Апофеоз частиц

Когда мы проснулись, то Теда давно уже не было дома. По словам Мэри, он обычно очень рано уходил на работу, потому что до офиса нужно добираться через длинные утренние пробки. Накормив нас вкуснейшим завтраком, она сказала, что ей нужно съездить по делам, и, захватив с собой маленького Дэнниса покинула дом. Мы с Сайфером остались одни. Бродя по красивому светлому дому, я на мгновение представил, что было бы, если бы я рос здесь, среди красоты, уюта и с такими же заботливыми родителями. Кем бы я стал, и какой была бы моя судьба? Мысли, как теплое одеяло, укутали меня, и я, словно маленький мальчик, начал фантазировать о том, как бы мы с Мэйбл ходили в местную школу, потом на разные развивающие кружки, а по выходным собирались вместе с друзьями в нашей комнате и устраивали мини-вечеринки с кино, игровой приставкой и свежеприготовленной домашней едой. А потом мы бы поступили в колледж или даже университет. Мы бы смогли стать совершенно другими. Все было бы намного проще. Внезапно мысли изменили свое направление, и я представил, как бы жил здесь вместе с Биллом. Интересно, смог бы Сайфер жить обычной жизнью? Тут я вспомнил его реакцию на новость о том, что Тедди остепенился, и вопрос отпал сам собой. Мы лежали в гостевой комнате на кровати и смотрели в потолок, размышляя каждый о своем. Билл периодически поглядывал на часы, а потом снова падал на спину, удобно укладываясь на мягком матрасе. Ближе к трем часам на улице раздался шум припарковывающейся машины. Это вернулась Мэри. - Она наверняка приехала из магазина. Сосенка, иди, помоги ей с сумками, - сказал Билл, приоткрывая глаза. - А ты? - Голова болит, а ты юный, много энергии, все дела. - Иди нафиг, - выругался я, шутливо ударяя его по ноге. Но все равно поднялся с кровати и спустился на первый этаж. Она действительно вернулась из магазина, и ее руки были заняты пакетами с едой, а за ней бежал плачущий Дэннис. - Сейчас-сейчас милый, мама все сделает, - щебетала она, как птичка, вбегая на кухню. Я уже хотел было выйти к ней и предложить свою помощь, но тут раздался телефонный звонок. Мэри взяла трубку. - Алло, Тедди? Чего ты звонишь? Замерев, я постарался не двигаться, чтобы не создавать лишнего шума. Пусть сначала поговорит, а потом я к ней подойду. - Тедди, не кричи на меня, - голос Мэри начал срываться, и я инстинктивно напрягся. Что происходит? – Ты меня ни о чем не предупреждал. Я не умею читать твои мысли! Пожалуйста, не кричи на меня. У меня такой тяжелый день. Из трубки послышался все такой же громкий сердитый голос. - Ты меня не предупреждал, милый. Пожалуйста, прости… Я не буду больше так. Пожалуйста, прости, - соленые слезы текли по ее бледному лицу. - Пожалуйста, только не соверши ничего, о чем потом бы пришлось жалеть. Умоляю тебя, ради бога, не делай ничего! Ее голос срывался в истерику, а рядом заливался Дэннис. Я трусливо, словно зашуганный пес, поднялся на второй этаж. Мне не хотелось, чтобы она узнала, что я стал свидетелем их конфликта, и потом чувствовала себя неловко при общении с нами. Вернувшись в гостевую комнату, я рассказал обо всем Сайферу. - Да, я видел тоже кое-что, Сосенка, - сухо сказал он мне. – Тедди, оказывается, еще тот гондон. Но ничего, я с ним поговорю. Тед вернулся часов в пять вечера. Он зашел через черный ход и, видимо, надеялся, как мышка, проскользнуть в свой кабинет, но Сайфер незаметно подкрался к нему со спины и дружески хлопнул по плечу, отчего тот буквально подпрыгнул на месте. - Воу-воу, Тедди, ты чего такой дерганый? – удивился Сайфер, внимательно разглядывая его. Он действительно будто был не в себе. Покрасневшие глаза, сероватая кожа, растрепанные сальные волосы, дерганые хаотичные движения и дрожащий голос выдавали в нем волнение. Нет, он был в ужасе. - Все хорошо, - ответил Тед. – Просто сложный день на работе. - Ну что, поедем в банк? - Да, конечно. Но сначала мне бы хотелось принять душ, покушать… Знаешь, моя жена приготовила восхитительный пирог с курицей. Просто пальчики оближешь. - Уже шестой час, мы не успеем, а завтра выходные. У нас нет возможности проторчать еще два дня. Мы спешим, - спокойно сказал ему Билл. Тед замялся, а его глаза забегали по комнате. Он не знал, куда себя деть. - Скажи мне правду, Тедди. Я же вижу, что ты мне врешь. - Блять, я тебе не вру! – заорал он. – Просто… Я попал в очень сложную жизненную ситуацию. Мой босс с прошлой работы… Он подставил меня. По-крупному. - Внимательно слушаю, - холодно сказал Билл. - Он ужасный человек… Ужасный. Он подставил меня на крупную сумму, и я решил занять у тебя. - Не предупредив меня об этом? - Но Билл, - буквально взмолился Тед. – Я не знал, что они тебе так скоро понадобятся. Пять лет они лежали у меня и не были тебе нужны. Я думал, что ты откладывал себе на старость, а мне они были жизненно необходимы… - Ты действительно считаешь, что такой, как я, доживет до старости? – прыснул Сайфер. – Хватит молоть ерунду. Неужели ты думаешь, что я дурак, Тедди? Хватит прятаться за маску примерного семьянина и работяги. Я понял все с первого взгляда. На лбу Теда выступили капли пота. - Как давно ты играешь? – тихо спросил Билл. - Что? - Как давно ты играешь, Тедди? - Что ты несешь! Сайфер достал из кармана несколько вкладышей, пару синих фишек и буквально ткнул их в лицо Теда. - Фишки подпольного казино Питтсбурга. Случайно наткнулся на них в шкафу, в гостевой комнате, куда вы меня поселили. А еще вкладыши, которые выдают каждый раз, когда туда приходишь, а у тебя их много. Очень много. Тед хотел что-то сказать, но Сайфер его перебил. - Хватит оправдываться, я знаком с их системой. Ты подсел на игру, и, судя по состоянию твоего дома ты уже давно выносишь отсюда все ценное. - Мэри тебе что-то рассказала? – зашипел Тед, сжимая кулаки. - Ничего, я сам догадался. Не думал, что ты когда-нибудь опустишься до такого, Тедди. Не ожидал. Мне жалко твою жену, она вышла замуж за настоящего урода. - Заткнись! – заорал Тед. – Ты ничего не знаешь! - Я все знаю. Ты жалкий – игрок, слабак, который проебал свой прекрасный талант в области химии, и сейчас развлекается тем, что по вечерам колотит свою жену и малолетнего сына. - Не тебе, педерасту и конченому наркоману, меня судить. Сайфер лишь улыбнулся. - Я никогда не скрывал своих наклонностей, а вот ты – двуличная мразь, которая нацепила на себя маску добродетеля. Славный и добрый мальчик Тед Харрис, который пустил свою жизнь под откос. Молодец! – и Билл направился к выходу из дома. – Нам пора уходить. Диппер, пошли. Проскользнув мимо Теда, я подошел к Сайферу и встал рядом с ним. - Я сразу понял, что ты лжец и вор, но у меня была надежда, что ты хотя бы не стал конченой скотиной. А деньги ты мне еще вернешь. Как ты знаешь, по долгам нужно платить, - и развернувшись, Билл пошел прочь, а я последовал вслед за ним. Но не успели мы сделать и пару шагов, как позади раздался тихий и полный ненависти голос. - Вы никуда не уйдете. Обернувшись, я увидел, что Тед держит в руках пистолет и направляет его прямо на нас. - Сделаешь хоть шаг, Билл, и я разнесу твоему мальчугану голову. Сайфер был обескуражен, и по нему было видно, что он не ожидал подобного поворота событий. - Что ты творишь, ублюдок? - Я не хочу, чтобы ты потом свернул мне шею, Билл. Мне хорошо известен обычный ход твоих действий, поэтому… Я знаю, что ты влип по-крупному, что за тобой охотятся и, думаю, что твоим «бегам» пришел конец. Через пару часов здесь будут люди твоего босса. Они были очень рады, узнав, что ты у меня. - Я давно снял с себя розовые очки и догадывался, что ты шваль, - прошипел Сайфер. Его голос был переполнен ненавистью и презрением. – Но предательство… Ох, как плохо я выбираю себе друзей. - Мне моя жизнь дороже, - холодно сказал Тед. – А теперь подняли руки и вернулись обратно в комнату. Живо! Скоро к нам прибудут новые гости. Нам ничего не оставалось делать, как подчиниться ему. Мы просидели около часа в комнате за закрытыми дверями. За все прошедшее время Тед почти не двигался, направлял на нас пушку, стараясь удержать ее в судорожно трясущихся руках. Билл смотрел на него испепеляющим взглядом и старался несколько раз заговорить с ним, но тот начинал истерично орать и приказывал заткнуться. Тед был не тем, кто удерживает людей каждый день. Не тот, кто идет на риск. И еще больше, он был самым обычным трусом, который позарился на нечто большое. Я смотрел в его обезумевшие от ужаса глаза и старался понять, неужели человека настолько сильно может парализовать страх. Да, он боялся Сайфера. Боялся его гнева и последствий, поэтому решился на предательство, на риск, которого всегда старался избегать, всю жизнь. Дверь отворилась, и в комнату вошли двое мужчин в кожаных куртках. У одного из них в руках был пистолет. - А вот и знаменитый Билл Сайфер, - сказал одних из них, скалясь, словно цепной пес. – Мы, конечно, лично не знакомы, но я о тебе наслышан. - Неужели мои великие дела разлетелись за пределы Сейлема, - нарочито безразлично протянул Билл. - Скорее твой безумный поступок с «побегом», - и он перевел взгляд на меня. – А ты, как я понимаю, Диппер Пайнс. Хейз тоже ждет твоего возвращения, малыш. Поверь, он очень и очень будет рад тебя увидеть. - Я верну долг, - перебил его Сайфер, сжимая кулаки. – Как раз собирался вытрясти деньги из этого куска дерьма. - Заткнись! – истерично взвизгнул Тед и вновь направил на нас пистолет. – Заткнись, ублюдок, или я тебя убью! - Так убей, - прошипел Сайфер, наклоняясь вперед ближе к лицу своего оппонента. Он был похож на змею, ядовитую гадюку, готовившуюся прыгнуть на свою жертву. – Разнеси мне башку, Тедди. Тебе же так этого хочется! Все, что было дальше, происходило, словно в замедленном действии, а я был вольным наблюдателем, зрителем в первом ряду старого кинотеатра. Тед все же выстрелил, но его руки настолько дрожали и плохо удерживали пистолет, что он угодил прямо в потолок, а его самого немного занесло в бок. - Джек, отбери у этого психа пушку, пока он тут кого-нибудь не прибил! – гаркнул один из псов Хейза. Но Тед не собирался так просто сдаваться. Еще несколько хаотичных выстрелов в стену. потолок, часы, и Сайферу было достаточно данного бардака, чтобы его план сработал. Он бросился вперед и, сбив с ног головореза с пистолетом, схватил меня за холодную от пота руку и бросился вон из комнаты. - Бежим, блять! – заорал он, заставляя меня пуститься наутек. Нам повезло, что машина была припаркована рядом с черным ходом. И повезло, что нам сразу же удалось скрыться за забором, и выстрелы, что летели в спину, не задели нас. Мы сели в нагретый зимним солнцем салон и, жмуря глаза и с трудом дыша сдавленным адреналином горлом, двинулись по дороге в сторону города. Билл со всей силы нажал на газ, и машина рванула с места. Металлический шум попадающих в капот пуль, которые вылетали из пистолета, оснащенного глушителем, и пронзительный свист в ушах. Страшно. Теперь было действительно страшно. - Билл, ты куда едешь! Нам нужно уезжать из города! - Нихера, - ответил Сайфер, морщась. – В городе легче затеряться, а как стемнеет – свалим отсюда ко всем чертям. Он был бледный. Бледнее, чем обычно, и тут я заметил кое-что на его правом плече. - Билл, у тебя кровь… Кровь просачивалась сквозь тонкую ткань футболки и стекала по руке. - Тебя ранили, - пробормотал я. – Нужно обработать рану. - Чуть позже, Сосенка, - пробормотал Сайфер, кривясь. – Сейчас главное скрыться. Не волнуйся, я справлюсь. Мы поехали дальше, петляя по улицам, и я периодически оборачивался назад, надеясь не заметить преследующую нас машину. На улице холодало, и я почувствовал, как по рукам побежали мурашки. Теплая одежда осталась в доме Харрисов, и нам приходилось довольствоваться тонкими футболками. Сайферу становилось все хуже, и теперь вся его рука была испачкана в крови, а он с трудом удерживал руль. Пару раз машину уже заносило, и он буквально чудом избежал столкновения. - Билл, тебе нужно остановиться. Пожалуйста, - взмолился я. - Хорошо, я сейчас… Сейчас… - пробормотал он, заворачивая в один из спальных районов. – Нужно остановиться где-нибудь тут. Здесь безопасно… Тут нигде не было безопасно, и мне казалось, что в любой момент нас выследят головорезы Хейза. За каждым поворотом нас ждала опасность, и я с трудом сдерживал панику, которая до боли сводила мышцы. Спокойно, Диппер. Все будет хорошо. - Да, Билл. Давай здесь. Машина остановилась на темной безлюдной улице, и Сайфер, издав тихое мычание, выпустил руль из рук. Ему действительно было очень больно.