Этот мир будет пылать

Внутри было чертовски холодно. Казалось, в лёд обратилось не только тело, но и мысли, вдруг ставшие вязкими и неповоротливыми. Наблюдая сквозь полупрозрачные нагромождения льда, как подлый предатель скрывался в пронзительной синеве портала, прихватив с собой артефакт, на охрану которого полудемон потратил почти одиннадцать лет, он испытал необъяснимую, неестественную апатию. Судьба обхитрила его. В очередной раз. Казалось, когда до вожделенной цели оставался последний шаг, высшие силы переигрывали свою божественную партию, и Иллидан оказывался на старте. Вновь. Это повторялось такое количество раз, что уже начинало казаться смешным. Должно быть, он чем-то разгневал обитателей небесной канцелярии. Иначе как ещё можно было объяснить жизнь, в которой поражения стали совершенно привычными и обыденными? Иллидан неизбежно терял всех, кого любил. Словно в расплату за тёмную сущность, пустившую корни в его некогда чистой душе, полудемон был обречён на потери — его окружали смерть и одиночество. Одиночество и смерть. И не было шансов вырваться из этого порочного круга. — Нужно жить настоящим, — раздался в голове полузабытый голос эльфийки, чьё тело покоилось в глубине огромного кристалла. — Оставь прошлое там, где ему положено быть. Он горько усмехнулся. Аша всегда была рассудительнее. Добрее, в конце концов. Если бы не её проклятое благородство, Иллидану не пришлось бы сейчас сидеть в этой ледяной тюрьме скованным по рукам и ногам собственной беспомощностью. Он никогда не чувствовал себя таким беспомощным, как сейчас. Вдруг рядом мелькнула золотая вспышка. Хранилище, лишённое артефакта, мигом погрузилось в вязкий полумрак, и полудемон точно не мог ошибиться — на какое-то краткое мгновение окружающую тьму вспорол яркий свет. Вот только что это было? Удивление сменилось настороженностью, к которой примешивалась и жгучая злость, затуманившая разум крепче огрского пойла с Хребта Ледяного Огня. Если сюда снова сунулся вор, понадеявшийся поживиться остатками, ему не поздоровится. Словно в ответ на его мрачные мысли, глыба содрогнулась. Нарастающий стон в толще трескающегося льда резонировал по натянутым нервам, сливаясь с бешено бьющимся сердцем. Дрожь пробегала и по застывшему телу полудемона, находя отклик в до предела напряжённых мышцах. Иллидан изнемогал от желания сбросить оковы и пролить чужую кровь. А затем лёд, вздрогнув последний раз, вдруг рассыпался на мельчайшие частицы, которые тут же превратились в мутную лужу под ногами. Замёрзший, насквозь промокший, полудемон рывком отпрыгнул назад, держа клинки наготове для молниеносной атаки. Но рядом никого не было. Он слышал только своё шумное дыхание и звук срывающихся капель. Может, всё-таки показалось? Изо рта вырывались клубы пара. Иллидан чувствовал, как с отяжелевших волос по спине неприятно стекает ледяная вода. Поморщившись, он встряхнул головой, и тут же раздался тихий женский смех. — Кто здесь? — рявкнул полудемон, уже больше раздосадованный, чем горящий жаждой мести. — Ты прямо как мокрый кот, — послышался в ответ совсем рядом низкий женский голос с до боли знакомыми интонациями. — Большой и чёрный. Ладно, что-то я отвлеклась. В лицо подул горячий воздух. Быстрые потоки обволакивали с ног до головы, концентрируясь в энергетический кокон живого тепла. Оно как будто проникало под кожу и разливалось волнами по озябшему телу. Холод отпускал. Тем временем таинственная незнакомка позволила рассмотреть себя. Из ореола жемчужного сияния, озарившего подземелье, неспешно вышла высокая женщина в пугающих чёрных доспехах. Её тело окутывала непонятная, но на удивление знакомая аура. Мало у кого достанет могущества для поддержания магической защиты такого уровня. По крайней мере, случаи встреч с настолько выдающимися существами за всю свою долгую жизнь охотник мог буквально пересчитать по пальцам. — Нора? — протянул Иллидан, не в силах поверить в происходящее. — Какими судьбами? Она почти не изменилась. Всё тот же надменный взгляд золотых глаз, едва заметная улыбка, притаившаяся в уголках губ, лёгкость и грация в каждом движении. Не оставалось сомнений: это была Нора, Покровительница Ночных Сумерек. — Я наблюдала за твоей жизнью, — призналась богиня без толики смущения. — Знаешь, там, куда я вернулась, невыносимо скучно. И вообще, я скучала по тому времени, проведённому в Азероте. Полудемон не знал, что его удивило больше — осведомлённость Норы о его делах или последнее признание, никак не вяжущееся с её жёстким нравом. — И поэтому ты здесь только сейчас, — не удержался он от язвительной иронии. — Когда всем моим надеждам настал окончательный крах. Пришла станцевать на костях? — Нам запрещено вмешиваться в дела смертных, — отмахнулась богиня, не обратив никакого внимания на колкость полудемона. — И тебе об этом прекрасно известно. — Тогда зачем ты здесь? — Иллидан неодобрительно повёл бровью, продолжая буравить Нору подозрительным взглядом. — Я сдержал обещание и обучил тебя всему, что было мне известно. Ты ведь неспроста вновь покинула Лунный Дворец и спустилась в наш бренный мир. — Сколько сарказма, — в тон ему ответила Нора и криво ухмыльнулась. — Я тоже рада видеть тебя, Ярость Бури. Но в целом ты прав. Я хочу предложить тебе некую помощь, и моё время здесь крайне ограничено. Будем продолжать дальше тратить его на бессмысленную болтовню? — Твой прошлый визит посеял такую смуту, что это чуть не стоило мне жизни, — не удержался полудемон, некстати припомнив то злосчастное письмо и ловушку, подстроенную Тирандой и Растаханом. Кто бы мог подумать, что жрица хранила в себе злобу и обиду с того самого дня, когда под натиском взбалмошной богини вскрылись их старые секреты, давно покрытые слоем вековой пыли? Иллидан оказался настоящим глупцом, поверив в порядочность своей давней подруги. — Женщины никогда не забывают обиды, — Нора пожала плечами. — Это нормально. — А как тогда, по-твоему, стоит относиться к предательству ближайшего советника, которому я доверял, как себе? — он медленно закипал, глядя в спокойное лицо богини, не выражающее абсолютно никаких эмоций. Разве что, в глазах Норы плясали задорные смешинки. — Это тоже нормально? — Нет, — вдруг ответила богиня, и Иллидану показалось, что в этот раз она говорила совершенно серьёзно. — Алчность Кадгара неприятно удивила меня. Никто не ожидал такого, и это… отвратительная несправедливость. — Тогда, может, ты скажешь, где скрывается этот ублюдок с моим артефактом? В груди затеплились слабые огоньки надежды, но Нора покачала головой, и полудемон раздосадованно фыркнул. — Я не могу. Ты ведь знаешь, что такое вмешательство не останется незамеченным. — Ну и о какой помощи ты тогда говоришь? — Иллидан сердито нахмурился. Не стоило вообще затевать этот разговор. Нора была права, сейчас они просто-напросто теряли драгоценное время, которое можно было потратить на поиски сбежавшего Кадгара. Неужели маг не оставил вообще никаких следов? Хотя бы малейший намёк, чтобы узнать, куда он мог… — Я могу открыть портал, — внезапно прервала она мрачные размышления. — Что? Сердце пропустило несколько ударов. Неужели не послышалось? Казалось, ноги враз приросли к полу, и Нора заулыбалась, глядя на вытянувшееся лицо Иллидана. Должно быть, это действительно выглядело забавно, но сейчас он готов был простить ей любое веселье. — Я не ослышался? Его голос вдруг охрип. — Не ослышался, — с удовольствием подтвердила богиня, но затем на её лицо упала тень. — Но, Иллидан, это не совсем то, о чём ты думаешь. Я утратила значительную часть своих сил, и всё, что могу сейчас сделать для тебя — это открыть кратковременный портал. Он продержится совсем недолго, успеешь войти только ты, и ещё четыре, максимум, пять твоих солдат. — Плевать, — неужели она думала, что это его остановит? — Я готов. Когда? На лбу выступили мелкие бисеринки пота. Иллидан инстинктивно провёл рукой по лицу, и почувствовал, как она дрожит. Он просто не мог в это поверить. — Самое позднее — на рассвете. У меня очень мало времени, и, сам понимаешь, нельзя, чтобы об этом стало известно. Я бы не смогла скрыть своё вмешательство, помоги я вернуть тебе артефакт такой мощи, но если с порталом мы поторопимся… — Сейчас, Нора, — Иллидан нетерпеливо перебил её. — Сейчас. Кажется, богиня не удивилась. — Тогда через час на этом же месте, — крикнула она вслед полудемону, который уже рванул в сторону выхода. — Буди своих воинов, только постарайся, чтобы об этом не прознал весь замок… Он уже не слышал её. Вихрем пронесясь по пустым коридорам спящей цитадели, Иллидан в немыслимой спешке растолкал ничего не понимающую Злобу и буквально за руки отвёл её в Зал Совета. Шиварра почти не сопротивлялась, но её испуганное лицо выражало всё и без слов. — Дорогой, ты точно в порядке? — в очередной раз поинтересовалась она излишне бодрым голосом, глядя, с каким усердием Иллидан запирает дверь на тяжёлый скрипучий засов, которым ещё со времён падения Гул’дана никто из них не пользовался. — Да. Игнорируя её замешательство, полудемон обернулся к догорающему камину и резким движением пальцев отправил туда магический пасс, отчего огонь зашипел и погас, превратившись в невесомые струйки смолистого дыма. Зал тут же утонул в сгустившемся сумраке. — Нет, ты не в порядке, — резонно заметила Злоба, с ещё большей опаской поглядывая на Иллидана. Должно быть, теперь она точно укрепилась в мысли, что имеет дело с сумасшедшим, потому что в её глазах явственно читалась неподдельная тревога. Пришлось рассказать всё с самого начала. Про артефакт, Кадгара, Нору, обещанный портал. И про то, что он мог пропустить всего несколько иллидари, полудемон тоже упомянул, но, вопреки ожиданиям, шиварра не бросилась отговаривать его от этой сомнительной авантюры. — Я не знала, что и думать, когда ты ворвался ко мне с абсолютно безумным лицом и потащил в неизвестном направлении, — она с облегчением рассмеялась, и впервые за долгое время Иллидан искренне улыбнулся в ответ. На душе у него было легко. — Мне нужны мои охотники, — сходу объявил он, когда смех стих. — Они разбросаны по всем форпостам Расколотых островов. Если послать гонцов, самое раннее к завтрашнему утру я смогу собрать… — Нет, Злоба, — терпеливо пояснил полудемон. — Они нужны мне прямо сейчас. Бери тех, кто есть в замке. Здесь ведь есть хоть кто-то, помимо караульных? — Ох, ну и задачка на ночь глядя, — она рассеянно махнула руками, и Иллидан с трудом подавил в себе желание настойчиво поторопить свою советницу. Сдерживало только то, что эффект оказался бы прямо противоположным. Иногда Злобе нужно было дать время на размышления. — Тебе ведь нужны лучшие… — бормотала шиварра, по всей видимости, что-то просчитывая в уме. — Любых. Не адептов. Поскорее, — застонал он сквозь стиснутые зубы. Интересно, сколько прошло времени от назначенного Норой часа? — Кажется, я могу тебе помочь, — лицо Злобы наконец прояснилось. — Правда, не знаю, насколько тебе понравится эта идея… — Понравится, — бросил полудемон на ходу, поспешив к двери. — Через полчаса. В хранилище. — Эй! — догнал его возмущённый окрик. — Я не успею собраться за полчаса, слышишь? Не в Запределье собрались, даль-то какая… Он остановился. Глубоко вздохнул. Мысленно досчитал до трёх и медленно обернулся к шиварре, которая, судя по удивлённом лицу, уже почувствовала неладное. По всей видимости, грозы уже было не избежать. — Ты остаёшься здесь. Злоба возмущённо зашипела. Глядя на её обиженно поджавшиеся губы, Иллидан почти испытывал угрызения совести, но принятое решение уже не подлежало обсуждению. — Нет, ты всё-таки сошёл с ума! — запальчиво отозвалась шиварра. — Никто из вас не знает этот проклятый мир, как я. Да вы заблудитесь в пустыне, и этим всё закончится. И Архимонда вы тоже… — Послушай, — осторожно перебил её разъярённый монолог Иллидан, стараясь вложить в свой голос как можно больше мягкости. — Ты нужна мне здесь. Совет практически развалился. И я не могу себе позволить оставить Тиранду на пару с моим бесхребетным братцем без присмотра. Кто знает, сколько времени меня не будет? — Так прикажи… — Злоба не оставляла попыток возмутиться, но вдруг осеклась. На её лице отражались следы внутренней борьбы, но полудемон чувствовал, что сражение уже проиграно. Насупившись, она махнула рукой. — А, проклятье… Кого не убил, тех разогнал. Ладно, я поняла тебя. Через полчаса внизу. Не вздумай опоздать. Иллидан уже выскочил за дверь, и сердитое ворчание шиварры доносилось до него обрывками, пока не смолкло совсем. Он знал, что не был до конца откровенен с ней. Отчасти, оплот действительно не стоило оставлять в руках Тиранды и Малфуриона — не было никаких гарантий, что по возвращению полудемона не встретили бы дымящиеся руины и развязанная межконтинентальная война. Верховная жрица ничего не смыслила в большой политике и плюс ко всему этому обладала несносным характером. Но его пугало не только это. Иллидан прекрасно понимал, что даже бывшие хозяева могут обладать огромной властью над своими освободившимися прислужниками. Либо получить её вновь. Пусть даже это оставалось далеко в прошлом. А Архимонд не глуп, и он наверняка просчитал такую возможность — заполучить в свой стан его советника. Но не в этот раз. Иллидан твёрдо решил, что теперь не допустит ничего подобного. Всё должно пройти идеально, ведь у него больше не было права на ошибку. Напоследок он заглянул в свои покои. Торопливо перебрал вещи и свитки, в беспорядке сваленные на большом круглом столе, и, недолго поколебавшись, взял с собой только кожаную флягу с питьевой водой. Вода и оружие. Это всё, что могло ему понадобиться даже в самом недружелюбном уголке их необъятной вселенной. И плевать на то, что считают маги. Кирин-Тор может катиться вслед за своим предводителем, сейчас Иллидан, наконец, понял — для того чтобы вернуть себе Ашу, ему не были нужны никакие утомительные подготовки и заседания с бесконечными спорами. Он просто пойдёт и сделает это. Прямо сейчас. Внизу уже ждали. Полудемон поочерёдно оглядел собравшихся — Злоба, как и обещала, привела ему бойцов, оставшихся в замке. — Элрохин Лунный Клинок, — шиварра кивнула в сторону высокого эльфа, чьё лицо скрывал надвинутый капюшон, хотя это было излишне. Иллидан сразу узнал его. Как минимум, по тому, каким холодом блеснули огни, скрывающиеся под глазной повязкой. — Примчался из Багровой чащи. Ума не приложу, откуда он успел прознать о том, куда ты отправляешься, — она недоумённо пожала плечами. — Но это, наверное, к лучшему… — Интуиция, — равнодушно прокомментировал охотник с едва уловимыми нотками сарказма в голосе. Он коротко поклонился, всем своим видом демонстрируя, что будет оказывать минимально необходимое почтение повелителю, и Иллидан недовольно кивнул в ответ. Мерцающая аура охотника подёрнулась мутными оттенками неприязни. Наверняка он до сих пор винил его в смерти своего командира. Память в тот же момент услужливо подбросила давний разговор с Аллари, когда та между делом рассказала Иллидану, что все эти годы Элрохин был безответно влюблён в Воронью Песнь. Безответно ли? Брови рассерженно сдвинулись вниз, обозначив глубокую складку на переносице. Первым желанием было наказать упрямого охотника за самовольный уход с задания и с каким-то мстительным удовольствием отправить обратно, но голос разума заглушил внутренний бунт. Лунный Клинок действительно мог пригодиться в Круговерти. И их личные конфронтации не должны были помешать выполнению задания. — Алатар Звездный Странник, — продолжила не подозревающая о его мыслях Злоба. — Бывший охотник из отряда Аши, обвинён в предательстве, содержался одиннадцать лет в одиночной камере. Он просил дать ему шанс искупить свою вину, да и я подумала, что частично собрать её отряд будет разумно. Кто ещё может так хорошо знать своего командира? — Повелитель, — глубоко поклонился второй эльф. Следы долгого заключения очевидно бросались в глаза — болезненная худоба обнажила выступающие рёбра, в некоторых местах переломанные и криво сросшиеся, бледную кожу бороздили глубокие следы многочисленных ударов плетьми, а грязные волосы настолько спутались, что различить их цвет в темноте подвала не представлялось возможным. — Ты говорила, что найдёшь самых сильных, — процедил Иллидан. — Он хоть оружие в руках удержит? — Чем тебе помогут четверо сильных воинов против всего Легиона? — сварливо высказалась шиварра. — Хотя вот у этого сил-то хоть отбавляй… Злоба указала на третьего — самого высокого эльфа, с которым тихо переговаривалась Нора. Иллидан прекрасно помнил его. — Неллас пойдёт с тобой, — без лишних предисловий объявила богиня. — Там, где я сейчас нахожусь, мне не требуется телохранитель. — Очень… щедро с твоей стороны, — сухо поблагодарил Иллидан, не зная, как реагировать на такое внезапное великодушие. Отряд, состоящий из калеки и этих двоих, готовых в любой удачно подвернувшийся момент перерезать ему глотку. Чудесно. И если полудемон ещё сомневался в том, что данная присяга позволит Элрохину выкинуть что-то подобное, то Неллас, вспыльчивый телохранитель не менее вспыльчивой богини, особо не внушал доверия. Эльф хмуро поглядывал на него исподлобья, и, кажется, сам тоже не испытывал особых восторгов от сложившихся перспектив. — Это всё? — Иллидан был готов уже приплясывать от нетерпения. — Мы можем отправляться? — Подождите, — вмешалась Злоба, как-то странно стушевавшись. — Есть ещё кое-кто. Один момент. Не дав никому возразить, она быстро вышла из хранилища, оставив всех четверых в лёгком недоумении. Вернулась шиварра через несколько минут, и действительно не одна. Плетущийся следом охотник, понуро опустив голову, остановился чуть за её спиной, словно опасаясь возможной бури, которая вот-вот могла разразиться. И, как оказалось, не зря. — Ну уж нет! — взвился Иллидан. — Мне хватит одного предателя в отряде. Пусть катится туда, откуда пришёл. — Послушай, — гневно перебила его Злоба. — Сейчас не время… — Я сказал нет. — Можно я скажу? — не выдержал наконец Джейс, всё это время хранивший скорбное молчание. — Нельзя. — Я был не прав, — настойчиво продолжил он. — Вспылил, наговорил много лишнего. Просто позволь мне выполнить свой долг, хорошо? Если мы вернёмся оттуда живыми, можешь снова отослать меня прочь. Но сейчас я нужен тебе. — Помнится, ты собирался в Нордскол, — едко выплюнул полудемон. — Климат не подошёл, решил обратно податься? — Какой там Нордскол, — вмешалась Злоба, махнув рукой. — Уже вторые сутки у меня под дверьми отсиживается. — Я дал клятву, — Джейс впервые встретился взглядом с Иллиданом. В его лице сквозила отчаянная решимость и немая мольба, и, совершенно против своей воли, полудемон почувствовал, как внутренний лёд надломился. Он не хотел признаваться даже самому себе, что Джейс действительно был ему нужен . — Которая не стоит и трёх медяков. Конечно, Иллидан хотел сказать совсем не это. Уязвлённая гордость не позволяла так просто дать задний ход, но и упрямый Джейс тоже стоял на своём. К счастью, в их перепалку неожиданно вмешалась Нора, и в глубине души полудемон был благодарен ей за это. — Продолжите свои разборки в Круговерти. У меня нет времени стоять и слушать вашу ругань. Иллидан, готов? Сердце снова сделало в груди головокружительный кульбит. Горло вдруг сжало спазмом, и полудемон смог только кивнуть. — Приготовьтесь, — приказала богиня. — Как только портал откроется, вы должны поспешить, я не смогу долго его держать. Иллидан идёт первый, за ним остальные. И не зевать. Нора закрыла глаза и сложила руки в молитвенном жесте. Она принялась беззвучно напевать какой-то мотив, и плавно покачиваться в такт, погружаясь всё глубже в медитативный транс. Пока ещё ничего не произошло. Но Иллидан уже чувствовал, как вокруг них сгущается энергия — неукротимая магическая сила колоссальной мощи; она бурлила, переливалась и беспрепятственно вливалась в кольцо света, окружившего богиню перламутровыми вихрями. Как будто та черпала её со всех уголков Расколотых островов, до каких только могла дотянуться. Воздух вдруг стал липким и тяжёлым, а каждый вдох горчил на языке. Сзади кто-то вскрикнул, но полудемон не мог разобрать слов, они тонули в нарастающем рёве бешено закружившихся воздушных потоков. Напряжение становилось практически осязаемым. Наконец, богиня открыла глаза. В её сомкнутых ладонях зародился сгусток белоснежного пламени. Он разрастался, но, вопреки ожиданиям, огонь не пополз выше по обнажённым запястьям и предплечьям. Нора разжала переплетённые пальцы, и в воздух взлетел сияющий фонтан живого света — разбрасывая огненные брызги, он устремился в одну точку, с рёвом будто бы прожигая дыру в пространстве. — На счёт три! — крикнула она. — Один… Иллидан крепче сжал клинки, приготовившись к броску. Вселенная сузилась до одной ослепительной вспышки. Ну же, сейчас… — Два… Материя плавилась под жаром небесного огня. Пространство шипело, расступалось, словно рану обнажая чёрную прорезь в форме кошачьего зрачка. Из неё повеяло могильным холодом. — Три! Он был готов. Прыжок. Ощущение свободного падения в бездну. Перехватило дыхание. Был ли вообще здесь воздух? Лёгкие горели. Горело лицо, руки, грудь. Вместо крика с губ срывался сдавленный хрип. Кувырок. Глухой удар. Пронзившая вспышка резкой боли. Наконец, спина почувствовала твёрдую поверхность. Больно. Жарко. Жарко...