Джентльмены и игроки

      Оцепенев от осознания того, что случилось, Шерлок сам не заметил, как сжал кулаки. В голове, как приговор, стучала лишь одна мысль: Джим использовал его — не только тело, но и душу, наивность и влюбленность, о которой прекрасно знал. Использовал и не думал жалеть, любить, повести себя хоть сколько-то благородно. Внутри Шерлока начала подниматься волна гнева и боли. Он не был уверен в том, что не способен сейчас убить Джима.       — Тогда ты должен уйти немедленно, — сказал Шерлок, сам удивляясь тому, каким ледяным и злым стал его голос, — иначе я вызову полицию и расскажу всем, что ты пришел сюда и изнасиловал меня, будучи под кайфом.       — Ты сам меня соблазнил, — ровно отозвался Джим, продолжая методично завязывать шнурки. — Знал, что я не смогу устоять, потому что ты мне небезразличен, и воспользовался моментом. Я ничего такого не планировал, так что твои обвинения беспочвенны, — он застыл, не оборачиваясь, но и не делая попытки уйти.       — Все было наоборот! — не выдержал Шерлок. — Это все ты! И поверят мне, — добавил он для веса. — Это Масгрейв, не Шерборн.       Здесь, в родном доме, он неожиданно почувствовал себя смелее и увереннее. Это в школе вся власть была у Джима, и слова таких, как Шерлок, ничего не значили, но в реальном мире они были равны. Шерлок неожиданно осознал эту границу влияния Мориарти, которая точно не захватывала его комнату.       — Хорошо, — после короткого молчания Джим вытащил из кармана телефон и протянул его Шерлоку. — Звони. Я не стану ничего отрицать.       Шерлок с вызовом взял телефон.       — Этот звонок разрушит мою жизнь, — напомнил Джим, все же разворачиваясь к нему, и смерил пронизывающим взглядом. — Но раз ты уверен, что я заслужил, давай, сделай это.       Шерлок перевел взгляд с телефона, зажатого в ладони, на Джима и обратно.       — Ты так не хочешь быть со мной, что готов рискнуть всем? — спросил он, поджав губы.       Мориарти выглядел все таким же невозмутимым.       — Ты не позвонишь, Шерлок, — уверенно заключил он. — Потому что на самом деле знаешь, что не прав. Ты отдался мне совершенно добровольно, я не принуждал тебя, — Джим вздохнул и продолжил с усталостью в голосе. — Я был с тобой нежен, потому что люблю тебя, несмотря на предательство, что получил. Но я не хочу с тобой быть, потому что ты — маленький, избалованный и эгоистичный ребёнок, ты зациклен только на собственных переживаниях и не задумываешься, что я тоже могу чувствовать боль и обиду.       Шерлок прищурился. Его снова не покидало ощущение, что Мориарти ведет игру, в которой Шерлок не знает правил, двигаясь на ощупь в темноте и постоянно рискуя всем, — Джим не выглядел сейчас ни испуганным, ни расстроенным, ни обиженным.       — Зачем ты пришел? — процедил Шерлок упрямо.       — Есть две причины, и об обеих я уже сказал, вопрос, слушал ли ты, — Джим раздраженно повел плечами.       — Ты мог пойти к кому угодно! — воскликнул Шерлок отчаянно. — К Морану или своим бывшим парням, но ты пришел ко мне, — неожиданная догадка тут же пронзила его, снова давая надежду на все сразу, — значит, ты все еще хочешь быть со мной, только злишься!       — О’кей, я и не скрываю того, что соскучился! — рыкнул Джим. — Но это не значит, что я стану прощать тебе все, что ты бы ни выкинул!       — Обещаю, что всегда буду слушаться тебя впредь, — тут же улыбнулся Шерлок чуть заигрывающе.       Он услышал то, что хотел услышать: Джим скучал, и все еще любил его. Это казалось Шерлоку милым и трогательным, он мгновенно забыл все те жуткие вещи, что только что наговорил ему Мориарти, понимая, что они были брошены из-за гордости и обиды. Джим продолжал хмуро смотреть на него, но сейчас Шерлок был уверен в том, что он готов уступить, потому что сам хочет этого.       — Ты сам сказал, что любишь меня, — с нажимом напомнил Шерлок, надеясь добиться своего.       Поддавшись интуиции, он пилил Джима выжидательным, даже чуть жалобным взглядом, всем своим видом выражая покорность и невинность.       — Из этого не выйдет ничего хорошего, — Джим снова отвернулся. — Я не могу быть уверен, что ты не соврешь мне больше, а следовательно, стану изводить тебя своими подозрениями и ревностью ещё больше, чем раньше. Ты снова станешь ныть, что я слишком строг с тобой, и, в очередной раз решив, что я несправедлив, сделаешь по-своему.       — Я ведь простил твою измену, хотя тоже теперь не могу тебе верить до конца, — резонно заметил Шерлок. — Считай, мы в равном положении, хотя я не сделал ничего плохого.       — Ничего плохого? Продолжай думать так дальше, — зло процедил Мориарти, снова замерев мрачной фигурой на другой стороне кровати.       — Джим, ну хватит, — примирительно сказал Шерлок.       Преодолев снова охватившую его робость, он подполз к Джиму и, обняв его за плечи, прижался грудью к спине, а губами — за ухом.       — Я все понял, надо слушаться, — шепнул он. — Давай закроем уже эту тему.       Мориарти кивнул, но так и остался молчаливым и задумчивым, позволяя Шерлоку обнимать себя, но не делая попытки проявить нежность в ответ. Узнать, о чем именно он думает, хотелось невыносимо сильно, но Шерлок не решился, заменив вопрос на нечто более нейтральное, но отражающее все его сомнения:       — Джим? — осторожно позвал он. — У нас все хорошо?       — У нас был секс. По-моему, это успех, — в своей манере съязвил Мориарти и усмехнулся.       — Надеюсь, тебе понравилось, — отозвался Шерлок с уверенностью, которой на деле совсем не ощущал, но выглядеть в глазах Джима еще более уязвимым, чем он уже успел показать себя, не хотелось.       Он снова сел в кровати, затолкав смятую подушку под поясницу, и удивленно вздохнул, когда Джим, откинувшись назад, лег поперек кровати и устроил голову у него на коленях.       — Первый секс никогда не бывает особенно хорош, но я доволен, — сообщил он.       — Правда? — Шерлок не смог скрыть радость и облегчение: несмотря на собственный дискомфорт и не самые приятные ощущения, он хотел, чтобы Джиму было хорошо с ним.       — Интересно, чем занят Майкрофт, — задумчиво протянул он спустя пару минут.       — Ваши отношения значительно улучшились, — отозвался Джим, глядя в потолок. — С чем это связано?       Шерлок мгновенно уловил ревнивые нотки в его голосе и осторожно погладил по голове — сейчас, когда волосы не были привычно уложены гелем, они казались мягкими, совершенно непослушными и торчали в разные стороны. Вообще Джим вне Шерборна казался немного другим — более искренним, человечным и живым, так что Шерлок ощущал собственнические порывы — таким Джима не знал никто, кроме него.       — Я, конечно, понимаю, что завораживающе красив, но ты не ответил, — вырвал его из задумчивости Мориарти.       — Майкрофт не стал издеваться надо мной, когда ты меня бросил, — признался Шерлок, — поддержал даже, в своей манере, конечно.       Шерлок задумался, понимая, что все именно так — Майкрофт заботился о нем, только совершенно не умел этого делать.       — А я помог ему собраться на первое свидание с парнем, — улыбнулся он, вспоминая нелепый вид брата. — Уверен, этот Грег не устоит.       — Да-а? И какие же советы ты дал ему? — усмехнулся Джим. — Майк одинаково безнадежен как с девушками, так и с парнями.       — Я так не думаю, — покачал головой Шерлок, — сегодня он был сам не свой, и даже согласился расстегнуть пуговицы на рубашке, чтобы быть сексуальным!       — Надо же, — Джим закатил глаза. — Что ещё? Хочу узнать все секреты соблазнения от Шерлока Холмса.       — Не помню уже, — засмеялся Шерлок, — но на тебя такие рубашки действуют всегда, я же вижу, как ты смотришь! — он гордо вздернул подбородок.       — Ты медленно, но верно движешься к тому, что я заставлю тебя застегиваться на все пуговицы, когда меня нет рядом, — нарочито недовольно заключил Джим и предупреждающе зыркнул снизу вверх, заставив Шерлока снова прыснуть.       — Почему ты ревнуешь меня? — не удержался Шерлок. — Ведь я даже целовался только с одним тобой!       Для Шерлока действительно оставалось загадкой такое собственничество Джима, учитывая безоговорочную преданность, которую тот наблюдал каждый день.       — Ещё бы ты решил с кем-то, кроме меня поцеловаться! — шутливо-угрожающе воскликнул тот. — Не хочу, чтобы кто-то даже просто думал о тебе в сексуальном контексте. Пусть дрочат на порно, а не на моего мальчика. Так понятнее?       — Понятнее, — фыркнул Шерлок, чувствуя, что краснеет от таких откровенных заявлений, — ты меня целуй чаще, и тогда точно никто не станет думать! — неуклюже закончил он и поспешно наклонился к Джиму, чтобы легко чмокнуть его в губы.       — Я так скучал эти дни, — тут же грустно признался Шерлок, — думал только о тебе. Давай больше никогда не будем ссориться?       — Так бывает только в сказках, — Мориарти скептически хмыкнул. — Но если ты не будешь больше давать мне повода…       Внизу хлопнула дверь, заставив его оборваться на полуслове.       — Майк пришел! — оживился Шерлок. — Вот он удивится, что ты здесь!       Джим не сдвинулся с места.       — Интересно, старший братик зайдёт проведать тебя? — протянул он, тоже прислушиваясь.       Шерлок с сомнением глянул на дверь, но та действительно распахнулась, впуская чуть пошатывающегося Майкрофта. Увидев Мориарти, он обескураженно застыл, пробежался взглядом по развороченной постели, валяющимся вокруг тюбикам и голым плечам Шерлока, после чего заключил:       — Всё-таки добился своего, — не понятно было, кого из них двоих он имеет в виду: Шерлока, что хотел вернуть Джима, или Мориарти, который хотел заполучить его невинность.       — А ты выпил и снимал рубашку, — озвучил в ответ свои наблюдения Шерлок. — Свидание прошло удачно?       Он подтянул одеяло к груди, закрывая плечи — из открытой настежь двери тянуло холодом, да и невольно хотелось укрыться от осуждающего взгляда брата.       — Удачно, — подхватил Джим. — Похоже, сегодня поимели обоих Холмсов.       Майкрофт тут же вспыхнул, краснея буквально до кончиков волос.       — Ничего не было, — соврал он, поджав губы.       — Тогда у нас тоже не было, — фыркнул Шерлок, развеселившись, — но Джим останется до конца каникул!       Он не удержался и быстро поцеловал Мориарти, словно в качестве демонстрации, что они снова вместе и счастливы, — то ли для Майкрофта, то ли для самого себя.       — Это невозможно, — отрезал Майкрофт, отводя глаза. Он нетвердой походкой прошел в глубь комнаты, огляделся и принюхался. — Нельзя курить в доме, ты мог бы объяснить своему гостю, как вести себя, — сделал он замечание.       — Дружить с плохой компанией тоже нельзя, — хмыкнул Шерлок. — Ты теперь встречаешься с гопником?       Он чуть поерзал — от тяжести головы Джима ноги уже начали затекать, но попросить его сместиться он не решался.       — Не придумывай, — цокнул Майкрофт, снова с явным неодобрением оглядывая их с Джимом. — Ты же не собираешься и правда оставаться здесь? — обратился он к Мориарти со скрытой угрозой в голосе.       — Какие-то проблемы? — лениво отозвался Джим. — Шерлок меня пригласил.       — А родителям он как это представит? — прищурился Майкрофт. — Они не идиоты.       — Нарассказывал им гадостей обо мне? — догадавшись, развеселился Джим. — Тогда тебе придется самому придумать, как теперь выкручиваться.       — Мама с папой точно не будут против того, что к нам приехал друг, — вмешался Шерлок. — Они считают, что мы с Майкрофтом социопаты, и будут только рады узнать, что это не совсем так. Они даже твоему Грэму будут рады, вот увидишь!       — Джим старшекурсник. Думаешь, родители не удивятся этому факту? — продолжил настаивать на своём Майкрофт. — Ты нарываешься на скандал.       — Он же твой сосед и якобы лучший друг! — Шерлок пожал плечами. — Не вижу никакой проблемы. Ты поможешь нам, иначе я скажу родителям, что ты не только куришь, но и трахаешься с рецидивистом, или кто он там?       Джим громко расхохотался, а Майкрофт процедил с ненавистью:       — Ты плохо на него влияешь.       Не найдясь, что ещё сказать, он гордо вздернул подбородок и вышел.       — Родители не будут против, — повторил с улыбкой Шерлок, — вот увидишь, они тебя полюбят.       Он был счастлив, что Джим остается, что у них все наладилось и впереди еще много дней только вдвоем. Лучшего подарка на Рождество Шерлок не мог себе представить.

***

      Все надежды Шерлока оправдались. Родители действительно оказались только рады «другу» и тут же были очарованы приветливым Джимом, который умел произвести впечатление не только на сверстников, но и на взрослых.       Через пару дней и Майкрофт смирился с присутствием Мориарти в доме, к тому же, сам он по-прежнему был увлечен своими новыми друзьями во главе с таинственным Грэгом, которого прятал от всех, пропадая целыми днями неизвестно где. Шерлока такое положение дел абсолютно устраивало, так как они с Джимом оставались вдвоем, а о большем он и не думал мечтать. Они с Мориарти исследовали дом, а позже и окрестности: Шерлок показывал Джиму свои любимые и тайные места, рассказывал про свое детство, жалел, что сейчас зима и многое скрыто под слоем снега, и выражал надежду, что Джим приедет к ним еще и летом.       Вечерами они сидели дома — проводили химические опыты, продолжали свою игру в преступника и детектива или валялись у камина с книжками и пузатыми кружками какао, которым их пичкала миссис Холмс, видимо, истосковавшаяся по возможности о ком-то заботиться.       Шерлоку казалось, что здесь, дома, их с Джимом чувства окрепли, изменились. Они жили как семья — просыпались и засыпали вместе, хоть и в разных комнатах, улыбались друг другу за завтраком и украдкой целовались перед сном. Когда Джим был рядом, Шерлок забывал о школе, Майкрофте, друзьях: Мориарти заменял ему весь мир, и Шерлок не нуждался больше ни в ком. Он совершенно растворялся в своей любви и был счастлив, получая взаимность. Каждая минута с Джимом была для него ценнее любых других впечатлений в жизни. Дни проходили в тепле и уюте, они не ссорились, не заговаривали о прошлых обидах или школе, впрочем, как и о первом сексе, а только наслаждались обществом друг друга. Во всяком случае, так думалось Шерлоку, и он мечтал, чтобы каникулы длились как можно дольше, но те неумолимо заканчивались, приближая их к возвращению в Шерборн.       В ночь накануне отъезда Шерлок проснулся, ощутив чужое присутствие рядом, и вздрогнул от ледяных пальцев, забравшихся под пижаму: Джим прижимался к нему со спины, зарываясь носом в волосы на затылке и переплетая ноги. Его голые ступни оказались такими же холодными, поэтому Шерлок тут же завозился, пытаясь вернуть себе украденное тепло.       — Спи, — шепнул Джим, словно в оправдание того, что нарушил его покой. — Я скоро уйду.       — Завтра в школу, — отозвался Шерлок, невольно прижимаясь к нему.       Он не знал, что означает этот приход Джима посреди ночи, и предсказуемо заволновался. Шерлок не был уверен в том, что хочет повторения той близости, какая случилась у них в первый день. Мориарти ничего не ответил, он замер за спиной, дыша в затылок и не предпринимая каких бы то ни было действий. Через пару минут Шерлок снова закрыл глаза, пытаясь расслабиться в его руках, но отчего-то это не удавалось. От Джима исходила едва уловимая опасность, немая угроза, словно своим приходом он собирался что-то донести до Шерлока, но тот пока не понимал что.       Шерлок еще долго лежал без сна, прислушиваясь к чужому дыханию. Это не было романтичное завершение счастливых каникул, это было нечто тревожное, нервное, предостерегающее. Шерлок будто знал о чем-то, чему лишь еще предстоит случится, и от этого знания на душе было неспокойно. Он заснул с тяжелым сердцем, но на утро так и не смог объяснить себе причину этого странного настроения, тем более, что проснулся он уже без Джима.

***

      На вокзале царила привычная суета и галдеж. Соскучившиеся за время каникул по общению ученики разных школ без перерыва кричали, смеялись и кидались друг на друга, узнавая в толпе знакомых и друзей. Шерлок крутил головой в поисках Джима, но, заметив его среди других старшеклассников, не стал подходить. Он понимал, что Мориарти нужно обменяться любезностями с Мораном и остальными, к тому же после их последней ночи у Шерлока в мыслях все еще был какой-то сумбур. Впервые за долгое время ему самому захотелось провести время не с Джимом, а с друзьями. Шерлок нуждался в совете.       При посадке в поезд он медлил, выискивая знакомые лица, но Джона и Терри нигде не было видно. Зато Дин — в дутой куртке и дурацкой шапке с помпоном — неожиданно перегородил ему путь.       — Здравствуй, Шерлок. Как прошли каникулы? — улыбнулся он и, пожав узкую ладонь, тут же нервно сунул руки в карманы.       Шерлок был рад встретить хоть одно знакомое лицо.       — Я ищу Джона, ты не видел?       — Кажется, видел, — Дин кивнул в сторону поезда и охотно пояснил: — Я уже закинул вещи и как раз искал тебя, как встретил твоих друзей. Хочешь, провожу? — тут же предложил он.       Шерлок кивнул, удивляясь подобному энтузиазму со стороны Дина, учитывая, что после того печального разговора они особенно не общались, но решил, что тот просто пытается наладить дружеские отношения. Шерлок не был против, хотя подозревал, что Мориарти такого кандидата в друзья совсем не оценит.       — Ты так и не ответил, как провел время на каникулах, — напомнил Дин, когда они уже толкались у входа в вагон.       Воспользовавшись возможностью, он вдруг взял Шерлока за руку и потянул за собой, пробираясь вперед быстрее остальных.       — Каникулы прошли отлично, — Шерлок остановился, когда они оказались в вагоне. — Ко мне приехал Джим, и мы помирились, — сообщил он, осторожно забирая свою руку обратно.       Такой жест можно было бы понять различно, но Шерлок помнил о чувствах Дина, которые, похоже, никуда не делись.       — О, — многозначительно выдал тот, тут же меняясь в лице. На мгновение Дин застыл с глупым видом, но все же нашелся, что сказать: — Эм… Очень рад за вас, — на этот раз его улыбка вышла натянутой. — Хотя это, конечно, несколько неожиданно. Точнее, нет, но я просто идиот, извини, — кисло заключил он.       — Дин, когда я говорил, что люблю Джима, я не шутил, — Шерлок почувствовал ненужную неловкость. — Ничего не изменилось, — он нервно повел плечами. — Ты правда видел Терри и Джона?       — Да, конечно, — Дин неопределенно махнул и нервно переступил с ноги на ногу. — Третье купе с конца. Я тоже найду своих друзей. Был рад повидаться, — он хотел было похлопать Шерлока на плечу, но заметив взгляд, которым тот его смерил, тут же одернул руку и поспешил на выход.       Шерлок облегченно выдохнул, как только Дин скрылся. Возможно, это было эгоистично, но он думал лишь о том, как бы эта встреча не спровоцировала очередную ссору с Джимом, и надеялся, что новый семестр в школе не принесет ему таких же страданий, что он сполна получил до нового года.       Он быстро нашел Терри и Джона и уже через пару минут включился в обсуждение историй, что произошли с ними за время каникул. Всю дорогу до школы Шерлок не видел Джима, но не обратил на это внимания. За первый семестр он успел привыкнуть к тому, что Мориарти сам находил его, когда ему было это нужно.

***

      — Мы с Джимом переспали, — сообщил Шерлок Джону после отбоя, когда тот наконец выключил скайп, где продолжал общаться с Мэри.       — Неужели? — Джон беззлобно усмехнулся. — Поздравляю! И как? Мориарти действительно так хорош, как про него говорят? — без особого любопытства спросил он, нарочито создавая впечатление знающего и бывалого любовника.       — Не уверен, что мне понравилось, — признался Шерлок, отводя глаза.       Это прозвучало странно и глупо, но правда была в том, что Шерлок действительно не был уверен в своем отношении к сексу и не знал, с кем можно обсудить такой щекотливый вопрос.       Джон многозначительно кашлянул, скрывая неловкость.       — Почему? — все же прямолинейно спросил он.       — Ну, это было больно, — Шерлок пожал плечами.       Воспоминания о первом сексе были не из приятных, однако он часто размышлял об этом, пытаясь понять, в чем причина возникшей проблемы. Джим больше не делал попыток попробовать снова, и Шерлок был рад этому — он не хотел снова чувствовать ни боль, ни неудобства, ни стыд.       — Ого, — сочувственно протянул Джон.       В спальне было темно, но Шерлок был уверен, что лицо его перекосило от смеси удивления, стыда и брезгливости.       — А с девчонками круто, — тут же сообщил Джон, но ответа на это не последовало.       Пару минут они лежали в тишине, каждый размышляя о своём, пока Джон, додумавшись до какой-то умной, на его взгляд, мысли, не поделился ей:       — А может, ты это… Не того? Не гей, в смысле. Поэтому и не понравилось…       Шерлок хмуро посмотрел на него.       — Чушь! — заявил он и тряхнул головой, словно отмахиваясь от стыдливости, неизменно сопровождающей подобные откровенные разговоры. — Я люблю Джима. Меня возбуждают его слова и действия, мне нравятся другие ласки… Все, кроме секса! Он был ужасен, — выдал он и поджал губы, понимая, что это прозвучало странно. — Наверное, мне стоит это обсудить с кем-то, кто делал это в такой же позиции, — предположил он. — Не понимаю, что им всем в этом может нравиться?!       Сразу на ум пришли все те парни, что так и липли к Джиму. У многих из них с ним был секс и явно удачный. Шерлок снова погрузился в свои тревожные невеселые мысли. Он понимал, что не просто не хочет повторения секса, но отчасти страшится его. До той сокровенной ночи с Джимом у него имелись свои представления о том, как это должно было случиться. Сейчас все они казались глупыми и наивными фантазиями. Реальность оказалась слишком физической, болезненной и совершенно не романтичной. Шерлок понимал, что Джим был с ним и нежен, и заботлив, но сам процесс не вызвал у него ожидаемых эмоций. Это не было соединение двух любящих людей, а больше напоминало эротический фильм, где он сам был в главной роли, но справлялся с ней очень плохо. Шерлок не понимал, что не так, ведь все вокруг, кто только и твердил о своих сексуальных победах и успехах, явно испытывали другие эмоции — яркие, удивительные, такие, как мечтал испытать он сам. Эйфория, желание, страсть, что заставляет забыть обо всем и отдаться партнеру без остатка… Первый секс не дал ему ничего этого, и Шерлок совершенно не представлял, что с этим делать. Так и не доискавшись ответа, он уснул, понадеявшись на то, что в будущем все решится само собой.