Джентльмены и игроки

      «Я забыл подписаться. Это Дин. Надеюсь, тебе лучше», — прочитал Шерлок, как проснулся.       Он, едва оторвав все еще мутную голову от подушки, огляделся и, отчего-то чувствуя себя преступником, быстро напечатал ответ:       «Да, мне лучше, спасибо».       Но не отправил, а тут же стер и отложил телефон, припомнив реакцию Джима. Шерлок не понимал его ревности на пустом месте. Учитывая, что сам Мориарти давал куда более весомые поводы, дружеская переписка с другим парнем казалась самым невинным, что можно вообразить себе, будучи в отношениях. Размышляя обо всем этом, Шерлок тут же вспомнил Сэма и слова Джима о соблазнах. Его охватило какое-то иррациональное упрямство: Шерлок был уверен, что заслуживает полного доверия и имеет право общаться с кем хочет. Поэтому он решительно сжал телефон в ладони, и через минуту сообщение улетело к Дину.       Отвечая, Шерлок испытывал новое для себя чувство — мрачное удовлетворение. Будто тем самым он совершал возмездие, словно наказывал Джима. Обида за измену с Сэмом была еще в нем жива, и Шерлок подумал, что имеет право на свою маленькую ложь.       Такое сообщение ответа не предполагало, но он отчего-то ждал его.       «Отличная новость. Если ты не против, я зайду после уроков», — прилетело тут же, как будто Дин только и ждал, когда Шерлок наконец удостоит его своим вниманием.       Шерлок закусил щеку: то, что Мориарти точно не одобрит этот визит, было понятно.       «Ты придешь ко мне вечером?» — написал он Джиму.       Мориарти не отвечал. Шерлок какое-то время выжидательно сверлил взглядом надпись «доставлено», пока от Дина не пришло еще одно смс.       «Я просто хотел передать тебе ноты. Грант дал разучивать новую симфонию», — это звучало как оправдание — Дин явно не хотел выглядеть навязчивым, но Шерлок решил, что, в случае чего, это будет отличным предлогом для Джима.       «Конечно, приходи», — ответил он Дину, так и не дождавшись ничего от Мориарти.

***

      — И вот он как зарядит дирижерской палочкой ему по голове, парень аж смычок выронил! — рассказывал Дин, заглянув к Шерлоку после занятий, как и обещал.       От внимательного взгляда Шерлока не укрылся и новый джемпер, и начищенные ботинки, но он отмахнулся от неясных волнений по этому поводу, решив и дальше игнорировать все подозрительные признаки чужой симпатии. Джим так и не ответил ему, и Шерлок злился, от чего пропускал мимо ушей всю болтовню Дина.       — Надеюсь, я скоро вернусь в оркестр, — кивнул он, поерзав в кровати. — Иначе мне тоже прилетит палочка в лоб.       — Ты — любимчик, — отмахнулся Дин, — тебе подобное не грозит. Хотя я тоже надеюсь, что ты скоро вернешься, — улыбнулся он чуть заискивающе.       Шерлок честно хотел сказать сейчас что-то веское про то, что у него есть парень и что Джим не одобряет даже его переписки с другими, но вместо этого он почему-то улыбнулся в ответ:       — Думаю, еще пара дней, и я снова буду первой скрипкой, а тебе придется подвинуться.       — Твое место неприкосновенно, — рассмеялся Дин.       Его смех повис в тишине, потому что Холмс его не поддержал и отчего-то нахмурился.       — Ты чего? — тут же проявил внимание Дин.       — Джим не пришел навестить меня, — тускло отозвался Шерлок, — мой парень. Даже сообщения не прислал.       Он вздохнул и покачал головой, сам не понимая, зачем говорит это Дину.       Тот пожал плечами и с независимым видом заметил:       — Еще не вечер, — он снова улыбнулся, правда, не так искренне, как до этого.       — Ага, — Шерлок вяло кивнул. — Но ты пришел, хотя мы и не вместе.       Это прозвучало странно, но он не придал этому значения, продолжая переживать из-за Джима.       Дин поерзал, словно волнуясь, и открыл было рот, явно намереваясь что-то сказать, но тут в комнату заявился Джон и с порога принялся вываливать сплетни про Мориарти:       — Вся школа только и говорит о том, что твой ненаглядный поругался с директором! Того и гляди из школы попрут!       — Почему? — тут же заволновался Шерлок. — Джим учится отлично, что случилось?       — Теорий уйма, — отмахнулся Джон, — от наркотиков до идеи, что Мориарти трахнул его дочку. Я надеялся у тебя узнать, — честно признался он.       — Я не знаю, — Шерлок нахмурился при упоминании наркотиков. Эта тема давно его волновала: он был уверен, что все проблемы Джима наверняка из-за этого.       — Он мне ничего не рассказывает.       Джон, как всегда бывало в таких случаях, выразительно посмотрел на него, а Дин, что молчал все это время, неожиданно подал голос:       — Я думал, то, что он принимает наркотики, очевидно…       Шерлок вздрогнул. Дин озвучил его подозрения, и, хоть он тоже был в этом уверен, слышать такое от почти постороннего человека было неприятно.       — Ты знаешь про это что-нибудь? — напряженно спросил он.       — Немного, — нехотя кивнул Дин. Чувствовалось, что он одновременно и сомневается, стоит ли выкладывать, что ему известно, и хочет все рассказать.       — Ну, говори! — поторопил его Джон и легкомысленно пообещал: — Мы никому не расскажем.       — Вы же знаете Тони? — вздохнул Дин и, дождавшись от Шерлока нетерпеливого кивка, продолжил: — Он же помешанный, вот и следил за Мориарти. Как-то Тони видел, что тот выходил от Роба, коменданта нашего… — оценив их непонимающие лица, Дин пояснил: — Все знают, что, если нужно что-то противозаконное, иди к Робу. Обычно это сигареты, алкоголь…       — Или презики! — самодовольно воскликнул Джон. — Точно, значит, это к нему я ходил! Я знаю этого Роба!       Шерлок закатил глаза и скрестил руки на груди, стараясь скрыть свое волнение.       — Уверен, для избранных найдутся и наркотики, — между тем закончил Дин с плохо скрываемой брезгливостью, хотя было видно, что ему несколько неловко сообщать подобные вещи.       — Да и ты разве не замечал, что Мориарти в последнее время как торчок выглядит?       В словах Дина была правда, и Шерлок знал это. Не надо было быть гением, чтобы заметить симптомы нездорового состояния Джима.       — Не понимаю, зачем ему это, — со вздохом произнес Шерлок.       — Видимо, ему это кажется крутым, — фыркнул Джон.       — Некоторые готовы пойти на что угодно, лишь бы не быть как все, — пожал Дин плечами. — Или не скучать.       — Некоторые просто больные на голову, — веско добавил Джон.       — Быть может, не все так просто, — Шерлок нахмурился. — Наверное, стоит узнать у самого Джима, а не строить теории.       — Так он тебе и скажет, — возразил Джон, — он даже не приходит навестить тебя! Ему плевать!       Шерлок сердито посмотрел на него, но спорить не стал. Слова Джона обижали, но сейчас важнее было узнать, что грозит Джиму и можно ли ему помочь.       Дин слова Джона никак не прокомментировал, но с волнением посмотрел на Шерлока.       — Ты же понимаешь, что если это правда, то ты вряд ли сможешь что-то сделать? Тут нужна помощь врачей, — осторожно заметил он.       — Я пойду к нему и узнаю правду, — принял решение Шерлок, встав с кровати. — Джим расскажет мне.       На деле он не был так уж уверен в этом, но бездействовать в такой ситуации не собирался. Они с Джимом встречались, Шерлок имел право знать.       — Ты сам болеешь, куда ты собрался?! — вскинулся Джон, но Дин остановил его.       — Остынь, это его дело. Хочешь, я провожу тебя? — спросил он у Шерлока.       — Я болею за тебя, парень, — не удержался Джон, но Шерлок его не слушал, он уже одевался.       Все его мысли занимал только Джим, Шерлок собирался задать ему все вопросы, что уже давно волновали его.       Когда они вышли, Дин не пытался завязать разговор, что в очередной раз говорило в его пользу. Лишь у самой двери в комнату Джима он сдержанно улыбнулся, подбадривающе похлопал Шерлока по плечу и, ничего не говоря, быстро зашагал прочь по коридору.       Шерлок был ему благодарен. Он уставал от постоянного осуждения Джона, который никак не мог принять Джима и постоянно поливал его грязью. Выдохнув, Шерлок осторожно постучал и почти сразу толкнул дверь. Он был слишком взволнован, чтобы ждать приглашения.       Джим лежал на кровати, закрыв глаза и как-то неестественно скрючившись. Словно взглянув на него новым взглядом, Шерлок с горечью отметил и болезненную худобу, и синяки под глазами, и небрежность в одежде, что раньше никогда не позволял себе Мориарти. Никаких сомнений остаться не могло, но Шерлок, убедившись, что Джим действительно спит, склонился над ним и, аккуратно расстегнув пуговицу на манжете рубашки, закатал рукав до локтя.       — Что ты делаешь? — хрипло, но между тем не менее угрожающе поинтересовался Джим, резко открыв глаза.       — Ты наркоман, — сказал Шерлок, медленно отодвинувшись. — Ты колешься.       Он выдохнул, наконец принимая этот факт и смиряясь с ним.       Джим несколько секунд смотрел на Шерлока немигающим взглядом, после чего грубо вырвал руку из его пальцев и ядовито прошипел:       — Это не твое дело!       Он тут же сел на кровати, взбудораженно ерзая, и провел ладонью по волосам, словно хотел привести их в порядок, а на деле пытаясь скрыть отчетливую дрожь в пальцах.       — Ты никому не скажешь, — Мориарти в своей привычной манере требовал, а не просил, но от Шерлока не укрылось охватившее его истеричное волнение.       — Джон сказал, у тебя проблемы из-за этого, — Шерлок напряженно следил за Джимом, понимая, что в таком состоянии тот может вести себя неадекватно. — Что происходит? Я хочу помочь тебе, но не знаю, что с тобой и насколько все серьезно. Тебе грозит исключение?       — Я в порядке, — с поистине ослиным упрямством заявил Джим, но Шерлок не собирался сдаваться так быстро и продолжал выжидательно смотреть на него. — Я пытаюсь слезть, — все же признался Мориарти.       — Это хорошо, — Шерлок чуть расслабился. — А что с директором? Джим, ты должен мне все рассказать! — потребовал он решительно. — Я помогу тебе, и все получится!       Мориарти обессиленно откинулся на кровать и обхватил себя руками. Он не спешил что-то выкладывать, а только мелко дрожал всем телом.       — Тебе лучше уйти, — вымученно проговорил он.       — Ни за что! — Шерлок наоборот подполз к нему и попытался обнять. — Я буду рядом, иначе тебе может стать плохо, а никто не поможет.       Он сглотнул. На Джима сейчас было страшно смотреть, и Шерлок не мог представить, чем реально можно ему помочь.       На этот раз Мориарти не делал попыток оттолкнуть его, но молчал и шумно дышал, почти хватая воздух ртом. Шерлок уткнулся лбом в его плечо, чувствуя, как внутри все скручивается от нервного напряжения. В голове по-прежнему крутились десятки вопросов, но он больше не решался задавать их Джиму, которому и без того было тяжело. Шерлок пытался прикинуть, сколько времени тот находится без наркотиков и хватит ли ему силы воли, чтобы не сорваться. Он немного знал про ломку, но ни одно словесное описание, что ему встречалось, не передавало того, как ужасно это выглядело на самом деле. Через какое-то время Джим затих, видимо уснув, но Шерлок не решался его оставить.       Он осторожно укрыл его, а сам лег рядом. Чтобы чем-то занять себя, он, уткнувшись в телефон, листал ленту криминальных новостей, заостряя внимание на тех сюжетах, за которыми следил уже какое-то время. Это быстро увлекло Шерлока, и он не заметил, как пролетело несколько часов.       Но вот Джим снова завозился, просыпаясь. Осоловело моргнув, он потер глаза и, обхватив Шерлока поперек груди, придвинулся ближе.       — Ты еще здесь, — со смесью удивления и чего-то подозрительно похожего на благодарность в голосе пробормотал он у самого уха Шерлока.       Его сухое дыхание пощекотало кожу, Шерлок смешливо фыркнул, поворачивая к нему голову, и наткнулся на внимательный недоверчивый взгляд.       — Почему? — тихо спросил Джим.       Сейчас он, измученный и вялый, выглядел непривычно: по-настоящему уязвимым и нуждающимся в заботе.       — Я боялся, что тебе станет плохо, а никого не будет рядом, — Шерлок осторожно погладил его по плечу. — Майкрофта ведь нет. Как ты себя чувствуешь?       Он видел, что Джиму явно лучше, но радоваться не спешил, понимая, что это, возможно, лишь затишье перед бурей.       Джим скривился, демонстрируя всю гамму испытываемых им ощущений.       — Хочу кайфануть, — прямолинейно сообщил он, заглядывая в экран. — Надеюсь, ты там не статьи про наркоманов изучаешь? Мне не нужна помощь, — Мориарти приподнялся на локте и выхватил телефон из пальцев Шерлока.       — Нет, нужна! — тут же нахмурился тот. — У тебя ломка, Джим, думаю, тебе нужен врач.       Он не хотел обострять, но понимал, что состояние Джима и сейчас далеко от идеального.       — Тише, мне и без твоих нотаций тошно, — Мориарти шумно вздохнул и откинулся обратно на кровать. — Ну что, посмотрим, что еще тебе этот оркестровый лягушонок написал? — нарочито спокойно он снова активировал экран телефона, намереваясь открыть сообщения.       Шерлок вздрогнул, понимая, что вся переписка с Дином осталась, и, хоть там не было ничего подозрительного, он, зная характер Джима, уже предвидел вспышку необоснованной ревности.       — Что у тебя произошло с директором? — попытался он отвлечь Мориарти.       — Да он любой повод ищет, чтобы меня отсюда вышвырнуть, — отмахнулся Джим и, нахмурившись, вдруг громко зачитал: — «Конечно, приходи»?! Ну, и как прошло свидание?       — Не было свидания! — оскорбился Шерлок. — Дин принес ноты!       Он понимал, что немного лукавит, но Джима и самого было чем попрекнуть, так что Шерлок не собирался ни в чем признаваться.       — Ах, простите, конечно-конечно, визит вежливости, — холодно протянул Мориарти. — Дин очень внимателен, — пока говорил, он методично одно за другим удалял сообщения. — И как же ты отблагодарил его?       — Твоя ревность не обоснована, — Шерлок с укором посмотрел на него. — Я бы никогда тебе не изменил.       — Но ты ответил ему, — хмыкнул Джим, отбросив телефон в сторону. — Хотя я прямым текстом сказал тебе вчера, что мне не нравится это.       — Я тоже тебе многое говорю, но ты не слушаешь, — заметил Шерлок с улыбкой. — Не злись.       — Можешь пойти поговорить с Дином, он тебя точно выслушает, — Мориарти и не думал успокаиваться.       — Джим, это неважно, важнее то, что тебе грозит исключение! — попытался снова отвлечь его Шерлок.       — Прекрасная возможность избавиться от меня, лови момент, — Джим невесело рассмеялся. — А что? Станешь встречаться с Дином. Он будет таскать за тобой скрипку, подавать ноты и не напирать с сексом. Такому парню можно и отдаться.       — Я пойду, — Шерлок поджал губы, — ты в сознании и вне опасности.       Слова Джима неприятно задевали, хотя он понимал, что не сделал ничего плохого и даже не соврал. Почти.       — Да, иди, конечно, — кивнул Мориарти и издевательски заботливым тоном добавил: — Наверняка Дин уже ждет тебя под дверью, чтобы проводить. Телефон не забудь, — он грубо пихнул Шерлоку мобильный, — иначе как ты отправишь ему нежное сообщение перед сном?       — Ты несправедлив ко мне, Джим, — Шерлок с обиженным видом поднялся. — Завтра ты поймешь это, когда наркотики из тебя выйдут полностью. Я люблю тебя и не предам никогда.       — Любишь, как же, — процедил Мориарти, уставившись в потолок. — Рожа от любви треснет сейчас. Я, пожалуй, пойду прогуляюсь. Может, тоже найду с кем перекинуться парой смс.       — Ты обещал, что этого больше не повторится! — Шерлок вспыхнул, мгновенно забывая обо всем, ревность тут же захлестнула его. — Джим!       — А ты обещал, что будешь послушным, но стоило мне оставить тебя одного, сразу нашел мне замену, — продолжил выворачивать факты Мориарти. — Я знаю, что ты думал: Джим изменил мне, поэтому я не стану его слушаться, ведь формально я ничего плохого не делаю! — передразнил он, изображая тоненький голосок. — Ты захотел сделать наперекор мне и сделал, так что я тоже не обязан выполнять обещания.       — Это не так! — сорвался на крик Шерлок. — Это ты изменил мне, не я! Дин лишь навестил меня во время болезни, в этом нет ничего плохого!       Он чувствовал ложь в своих словах, но из упрямства продолжал настаивать. Шерлок не хотел снова быть виноватым перед Джимом, это грозило очередной ссорой, которых он боялся.       — Допустим, это действительно так, и твой ангелоподобный Дин не имеет никаких грязных намерений, — медленно проговорил Джим. — Но, как думаешь, что я сделаю, если узнаю, что ты мне сейчас врёшь?       — Я не вру, — Шерлок скрестил руки на груди, — ты же видел переписку. Там нет ничего такого. Мы просто общаемся.       — Так вот, если я узнаю, что ты врёшь мне, Шерлок, — перебив его, с нажимом повторил Джим, — я больше не дам тебе ни одного шанса. Шлюха мне не нужна, — припечатал он.       Шерлок побледнел от этих слов. Это было слишком больно и несправедливо. Он почувствовал, как внутри все словно каменеет, не откликаясь даже на такие обидные слова Джима.       — Я надеюсь, тебе лучше и ты не пойдешь колоться, пока меня нет, — ровным голосом отозвался он, скрывая свои эмоции и закрываясь от Джима.       — Не уходи, — сел тот на кровати и вдруг, примирительно улыбнувшись, протянул к замершему рядом Шерлоку руку.       Он обхватил его запястье и ласково погладил ладонь большим пальцем.       — Тебе надо отдыхать, — так же ровно отозвался Шерлок. — И мне — тоже. Я все еще болею.       — Ладно тебе сразу дуться, — насмешливо отозвался Мориарти, потянув его на себя, так что Шерлок был вынужден упереться коленом в матрас, чтобы не упасть. — Немного поваляемся, а потом я тебя провожу, — настойчиво сказал Джим.       — Ты меня со шлюхой сравнил, — процедил Шерлок, не собираясь поддаваться на уговоры.       — Я сказал, что мне не нужна шлюха, но я не называл шлюхой тебя, — уверенно возразил Джим. — Ты же утверждаешь, что мне не о чем волноваться, так чего воспринимать это на свой счет?       — Ты сказал это мне, — упрямо повторил Шерлок. — Ты должен извиниться, — неожиданно для себя выдал он. — Ты не должен был так говорить.       — Что еще я не должен сделать? — вскинул брови Джим, тут же разжимая пальцы. — Может, огласишь сразу весь список? — он прищурился. — Нечего было меня провоцировать, я не виноват в том, что ты заставляешь меня ревновать. И вообще, человека нельзя обидеть, — выделил он последнее слово, — каждый сам решает, на что ему обижаться. Если тебя задевает это, то я, вероятно, прав, — он резко поднялся, тут же начиная собираться.       — Это любого заденет, — не согласился Шерлок. — Если парень, которого ты любишь, не доверяет тебе, называет шлюхой без повода, проверяет телефон и читает переписки, то это обидно.       — Повод есть, — сухо бросил Мориарти и быстро сменил рубашку. — Может, ты и наивен настолько, что не видишь очевидного, но я слишком хорошо знаю, чем заканчивается подобная дружба. Хотя, конечно, гораздо удобнее сделать виноватым меня, — он повязал галстук и всмотрелся в свое отражение в зеркале. — Но, честно говоря, не понимаю, с чего вдруг я должен беззаветно доверять тебе. Ты что, какой-то особенный? — зачесав назад волосы, он выпрямился и выжидательно посмотрел на Шерлока.       — Из нас двоих изменял не я, — продолжал упорствовать Шерлок. — Куда ты собираешься? — не удержался он от ревнивого вопроса.       — Тебя провожать, — как само собой разумеющееся пояснил Джим. — Вдруг по дороге еще у кого-то возникнет желание с тобой подружиться.       Шерлок тут же расплылся в улыбке: Джим раньше не провожал его — вызывать ревность, похоже, имело смысл.       — Никто ко мне не подойдет, — примирительно сказал он. — Все знают, что я с тобой.       Джим приобнял его за плечи, увлекая к двери, но у самого выхода вдруг с силой прижал к себе и поцеловал, жестко удерживая пальцами за подбородок.       Шерлок хотел было не отвечать, но у него мгновенно подкосились ноги и исчезли все мысли из головы — Джим целовал его властно, почти грубо, в очередной раз заявляя свои права и не оставляя выбора. Он обвил его шею руками и весь подался вперед, растворяясь в своей влюбленности полностью.       — Я ужасный собственник, не могу смириться с мыслью, что кто-то позволяет себе думать о тебе в сексуальном контексте, — закончив поцелуй, виноватым тоном выдохнул Джим.       Шерлок задрожал от такого признания, тут же решая, что написать пару сообщений другому парню, чтобы узнать, как сильно он нужен Джиму, определенно стоило.       — Я только твой, — улыбнулся он, чуть смущаясь подобных откровений. — Ты можешь не волноваться.       Джим удовлетворенно кивнул и взял Шерлока за руку, переплетая пальцы — этот романтичный, такой несвойственный Мориарти жест окончательно заставил его забыть сейчас про все свои обиды.       Уже вечером, лежа в кровати, Шерлок с удовлетворением отметил свою небольшую, но важную победу. Во-первых, они поговорили насчет наркотиков, и Джим открылся ему, во-вторых, сам Шерлок наконец решился и высказал свое недовольство. Он не был дураком и понимал, что влияние Джима на него очень сильно, — тем приятнее было сознавать, что он мог сопротивляться и даже управлять этим. Потому Шерлок, словно стремясь закрепить результат, которого добился, не преминул отправить сообщение Дину, где поблагодарил его за помощь и заботу.

***

      Несколько дней прошло без происшествий: Шерлок шел на поправку, читая все, что удавалось найти про наркоманов и наркоманию. Ему было трудно, поскольку он не знал, что именно и в каких дозах принимал Джим, поэтому он старался запомнить все, что могло ему пригодиться в будущем. Мориарти не навещал его, но иногда писал милые смс. Переписка с Дином тоже продолжалась.       Первый день после болезни выпал на субботу, и Шерлок — относительно свежий и бодрый — завтракал в компании Джона и Терри. Джим со своей верной свитой появился, когда они уже заканчивали. Шерлок сразу отметил, что тот явно чем-то взбудоражен и раздражен. Неестественная бледность тоже бросалась в глаза, как и странно-темный взгляд. Накануне они не общались, и Шерлок тут же заподозрил неладное. Стоило подойти и спросить напрямую, но он торопился на репетицию оркестра, так как не хотел разочаровывать дирижера еще и своим опозданием — Шерлок крайне ревностно относился к своей игре и хотел быть лучшим. Проходя мимо Джима, он коротко улыбнулся ему, но в ответ получил нечто, скорее напоминающее оскал. Шерлок решил, что после занятий обязательно выяснит, что с ним происходит.       По дороге в зал он постарался отодвинуть все неприятные мысли подальше и сосредоточиться на игре: Шерлок собирался провести хорошо время с любимым инструментом и музыкой, по которой скучал. Однако этому не суждено было случиться.       Казалось, весь коллектив оркестра галдел, перебивая друг друга, что-то горячо обсуждая и споря, и Шерлок с трудом смог протолкнуться к печальному Дину, что сжимал в руке свою изуродованную скрипку.       — Что случилось? — нехорошее предчувствие тут же кольнуло в груди.       Скрипка выглядела жутко, будто ее сломали об колено, и Шерлок инстинктивно прижал к себе футляр со своим инструментом.       — Я отошёл всего на пару минут, — Дин пожал плечами и отчего-то отвел глаза, стараясь не встречаться с Шерлоком взглядом.       Вокруг продолжали охать и горячо обсуждать произошедшее, а Холмс застыл, на мгновение отключаясь от всего вокруг: он смотрел только на сломанное дерево и торчащие струны, чувствуя, как внутри него поднимается волна ярости. Мало понимая, что делает, Шерлок шагнул к Дину и протянул ему свою скрипку.       — Возьми, — произнес он срывающимся голосом.       — Нет, с ума сошел?! — Дин даже попятился, словно боялся, что Шерлок заставит его взять свою скрипку силой.       — Я сегодня играть не буду, — твердо сказал тот. — Бери, я ухожу.       — Я не могу, — покачал Дин головой. — Ты же не виноват, что какому-то уроду нечего делать. Ты должен играть, ты ведь и так пропустил…       — Думаю, я знаю этого урода, — Шерлок сердито сверкнул глазами. — И я это так не оставлю. Это уже переходит все границы!       — Успокойся, — попросил его Дин, откладывая свою испорченную скрипку. — Пойдем прогуляемся, тебе нужно остынуть.       — Это был Джим, — сказал Шерлок, когда они вышли из школы. — Он ревнует меня к тебе и злится. Я уверен, что это был он, больше просто некому.       — Я знаю, — кивнул Дин и замялся, явно не зная, стоит говорить это или нет. — Он подходил ко мне.       — Что?! — они свернули за угол школы, и Шерлок судорожно вытащил сигареты. — Он угрожал тебе, или типа того? Что он сказал?       Шерлок и раньше таскал у Майкрофта сигареты, но после того, как застукал Джима с Сэмом, стал покуривать гораздо чаще. Это успокаивало его: дым, наполняя легкие, будто настраивал на оптимизм. Однако пачка, что он стащил во время очередного завтрака, когда сидел рядом с Мораном, медленно таяла, и Шерлок надеялся, что сможет достать себе еще сигареты, если захочет.       — Нет, не угрожал, — Дин с плохо скрываемым неодобрением глянул на прикуривающего Шерлока, но комментировать это не стал. — Он просто попросил не нервировать тебя своими тупыми подкатами, и что сам ты сказать мне этого не можешь, потому что слишком хорошо воспитанный и вежливый, — с явной самоиронией в голосе закончил он, хотя было видно, как сильно вся ситуация его задевала.       — Джим ревнивый, он не может контролировать свои эмоции, — Шерлок нервно затянулся. — Но то, что он сделал с твоей скрипкой, перебор. Да, я рисковал, общаясь с тобой, но это не повод…       Он виновато опустил голову: Шерлок злился и сокрушался, что из-за глупой ревности Джима Дин так серьезно пострадал.       — Да, это было несколько неожиданно, — невесело усмехнулся тот. — Я не думал, что настолько достаю тебя своим вниманием.       — Ты не виноват, — оборвал его Шерлок. — Нельзя запрещать людям общаться, если они хотят этого! Да, Джим собственник, но сам… Неважно, — он мотнул головой и закончил уныло: — Джим пытается контролировать всю мою жизнь.       Дин задумчиво хмыкнул.       — Возможно, это не мое дело, но если тебе не нравится такое отношение, то зачем терпишь это? Ясно же, что человек не изменится.       Они прошли сквозь внутренний двор и присели на бортик фонтана — отсюда хорошо просматривался выход из школы, на случай приближения преподавателей.       — Я люблю Джима, — Шерлок пожал плечами. — И я надеюсь, что он изменится. Правда, после того, что он натворил сегодня…       У Шерлока не было слов, чтобы описать свои чувства — это граничило с безумием, он никак не ожидал, что Мориарти способен на такой поступок. Это было слишком жестоко и зло. Такое шокировало, и у Шерлока впервые появилась в голове опасная мысль о том, что он совсем не знает человека, которого так беззаветно любит.       Надо было отдать Дину должное — он не принялся тут же говорить про Мориарти гадости, лишь бы выглядеть лучше, но Шерлок чувствовал, что тот что-то недоговаривает.       — Обидно только, что новой скрипки мне не видать, — Дин проследил, как Шерлок затушил окурок об ледяную корку, в которую превратились остатки воды в фонтане, как после этого сильнее закутался в шарф и, безуспешно пытаясь согреть, подул на замерзшие руки.       — Возьми мою в качестве компенсации, — криво улыбнулся ему Шерлок. — Мама будет только рада купить мне новую.       — Боюсь, мне придется отказаться, хоть это и очень заманчиво, твоя скрипка шикарна, — мотнул головой Дин и, вдруг обхватив ладони Шерлока своими, потер в попытке согреть. — Уверен, твоему ревнивому парню это не понравится. Да и честнее будет, если за испорченный инструмент заплатит он сам.       — У Джима нет денег, — Шерлок не стал убирать руки, хотя понимал, что это точно переходит границы дружеского общения. Но он был слишком зол на Джима и из чувства противоречия — даже упрямства — хотел сделать что-то такое, что тот ему так строго запрещал. — И ты возьмешь скрипку, потому что я отчасти тоже виноват в этом.       — Если бы ты мне не отвечал, я бы расстроился больше, — Дин широко улыбнулся, имея в виду сообщения и радуясь неизвестно чему. Он продолжал сжимать пальцы Шерлока в своих, и тот вдруг отстраненно отметил, что касания эти не были приятными — напротив, ладони Дина казались ему какими-то излишне мягкими и влажными.       Шерлок натянуто улыбнулся и все же осторожно выскользнул из его рук.       — Ревность Джима не обоснована, — твердо сказал он. — В нашем общении нет ничего такого, из-за чего можно было бы сломать скрипку. Это ужасно.       Дин тут же отпрянул и с нарочито независимым видом сунул руки в карманы.       — Ты прав, конечно, — кивнул он и, подумав, признался: — Хотя чего уж скрывать, ты мне действительно нравишься. Больше, чем просто друг.       Произнесенные вслух эти слова мгновенно вернули Шерлока в реальность. Если до этого можно было делать вид, что все знаки внимания и взгляды Дина были лишь проявлением человеческого участия, а их флирт ничего не значит, то настоящее признание проигнорировать Шерлок не мог. Как и давать ложные надежды.       — Я с Джимом, — он покачал головой. — Я бы хотел тебе ответить, и, думаю, мои друзья поддержали бы меня, — зачем-то пустился он в объяснения. — Ты заботливый, не наркоман и точно не стал бы контролировать меня, но я с Джимом, прости. Хоть твои слова мне очень приятны, правда, я не могу, — Шерлок неловко улыбнулся, не зная, что еще можно сказать.       — Да, я понимаю, — сдержанно отозвался Дин, переминаясь с ноги на ногу. — Наверное, мне не стоило говорить ему правду, — брякнул он небрежно, и Шерлок тут же подозрительно уставился на него.       — Какую правду?       — Ну, о том, что имею некоторые планы на тебя, — Дин невесело улыбнулся.       — Что?! Нет! — Шерлок схватился за голову. — Ты хоть понимаешь, что наделал?! Джим ревнивый и вспыльчивый! Надо быть идиотом, чтобы сказать ему такое! — вконец рассердился он.       Это объясняло и скрипку, и то, как Джим вел себя утром. Шерлок даже не представлял, что мог надумать мнительный Мориарти, поэтому надо было срочно найти его и все объяснить. Шерлок тут же ощутил укол совести, понимая, что отчасти виноват в сложившейся ситуации сам, так как вовремя не пресек поползновения Дина.       — Мне пора! — он махнул рукой и устремился к школе, на ходу набирая сообщение Джиму.       Тот снова не отвечал, и Шерлок сразу устремился в его комнату. Однако не успел он даже постучать, как чуть не столкнулся с Майкрофтом. Шерлок хотел было спросить, где Джим, но тот его опередил:       — Его здесь нет, Шерлок. У него передоз.