Ты не всегда будешь сильной.

-Готова? — спрашивает Томмераас, когда мы подходим к столовой. -Ага, — бормочу я и чувствую руку Германа на своей талии. Он улыбается своей дебильной улыбкой и когда двери столовой открываются, я нарочито смеюсь. Все вокруг смотрят на нас. -Смотри, они сейчас лопнут от зависти, — шепчет мне на ухо Герман и я смеюсь еще — громче. Мы подходим к нашему столу за которым уже сидят Дилан и Тео. -Привет, — говорю я и сажусь рядом с братом. -Тин фин, малышка, — Дилан обнимает меня. -Тин фин, — отвечаю улыбаясь. -Будь осторожна, ладно? — говорит мне Дилан когда я захожу в класс. -Ты говоришь мне это уже целую неделю, — отвечаю я и специально закатываю глаза. Дилан улыбается и уходит, а за ним «гуськом» и его сородичи в лице Тео и Германа. -Тема нашего урока — обсуждение книги «Портрет Дориана Грея». В классе повисла тишина. -Неужели никто не читал? — с натиском спрашивает учитель. Кто-то начинает смеятся, а я молча листаю книгу. -Шоулфилд, прошу вас, — говорит учитель. Я быстро поднимаю глаза на молодого учителя. -Может уже ответите? — спрашивает снова учитель. Я медленно киваю. -В романе очень четко чувствуется атмосфера аристократичности лондонской интеллигенции. Произведение пестрит философскими умозаключениями и афоризмами, заставляет задуматься как над жизнью в целом, так и над жизнью отдельно взятого человека. Несмотря на давность описываемых в романе событий, автор обнажает весьма актуальные проблемы современного времени. Дориан Грей — неземной красоты молодой человек, желая оставаться вечно молодым и не терять своей красоты, платит за это очень высокую цену — продает свою душу. «- Я завидую всему, чья красота бессмертна. Завидую этому портрету, который Вы с меня написали. Почему он сохранит всё то, что мне суждено утратить? Каждое уходящее мгновение отнимает что-то у меня и дарит ему. О, если бы было наоборот! Если бы портрет менялся, а я мог всегда оставаться таким, как сейчас!» Эти слова оказались пророческими, и портрет, написанный талантливым художником, вложившим в него частицу себя, своей души, сыграл для главного героя решающую роль. Портрет берёт на себя все пороки и грехи своего обладателя: тщеславие, преступления, предательство и гордыня изображённого молодого человека оставляют на портрете свой отпечаток, оставив при этом нетронутой красоту, чистоту и невинность внешнего вида Дориана. Впоследствии портрет стал страшным кошмаром и позором для своего хозяина, потому как отражал его истинный облик, его убогую душу. Здесь можно провести аналогию со светским обществом, которое имеет яркую, красивую оболочку, но оболочка скрывает под собой грязь и мерзость действительности. Роман призывает нас задуматься о том, что мы скрываем под внешней красотой, социально желаемой оболочкой, какие пороки кроются внутри. У главного героя была возможность заглянуть себе в душу и увидеть наглядно, насколько она изувечена и обезображена его поступками. Но Дориан не смог выиграть эту борьбу с самим собой…убивать совесть безнаказанно нельзя. Только тот человек обладает истинной красотой, который красив душой, не бывает внешней красоты без внутренней наполненности. -Ого, сильно, — бормочет учитель. Захожу в комнату и бросаю портфель возле кровати. И сама же падаю на кровать в форме звезды. Стоит мне только закрыть глаза, как дверь открывается: -Ты молодец, Марта! -Чо? — поднимаю голову и вижу Томмерааса. -Твое высказывание по поводу Дориана Грея, уже в школьном блоге. -Чего? -Марта, ты слышала, — говорит Герман и улыбается. На телефон приходит СМС и я непроизвольно достаю его из кармана. «Хэй, детка, как ты?». Черт! Ком в горле нарастает и мне кажется, что сейчас меня стошнит. -Идешь на ужин? — спрашивает Герман. -Нет, мне не хочется есть, — выдавливаю из себя улыбку. -Всё в порядке? -Да, всё хорошо, иди. -Хорошо, — Герман встает с моей кровати и идет к двери Я кусаю кулак. Томмераас резко поворачивается и спрашивает: -Точно всё в порядке? -Да, — улыбаюсь я вытирая кулак об простынь своей кровати. Дверь закрывается. Поднявшись с кровати я бегу в ванную. Кричать. Мне хочется кричать. Открываю шкафчики в поисках бритвы. Дилан идиот, спрятал от меня всё. Передвигая ноги, иду в комнату и открываю свою тумбочку, потом косметичку. Маникюрные ножницы тоже подойдут. Иду в ванную и скатившись по холодной стене я стараюсь подавить писк внутри себя, но у меня плохо получается. Остриё ножниц впивается в мое запястье и я еще сильнее надавливаю. Хватаю полотенце и коленкой прижимаю его ко рту. Слезы застилают слезами. На кафеле кровь смешивается с моими слезами. Не чувствую. Снова и снова остриё ножниц разрезает кожу. -Марта, я принес тебе рагу, — слышу из комнаты. Я кидаю ножницы в унитаз, а руку прячу за спиной. -Ты в ванной? — Герман заходит в ванную. -Привет, — говорю я улыбаясь. -Ты так и не пришла, я принес тебе рагу, — повторяет Томмераас показывая контейнер с овощами. -Хорошо, спасибо, — благодарю я. -Что с тобой? — спрашивает шатен смотря на пол рядом со мной. Черт, там же кровь. -У меня… месячные. -Это не месячные, Марта, — рявкает Томмераас. -Герман, всё в порядке, правда, — шепчу я. Шатен хватает мою руку и я выкрикиваю: -Ой. -Ты адекватная, Марта? Нормальный человек не может изрезать свою руку до кости! -Всё в порядке! -Нет. Не в порядке. Ты чего творишь? -Я в порядке, в порядке, в порядке, — кричу я и чувствую как мои колени ударяются об кафельный пол.