Наследник Талоса

      Тьма. Холод. Пустота. Где он? Неужели яд проклятой старухи оказался сильнее? Тогда где врата Совнгарда? Мысли копошились в голове словно крысы, и это было бы уместное сравнение, будь он жив. Но сейчас, некогда острые чувства сломались об огромное ничто, и единственное, что Довакин чувствовал были всепоглощающие холод и тьма.        «Похоже, мою душу желали столь многие аэдра и даэдра, что в итоге она разорвалась в клочья…»       Столь нелепая смерть злила Асгейра. Вновь, уже в который раз, спесь затмила его разум, он поверил в свою неуязвимость, возомнил себя без малого Богом. Наследником Талоса.       Пожираемый гневом и обидой, Довакин поначалу не заметил крошечную искру света, едва уловимо двигающуюся в его сторону. С каждой секундой она разрасталась, словно испепеляющие дыхание дракона, и вот уже луч нестерпимого света бил в его глаза, а в ушах звенел голос, пронзающий сердце и душу насквозь.        — Живи!       Звуки леса грохотом падающего неба обрушились на его слух, а шум бурной реки казалось заполонил его сознание до краёв. Приятный воздух вновь вошёл в лёгкие, словно напоминая, как это приятно — дышать.        — Да, юноша. Ещё чуть-чуть и Вас бы уже ничего не спасло. Эта женщина действовала наверняка! — приятный старческий голос перекрыл шум окружающей природы и дал силы Довакину открыть глаза. Перед ним на корточках сидел весьма преклонных лет, но полный сил старик, в робе, какую обычно носят травники. Пояс его был усеян различными травами, а ремень, висящий от плеча до бедра обвешен в бесконечных сумках и склянках.       «Егерь? Травник-отшельник?» — подумал про себя драконорожденный, гадая, кто является его спасителем. Но тот, словно прочитав его мысли, вновь заговорил.        — Меня зовут Вулфрик, я травник. Живу на хуторе близ Фолкрита. Приятно познакомиться — по отчески добрая улыбка старика на миг будто согрела само естество Асгейра. Перестав удивлённо смотреть на собеседника, он собрался с силами, и предпринимая попытку встать, хотел представиться в ответ. Но, не рассчитав силы, рухнул аккурат на пятую точку.        — Я…        — Нет нужды, юноша. Мне прекрасно известно кто Вы, и чем занимаетесь. Рассказы о деяниях великого Довакина достигли всех уголков Скайрима.        Асгейру было не привыкать слушать похвалу и почитание, но от чего то из уст этого человека подобные слова стыдили. Ведь одному ему было известно, какой ценой порой давались эти деяния.        — Тебя что-то тревожит, сынок? Что-то гложет? — тепло и доверие, исходящее от травника, казалось способно пробить даже его метеоритный доспех. Тяжело вздохнув, и, очень неожиданно для самого себя, Асгейр ответил.        — Помимо того, что я сейчас чуть не предстал перед Тсуном и героями Совнгарда из-за стрелы врага? — усмехнулся он — Возможно я пытаюсь сделать то, что мне не под силу. Возможно, я недостоин повторить славный путь Талоса. Возможно…        — А возможно, ты единственный, кто может это сделать, не задумывался? — с иронией в голосе произнёс Вулфрик — Сколько раз тебя спасали от неминуемой гибели, а, Довакин? Сколько раз твоя душа уже почти уходила из тела, но её силком загоняли обратно. Так может ты не будешь разочаровывать тех, кто оберегает тебя с небес, Ас.       Подобное отношение и знание его жизни повергло в шок драконорожденного. Не в силах даже упрекнуть травника в нарушении банальных правил вежливости, Довакин лишь мог глупо смотреть на радостного старика, пока тот смеясь, поднимался с колен и поправлял робу. Уже собираясь уходить, словно уверенный в том, что бывшему при смерти воину помощь не потребуется, Вулфрик на мгновенье остановился и ловким движением руки бросил Асгейру маленькую вещицу, оказавшуюся септимом.        — На удачу, Довакин — произнёс напоследок старик и слегка наклонив голову, бодрым шагом скрылся за поворотом.        Ошарашенный произошедшим драконорожденный ещё несколько минут сидел, бездумно вглядываясь в изображение на монете, пытаясь собрать воедино, что произошло с ним. На септиме красовался профиль Тайбера Септима или же Талоса, его кумира. И он точь-в-точь повторял лицо его травника-спасителя.

***

      Серана взволновано вглядывалась в даль, словно пытаясь разглядеть за кроной зелёных деревьев силуэт любимого мужа. В письме, что было доставлено утром из Хелгена, говорилось, что у Скайрима новый король. Асгейр, Северный Дракон. Делает ли это её королевой? Девушка робко улыбнулась своим мыслям. «Её Величество, королева Серана». Как глупо звучит. Ей, бывшему вампиру, пережившей десятки королей, называться так же. Однако, это придаёт совершенно иной смысл тому, о чём она узнала месяц назад. Улыбка на лице девушки стала ещё шире, как вдруг Мико, мирно дремавший в конюшне, поднял голову и, навострив уши в сторону дороги, начал лаять. Чутьё у старого охотничьего пса было всё ещё отменным.       «Пожалуйста, пусть это будет он. Девятеро, прошу» — взмолилась Серана, смотря на дорогу.       Но ей не пришлось долго ждать. Силуэт чёрного воина на громадном скакуне спустя мгновенье показался из-за чащи. Асгейр вернулся.

***

      Поленья в камине мирно потрескивали, извергая снопы искр. Этот звук был единственным, что смел нарушать гробовую тишину спальни, которая воцарилась после слов Довакина.       -Переехать в Солитьюд? — будто не веря своим ушам повторила Серана — Но зачем?       Нахмурив брови, Асгейр ещё крепче прижал к себе супругу. Так хотелось растянуть эти часы на месяцы.        — Всё из-за моего нового положения. Ты теперь жена короля, и не можешь жить в простом загородном доме на отшибе. Кроме того, вам там будет безопаснее. Клыки будут охранять вас. Кроме того, я слышал из Синего дворца прекрасный вид — Довакин улыбнулся и попытался поцеловать супругу, но она его остановила.        — Милый, я должна тебе кое-что сказать. Не могла доверить это бумаге. Я…Я беременна.        Асгейр потупив взгляд смотрел на синие глаза своей возлюбленной, утопая в них словно все воды моря Призраков разом решили его поглотить. Ребёнок. Свой ребёнок. Но это…        — Это невозможно. Ты же говорила, что это невозможно из-за твоего прошлого. Что дочери Холодной Гавани навсегда становятся бездетными — всё ещё ошарашенный Довакин пытался подобрать слова, справляясь с шоковым состоянием. Слишком многое свалилось на него за этот день. Сначала ядовитая стрела, затем сам Талос, а теперь ещё и беременная жена!        — Ты не рад? — Серана взволновано поднялась с постели. Совсем не так она это себе представляла.        Асгейр вскочил следом.        — Естественно я рад! Я безумно счастлив! У нас будет ребёнок. Свой ребёнок! — радостно ответил Довакин — Просто, эта новость меня шокировала. И стала ещё одним поводом, чтобы вы все переехали. Я не хочу, чтобы будущий император Тамриэля подвергался риску — улыбнулся он.        — А может быть это будет императрица? — девушка обвила шею возлюбленного руками — Кроме того, ты пока что лишь король, или я что-то пропустила?        — Это временно. Пока мы здесь с тобой болтаем, большая часть оставшихся войск этой провинции собирается под Хелгеном. Мы идём на Имперский город.        — Я не сомневалась, что ты на этом не остановишься. Но это значит, что мы вновь не будем видеть друг друга бесконечно долго? — грусть сквозила от слов девушки, несмотря на все её попытки это скрыть.        — Я делаю это не только из мести. Доминион безусловно заплатит за все свои грехи. Но это и для нашего будущего тоже. Поэтому…завтра Клинки приедут помочь вам собраться. А теперь, Ваше Величество, извольте вернуться в постель — хитро улыбнувшись, Асгейр подхватил Серану под бёдра и уложил в кровать.        — Слушаюсь, Ваше Величество! — уже стоном вырвалось у девушки.

***

       «Бывшие противники бок о бок маршируют на встречу общему врагу. А ведь ещё месяц назад эти ребята были готовы поубивать друг друга» — думал Асгейр, наблюдая как остатки Легиона и Братьев Бури единым строем направлялись к Бруме. Именно там, со слов разведчиков, сейчас находилась ставка этого недомерка, возомнившего себя императором. Также, его агент из Гильдии Воров доложил, что с ним был отряд юстицаров Талмора, ожидающих подкрепления. Авангард армии Доминиона для покорения Хаммерфела должен был присоединиться к войскам псевдоимператора и вместе сокрушить Хелген и планы Довакина, прежде чем подойдут основные силы эльфов и вся эта грязная орда обрушится на редгардов. Вот только жалкие талморцы и их прихвостни не учли уровень сети шпионажа, что Асгейр учинил с помощью двух самых могущественных тайных организаций Скайрима за столь короткий срок. И все донесения о топтании его войск на месте были лишь уловкой, для внезапной атаки по лагерю противника. Но довольно скоро они это прочувствуют на своей шкуре.        Тем временем, в лагере под Брумой началась суматоха. Никто не ожидал нападения в три часа ночи, ведь граница мятежной провинции находится в двух днях пути. Дозорные, заметив приближение войск Скайрима, подняли тревогу, и теперь, большая часть заспанных солдат носилась в панике между палаток, пытаясь организовать оборонный строй. Всё ещё сонным был и бывший лорд, а ныне император Тамриэля, Маркус Тул. Стоящий в окружении нескольких эльфов и своего военачальника на крыше бывшей великой часовни Талоса, являющимся самым высоким зданием в городе и с ужасом смотрел на организованный марш красных и синих цветов, неминуемо приближающихся к стенам города. Это было невозможно.        — Как такое могло произойти?! Ваши разведчики докладывали о том, что эти немытые варвары застряли на границе! Почему же они здесь? Да и ещё с легионерами, посланными в Скайрим?! — брюзжа слюной вопил Маркус, пока один из юстицаров не ударил его по лицу. Неслыханный шаг дерзости, но не в нынешней ситуации. Ведь Тул был всего лишь продажной куклой, жаждущей власти и денег. И в обмен на это он предал свою родину, чем вызывал презрение даже у самих талморцев.        — Замолчи, червь. Мы возложили корону на твою голову, мы же её можем и снять — эльф с отвращением вытер руки о знамя Империи — Кроме того, открой глаза и посмотри внимательно. Наши войска превосходят их числом в три раза. Когда же мои братья подойдут с подкреплениями, на каждую нордскую падаль и предателя имперца будет ещё три предателя и один воин Доминиона. Так что, победа у нас в кармане, несмотря на их хитрость — талморец отвернулся от ошарашенной марионетки и ухмыльнулся — А теперь смотри, как падёт один из последних оплотов мятежности в вашем мирке низших рас.        Однако, войска Скайрима не спешили начинать атаку. И в скором времени две армии встали друг на друга, словно выжидая чего-то. Первым лопнуло терпение у Талмора.        — Отдать приказ об атаке! Раз этот сброд слишком труслив, чтобы напороться на наши копья, мы сделаем это сами! — крикнул эльф одному из гонцов, стоящих у входа часовню. Тот поклонился юстицару и мигом пропал с крыши. И в этот же момент войска Скайрима взревели одобрительным кличем. Не понимая поведения проигравшей, по их мнению стороны, эльфы вместе с имперцами-марионетками начали озираться вокруг. Неужели к варварам подошли подкрепления? Но откуда?        — Посмотрите на небо! — завопил один из гонцов, белея словно снег на вершинах горных хребтов. Последовавшие его словам эльфы и люди ощутили, как липкий страх начисто парализовал их изнутри. Сверху на них пикировали четыре дракона. А на самом крупном и древнем из этой четвёрки восседал человек в чёрных доспехах.        — ЙОЛ ТОР ШУЛ!