Случайная жертва

Главней всего погода в доме, а все другое суета! Есть я и ты, а все, что кроме легко уладить с помощью зонта. Лариса Долина - "Погода в доме"

      Я осторожно качала спящего на руках Ская, любовалась им. Моё солнышко появилсь на свет 25 декабря в 11:23. Так мне по крайней мере сказали, но не вижу им смысла мне лгать. Сам процесс помню плохо, урывками. Сын родился весом 95 унций и целых 20, 5 дюйма ростом. Полностью созревший и немного недоношенный кроха. Скай Александр Габриель Холмс. Имя дал этот тип, когда я валялась в отключке после родов и пока на глаза мне не попадался. Умный зараза.       Бог миловал, ничего кроме недобора веса с нами плохого не случилось. Не считая смены фамилии. По моим расчетам должно было пропасть молоко или вообще не появиться, но оно было, и смена фамилии на этом фоне как-то терялась, хотя из больницы нас отпускать почему-то пока не хотят. Кольцо на пальце, это не наручники на запястьях — мелочь. Что-то большее чем поддержание пристойного фасада Майкрофт от меня требовать не будет, а потребует нос откушу.       И да, это будет не логично! И вообще подсудное дело, согласна! Но фантазировать на эту тему приятно, и это прекрасно успокаивает нервы! А еще за те двое суток, что прошли после родов на моём счету уже четыре доведённые до истерики медсестры. Видимо Холмс не фамилия, а диагноз. Хотя я очень надеюсь, что дело в послеродовом синдроме и повышенная ядовитость скоро пройдёт.       Дверь палаты открывается, я слышу шаги двух людей, зашуганная медсестра покидает палату, рвано выдыхаю.       — Дорогая, — …или не пройдёт. — Чем тебе не угодил местный персонал?       — Им просто не повезло в том, что у меня от нервов одни воспоминания остались, как и от любви к ближним. Увы, понимание и милосердие в ближайшее время не мой конёк, — всё так же, не отрываясь от своего сокровища как можно тише отвечаю я, спрашиваю. — Нужно ли мне объяснять почему или это ясно и так?       — Я понимаю, ты злишься… — перевожу взгляд на м…муж…чину. И чего он так нервничает?       — Майкрофт, — перебиваю его я. — Не стоит, ты понимаешь разумом, но не сердцем. Я точно так же понимаю причины твоих поступков, мне просто нужно время немного прийти в себя, вот и всё. Но это ведь не та причина, по которой ты сегодня пришел, верно?       — Что мне нравится в тебе, так это твоя проницательность, Викки. С тобой не нужно мучительно подбирать слова, чтобы они были истолкованы правильно, — у меня звуковые галлюцинации или это действительно был комплимент? — Нужно будет познакомиться с родителями, так как это может быть для тебя важно, я решил, что пред тем, как что-то решать, нам с тобой стоит поговорить и обсудить план действий.       Я незаметно для себя оказалась в параллельной вселенной?       — Тогда знакомство с твоими стоит организовать как можно скорее, так если что-то пойдёт не так, можно списать на то, что ты еще не свыкся с тем, что стал отцом, а я не пришла в себя после родов. Ты уже говорил с моими родителями?       — Да, мистер Картер воспринял ситуацию крайне негативно.       — Ты прирождённый дипломат, Майкрофт, — хихикаю я, прекрасно представляя, как мог отреагировать Говард на подобные новости. Напряжение, сковывающее меня на протяжении всей беременности, начинает отпускать. — Как понимаю, найти общий язык не вышло.       — Мы договорились о нейтралитете.       — Превосходно… Майкрофт, ты не мог б позвать медсестру, не хотелось бы чтобы из-за нашего разговора Скай проснулся и… — мужчина подходит ко мне ближе, садится на самый край кровати протягивает руки.       — Я умею обращаться с детьми и вполне способен сам уложить сына в кроватку, — неуверенно передаю Ская ему, однако, ничего плохого не происходит, и он действительно вполне сносно справляется с задачей.       Он возвращается, обнимает меня, гладит по голове, обещает, что всё будет хорошо, что всё обязательно наладится, и я в который раз цепляюсь за Майкрофта, как за спасательный круг и плачу.       Плачу от облегчения. ***       Утром 29 декабря в палату врывается пожилая пара. Мужчина едва поспевает за своей сияющей как сверхновая спутницей. Круглолицая, полноватая женщина, настолько легко и изящно двигается, что я в первое мгновение поневоле задумываюсь о гриме и маскировке, но наши глаза встречаются и у меня табун мурашек проходит по спине.       — Миссис Холмс… — растерянно говорю я, а затем спохватившись приветливо улыбаясь, здороваюсь, — Доброе утро, а где…       — Ты такая, как мой мальчик тебя описывал! — радуется женщина. — И не нужно так официально, ко мне обращаться. Зови меня просто мамой, милая. Ты ведь теперь тоже миссис Холмс. Майк такой скрытный! Он совершенно ничего о тебе нам не рассказывал, представляешь?       — Дорогая, не стоит, девочка еще не пришла в себя. Не волнуйся, дочка, наш непутёвый сын нам всё рассказал. И я рад тому, что несмотря на всё что он натворил, ты нашла в себе силы дать ему еще один шанс, — искренне благодарит меня мистер Холмс, совершенно не похожий на Холмса в моём понимании. Высокий седой мужчина с добродушным лицом и добрыми глазами, не вяжется с этой фамилией, как не посмотри.       — Майкрофт… — попыталась хоть что-то ответить я.       — Не стоит его пытаться оправдывать перед нами, милая. Я вижу, что ты очень хорошая девушка и даже не представляю, как моему сыну удалось тебя заполучить, — отмахивается миссис Холмс.       — Но разве, Майкрофт…       — Нет-нет, то, что он нам рассказывал, конечно, очень правдоподобно звучит, но я всё-таки его мать и понять, когда он откровенно врёт, пока еще в состоянии, а ты?       — Мы учимся доверять друг другу, миссис Холмс. Всё изменилось так быстро, что я до сих пор не верю, что всё происходит именно со мной. По сравнению с ним я жутко эмоциональна, а поэтому в последнее время только и делаю, что цепляюсь за Вашего сына и плачу. Представляете, довела до истерики нескольких медсестёр, пока он не успокоил меня, — смущенно улыбаюсь. — Не представляю, как он терпит рядом такую эгоистку, как я.       — Ох, милая! — женщина расчувствовавшись обнимает меня, целует в макушку. — Немного эгоистичности с твоей стороны по отношению к Майку не повредит, а то он за своей работой может вообще забыть о том, что у него есть жена и сын.       — Мама? Что вы здесь делаете, мы же собирались встретиться позже. И чему ты учишь Викки? Тебе не кажется, что ты, как мать должна быть на моей стороне? — слышу голос появившегося в палате Майкрофта.       — И отдать тебе на растерзание этого милого оленёнка? Она только недавно родила, но посмотри на неё. Худая, того и гляди сознание от голода потеряет! Или ты думаешь, я поленилась узнать почему девочка раньше срока родила? Что ты такого натворил, чтобы довести её до такого состояния? — ураган имени старшей миссис Холмс начал набирать обороты и остановить его было выше человеческих сил. Женщина грозно наступала на своего сына, грозясь размазать его по площади тонким слоем.       Я об этом пожалею. Я точно позже об этом множество раз успею пожалеть. Но…       — Мама, пожалуйста, мы только-только стали собирать из руин семью… — обращаюсь я к миссис Холмс. На глаза моментально наворачиваются слёзы, просто потому, что я говорю правду. Я устала быть белой вороной, пятым колесом у телеги, злым подкидышем, как это было в моей семье. Я отчаянно хочу свою семью. Даже такую, какая у меня выходит сейчас.       Майкрофт видимо по привычке кидается меня успокаивать. Миссис Холмс восхищенно присвистывает, наблюдая за этой картиной. Радуется, хлопает в ладоши чуть подпрыгивая на месте.       — Блестяще! Дорогой, это самый лучший подарок, на Рождество который только можно было получить! Не просто невестка и внук, но и надежда, на то, что он единственным не останется!       — Мама, не говори глупостей, — возражает Майкрофт.       — Я всего лишь говорю то, что вижу, Майк, — мило улыбается Миссис Холмс, но от этой улыбки так и тянет спрятаться под кроватью вместе со Скаем и молиться, чтобы Бог миловал и опасность прошла стороной. — Что вижу, мой мальчик, то и говорю.       Язык мой — враг мой.       — Гены — эта такая удивительная вещь, что только не выкинут! — Миссис Холмс подходит к кроватке умиляется спящему младенцу, тихо, но крайне восхищенно делиться с мистером Холмсом своими наблюдениями. — Боже правый, дорогой, он так похож на Шерлока в детстве!       — Нос у него определённо мой, — пытается спасти ситуацию Майкрофт, делая только хуже.       — Он весь твой, Майк, как и его мать, так что не паникуй. Но он всё равно просто копия Шерлока в детстве, — отмахивается женщина.       — Дорогая, не пугай нашу девочку, а то еще она передумает быть женой нашего сына и сбежит с нашим внуком в Аргентину, — подключается к беседе мистер Холмс.       — Почему в Аргентину? — изумляется миссис Холмс. — Там же совершенно негде нормально спрятаться?       — Может, потому, что там, где негде прятаться, не станут сначала искать, а потом и не получится? — озадачено брякаю вслух я.       В палате воцаряется очень неловкая и гнетущая тишина.       — Ох! Мы заскочили на минуточку, только глянуть на вас, а так нам нужно уже бежать, — особенно не стараясь выказать расстройства этим фактом говорит миссис Холмс, и еще раз окинув Майкрофта и меня довольным взглядом командует мужу. — Дорогой, прощайся, у нас всего лишь через два часа обратный рейс, а нам еще столько нужно успеть!       — Нам было приятно познакомиться со столь очаровательной и молодой супругой нашего старшего сына, надеюсь, Вы не раз обрадуете нас подобными новостями в будущем. В следующий раз постараемся остаться и погостить подольше. До встречи.       Пожилая чета Холмсов исчезает также стремительно, как и ранее появилась.       — Это всего лишь тактическое отступление, да? — как иногда плохо быть проницательной.       — Именно, — подтверждает мои опасения Макрофт и всё также продолжая меня обнимать, развивает тему дальше. — Кажется, известие о внуке и моей свадьбе вдохнули в маму новые силы. Шерлока ожидает очень неприятный сюрприз, когда он вернётся в Лондон.       — Почему?       — До этого она успела махнуть на нас обоих рукой и полностью ушла в изучение кулинарии.       — А теперь?       — А теперь у неё появилось вещественное доказательство того, что не всё потерянно.       — Скай? — с робкой надеждой спрашиваю я.       — Ты.       А действительно ли в Аргентине негде прятаться?       — Твой отец невероятно мудрый человек.       — Не думаю, в своё время он пытался спрятаться от мамы в Аргентине, — хихикаю, прижимаясь к … му… мужу.       — Ты просто слабо воспринимаешь эмоциональный контекст его слов, Майкрофт, — возражаю я, делая мысленную зарубку не прятаться от Холмсов в Аргентине. ***       На полу кухни особняка, в котором теперь я вроде как хозяйка, расстелен полиэтилен. Я методично успокаиваю нервы, разбивая попавшийся под руку сервиз.       — Викки, ты зря так переживаешь, ничего же плохого не случилось.       Брякс!       — Согласен, я несколько переборщил, но этот тип действительно был слишком подозрительным.       Треньк! Брякс! Брякс!       — Викки, будь благоразумной, ты же так поранишься.       Брякс!       — Еще примерно три тарелки и я приду в себя достаточно для начала конструктивного диалога. А сейчас, милый, я слишком злюсь для подобного подвига!       Треньк!