Драконьи развлечения

— Ты не выглядишь впечатлённым, — заметил Торель. — Не переживайте, господин, меня положение обязывало видеть более впечатляющие объёмы, — смущённо отмахнулся Астор, но во взгляде его действительно читалось лёгкое разочарование, — У вас ещё всё впереди. — Ну прости, мне далеко до моего отца! — с раздражением заметил дракон, — Но пока никто из моего окружения не жаловался. — Господин, дайте только мне приложить к делу свою руку, ваше хозяйство воспрянет и станет предметом зависти всех в округе. Однако на это нужно время… — Вы чем тут занимаетесь? — Изора с заинтригованными глазами буквально влетела в сокровищницу. — Он смотрит, как будто у меня мало золота! — негодовал дракон, указывая на человека. — Господин, этого вполне хватит на все наши нужды, а потом у вас будут неплохие доходы! Не зацикливайтесь на этом… — Бери, сколько тебе надо, и давай уже собирайся! — дуясь, велел Торель. — Да, господин, благодарю! — человек проследовал к храмовому запасу золота, небрежно сваленному в одну кучу, и начал наполнять мешочки, — На наёмников… на специалистов… на нужные материалы… вот. — Что, всё? — дракон недоверчиво разглядывал три некрупных мешочка, — И этого тебе на всё про всё хватит? — Да, ведь золото — дорогой металл! — улыбнулся Астор. — Тогда что ты так уныло пялился на эту кучу? — недоумевал дракон. — Эх… — ностальгически вздохнул дворянин, — В былые времена мне хватило бы её на три-четыре вечеринки. Но господин, запаситесь терпением, вы непременно сможете закатывать пиры под стать вашему величию, однако прежде чем земля станет работать на вас, вы должны сам поработать на землю. — Да ладно, брат, в самом деле, что ты так завёлся из-за каких-то блестяшек! — поддакнула Изора, — Сам же говорил, что твои главные сокровища — это я и девочки! — драконица прошла к центру сокровищницы, заманчиво покачивая хвостом и бёдрами, где и улеглась на сваленные сокровища, — Не так ли? Что может быть лучше для дракона, чем секс на груде сокровищ. Хочешь меня прямо здесь? — последнее уже было не вопросом, а предложением, ради которого она перевернулась на спину, демонстрируя живот и промежность. Астор закашлялся, пытаясь тактично напомнить о своём существовании. — Нет! — всё ещё насупившись отвечал Торель, — Рядом с этим золотом никакого настроя. Вот будет гора побольше… — Чтоб тебя, Торель, да кого вообще волнует размер этой кучи кроме этого парня, — она возмущённо указала на смущённого Астора, — И какое тебе вообще дело до его мнения? Это он должен завидовать, у тебя член больше, чем его локоть! На Асторе вообще лица не осталось. — Да… пожалуй, мне не стоило так реагировать на вашу казну, — согласился он, — В конце концов, вы же в своём благородстве не кривите лицо всякий раз, когда взглядом натыкаетесь на мою скромную персону. Однако ваша… сестра… супруга… — он всё ещё переваривал это, хотя для дворянина откровение о кровосмесительной любви драконов было гораздо менее шокирующим, чем для Анни, — Напомнила мне ещё кое о чём. Позволите ли мне дать вам скромный совет, господин? — Давай, — буркнул дракон. — Не стоит выносить на публику свои любовные похождения, если вы не хотите лишний раз смутить окружающих. — Да мне в общем-то всё равно, смущайся на здоровье, — не понял посыла Торель. — Я к тому, что в вопросах внешней политики такая экстравагантность первое время не будет вас красить. Когда соседи научатся ценить вас, эти милые детали поведения станут ещё одним украшением вашего образа, однако до тех пор недоброжелатели их могут назвать дикостью и варварством, что не к лицу начинающему монарху, если он хочет серьёзного к себе отношения. — Хм… вот как… — дракон скрипнул зубами, — Ладно. Мне это не нравится, но если я не собираюсь полагаться на твоё мнение, то на кой ты мне вообще нужен, так что поступлю как ты сказал. Постараюсь не покрывать своих девочек прилюдно. — Я про то, что даже обсуждать это не надо… и неплохо бы Кристе носить хотя бы что-то прикрывающее грудь. Она, бесспорно, великолепна, но… но вам стоит приберечь её вид для себя, — аргументация Астора иссякала, особенно с учётом того, что он и сам не очень хотел лишаться возможности созерцать такую красоту. Торель ещё больше нахмурился. — Знаете, а давайте я заодно куплю вашим девочкам украшений и одежды? — предложил с улыбкой человек, пытаясь хоть как-то сгладить эффект от своего замечания, — Что бы вы хотели выделить в их облике? Торель насупленно вздохнул, после чего всё же ответил: — Изора и так великолепна. — Можно подчеркнуть её великолепие, например, заказав драгоценные чехлы для рогов! — подал идею Астор, любуясь драконицей. — Да! — одобрила та идею, повернувшись профилем и красуясь перед братом, — Королеве нужна корона, не так ли? — Пожалуй, — Торель даже улыбнулся уголком губ, хотя всё ещё пытался сохранять надутый вид, — Волколачкам можно взять ошейники. Хм… — он задумался, — Всем можно взять ошейники! Ани не будет против, кентаврицы, думаю, тоже… А ещё кентаврицам нужно подчеркнуть их пухлые анусы! — Что? — растерялся Астор, вообще не ожидавший такого поворота, — То есть… как вы это себе представляете? — Не знаю… можно было бы обхватить их каким-нибудь кольцом… или… даже не соображу, — он задумчиво облизнулся, — Но эти чудесные дырочки требуют внимания! — Я просто… ладно, думаю, мне удастся найти умельцев, которые знают, как это правильно сделать. Положусь на их советы, — человек уже жалел, что сам вывел дракона к этой теме. Достав ещё один мешочек, он принялся сгребать в него монеты, да побольше чем в каждый из предыдущих. Видимо, подобная наука была в цене. Изора со скучающим видом наблюдала за его действиями, пока наконец не встала с пораженческим вздохом: — Эх, ладно, потерплю пока… Кстати, брат, тебя там ищет этот подозрительный мерин. — Надеюсь, не ещё одна тупая идея с дурацкими последствиями? — закатил тот глаза. — Сам посмотри. Пока всё выглядит именно так. — Ладно. Астор… возьми и себе денег. Золушка сказала, что ты наверняка будешь ждать платы. — Я пока и не ждал… — энтузиазма в движениях человека прибавилось, — Мне пока и тратиться не на что, но спасибо, господин! Отправившись вместе с сестрой наружу, Торель действительно обнаружил, что Кальпер, самый неуёмный из здешних меринов, ждёт его на обычном месте для ходатайств. Что характерно, ожидающих внимания дракона кобыл здесь не толпилось. Зато толпились молодые жеребцы. Торель только цокнул языком. Кажется, кого-то всё-таки сегодня поджарят. — Итак, — начал он ещё на подходе, обращаясь к Кальперу, — У меня дурное настроение, так что лучше бы тебе дважды подумать, не сделал ли ты очередную глупость, прежде чем подойти ко мне. К чести мерина, он действительно подумал, прежде чем вежливо склонить голову и сказать: — Мой вождь, я уверен, что моя идея будет полезна всему табуну и лично вам, как его хозяину! — Что ж, говори! — обречённо кивнул дракон. — Господин, я заметил, что жеребцы, которым вы оставили их яички, ведут себя как настоящие воины! — начал он, — Однако в отсутствие врагов их пыл пропадает зазря, а иногда даже направляется друг против друга. Вот вчера между двумя жеребцами началась драка из-за того, что одному из них попалось больше печёнок суслика в миске! И это я с трудом выяснил, когда полез разнимать драку, потому что к тому моменту дралось уже девять юных пылких жеребцов, и все кроме первых двух присоединились просто чтобы подраться! Жеребцы вокруг смущённо потупили взоры. Приглядевшись, Торель заметил на них синяки и следы от копыт, однако в глаза это не бросалось, поскольку все они были чисто вымыты и одеты как на парад — в новую одёжку из крепких шкур. — Так вот, что я подумал… у меринов не бывает так, мерин лишён злости. Значит, именно из яиц приходит эта склонность к раздору! Когда яички жеребца пусты, он удовлетворён и собран; когда же они полны семени, жеребец хочет крыть кобыл, а когда все они покрыты… — он указал на шатры стойбища, — Как у нас, ему ничего не остаётся, кроме как давать выход лишним силам, нападая на ближних! Такой жеребец опасен, он может бить кобыл, которые не хотят случки, может драться с другими жеребцами, и может даже в глупости своей дерзнуть бросить вам вызов. — К чему ты клонишь? — прервал его Торель, — Хочешь, чтобы я снова начал кастрировать жеребят? — Нет, нет, вы уже сказали своё слово, мой вождь! — торопливо отговорился Кальпер, — Я лишь хочу предложить, чтобы вы обязали жеребцов, у которых нет кобыл в охоте, каждое утро и каждый вечер приходить к нам, меринам, чтобы мы забирали у них лишнее семя! Жеребцы станут спокойнее, а мы станем немного сильнее, выпивая излишки их сил. Дракон заслонил лицо крылом. — Так, ещё раз… вы хотите отдрачивать жеребцам утром и вечером, чтобы пить их сперму? Кальпер понимал, что что-то в сказанном дракона смущает, но не мог понять, что, так что на всякий случай просто решил подлизаться: — Вы так прозорливы и лаконичны, иного и не ждал от вождя! — А что об этом думают жеребцы? — поинтересовался дракон, мельком удивившись неожиданно сложному для лексикона кентавра слову. Один из молодых парней вышел вперёд. — Я… мой вождь, я на днях хотел покрыть вашу чёрную кобылу! Просто чтобы показать всем, какой я сильный! Кальпер побил меня и сказал, что вы меня сожжёте за это, и он прав. Яйца заведут меня в беду. Нам надо с этим справиться… — Он тебя побил? — не поверил Торель. Кальпер тем временем отстранённо рассматривал ногти на руке, однако сдержать гордой полуулыбки не мог. — Я опытен… — скромно пояснил он. — Ладно! — дракон нехотя согласился, — Бездна с вами, извращенцы! Однако не знаю, что об этом скажут в других табунах. Когда я начну покорять Великую Степь, вряд ли каждое новое племя будет принимать такие правила! — Мой вождь, вы главный, в вашей власти сжечь всех тех, кому ваши правила не по нраву, — напомнил Кальпер, — Вы хорошо объяснили это мне, и теперь я — ваш верный слуга! — Да, пожалуй, в этот раз я даже могу похвалить тебя. И… надо подумать. Ты умеешь кастрировать? — Я?! Да, мой вождь, — мерин ликовал, — Я всегда помогал Торду с этим делом, а часто даже заменял его! — Просто жеребцы других табунов наверняка будут проблемой. Я дам им выбор — смерть или отрезанные яйца. — Мудро, очень мудро! Наш табун — один из самых спокойных, а всё благодаря мудрой политике Торда, и я счастлив, что вы нашли его мудрость полезной! — Кальпер практически пританцовывал, — А что касается их жеребят — полагаю, стоит дать им право выбора? Пусть они сами решают на своё совершеннолетие — стать яростным воином или верным слугой? — По-моему, ты уже хватаешь лишку! Впрочем… — дракон задумался. Возможно, действительно стоит всё-таки кастрировать часть жеребцов? Мерины гораздо лучше управляются со слов Торда. А если они будут постоянно пить семя жеребцов, то и сами будут здоровее, и жеребцы будут спокойнее. И тогда можно будет сместить кобыл с позиций охотниц и воительниц. А то до Тореля вдруг дошло, что он позволил осеменить всех кобыл в охоте, и если так продолжать и дальше, то его войска будут глубоко беременны, а значит уязвимы и неэффективны. — Слушай меня, Кальпер. Ты предложил кое-что действительно полезное. Мне нравится, когда твоя голова работает мне на пользу, а не во вред, так что дам тебе задание. Отнесись к нему ответственно и не вздумай действовать себе в угоду. Запомни — ты будешь процветать лишь пока процветаю я, а значит в первую очередь работай для меня. Справишься — обретёшь моё доверие. Ты должен посчитать, сколько нужно жеребцов в соотношении с меринами, чтобы мы могли организовать войско. Жеребцы будут отдавать своё семя меринам, когда у кобыл не сезон, и меринам должно хватать их семени — исходи из этого. И ты будешь выбирать, кого из подрастающих оставлять жеребцом, а кого — делать мерином. Кобылы же… Подумай и над ними. Они не должны подвергать опасности жеребят, так что если они беременны или кормят, им нельзя охотиться или воевать. Подумай, какие указы должны помочь справиться с этим! — Да, да мой вождь! — Кальпер подобострастно кланялся, выглядя счастливым до потери пульса, — Я сочту всё, что вы сказали, я помогу вам навести порядок в табуне! Позвольте мне удалиться и приступить к работе? — Иди, — отпустил его Торель, и мерин галопом рванул к меринскому шатру. Торелю оставалось лишь надеяться, что он действительно озаботится важностью задания. Были подозрения, что он может накосячить, но дать шанс стоило — у парня явно было побольше мозгов, чем у других кентавров. Оставшиеся жеребцы, кажется, начали понимать, что грядёт что-то масштабное. Тень сомнения в том, что прийти сюда и поддержать Кальпера было правильным, скользнула по их лицам. Дракону уже было всё равно. Либо эти кентавры наведут в своих рядах порядок, либо он начнёт принимать жёсткие меры. Потому что в будущем, с увеличением количества подданных, эти проблемы не ослабнут, а только накалятся. Дракон принялся вспоминать, какие ещё дела оставались на сегодня, и взгляд его упал на крышу башни, где уже стоял Торд, озирая окрестности со скучающим видом. Да, неплохо было бы вернуться к тренировкам магии. Так и решив, Торель взлетел к своему пленнику-наставнику. *** Неудовлетворённость заставляла Изору нервничать. Тореля можно было понять, но ей от этого было не легче. Теперь она слонялась по стойбищу кентавров, выискивая, с кем бы из его девчонок поразвлечься. Очевидным вариантом была Ани. Драконица сперва не могла понять, куда та делась. Смущённо драконица осознала, что даже не знает, чем вообще та может заниматься среди кентавров. Когда для поисков девушки был задействован нюх, она нашлась почти сразу — неподалёку от разгруженной телеги, на которой она приехала из дома. Там же неподалёку были привязаны лошади Тореля, которых Ани успела накормить и помыть. Сама же девушка была занята довольно необычным делом — она учила Лапку ходить. Держа волколачку за передние лапы, Ани медленно пятилась, так что девушка-волчица вынуждена была шагать вслед за ней. Та явно выглядела неуверенно, однако опираясь на человеческую самочку продолжала двигаться. Во всей её позе чувствовалась напряжённость, даже хвост вытянулся палкой, чтобы помогать держать равновесие, но вот взгляд оставался заинтересованным. Изора глядела на это, засев в позе охотящейся кошки, будто боялась спугнуть девушек. Те, впрочем, заметили её почти сразу (трудно было не заметить блестящую в лучах солнца бронзовую драконицу больше лошади размером), но прерываться не стали. Спустя несколько минут их руки разъединились, и Ани отбежала на несколько метров, подзывая к себе Лапку. Та последовала за ней, делая перерывы между неуверенными шагами. Иногда покачивалась, но не опускалась на четвереньки — так и доковыляла потихоньку до радостной девушки, тут же прижавшей к себе серую подругу в объятиях. Искренне радуясь за их успехи и не желая мешать, Изора тихо прокралась мимо них к возу, чтобы порыться в содержимом. Среди вещей, привезённых с фермы, были и несколько ящиков продуктов, и сейчас драконицу интересовали яблоки и морковь. Их любят лошади — так может и кентаврам понравится? Набив полный зоб, Изора отправилась к храмовому фонтану, намывать всё это добро. Следующим очевидным кандидатом была Золушка. Торель тут с ней развлекался, пока сестры не было, так почему бы теперь ей самой не насладиться компанией вороной кобылицы? Оказалось, всё не так просто. Золушка была загружена работой по горло, ведя подсчёт добычи кентавров, параллельно составляя план закупок вместе с Астором, и изредка прерываясь на то, чтобы спорить с подскакивающим к ней наглым мерином, Кальпером. Он всё пытался втолковать ей какие-то цифры, но раз за разом был посылаем на пересчёт. Поняв, что отвлекать её сейчас — не самый умный поступок, драконица просто подошла к Золушке и деловито засунула ей в рот морковку, ободряюще потрепав по макушке. Та осталась в полнейшем недоумении (как и все окружающие, остановившие свою деятельность), даже не сразу начав жевать, а Изора с разочарованным вздохом отчалила искать другую партнёршу для игр. На глаза ей попалась Криста. Эта нежная девушка редко покидала храм, но сейчас она носила Золушке бумагу из своей комнаты. Этот материал для письма, изобретённый в Империях-Близнецах, кентавры не умели изготавливать сами, но им и не надо было много писать. Когда дело дошло до учёта, пришлось обратиться к немногочисленным запасам Кристы. Видя, как обнажённая белоснежная кобылица удаляется в сторону храма, покачивая хвостом, из-под которого мелькали пухлые розовые половые губки, Изора хищно улыбнулась. Эта уязвимая самочка буквально напрашивалась на пару-тройку часов горячего секса! Бегает тут везде голышом, демонстрирует своё аппетитное тело, трясёт сиськами на бегу… Остальные-то хотя бы их прикрывают. Надо лишь немного подготовиться и нанести ей визит. *** Криста чувствовала себя неуверенно. Последнее время ей было нечем себя занять. Раньше она с удовольствием по нескольку раз перечитывала книги, но теперь, когда она вплотную соприкоснулась с реальной жизнью за стенами храма, те вдруг потеряли львиную долью интересности. Хотелось попробовать себя в чём-то новом (или хотя бы новыми книжками разжиться), но в чём? Охота явно не подходила ей. И так было тяжело мириться с тем, что соплеменницы стреляют из лука по живым существам, но так уж был устроен мир — одни существа питались другими. Вот только сама она не смогла бы так. Утешение приходилось искать в своей комнате. Здесь все ещё было уютно, в мягком свете волшебных кристаллов можно было сделать вид, что всё как прежде… лишь в глубине души оставалось осознание, что как прежде уже никогда не будет. Но может оно и к лучшему? В коридоре раздались осторожные шаги. Полулёжа спиной к входу, кентаврица даже не обернулась. Цокота копыт не было, а значит шёл дракон. Криста улыбнулась. Торель оказался даже близко не так плох, как можно было решить на первый взгляд. В нём были забота и сочувствие, а ещё желание стать лучше. Вот и сейчас он наверняка пришёл проверить, как она тут. Наверное, стоит попросить его о новых книжках… Могучая лапа опустилась на её круп… и девушка поняла, что Торелем здесь и не пахло. Существо, которое прикоснулось к ней, утопало в похоти. Хищное, властное создание, которое жаждало сдержать себя, но это было не легче, чем удержать утекающую сквозь пальцы воду. Похоть накатывала волнами, смывая разум. Впервые Криста столкнулась с таким чистым и страстным желанием. Девушка сглотнула. Когтистая пятерня кралась по её спине, ощущавшей на себе горячее дыхание драконицы. — Здравствуй… Криста! Кентарицу сковал паралич. Она не могла даже шевельнуться от страха. Во-первых — страха перед могучим чудовищем.Во-вторых… от страха перед её желанием. Криста со своей эмпатией прекрасно видела, как это чувство поглощает все остальные, превращая драконицу в озабоченную самку, доходя до гнетущей болезненности. И из-за этой же эмпатии кобылица разделяла чувства Изоры. Её голову тоже заполняло это желание плотских наслаждений. Её собственное тело наливалось томлением, как тогда, наверху башни. В панике она думала: «Нет! Это не моё… это её чувства!» Однако телу было всё равно. Тело просто перенимало это желание, откликаясь на поступающие извне эмоции. — Ты ведь не против, что я к тебе прикасаюсь? — всё-таки продавила через пелену плотского желания Изора, хотя сдерживать себя было почти невозможно, — Ты очень аппетитная девочка, но я не буду кусать тебя! Разве что немножко… Обещаю, тебе понравится! Кентаврица тяжело дышала. Грудь и промежность наливались кровью. Это было очень странно… Где-то на задворках сознания билась мысль, что позволить драконице разрядиться будет хорошим поступком. Криста хваталась за неё, как за спасительную соломинку, чтобы хоть как-то оправдать свой робкий ответ: — Да… С восторженным рыком Изора наскочила на неё, придавив к земле своим весом. Прижимаясь к белой шёрстке, она мурлыкала, вылизывая языком шею Кристы и проминая пальцами её спину… живот… грудь… Кентаврица сама не заметила, как начала постанывать. — Тебе нравится! — с облегчением подметила Изора, после чего дала волю своему хвосту. Хвост кобылы уже отодвинулся в сторону, давая доступ к её самым сокровенным частям, и хвосту драконицы ничего не стоило проскользнуть в её лоно, вызвав ещё один бесстыдный стон. — Не бойся… Я не буду забираться глубоко… — нежно проворковала драконица, толкаясь в партнёрше, — Мы же не хотим навредить ребёнку брата… Криста кивнула. Ей должно было быть стыдно, что такие вещи даже не пришли в голову, но переливающаяся в неё из Изоры похоть затмевала все мысли. То, что драконица вообще могла соображать, казалось чудом. Изора же замечала, что распалять девушку ещё дальше не имеет смысла — она уже течёт не хуже неё самой. Тогда драконица навалилась, чтобы повалить Кристу на бок, получи доступ к её уязвимому брюху. — Ты такая сладенькая, — говорила она всё ещё замершей кобылке, облизывая её, — Аппетит так и бурлит! Криста прекрасно понимала, Изора просто играется — голода в ней не было, только страсть. А потом драконица вдруг развернулась, сунув под нос кентаврице своё междулапье, а сама решила уделить внимание филейной части девушки. Та закусывала губу, созерцая врата наслаждения чешуйчатой самки. Её собственная петелька после разминки с хвостом ждала большего, однако пока драконица не торопилась, предпочитая вылизывать чувствительное вымечко меж задних лошадиных ног. — Давай… ты же хочешь попробовать? — нетерпеливо предложила Изора, оторвавшись от своего занятия. Хвост драконицы подтолкнул беловолосую голову ближе к жаждущей плоти драконицы, и Криста, поддавшись вдруг возникшему импульсу, поцеловала половую щель. Партнёрша тут же наградила её сильным и гибким языком, пробежавшимся по закоулкам нежного влагалища. Криста всё меньше соображала. Запах женского естества Изоры дурманил, а вкус — тем более, и вскоре кентаврица уже потерялась в своих ощущениях, не воспринимая окружающую действительность. Тепло тела, вкус женских соков и осторожное посасывание Изорой её крупного клитора окончательно застили взор Кристы мутной пеленой похоти. Дальнейшее она помнила уже не так чётко. Помнила только, как приятно было жаться к сильному телу драконицы. А потом Изора попросила её сунуть руку вглубь… И девушка послушалась, введя руку во влагалище, ласково обхватившее её. Начав двигать конечностью внутри горячего тела, Криста услышала постанывания драконицы. Набирая темп, она и сама наслаждалась ласками партнёрши, пока Изора не задёргалась в оргазме, из-за чего ненадолго прервалась. С первым оргазмом утекла и часть похоти. Облегчение драконицы прекрасно чувствовалось, однако она всё ещё хотела продолжения. Криста даже чуть загордилась собой — смогла помочь бедняге! И она совсем не ожидала, что вход в матку драконицы раскроется и исторгнет прямо в ладонь девушке что-то плотное и круглое… удивлённо вытащив руку наружу, та обнаружила яблоко! — Хочешь? — Судя по взгляду Изоры, ей не терпелось увидеть, как та будет есть яблоко, так что Криста лишь немного посомневалась, прежде чем укусить. Яблоко оказалось кисло-сладким, явно сортовым — Реган мог гордиться своими садовыми деревьями на ферме. Криста тоже осталась довольна — вкуснятина! У кентавров было вдоволь мяса, кореньев, иногда ягод, но свежие фрукты к ним попадали редко, так что беловолосая с аппетитом схрумкала этот подарочек. — Там есть ещё! — в предвкушении оповестила драконица, — Нужно только достать! Криста поняла намёк, так что охотно снова запустила руку в задрожавшую от кайфа Изору. Та же вернулась к розовому подхвостью девушки, но в этот раз простым вылизыванием и посасыванием не ограничилась. Напрягая мышцы горла, она исторгла из зоба крупную морковь, которую до этого тщательно почистила когтями, и ничтоже сумняшеся приставила его толстым концом к анусу Кристы. Та даже ахнуть не успела, а Изора уже ввела корнеплод внутрь. Так они и двигались друг в друге: Криста рукой в драконице, Изора — морковью в кентаврице, пока обеих не повалили судороги оргазма. Отдыхая после случки, они прижались друг к другу и расслабились. Кентаврица лениво покусывала ещё одно добытое яблочко, а драконица смущённо прятала глаза. Теперь, когда похоть наконец схлынула, она сомневалась в том, была ли идея заняться беленькой такой уж хорошей. Криста это чувствовала, так что заставила себя напрячься, подтянуться к голове драконицы и погладить ей по рогам: — Не переживай. Со мной всё хорошо. Та смутилась, но приятно было, что кентаврице небезразлично её состояние. Решив, что правильно будет ответить чем-нибудь не менее приятным, она сказала первое, что пришло в голову: — Ты красивая! Беловолосая искренне улыбнулась этому по-детски простому комплименту. После секса она чувствовала необычную связь с драконицей, в том числе и переживания за неё. А ещё теперь ей были понятны все эмоции Тореля — видно, из-за чего он переживал. — Твой брат… очень тебя любит, — вдруг сказала она дрогнувшим голосом, так и не добавив вслух, что хотелось бы ей, чтобы её он любил так же. Изора плотнее прижалась к ней. Сочувствие было для неё чем-то похожим на чудо — не привыкли драконы к такому. Обнаружить же сочувствие и понимание в ком-то, кроме Тореля, было неожиданно и очень обнадёживающе. А рядом с Кристой в ней просыпалось совсем неадекватное чувство безопасности. Откуда? Ведь эта девчонка точно не могла защитить её. Сконфузившись, Изора поднялась на ноги, лизнула кентаврицу в лицо и спешно ретировалась, решив, что хватит на сегодня переживаний. *** Когда вечером Торель вернулся внутрь храма, вымотанный очередным днём медитации, Кристы в спальне он не нашёл. Спросил у Изоры, не видела ли — та сразу сникла и призналась, что занималась с ней всяческими непотребствами. Внутренне приготовился к худшему, но сестре ни слова выговора не сделал. Сам же отшил её утром — значит, сам и виноват. Знает же, насколько ей башню сносит. Решив проверить, куда делась Криста, сразу обнаружил её в бывшей её комнате. Та не читала книжки, а просто сидела на полу, закутавшись в какое-то покрывало и глядя в пространство. — Ты… что тут сидишь? — устало моргая, спросил он. — Ничего. Просто, — пожала она плечами. — Мне Изора сказала, что вы здесь… — Не переживайте, я в порядке! — она помотала головой и чуть оживилась, чтобы показать, что в самом деле не подавлена, — Правда. Просто задумалась. О ней… о вас… о нас. — О нас… — эхом повторил дракон, пытаясь предугадать ход её мысли. — Хорошо, что я с вами, — с улыбкой сказала она, — И что она с вами — тоже хорошо. Только… — Что? — хотя после слов беловолосой у него как камень с души свалился, хотелось окончательного разрешения ситуации. — Можно мне какую-нибудь одежду? Я вдруг поняла, что моё тело может… ну… привлекать. — она довольно мило смущалась, говоря об этом, и была вполне права, а Торелю же опять было на руку — со слов Астора, ему так и так надо было одевать своих самочек. — Разумеется. Думаю, вы с Золушкой и Ани легко что-нибудь придумаете. — Спасибо! — она поднялась на ноги, но покрывало с себя так и не скинула, — Вы так устало выглядите. Пойдёмте спать? Сегодня у всех был такой длинный день. — Да… — он подошёл к девушке, прижавшись к её груди головой, и та заключила его в ласковые объятья, — Пойдём. И спасибо за понимание. Мысли же Кристы были заняты не этим. Обвивая руками голову дракона, она думала, что не так уж много времени пройдёт, и она так же будет нянчить на груди его ребёнка. И видя, как все вокруг суетились, чтобы построить в этой степи лучшее будущее, в том числе и для их будущих отпрысков, она испытывала глубокую благодарность. *** — Кстати, господин, можете вытащить морковь у меня из задницы? — спросила Криста по пути к спальне. Торель запнулся. Не сразу поверив в услышанное, недоверчиво осмотрел круп кентаврицы. Запустил в анус палец — нащупал морковку. Подцепил когтем, выудил наружу. Недоуменно уставился на корнеплод. — Спасибо, — беловолосая выхватила морковку из его когтей, — Пойду помою. — И?.. — И съем. Не пропадать же.