Этот мир будет пылать

Что есть смерть? По сути, всего лишь переход из одного состояния в другое. Каждое разумное существо рано или поздно задаётся одним извечным вопросом: а что будет после? — но найти верный ответ не представляется возможным. Неизвестность порождает многочисленные легенды, бережно хранимые разными народами этого мира. Перед эльфами гостеприимно распахивает дверь сама Элуна, приглашая провести вечность в прекрасных садах Лунного Дворца, дренеи под покровительством наару становятся частью Света, таурены воссоединяются с духами Предков в далёких вселенных. Вальхалла, Эдем, Элизиум — сотни названий объединяют одну всеобщую надежду, что душа бессмертна, и после за пределами Азерота откроются новые пространства и миры. Страшна не смерть, а её ожидание. Всё произошло довольно быстро — минутная боль, сменившаяся ощущением разрастающейся слабости, и стремительное падение в пустоту. Казалось, оно длилось целую вечность, или прошло всего несколько секунд. Там, где законы физики не властны над телом, ход времени кажется искажённым либо не ощущается вовсе. Перед глазами с головокружительной скоростью мелькали дрожащие тени и ослепительные искры — они взрывались в этом бескрайнем просторе, освещали путь и мгновенно гасли, чтобы тут же смениться кромешной тьмой. Иногда слух улавливал какие-то неясные звуки, будто все голоса из окружающих вселенных слились в один сплошной монотонный гул. Падение в бездну ускорялось. Когда пролетающие мимо миры превратились в разноцветные блики и пространство опасно задрожало, всё оборвалось. По капле возвращались ощущения. Закашлявшись, Аша Воронья Песнь сделала глубокий судорожный вдох. В горле немилосердно саднило, а пересохший язык отказывался повиноваться, и вместо слов она смогла издать лишь нечленораздельное мычание и сдавленные хрипы. Наконец, сделав над собой колоссальное усилие, эльфийка приподняла голову и еле слышно прошептала: — В-воды… Она лежала на жёсткой земле, а выступающие острые камни неприятно царапали спину. Судя по ноющей боли, разливающейся по позвоночнику, приземление было не слишком мягким. Чувствительность почти восстановилась. Аша даже смогла пошевелить ногами, которые ещё мгновение назад казались омертвевшими придатками к её телу. — До ближайшего источника, пригодного для питья, несколько часов пешком, — проскрипел над ухом чужой голос. Охотница никогда не слышала его раньше, но интонации, с которыми неизвестный произносил слова… Они казались поразительно знакомыми. — Где… я? — каждое слово давалось ей с огромным трудом. Оперевшись о камень, Аша потратила последние силы на то, чтобы сесть. Пустой желудок тут же болезненно сжался в рвотном позыве, а голова безвольно упала на плечи. Очень хотелось поскорее открыть глаза, но в таком состоянии спешить явно не стоило. До её ушей донёсся протяжный свист — будто где-то очень далеко воздух рассекали яростные порывы ветра. И больше ничего. Что же это за странное место, практически лишённое живых звуков? — Сама-то как думаешь? Напряги извилины, Воронья Песнь, — ехидно прозвучал всё тот же голос, и Аша почувствовала, как в ней поднимается раздражение. Саркастичные насмешки — последнее, чего ей не хватало в этой ситуации. Хотелось подняться на ноги и выпустить в этого бессовестного хама град стрел, но эльфийка тут же с грустью отказалась от этой идеи. Сейчас она была слабее, чем только родившийся слепой котёнок. Наконец, Аша смогла осмотреться вокруг, и открывшаяся картина её вовсе не обрадовала. Место, в котором она оказалась, напоминало выжженную пустыню. На много миль вперёд раскинулась безжизненная серая земля, усыпанная мелкими камнями. Ни растительности, ни поселений, ни каких бы то ни было следов живых существ здесь не наблюдалось — лишь к востоку возвышались несколько неровных каменных сооружений. Они напоминали давно разрушенные постройки, кое-где камень покрывал такой же серый мох. А здешний воздух так пропитался дорожной пылью, что каждый вдох горчил на языке. Сглотнув, Аша снова закашлялась. От земли исходил жар, и даже ветер казался горячим. На лбу выступила испарина. Но кому тогда принадлежал голос? Охотница оглянулась — за её спиной прятался бес. Самый обычный, ничем не примечательный. Сотни таких ходят позади чернокнижников, прислуживая им в быту и во время сражений. Пылающий Легион практически не использовал бесов в качестве военной единицы, виной тому были заурядные магические способности и абсолютная непригодность для ближнего боя. Именно поэтому они всегда с готовностью откликались на любой призыв. Тщедушное тельце её неожиданного собеседника покрывали редкие пучки жёсткой шерсти, а непропорционально длинные конечности всё время подрагивали, будто бес приплясывал от нетерпения. Его глаза искрились зелёным свечением, а рот постоянно растягивался в глуповатой ухмылке. — Кто ты? — удивлённо спросила Аша, не до конца поверив, что такое жалкое существо имело смелость разговаривать с ней столь дерзко. — У-у-у, опять вопросы. Глупая-глупая эльфийка, ха-ха, — бес противно захихикал и ловко увернулся от полетевшего в него камня. Стиснув зубы от злости, охотница с трудом поднялась на ноги, но тут же согнулась пополам, уперев руки в колени. Эмоции отнимали слишком много сил. — Мы провели с тобой в одном теле не один десяток лет, а ты не признала старого друга, — издевательски протянул он. — Ответ на второй вопрос тебе понятен? Точно? А насчёт первого… — бес выждал театральную паузу и закатил глаза, словно получая немыслимое удовольствие от своей игры. — По твоей милости мы с тобой умерли и оказались в Круговерти Пустоты. Добро пожаловать в наш новый дом! — Я что… умерла? — тупо переспросила Аша, мгновенно забыв про своё желание размозжить череп наглому демону. Он не ответил, укоризненно цокая языком. Рассчитывать на подсказки явно не приходилось, и охотница напряглась, пытаясь выудить нужные воспоминания. Что же случилось, прежде чем бездна подхватила её и увлекла в свои глубины? Кажется, туман постепенно рассеивался. «Битва, Маннорот, мы теряем силы… Это ведь не сон? Очень много павших, Гул’Дан торжествует, мы в отчаянии… Потом появились Иллидан, Нора и…» — Майев! — в ужасе прошептала она. — Не может быть… — Очень даже может, — мрачно подытожил бес, обнажив нестройный ряд острых клыков. — А я предупреждал тебя. Лучше быть живой сволочью, чем дохлой благодетельницей. Пожалела бедную пленницу, да? И каково тебе сейчас, нравится? Колкие фразы демона долетали до Аши, как сквозь толщу воды. Она присела обратно на землю, изумлённо уставившись прямо перед собой. Неужели правда умерла? Пускай всё это окажется чьей-нибудь глупой шуткой… Видимо осознав, что говорить что-то сейчас — всё равно, что пинать мешок с песком, бес раздражённо сплюнул на землю и отвернулся. Какое-то время эльфийка так и сидела на одном месте, беспомощно замерев, подобно каменному изваянию. Слова роились в голове, не желая складываться в осознанные фразы, и Аша лишь открывала и закрывала рот — как рыба, выброшенная на берег. — Как же жарко… — единственное, что она смогла произнести, смахнув бисеринки пота, выступившие на шее. Бес язвительно усмехнулся. — И это, по-твоему, жарко? Ещё рассвет не наступил, взгляни на небо, — Аша послушно запрокинула голову. — Сейчас здесь утро, а через несколько часов будет день — вот тогда ты узнаешь, что такое жарко. Демон снова оказался прав. Выцветшее серое небо окрасилось в нежные малахитовые оттенки. Тяжёлые облака, пронизанные изумрудной дымкой, с неохотой расступались, открывая взгляду горизонт — над зыбкой линией показались очертания гигантской звезды пронзительно зелёного цвета. В этом мире она, по всей видимости, заменяла солнце. — Видишь? Что-то мне подсказывает, твоё изнеженное тело не вынесет адского пекла, которое наступит очень скоро, — заявил бес, скептически разглядывая охотницу. — Так что давай, живо поднимайся и пошли отсюда. — Тебе-то какое дело? — равнодушно переспросила Аша, до сих пор не отошедшая после шокирующего известия о собственной смерти. — Мы до сих пор связаны, — помедлив, с неохотой пробурчал он, одарив при этом эльфийку недовольным взглядом. — Умрёшь ты, умру и я, только уже навсегда. Но теперь я не позволю такому случиться, поэтому ты будешь меня слушать. Поняла? А теперь живо, подняла свой зад с земли и пошла вперёд, бегом! Выбора не оставалось, бес был единственным проводником в этом неизвестном и пугающем мире. Поднявшись с земли, Аша уныло побрела следом, тяжело переставляя ноги. Сапоги утопали в вязкой пыли, и эльфийка то и дело спотыкалась о камни. Здесь не было ничего похожего на дорогу, словно эта земля не одно тысячелетие не видела следов живого существа. Но где же демоны? Местность казалось пустынной и заброшенной. Спрашивать не хотелось, и об этом охотница предпочла подумать позже. Они всё продолжали идти навстречу гигантской зелёной звезде, которая неумолимо поднималась над уровнем горизонта. Становилось ощутимо жарче. Нагревшийся песок обжигал ноги даже сквозь плотную подошву, а раскалённый воздух ещё сильнее раздражал пересохшее от жажды горло. Аша спотыкалась, останавливалась, переводила дыхание, больше походившее на сдавленные стоны. Пот градом струился по её лицу. — Куда мы идём? — прохрипела она, наскоро перевязав волосы в высокий пучок. Стало чуточку легче. — За чертой городов нет жизни, как видишь. Нам нужно быстрее добраться до окрестностей города и при этом остаться незамеченными. Шевелись, если не хочешь умереть до полудня, — кажется, бес тоже испытывал некий дискомфорт от беспощадных лучей адского светила. Он нервно озирался и поглядывал на небо, затянувшееся душным зеленоватым маревом. Рассеянный свет пробивался сквозь плотную завесу, отчего мёртвая пустыня заискрилась зловещим сиянием — вдали зажигались и гасли крошечные огоньки, словно норовя сбить чужаков с пути. Собрав остатки последних сил, Аша сквозь боль и усталость продолжала двигаться дальше — подобно раненому животному, подгоняемому отчаянным желанием жить. Пейзажи постепенно сменялись. Путники проходили мимо разорённых селений, разрушенные каменные хижины которых слепо смотрели вперёд темнеющими провалами разбитых окон. Охотница предложила переждать жару внутри, но бес яростно затряс головой и схватил её за руку, стремясь быстрее покинуть это место. Пришлось подчиниться. — Почти пришли, — объявил бес, продолжая тащить за собой ослабевшую эльфийку. Вонь, исходящая от разлившихся неподалёку серных источников, ударила в ноздри, и Аша зашлась приступом мучительного кашля. — Пить… Хочу пить… — она в полубессознательном состоянии потянулась к ядовито-жёлтой воде, над которой серным облаком взмывали кислотные испарения. Источник враждебно забурлил — со дна поднимались и лопались пузырьки газа, отчего поверхность напоминала кипящий котёл. Бес грязно выругался и толкнул охотницу в спину — не удержав равновесия, она всплеснула руками и полетела вперёд. Стремительно приближающаяся земля покачнулась и померкла прежде, чем голова Аши соприкоснулась с твёрдой поверхностью. Тупая боль отозвалась отдалённой вспышкой; всё, что она сейчас чувствовала — невыносимый, удушающий жар.

***

Прийти в чувство помогли звонкие удары по щекам. Охотница тихо застонала и попыталась увернуться, но, по всей видимости, этого бесу показалось мало. Схватив её за волосы, он грубо протащил Ашу по земле и опустил голову в воду. Замерев от наслаждения, эльфийка принялась жадно пить большими глотками. Вода была тёплой и мерзкой на вкус, но это не помешало утолить мучительную жажду. Теперь можно было осмотреться. Бес привёл их в подземный грот. Внутри было сыро и тесно — от жары вода начинала испаряться, отчего становилось трудно дышать. С каменного потолка свисали причудливые сталактиты, местами пожелтевшие от серного налёта. Кроме небольшого озера здесь больше ничего не было, и Аша подошла ближе, рассматривая в мутной поверхности своё отражение. Увиденное заставило охотницу ахнуть. Из воды на неё удивлённо смотрела худая зеленоволосая эльфийка с большими серыми глазами. — Глаза! — вскрикнула она, жадно ощупывая своё лицо. — Не думала, что когда-нибудь снова увижу себя такой… — Здесь никому нет дела до того, как ты выглядишь, — бес равнодушно пожал плечами. — Лучше скажи, что ты собираешься делать дальше? — Для начала найду способ связаться с Иллиданом, — уверенно ответила Аша, поражаясь внезапному приливу сил — ещё несколько часов назад она хотела лечь и уснуть посереди пустыни, навсегда. Упоминание Владыки отозвалось внутри тихой нежностью, заставляя сердце радостно забиться. Охотница отвернулась, надеясь, что бес не заметит робкой улыбки, тронувшей её губы. Иллидан должен знать, что она здесь, наверняка. И если Аше не послышалось — там, в Цитадели, он произнёс признание, ради которого она была готова преодолеть тысячи миров, лишь бы вернуться назад и услышать это ещё раз. Ты нужна мне… Погрузившись в воспоминания, Аша не придала значения повисшему напряжённому молчанию, вовсе не свойственному бесу. Из раздумий её вывело многозначительное покашливание. — Я, конечно, тот ещё злодей, но даже мне как-то неловко сообщать столько плохих новостей за один день. Как бы сделать это помягче? Демон, на мгновение задумавшись, подскочил к сидящей возле кромки воды Аше и со всей силы потряс её за плечи. — Идиотка! Прошло десять лет, Кил’Джеден тебя побери! Какой ещё Иллидан? Да он уже давно знать не знает, кто ты такая. Ау, очнись! Ты застряла здесь навечно, до скончания веков, на-все-гда! — прокричал он по слогам и затем добавил уже более спокойным тоном: — И, пожалуйста, постарайся сделать так, чтобы мы не сдохли. Так нормально? Доходчиво? — Ты врёшь, — спокойно ответила Аша, но внутри у неё зашевелилось скользкое предчувствие чего-то необратимого и ужасного. — Я не могла провести в забытьи столько лет. В полыхающих глазах беса мелькнуло что-то похожее на жалость. — Ты хоть представляешь, как далеко от нас сейчас находится Азерот? Прежде чем переродиться в Круговерти Пустоты, ты преодолела миллионы световых лет. Думаешь, это происходит так быстро? — Вы приходите в ответ на призыв чернокнижников за считаные минуты, — резко парировала она, но голос предательски дрогнул. — У демонов свои тропы и свои порталы. А ты всего лишь жалкая эльфийка, получившая мою силу взаймы. Усталость, копившееся напряжение и страх, достигнув критической точки, вырвались наружу — закричав, Аша вскинула руку, пытаясь зачерпнуть как можно больше Силы и выпустить её в ухмыляющегося беса. Пусть сотни стрел Скверны изрешетят его жалкое тельце. Всё что угодно, лишь бы этот мерзкий голос, говорящий такие ужасные вещи, затих навсегда. Охотница взмахнула ладонью, и… Ничего не произошло. Опешив, Аша попыталась вновь сотворить заклинание, но результата не последовало. Она была пустой, словно разбитый сосуд. — Здесь у тебя нет магии, Воронья Песнь, — терпеливо пояснил демон, без особого интереса наблюдая за её тщетными усилиями. — Ты ведь была воином, так? Придётся вспоминать свои старые навыки. Они нам понадобятся, можешь мне поверить. — Зачем? — сдавленно пробормотала она, пряча лицо в ладонях. — Тебе предстоит узнать ещё много интересного о мире, в который ты имела несчастье попасть.