Джентльмены и игроки

      Найти новую комнату Мориарти сложной задачей не стало, гораздо труднее было заставить себя постучать, превозмогая дрожь во всем теле и подгибающиеся коленки. Как оказалось, Джим не изменил своей привычке не запирать дверь на ключ, потому что с другой стороны раздалось:       — Можешь войти, Шерлок.       — Привет, — Шерлок шагнул в неизвестность решительно и быстро, не оставляя себе и секунды для сомнений.       Мориарти обнаружился сидящим по-турецки в изголовье кровати — в домашней одежде и с книгой, совершенно не соответствуя образу, какой Шерлок привык лицезреть в Шерборне. Не хватало лишь кружки какао: такой Джим лежал в больнице, проводил с ним время на каникулах, а сейчас — напоминал о самых счастливых и мирных днях в их отношениях. Внутренности скрутило, а от волнения уже начинало подташнивать, поэтому Шерлок решил не медлить. Однако, едва он хотел открыть рот, Джим, все так же не поднимая от книги глаз, жестом остановил его.       — Я понял, до тебя наконец-то дошло, что я не врал, — ровно отозвался он. — В связи с этим цель твоего визита мне ясна, — он все же посмотрел на Шерлока, но выражение его глаз было совершенно не читаемым.       — Я хочу все вернуть, — Шерлок запнулся и быстро облизнул пересохшие губы. — Тебя вернуть. Прости, что не поверил тебе.       — Хорошо, — неожиданно легко согласился Джим, закрывая книгу и откладывая ее в сторону. — Я тебя прощаю. Что дальше?       — Правда? — Шерлок недоверчиво посмотрел на него. — Ты не злишься больше?       — Ты разочарован? Хочешь, чтобы я злился? — Джим удивленно вскинул брови.       Что-то определенно было не так.       — Это подозрительно, — Шерлок поджал губы и скрестил руки на груди. — После того, что случилось, ты мстишь всем, кто предал тебя, а я — главный предатель, так что я не разочарован, а боюсь, — признался он, замолкая.       Невольно в памяти всплыли слова Майкрофта о том, что рассчитывать на милосердие Мориарти не стоит. Возможно, не стоило и продолжать свое извинение-исповедь, хотя терять уже было нечего.       — Но я люблю тебя, Джим, и если ты хочешь как-то наказать меня за то, что я тебя предал, то лучше сделай это прямо сейчас, я готов.       Шерлок выдохнул и встретился взглядом с Джимом, решая, что не уйдет, пока окончательно не разберется с тем, что же между ними происходит теперь.       — Верю-не верю, это такая игра? — фыркнул Джим и страдальчески наморщил нос. — Ты пришел мириться или снова приписывать мне поступки, которых я не планировал совершать? Впрочем, мстительный безжалостный ублюдок Джим Мориарти не способен на любовь и милосердие, все правильно, — кивнул он, меняясь в лице. — Проваливай, сегодня у меня нет желания карать предателей.       — Тогда мне, наоборот, стоит остаться, — Шерлок улыбнулся на эту фразу и сделал шаг вперед. — Если ты не станешь меня наказывать, то, может, мы будем вместе, как раньше? Я соскучился.       Вместо ответа Джим похлопал по кровати, приглашая его сесть рядом.       — Как прошла вечеринка? — спросил он непринужденно.       — Я познакомился с Ирэн Адлер, — Шерлок осторожно присел на край кровати, все еще не до конца веря в хорошее расположение духа Джима.       — Она помогла тебе разобраться в себе? — внимательно разглядывая его, протянул Джим, вытянув ноги и устраиваясь удобнее.       — Да, — не стал врать Шерлок, — я понял, что не хочу быть с кем-то, кроме тебя, даже если это значит, что придется быть одному.       — Иди сюда, уверен, тебе хочется пообниматься, — Джим сделал приглашающий жест и, когда Шерлок поспешно забрался к нему и нырнул под руку, прижался боком.       — Майкрофт подставил тебя, — сказал Шерлок через пару минут, когда наконец поверил в то, что Джим не собирается его прогонять немедленно, — не знаю, что вы не поделили, но это он сделал.       — Я знаю, — безразлично отозвался Джим — казалось, его совершенно не волновало произошедшее, что абсолютно точно не могло быть правдой. — Не что, а кого — мы не поделили тебя, известно же.       — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Шерлок, не понимая, к чему клонит Джим.       — Не думаю, что ты хочешь знать об этом, — отмахнулся тот и устало потёр глаза. — Останешься? Теперь можно не волноваться, что кто-то нарушит наше уединение.       — Конечно, — Шерлок согласился так легко, будто совместные ночи с Джимом были чем-то привычным.       Он так соскучился за дни в одиночестве, что сейчас ни за что не хотел расставаться, забыв даже свой страх перед сексом.       — Я дам тебе футболку переодеться, — рассеянно поглаживая его по спине и не делая попытки подняться с места, отозвался Джим.       Шерлок прижался к нему сильнее. Сейчас, рядом с Джимом, сама мысль о том, чтобы попробовать с кем-то другим, будь то парень или девушка, казалась абсурдной. Шерлок любил только Джима и его место было рядом с ним.       — Ты скучал по мне? — не удержался он от вопроса.       — Ещё как, — голос Джима не был равнодушным или холодным, но оставался все таким же ровным и спокойным.       В нем появились ласковые интонации, хотя Шерлок по-прежнему подсознательно ждал агрессии, и это внутреннее предвкушение не давало ему полностью расслабиться и насладиться обрушившимся на него счастьем.       Уткнувшись лицом Джиму в шею, чувствуя щекотку, рождающуюся в солнечном сплетении от его запаха, от теплоты и нежности буквально во всем теле, он все еще размышлял о том, что помириться с Джимом оказалось слишком легко. Это немного нервировало, словно было чем-то противоестественным, нарушающим установленный порядок вещей. Рядом с таким родным и домашним Джимом, Шерлок все больше боялся резкого возвращения привычного Мориарти — слишком великолепным было это ощущение долгожданного уединения и взаимопонимания. Он надеялся, что Джим действительно не приготовил для него какого-то изощренного издевательства. Потерять ещё и такого Джима из воспоминаний было бы больнее всего, и Мориарти наверняка было хорошо об этом известно.       — Я очень скучал, Шерлок, — повторил Джим, видимо поняв его молчание по-своему.       — Теперь я стану верить только тебе, — Шерлок поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза.       Он очень хотел поцеловать Джима, но все еще немного трусил, поэтому застыл, ожидая, что скажет или сделает Мориарти.       Джим удовлетворенно вздохнул и наклонился к его лицу.       — Что было между тобой и Адлер? — в его голос все же прорвались ревнивые нотки.       — Мы поговорили, — Шерлок пожал плечами, — хотели поцеловаться в качестве эксперимента, но не смогли, — он улыбнулся собственной зависимости от Джима. — Я не смог.       — Как и я, — задумчиво кивнул тот. — Не хочу никого другого, только тебя, — он легко поцеловал Шерлока — касание получилось нежным и почти робким, трепетным.       Впрочем, Джим быстро испортил невинность момента, провоцирующе проведя между чуть приоткрытых губ Шерлока кончиком языка.       Шерлок тут же задрожал в его руках, подаваясь вперед, радуясь такой нежности и признанию. Все внутри него пело от счастья — Джим любил его и простил, ничего Шерлоку сейчас больше было не нужно. Он прильнул к Джиму и обвил его шею руками, сам отвечая на поцелуй, жадно и со всей рождающейся внутри него страстью.       Все же он не был асексуалом: жар внизу живота, рождающийся от поцелуев, расходился по всему телу, Шерлок ощущал полноценный физиологический отклик на свои и Джима действия, хотя они все еще не переходили грани приличий. Шерлок прислушивался к себе: его возбуждал запах, вкус поцелуев, ощущение чужих губ и языка, щекочущие осторожные поглаживания — ему не хотелось останавливаться, хотелось, чтобы Джим продолжал. Вскоре Шерлок обнаружил, что откровенно потирается о Джима и едва слышно постанывает в поцелуй, но тот отчего-то не спешил переходить от поцелуев к чему-то большему, не пытался стащить с Шерлока штаны или облапать задницу. Шерлок был уверен, чтобы кончить, ему самому было достаточно ощущений толкающегося в рот языка, но тот самый жар — уже назойливый и зудящий — заставлял хотеть большего.       — Я очень скучал, — повторил, когда воздуха стало не хватать и пришлось отстраниться. — Я тоже не хочу ни с кем, только с тобой, — жарко прошептал Шерлок, прижимаясь к Джиму сильнее.       Вместо ответа Джим потянул его, укладывая на себя сверху и снова целуя. Для удобства Шерлок был вынужден упереться ладонями и оседлать его бедра — от такой позы, красноречиво передающей инициативу, стало еще жарче. Мориарти явно не планировал действовать так же настойчиво, как раньше, убежденный постоянными протестами: это казалось совсем уж несвойственным ему благородством, но не могло приятно не удивлять и пугать одновременно — Шерлок не был уверен, что справится с ведущей ролью.       Он неуверенно посмотрел на Джима и осторожно взялся за край его футболки. Стащив ее — чуть неумело и резко, он закусил губу, глядя на раскинувшегося перед ним Джима. Тот казался Шерлоку воплощением мужской красоты, от одного взгляда на которого, внутри все замирало. Шерлок не удержался и несколько раз поцеловал его сперва в шею, а потом спустился осторожными поцелуями к животу. Он был взволнован и взбудоражен тем, что Джим молчит, не направляет и не торопит его. Сейчас все происходило иначе, чем обычно, и Шерлок чувствовал себя странно. Оторвавшись от Джима, он выпрямился и поднял руки, улыбаясь чуть смущенно и предлагая Джиму тоже раздеть себя.       Мориарти охотно отозвался на это, приподнявшись, быстро снял с него джемпер и сел, так что Шерлок тут же обвил его за талию ногами, прижимаясь голой грудью к груди Джима и вздрагивая от волнующих ощущений. Джим тут же воспользовался удобным положением, начав вылизывать его шею — неторопливо, но жадно, сопровождая касания языка тихими нетерпеливыми вздохами, но по-прежнему не распуская руки.       Шерлок уже млел под его ласками и откровенно ерзал, пытаясь усилить контакт, но чувствовал, что одежда мешает. Наверное, впервые он по-настоящему захотел именно секса, и даже память о прошлой боли его не остановила. Шерлок сполз с Джима и принялся за свой ремень, не думая ни о чем, кроме желания, что все больше и больше завладевало им.       Руки как назло не слушались, но Джим не торопил его, продолжая целовать шею и плечи, легко и ненавязчиво, но между тем это так распаляло, что Шерлок, растеряв всю свою стыдливость, сам ухватил его за запястье и намекающе потянул к своему паху в немой просьбе перейти к более откровенным ласкам. Джим тут же забрался к нему в брюки, но лишь продолжал дразнить, заставляя Шерлока выгибаться и ерзать.       — Джим, я хочу, — окончательно раскрепостившись, позвал его Шерлок и облизнул губы. — Сделай это.       — Не торопись, — шепнул Джим с легкой усмешкой. — Для асексуала ты слишком горячий и нетерпеливый, — поддел он Шерлока, но не дал тому ответить на колкость, коснувшись губами кожи над границей белья, чем вызвал рваный вздох и скомканный смешок.       Джим все же стянул с Шерлока брюки, но неторопливо и словно играючи, оставляя поцелуи на бедрах и острых коленках, после чего потянул зубами за резинку трусов, стаскивая их почти наполовину. Шерлок тут же принялся смешно сучить ногами, пытаясь скинуть их без помощи рук. Стеснения не было, сейчас он воспринимал одежду как нечто мешающее, ненужное. Он хотел быть с Джимом без каких-либо преград, чтобы ощущать его всего и всем своим телом.       Джим пару раз облизал его член, чем вырвал из груди Шерлока несколько громких стонов, после чего довольно резко заставил его перевернуться, оттопырить задницу и раздвинуть ноги — влажные и немного щекотные прикосновения языка между ягодиц оказались полной неожиданностью.       Шерлок хотел было воспрепятствовать этому слишком уж откровенному действу, но нужных слов не нашлось, а эмоции тут же захлестнули его с головой. Через минуту Шерлок с пылающими щеками и смесью восторга и стыда судорожно комкал мокрыми пальцами простыню, то отодвигаясь, то, наоборот, подставляясь под Джима, вздыхая и охая на каждое движение языка.       Он чувствовал странную, ни на что не похожую пульсацию, что рождали подобные ласки, но ее было недостаточно. Шерлок пытался тереться о простыню, но Джим то и дело поднимал его за бедра выше, отчего контакт терялся и оставалось только поскуливать, задыхаясь от такого сильного возбуждения, какого Шерлок еще не испытывал. Он чувствовал себя пьяным — перед глазами плыло, а колени тряслись. Когда Шерлок почувствовал толкающиеся в него пальцы, это не вызвало у него отторжения, как в прошлый раз, наоборот, каждое движение давало острые, почти парализующие от удовольствия ощущения.       Шерлок сам не заметил, как стал подаваться назад, стараясь продлить проникновение. Он наконец понимал, какое именно желание должно было возникнуть у него раньше — наполненности. Каждый раз, когда пальцы исчезали, он почти стонал от разочарования, но и этого было мало. Сейчас Шерлок осознавал сквозь пелену своего возбуждения, что хочет именно Джима в себя, и ничто другое его не успокоит.       — Скажи мне это, Шерлок, — различил он вместе с ощущением потирающегося между ягодиц члена, как и почувствовал чуть сладковатый запах смазки.       — Я хочу тебя, Джим, — с готовностью отозвался Шерлок, прогибаясь в пояснице и выставляя вперед задницу. — Прямо сейчас, пожалуйста!       К счастью, больше уговаривать Джима было не нужно: проникновение оказалось все ещё немного болезненным, но острое возбуждение не давало отвлекаться на такие несущественные раздражители. Вскоре Джим без какого бы то ни было сопротивления двигался в нем быстро и размашисто.       Шерлок сам нашел удобное для себя положение, уронив голову на согнутые в локтях руки и тем самым прогибаясь еще сильнее. По рваному дыханию Джима он понимал, что тому так тоже удобнее. Толчки стали сильными и быстрыми, и Шерлока затянуло в настоящий водоворот из необычных ощущений. Пот капал со лба, его то и дело бросало в дрожь, и он еле успевал дышать между судорожными движениями, пытаясь попасть в один ритм с Джимом, но сбиваясь. Шерлок не чувствовал сам себя, будто превратившись в сгусток энергии, пульсирующей и невероятно живой; он весь был для Джима, и Джим был для него — как новая субстанция, химическое соединение, нечто космическое и совершенное. Шерлок не помнил ни времени, ни места, ни сколько длилось его удовольствие — для него это был миг, растянутый в вечности.       Они кончили одновременно: Шерлок понял это лишь, когда очнулся от оглушившей его вспышки и ощутил, что Джим, обессиленно распластавшись сверху, шумно дышит куда-то в шею и бездумно водит ладонью по его влажному боку. Говорить не хотелось, как и двигаться, Шерлок прикрыл глаза, наслаждаясь посторгазменной негой и приятной тяжестью, вдавливающей его вялое и слабое сейчас тело в матрац.       Вскоре Джим приподнялся и, оставив короткий благодарный поцелуй между лопатками, вышел из Шерлока, чтобы скатиться с него и растянуться рядом.       — Ты как? — нарушил молчание он. — Все в порядке?       — Да, — Шерлок поднял голову и посмотрел на него со слабой улыбкой. — Все хорошо.

***

      Когда утром они, наскоро приведя себя в порядок после ночи, полной нежности и ласки, вышли на завтрак, Шерлок сиял. Он наконец получил то счастье и любовь, о которых мечтал так долго. Именно эта ночь после ссоры дала ему уверенность и спокойствие, которого у него прежде с Джимом не было. Они подошли к столу: Шерлок, не скрывая своих чувств и порывов потянулся к Джиму за поцелуем, и получил в ответ сразу несколько — нежно-ленивых и совершенно искренних. Они сидели отдельно от всех, но взгляды были прикованы к ним — удивленные, недоуменные, завистливые и злые. И самый злой из них был взгляд Майкрофта, которым тот, не скрываясь, прожигал Джима.       Заметив это, Шерлок дерзко ухмыльнулся и в совершенно несвойственной ему манере продемонстрировал Майкрофту средний палец, решив, что этот ребяческий вызывающий жест в полной мере отражает все пренебрежение, которое он испытывает к брату после его поступка. Джим в ответ на это издал тихий, но поощрительный смешок, после чего снова довольно откровенно поцеловал Шерлока, и тот ответил, не стыдясь и не стесняясь сейчас публичности этих действий — пройдя через столько препятствий в своих непростых отношениях с Джимом, ему наконец стало абсолютно плевать, что об этом думают окружающие. К тому же Шерлок знал, что провокация достигла цели — взбешенный Майкрофт сбежал из столовой, словно не мог ни секунды больше наблюдать их любовную идиллию.       — Кажется, Майкрофт забил мне стрелку, — фыркнул Джим, продемонстрировав Шерлоку через пару минут экран своего телефона, где высветилось сообщение с местом и временем. — У тебя как раз будут дополнительные занятия по химии…       Шерлок кивнул, уже зная, что пропустит их, но Джиму об этом он, конечно же, не сообщил. Ему хотелось наказать брата.

***

      Встреча состоялась за трансформаторной будкой на заднем дворе школы: Майкрофт выглядел так взбудораженно, словно в действительности собирался решать возникшие разногласия с помощью кулаков, а не привычным ему способом дипломатических переговоров. Его пальто было распахнуто, а шарф повязан криво — он явно был взволнован и не собран.       — Как тебе это удалось?! — процедил Майкрофт вместо приветствия, испепеляя Джима ненавидящим взглядом. — Я все продумал! Он ничего не должен был узнать!       Мориарти скучающе оглядел его, качнулся с пятки на носок и красноречиво развел руками.       — Думаю, все дело в том, что твой план был откровенно дерьмовым, — сделал издевательское предположение он. — Тебе не стоило подозревать собственного брата в тупости, он разгадывает куда более впечатляющие и изощренные загадки.       — Это твои-то? — с пренебрежением выплюнул Майкрофт. — Всего-навсего ваши идиотские игры! От тебя гораздо больше проблем, чем пользы! Ты не даешь ему нормально жить, а твои попытки самоутвердиться с помощью запретов выглядят жалкими!       Джим приоткрыл рот в притворном изумлении.       — Да что ты? В таком случае, может, расскажешь мне о своих методах воспитания? — насмешливо-озабоченным тоном уточнил он. — Подстава с целью выставить меня в отвратительном свете — верх твоих способностей к манипулированию. Грубо, Майкрофт, очень грубо. Никакой игры ума и изящества.       — В том, как ты изводишь его, тоже нет никакого изящества! — сорвался на крик Майкрофт, раздражаясь от развязно-равнодушного тона. — Ты даже позволяешь себе распускать руки! Это недостойно мужчины и джентльмена — бить того, кто заведомо слабее!       — Шерлок не трепетная барышня, чтобы пугаться пощечины, и может сам постоять за себя, — все так же спокойно отозвался Джим. — К тому же я извинился перед ним за это. Да я и не заметил, чтобы ты был особо ласковым братцем, хотя уверен, тебе бы хотелось…       — Заткнись! Ты слишком много себе позволяешь! — истерично повторил Майкрофт, сжимая кулаки, словно сам был готов броситься в драку. — Клянусь, я найду способ, чтобы доказать Шерлоку, какое ты дерьмо! Ты совсем не заслуживаешь его любви!       — А ты заслуживаешь? — зло ухмыльнулся Джим. — Разве что, только грязной и извращенной, как твои фантазии о собственном брате. Ты не за его чувства переживаешь, ты просто ревнуешь, Майки.       — Может, и так! Можешь гордиться своей проницательностью, ублюдок! — выплюнул Майкрофт. — Вот только Шерлок никогда не поверит в это, можешь и не пытаться меня этим шантажировать.       В ответ на эти слова Джим лишь криво усмехнулся, а Майкрофт резко побледнел, увидев, как из-за угла вышел Шерлок.       — Ты… — Шерлок не мог найти слов, шокированный услышанным признанием. — Ты же мой брат, — он тряхнул головой, словно пытался выкинуть оттуда, что узнал. — Ты сумасшедший извращенец! — он уставился на Майкрофта со смесью страха и брезгливости. — Совсем рехнулся?!       — Ты же должен быть на химии! — в панике воскликнул Майкрофт, отступая на шаг. — Ты все не так понял, Шерлок! Не слушай, что говорит эта сволочь!       Прежде чем обернуться к Шерлоку, Джим послал Майкрофту полный издевательски-наигранного сочувствия взгляд.       — Да, детка, это не то, о чем ты подумал, — повторил он с искренней озабоченностью в голосе. — Майкрофт вовсе не хочет тебя трахнуть, ему просто не хватает твоего внимания…       Эти сказанные с нарочитой осторожностью слова сделали только хуже.       — У тебя же есть парень! — Шерлок сдвинул брови и обвинительно уставился на брата.       — Дело вовсе не в этом, забудь! — Майкрофт страдальчески скривился. — Я просто волнуюсь за тебя и хотел сделать как лучше! Ты же мой младший брат! Моя обязанность тебя защищать!       — Не приближайся ко мне больше! — Шерлок встал рядом с Джимом. — Ты псих и ублюдок, что пытался поссорить нас с Джимом! Я тебя ненавижу!       — Не говори так! — на Майкрофта было жалко смотреть. — Я не мог поступить иначе. Ты не понимаешь, Мориарти манипулирует тобой, — он обвинительно ткнул пальцем в сторону Джима. — Заставляет отвернуться от меня. Ты это подстроил, да? Знал, что Шерлок услышит!       — Нет, это ты подстроил поцелуй с капитаном школьной команды! — Шерлок тоже ткнул в него пальцем. — Собирался отомстить Джиму и разрушить все то, что у нас есть! Ты всегда хотел, чтобы у меня никого не было, потому что ты сам такой и тебя никто не любит!       Он сжал руку Джима и, резко развернувшись, повел его за собой — подальше от застывшего с гримасой ужаса и боли на лице Майкрофта.

***

      — Это было очень жестоко, ты действительно уверен, что он это заслужил? — уже вечером спросил Шерлока Джим, когда они расположились на его кровати с ноутбуком и ворохом газет, намереваясь найти интересную тему для продолжения их игры.       — Ты еще спрашиваешь? — Шерлок удивленно посмотрел на него. — Майкрофт пытался нас поссорить, обманул твое и мое доверие, непонятно вообще, какие у него мотивы и мысли, — он скривился. — Не хочу даже думать о нем, это ужасно.       Шерлоку и правда с лихвой хватило того, что он подслушал. Майкрофт оказался коварным, жестоким и к тому же настоящим психом, от которого следовало держаться подальше. Теперь он и его непростой характер показались Шерлоку совершенно в другом свете.       — Я не хотел, чтобы ты узнал об этом, — Джим сочувствующе вздохнул и приобнял его за плечи. — Но Майкрофт сам вырыл себе яму…       — Я мог бы рассказать родителям, руководству школы или даже полиции, и тогда его будущей блестящей карьере пришел бы конец, — заявил неожиданно Шерлок. — Никто не доверит власть человеку с извращенными наклонностями. Так что Майкрофту повезло, потому что я не такой, как он, я не мстительный и не злой.       — Конечно, ты не такой, — отчего-то Джим ухмыльнулся с каким-то подозрительным холодным торжеством, но уже через секунду на его губах снова играла ласковая, как всегда чуть насмешливая улыбка. — Хотя я все же не думаю, что Майк получил сполна.       — Не хочу о нем говорить, — Шерлок скривился, — он мне противен. А его парню дома я скажу, кто Майк на самом деле. Этот Грэг хороший человек и не заслуживает такого дерьма.       Джим кивнул, соглашаясь, подтянул ноутбук поближе и вдруг предложил:       — Создадим тебе новую страницу на Фэйсбуке?