом. Поэтому, я за Асгейра. Да хранит нас Талос.       Широкая улыбка накрепко охватила лицо новоявленного владыки девяти владений. Пускай и не единогласно, но они объявили его королём. То, что Ульфрик пытался сделать два года, ему удалось за месяц. Но, это было лишь начало.        — Итак, общим голосованием было принято решение назначить верховным королём Асгейра, сына Калвара, драконорожденного воителя Скайрима. Решение не подлежит обжалованию, и да хранят нас… — тут Балгруф ненадолго задумался, но затем, улыбнувшись продолжил — Девятеро.        — Теперь, когда вы выбрали себе короля, я хочу кое-что сказать — Рикке впервые за всё собрание поднялась со своего места, собираясь держать слово — Сегодня утром мне было доставлено письмо из столицы. Канцлер Имераторского совета мёртв, как и генерал Луций. Таким образом, один из старейшин, лорд Маркус, остался единственным сильным кандидатом на императорский престол. И…он был коронован на прошлой неделе оставшимися лордами совета. Но это ещё не всё. Его поддержал Талмор, и первым его приказом он велит всем легионам вернуться в Сиродил для координированной атаки на Хаммерфел вместе с Доминионом… — на тяжёлом выдохе, Рикке закончила свою речь.        Гром возгласов и возмущения сотряс высокие чертоги Драконьего Предела. Это выходило за все рамки разумного. Чтобы люди помогали проклятым высоким эльфам терроризировать других людей…        — ТИШИНА!        Зал стих после громогласного крика Довакина. Все вокруг прекрасно знали, на что была способна глотка этого человека.        — Легат Рикке. Завтра, после моей коронации, мы обсудим детали этого письма и я разъясню вам отношения Скайрима к этому…"императору» — последнее слово было сказано с таким уровнем желчи и насмешки, что некоторые ярлы в зале не сдержали смешки — Однако, даже сейчас я могу сказать, что наш народ не подчинится тому, кто преклонил колени перед шавками Доминиона и собирается атаковать братский народ Хаммерфела. На этом всё — произведя нужный эффект, Асгейр вышел из-за стола под ватагу одобрительных восклицаний.       Спустя несколько часов, уже забравшись в постель, Асгейр обдумывал свои дальнейшие действия. Будто сами боги благоволили ему, подкинув этот внезапный подарок. «Прежде чем покинуть Скайрим нужно заглянуть домой…» — вспышкой пронеслась мысль в голове воина, прежде чем царство снов окончательно его поглотило.

***

       Казалось, в Озёрном время совсем не торопилось куда-либо идти. Довакин приметил это ещё на подъездах к поместью, предвкушая встречу со своими родными после продолжительной разлуки. Весь последний месяц он носился по провинции, будто сам Молаг Бал был у него на хвосте, и теперь, ему удалось выкроить день отдыха, перед тем как его войска выступят в поход на Сиродил.        Занятый этими мыслями, он лишь в последний миг заметил стрелу, что была выпущена из рощи неподалёку. Успев подставить менее уязвимое место на доспехах, Асгейр скривился от боли, осознав что снаряд был заколдован и умудрился пробить его чёрные, как панцирь Алдуина латы. Кто бы не был его новоявленным врагом, подготовился он основательно.        Упав с Тенегрива, драконорожденный успел перегруппироваться прежде, чем новая стрела достигла его тела. Сделав перекат, он поднялся на ноги и выкрикнул в сторону рощи.        — Выходи, ублюдок. Тебе не подстрелить меня как какого-то оленя! — злое рычание разнеслось по живописному местечку словно гром среди ясного неба.        Кусты затрещали и на свет перед мечником появилась… Дельфина.        — Что? — Асгейр был ошарашен. Он готов был увидеть кого угодно, но не ветерана ордена Клинков, пережившую Великую Войну и помогавшую ему во время противостояния с Алдуином.        — Не делай столь удивлённое лицо, Довакин. Ты предал нас, и только кровь может искупить твою вину — её голос был холоден, жесток и полон презрения.        — Предал вас? Это каким же образом? Не убив Партурнакса? — пытаясь выиграть время глупым диалогом, Асгейр искал способ незаметно сблизиться с Клинком, попутно заводя руки за спину, дабы выхватить «Близнецов».        — Можешь не пытаться выиграть время, Довакин. Его у тебя уже нет — ядовито ухмыльнулась Дельфина, начав спускаться со склона — На наконечнике первой стрелы был яд. Я не настолько глупа, чтобы сходиться с тобой на мечах. Очень скоро ты почувствуешь сильнейший паралич, а затем, когда будешь не в силах пошевелить и мускулом, яд остановит твоё предательское сердце!        — Что ты несёшь, женщи… — начал было Асгейр, выхватывая мечи из-за спины, но вдруг его дыхание сбилось. Конечности начали тяжелеть с ужасающей скоростью, а ноги сами подкосились, поставив его на колени перед Дельфиной. Испуг пронзил его разум. Она не лгала.        — Хотя, возможно следует убить тебя до этого момента. В конце концов, сейчас ты уже не опасен — Клинок медленно достала меч своего ордена из ножен и подошла к неподвижной фигуре в чёрной броне — Я исполню свой долг и не позволю тебе ввергнуть мир в новую эпоху драконьей тирании. Прощай, Довакин.        Однако, завершить начатое ей не удалось. Раздалось грозное ржание, и в следующий миг тяжёлые копыта опустились на голову вероломной убийце. Тенегрив, поначалу прикинувшись обыкновенной лошадью, лишь подпустил противника ближе. Когда же Дельфина оказалась в зоне поражения, на неё обрушилась вся тяжесть кованных подков легендарного скакуна. Издав предсмертный хрип, Клинок осела на землю, зияя проломленной копытами головой.        «Хороший мальчик. Вот только, мог бы ты ещё достать противоядие…» — пронеслась мысль у Асгейра, пока он предпринимал отчаянные попытки овладеть каменными мышцами тела. Но с каждой секундой ему это удавалось всё тяжелее и тяжелее.        «Нет, только не сейчас. Только не так близко к отмщению!» — ярость полыхала в пока ещё работающем сердце нового короля Скайрима. Потеряв окончательную возможность двигаться, он уставился в небо, не в силах даже моргнуть. Проклятые Клинки. Проклятая женщина. Проклятая беспечность и уверенность в своих силах! Стоп, это что, шаги?        Со стороны рощи послышалась тихая поступь ещё не вступившего в это сражение человека. Чтож, теперь у него точно не было шансов. Судя по всему это был сообщник Дельфины, и сейчас он убьёт Тенегрива и закончит начатое своей подельницей. Тьма окутывала глаза драконорожденного, и последнее, что он увидел — силуэт мужчины, склонившегося над ним со склянкой в руке.

***

       Король Алинора, верховный лидер третьего Альдмерского Доминиона, мрачно вчитывался в донесения своего главного шпиона в Скайриме. Согласно его словам, этот тщеславный щенок, Довакин, посмел бросить вызов им, эльфам, высшей расе в этом мире. Он уже посрамил их честь, разгромив посольство и форт в этой дикой варварской стране, а теперь он смеет идти на них войной? Мелкое животное. Нужно решить эту проблему, и как можно скорее.        Оторвавшись от чтения, он отправил прислугу за необходимым ему человеком. Этот солдат уже не раз решал подобные нюансы, и являлся очень ценным приобретением для укрепления власти Талмора над остальными расами. Долго ждать не пришлось, и спустя десять минут опаснейшее оружие Доминиона, как её звали за чрезвычайно обширный послужной список, попросила разрешения войти в комнату.        — Ваше Величество, вызывали?        — Да, Нирит, зайди. У меня для тебя новое задание.        Предвкушая вкус будущих убийств, девушка проскользнула в тронный зал. Её шагов не было слышно, а движения были грациозны, словно у кошки.        — Приходилось ли тебе слышать что-либо о Довакине, моя дорогая? — ласково начал король. В ответ убийца прыснула в кулак.        — Да, Ваше Величество. Неужели настал тот чудный момент, когда вы мне позволите наконец-то поджарить этого нордского выскочку? — кровожадная ухмылка расползалась по привлекательному лицу под капюшоном.        — Почти. Отправляйся на север, выследи этого выродка и захвати в плен. Затем доставь его ко мне, с кляпом во рту и в цепях. Не выйдет же — убей его и всё окружение. Сейчас они представляют главную угрозу нашим планам на материке, и я не позволю кучке низших рас испортить столь безупречный план! — злость в голосе короля дала талморской убийце понять важность этого поручения.        — Будет исполнено, Ваше Величество. Разрешайте ли Вы мне использовать любые способы для выполнения данной задачи?        — Конечно. Главное результат. Приведи мне этого Асгейра, живым или мёртвым.        — Да, Ваше Величество!        Провожая взглядом радостно виляющую бёдрами убийцу, бывший юстицар доминиона лорд Алдари, а ныне его верховный правитель, пробурчал уже себе в кулак: «А если ты провалишься, остаётся надеяться, что информация верна, и это тот мальчишка о котором я думаю. Тогда у меня будет ещё один козырь в рукаве. Ведь все так любят свою семью!»