Этот мир будет пылать

Пока сатир перерезал верёвки, грубо обмотанные вокруг запястий, Иллидан смотрел только на эльфийку в неприлично красивом красном платье, которая покорно замерла позади Архимонда. Как будто ища покровительства за его спиной. От этой мысли становилось трудно дышать. Ненависть сжимала горло, застилала взгляд кровавой пеленой, отравляла рассудок. Самые страшные кошмары вдруг обратились в реальность — перед ним стояла марионетка Легиона. Лишённая воли, своего прошлого и настоящего, безупречный воин в теле его любимой женщины. Архимонд постарался на славу. — Ты ответишь за всё, что сделал с ней, — прорычал полудемон, сжимая кулаки. — Клянусь честью… Ты умрёшь самой медленной и мучительной смертью. — Считаешь, моя смерть может что-то изменить? — Архимонд иронично повёл бровью. — В любом случае, умирать я не планирую — ни сейчас, ни в обозримом будущем. Бейся, Иллидан. Убьёшь её — поживёшь ещё немного… наверное. Кто-то бросил ему клинки. Полудемон поймал их на лету, и его бесцеремонно вытолкали вперёд, в круг этой импровизированной арены. Аша подошла ближе. Она держала меч наизготовку, но Иллидан не мог оторвать взгляд от её лица. Он жадно всматривался в эти давно забытые черты, не оставляя попыток зацепить хотя бы малейший отклик, но весь её вид выражал глубочайшую отрешённость. Под красной глазной повязкой равнодушно мерцал холодный огонь. — Аша, — снова тихо позвал он, несмело пробуя на вкус это давно не произносимое имя. В груди что-то отозвалось тупой ноющей болью. — Ты не должна этого делать, если не хочешь. Слышишь? Мы не должны сражаться… Она по-прежнему смотрела куда-то сквозь него. Такая прекрасная, далёкая, совершенно чужая. Даже в этот момент Иллидан бездумно любовался ею — этой грацией, с которой она двигалась, её длинными тонкими пальцами, крепко сжимающими эфес, роскошной изумрудной косой, даже тонким шрамом, светлой полосой выделяющимся на лиловой коже, — полудемон хорошо помнил тот самый день, когда его жизнь тоже разделилась на до и после. Архимонд кивнул, и эльфийка рубанула мечом. Она наступала решительно, жёстко, целясь прямо в сердце. Неожиданно грубая сила, сокрытая в её маленьких руках, заставила Иллидана уйти в глухую оборону. Изначально он собирался как можно аккуратнее обезоружить Ашу, но теперь об этом не могло быть и речи — лезвие её оружия мелькало перед глазами с головокружительной скоростью, и полудемон успевал только уклоняться и парировать молниеносные выпады. Меч с отрывистым лязгом раз за разом обрушивался на выставленные в блоке клинки, и сталь отзывалась долгим протяжным гулом. На лезвии фиолетовым пламенем горели руны. Должно быть, они подпитывались силой, которая неиссякаемым ключом била внутри нападающей эльфийки. Иллидан видел этот призрачный шлейф тёмной энергии, окутавший Ашу мерцающей дымкой. Она в самом деле фехтовала виртуозно. Удары сыпались один за другим. Методичные и безжалостные. Полудемон уклонялся, блокировал выпады, которые становились всё более резкими и быстрыми, но эльфийка будто не знала ни усталости, ни пощады. Взмах. Ещё один. Удар. Аша продолжала наступать — с абсолютно пустым, бесстрастным лицом, и от этого жуткого зрелища Иллидана пробирал липкий озноб. Видит ли вообще она его сейчас? Помнит? Понимает, что делает?.. — Ты ведь готов был отдать за неё жизнь, отправляясь сюда? — с ленивой усмешкой поинтересовался Архимонд. Он внимательно следил за поединком, не упуская ни единой детали — Иллидан даже затылком чувствовал на себе его пронзительный взгляд. — Теперь тебе ничего не мешает это сделать… Меч Аши любезно примет твою жертву. — Она никогда… — прерывисто выдохнул полудемон, отражая очередную атаку, — не стала бы подчиняться тебе… по своей воле. — Ошибаешься, — эредар хрипло рассмеялся, продемонстрировав ряд острых клыков. — Она давно принадлежит мне вся — от пяток и до кончиков ушей. Поэтому, будь добр, осторожнее с моей собственностью, не поцарапай лицо. Жестокие слова достигли своей цели. Издав утробный рык, Иллидан ловко пригнулся, уклоняясь от просвистевшего в опасной близости меча, и рванул в сторону Архимонда. В голове пульсировало только одно неистовое желание: уничтожить. Воткнуть клинки между рёбер. И затем смотреть — долго, с наслаждением смотреть, как хищную улыбку перечеркнёт предсмертной судорогой. За такое удовольствие даже собственная жизнь — не слишком высокая цена. Но этим планам не суждено было сбыться. Аша предугадала манёвр раньше, чем Иллидан занёс свои клинки для смертельного удара, и бросилась ему под ноги. Они перекатились по полу. Изловчившись, полудемон саданул локтём точно по предплечью эльфийки. Раздался глухой хруст. Но она даже и не подумала отпускать оружие. С неожиданной силой оттолкнув Иллидана на спину, Аша нависла над ним и занесла меч. Время приостановилось, или она действительно медлила, давая ему возможность уклониться? Иллидан резко убрал голову. Лезвие, разрезав воздух, вонзилось в его крыло. Несильное жжение постепенно переросло в острую, нарастающую боль. Выступила кровь. Вначале она текла тонкими струйками, а затем хлынула сплошным тёмным потоком. Иллидан почувствовал, как под шеей и спиной внезапно стало очень сыро. Вид его крови будто бы погрузил Ашу в транс. Как зачарованная, эльфийка наблюдала за пульсирующими фиолетовыми ручейками, растекающимися по полу в разные стороны из-под пробитого крыла. — Добивай уже его, что ты тянешь?! — рявкнул Архимонд, мигом растеряв свой беззаботный настрой. Прежде чем Аша опомнилась, Иллидан стремглав перевернулся и с силой опрокинул её на пол, нависая сверху. Эльфийка не пыталась вырваться. Сквозь плотно сжатые губы вырывались шумные частые выдохи, но внезапное миролюбие оказалось обманчиво. Размахнувшись, она отвесила ему звонкую пощёчину. От неожиданности полудемон отпустил её плечи и в следующую секунду получил тяжёлый удар в челюсть локтём. Он отшатнулся, сдавленно выругавшись. Рот мгновенно наполнился кровью, и Иллидан раздосадованно сплюнул в сторону тёмную слюну. Аша вывернулась и ловко вскочила на ноги. Но дальше произошло необъяснимое. Прежде чем он успел что-то сделать, эльфийка решительно затолкала меч в ножны и, бешеным рывком преодолев расстояние до края балкона, бросилась вниз. — Нет! Иллидан не думал о том, что будет дальше. Он рванул следом ещё до того, как Архимонд и стражники успели что-то предпринять. Горячий воздух обжигал лицо. Полудемон видел только стремительно удаляющуюся фигурку маленькой эльфийки. С бессильно распростёртыми руками она летела вниз словно в замедленном темпе, неумолимо превращаясь в крошечную красную точку на фоне бесконечной серости пустыни. Позади до его слуха урывками доносился полный ярости рёв. Кажется, план Архимонда треснул по швам? Сейчас это уже не имело никакого значения. Сложив крылья, Иллидан спикировал вниз. Преимущество в скорости было на его стороне, и расстояние до падающей эльфийки сокращалось. Но очень, очень медленно… Земля приближалась. Аша летела прямо на камни. И у неё не было ни единого шанса остаться в живых. Вложив в этот последний рывок всю свою мощь, полудемон резко устремился вперёд и… подхватил её практически за мгновение перед неизбежным. Они прокатились по земле. Аша вырывалась и царапалась, как дикая кошка — отчаянно, с каким-то фанатичным рвением, и Иллидану потребовалось время, чтобы исхитриться и скрутить будто бы обезумевшую эльфийку. Наспех сотворённые магические путы накрепко сковали запястья за спиной, но она продолжала биться в его руках. — Аша, пожалуйста, — взмолился он, прижимая к себе вздрагивающее тело. — Архимонд опомнится и придёт сюда. Я не долечу так на одном крыле, послушай… Бесполезно. Эльфийка не слышала его. Она снова была далека отсюда, и полудемон уже с трудом мог поверить, что буквально несколько секунд назад Аша бросилась с высоченного балкона, спасая его жизнь. Неподалёку распахнулся портал. Архимонд немного не рассчитал и оказался от них на расстоянии в сотню ярдов, но тут же, не теряя драгоценных секунд, бросился в атаку. Следом за своим повелителем на землю выпрыгнули сатиры. В воздухе вырастали всё новые порталы — Иллидан не успевал считать мелькающие зелёные вспышки, выбрасывающие из своей туманной глубины вооружённых до зубов солдат Пылающего Легиона. Полетели первые стрелы. Бесформенные сгустки Скверны, достигшие цели, обжигали, но не причиняли особого вреда, и всё же Иллидан закрыл собой обмякшую эльфийку, которая теперь с самым безучастным видом сидела на земле. Он обнажил клинки и приготовился к метаморфозе, чтобы принять свой последний бой. Но, кажется, у судьбы были иные планы насчёт исхода этой неравной битвы. Где-то совсем рядом раздалось пронзительное стрекотание, частично напоминающее скрежет железа по стеклу. Только очень-очень громкий. И он всё приближался. Этот звук был таким отвратительным, что даже Архимонд, на ходу плетущий какое-то заклинание, замедлил бег и задрал голову. Иллидан тоже посмотрел вверх. Вначале ему показалось, что в небесах вспыхнул пожар. Над ними с немыслимой скоростью кружил растекающийся в воздухе бесформенный сгусток живого пламени, оставляющий за собой невесомый золотистый шлейф. Именно этот странный пришелец оказался источником ужасающих звуков. Присмотревшись, среди красно-оранжевых бликов и всполохов полудемон заметил чью-то фигуру. Всадник?.. — Быстрее! Сюда! Демоны опомнились первыми. Летящие стрелы Скверны круто изменили направление, атакуя загадочное существо, как только оно делало попытки снизиться. — Прыгайте! Повторное приглашение ему не требовалось. Подхватив Ашу на руки, Иллидан взлетел, тяжело взмахивая целым крылом, а затем бросился вперёд — в самое сердце огненного шквала. В тот самый момент, когда заклинание Архимонда гулко сотрясло землю. По мановению рук эредара слой песка прорезали выросшие в ряд чёрные сталагмиты, будто острые шипы на хребте гигантского монстра. Поражённый тёмной магией участок пошёл трещинами. Искрясь зелёным свечением, они расширялись, ползли в разные стороны и, сливаясь между собой, образовывали зияющие огненные провалы. Прогремел взрыв. Иллидан, словно заворожённый, наблюдал с высоты, как предназначенное ему смертоносное заклятие обрушивалось волнами бурлящей Скверны в пустоту, облизывая языками пламени притоптанную землю. Они уносились прочь от цитадели. Вскоре полыхающий огонь превратился в далёкие зелёные вспышки, а что-то яростно вопящий Архимонд и вовсе стал тёмной точкой на фоне размытого ночным туманом пространства. Усилием воли Иллидан заставил себя отвернуться. Продолжая крепко обнимать эльфийку, он смог рассмотреть тех, кто так неожиданно протянул ему руку помощи. Ими оказались худой тролль-всадник с косматой гривой ярко-красных волос и… — Феникс? — удивлённо переспросил Иллидан, только сейчас заметив среди ослепительного зарева два огромных крыла. — Но откуда здесь феникс? — Птенец Аши, — громко ответил тролль, перекрикивая завывающий в ушах ветер. — Вроде вырос, а мозгов не прибавилось. Эй, слышишь, спускайся, я тебе говорю! Вниз, не вверх, — раздражённо обратился он к фениксу, который всё продолжал набирать высоту, отчего зеленоватая кожа тролля стала приобретать нежно-салатовый оттенок. Скорость полёта была ошеломляющей. Совсем скоро слева проступили уже знакомые очертания горного хребта. Кажется, они летели на северо-запад от цитадели. Иллидан воспрял духом. — Поверни левее и снижайся. Нужно взять поводья и… — Их здесь нет! — Тогда сожми шею ногами и наклонись вперёд. Что-то недовольно бормоча, тролль подчинился, и феникс на удивление быстро и плавно изменил траекторию полёта и пошёл на снижение.

***

В следующий час судьба благоволила им. По крайней мере, земля не раскололась надвое, как только Иллидан и тролль, назвавшийся Джалом, почувствовали под ногами твёрдую почву. А главное — в его руках по-прежнему была Аша. Она не исчезла. Не растаяла, словно призрачное видение, как только Архимонд и весь пережитый кошмар оказались далеко позади. Она была живой. Настоящей. Полудемон чувствовал, как мерно вздымается её грудь, ощущал тепло бархатной кожи, и эта пьянящая близость наполняла его таким непередаваемым ощущением тепла, зародившимся где-то в груди, что становилось трудно дышать. Она была такой хрупкой. И казалась сейчас абсолютно беззащитной. Иллидан прижимал Ашу к груди, не отдавая себе отчёта, как сильно дрожат руки. Наверное, его объятия были слишком крепкими. Скорее всего, они даже причиняли ей боль, но он слишком боялся потерять её снова. Только вот лицо эльфийки по-прежнему не выражало ничего, кроме безжизненной отрешённости. Она уже не сопротивлялась, и, пока тролль и полудемон шли в сторону гор, вновь оцепенела и больше не предпринимала попыток разорвать путы, сковывающие её руки. — Она всегда была… такой? — Иллидан наконец нарушил молчание и задал вопрос, который мучил его всё это время. — Аша? — не сразу понял Джал. — Нет… Конечно, нет. Она пришла сюда, как маленький шторм. Никогда не встречал такой отчаянной эльфийки. Её авантюры несколько раз чуть не стоили нам жизни, но это было хорошее время… Совсем как раньше. — Так на неё похоже, — задумчиво ответил Иллидан, и по его лицу пробежала тень слабой улыбки. — Расскажи мне ещё что-нибудь о том, как она жила… здесь. Весь остаток пути полудемон, затаив дыхание, слушал сбивчивый рассказ тролля. О том, как Аша, рискуя жизнью, ворвалась к гоблину-стражнику, чтобы написать письмо, как в итоге чуть не лишилась руки из-за собственной неосторожности — на этом моменте Иллидан прервал Джала, пытаясь выяснить, когда точно это произошло. С большим трудом, но ему удалось подсчитать и соотнести примерные сроки, и он почувствовал мучительные уколы совести вперемешку со жгучей злостью. Как оказалось, её письмо пролежало под матрасом у Аллари больше полугода. Если бы только он обнаружил его раньше… — Аша заключила договор с эфириалом, чтобы он помог передать послание на Азерот, — продолжил Джал, не подозревая о тягостных мыслях, терзающих Иллидана. — Я узнал об этом уже после, хотя вряд ли это могло бы что-то изменить… В этой девочке упрямства больше, чем у десяти дворфов. — Чего он хотел от неё? — Чтобы она нашла какую-то книгу в библиотеке у Архимонда, — задумавшись, ответил Джал. — Так мы и попали в темницу цитадели. Мы вдвоём и тощий облезлый птенец, которого она подобрала на какой-то свалке и спрятала под плащом. Словно почувствовав, о ком идёт речь, летящий рядом феникс встрепенулся и издал пронзительный клёкот, от которого кровь стыла в жилах. Он вновь, сделав крутой вираж, попытался приблизиться к Аше, из-за чего Джал возмущённо зашикал. — Уймись, Хан, — тролль сердито взмахнул руками. — Твоей хозяйке никто не желает зла. Ох, чувствовал я, что её идея ничем хорошим не закончится… — Какая? Но договорить им не удалось. Вдали Иллидан заметил Джейса — его лиловая шевелюра ярким пятном выделялась на фоне окружающей серости. Охотник шёл один, но вскоре за ним показались и остальные эльфы из отряда. С радостными криками они устремились навстречу. — Иллидан! — победно выкрикнул Джейс, на лице которого не осталось и следа былых обид. — Вернулся, живой… Мы вышли тебя искать, когда на востоке загрохотало. Я говорил вам, что это не гроза, — обратился он к остальным охотникам. — Мои поздравления! Аша, рад… Он вдруг осёкся. Непонимающе посмотрел на Иллидана, затем снова на безвольно повисшую в его руках эльфийку. Когда взгляд Джейса зацепил крепко связанные запястья, по его лицу пробежала тень. —Что с ней? — Элрохин, растолкав плечами тихо переговаривающихся эльфов, подскочил ближе. — Что произошло?! — Не здесь, — чересчур резко оборвал его Иллидан. — Поговорим в укрытии. Через четверть часа они вернулись в подземный грот, ставший теперь слишком тесным для компании из четырёх эльфов, тролля, полудемона и феникса, которого, дабы не привлекать ненужного внимания со стороны демонов, пришлось спрятать вместе со всеми. Хан недовольно щёлкал клювом и всеми силами демонстрировал недовольство. Но, должно быть, вид хозяйки, до сих пор находящейся в руках у Иллидана, оказался решающим доводом на чаше весов его сомнения, и феникс послушно устроился на выступающих камнях под сводом пещеры. В это время внизу происходила оживлённая дискуссия. Кратко рассказав о своих злоключениях, начиная с пленения всадниками и заканчивая побегом, полудемон переключил всё внимание на Джала. Он заставлял тролля по несколько раз пересказывать одно и то же, не давая остальным возможности задать ни единого вопроса. — Да я ведь уже говорил, — устало вздыхал тот. — В последний раз я видел Ашу перед тем, как Архимонд приказал ей подняться, и она была нормальной. Обычной. — Что в твоём понимании «нормальная»? — сквозь зубы поинтересовался Джейс, с недоверием поглядывая на их неожиданного союзника. — Она не пыталась перерезать мне глотку, если ты об этом, — съязвил тролль. — Как ты освободил охотников? — вмешался Иллидан. — И где они? — Аша сказала, что для этого я должен уничтожить зелёные фонари. Будто это глаза какого-то… — Око Килрогга, — подсказал Элрохин. — Да, — Джал кивнул и, порывшись в карманах, извлёк оттуда помятую записку и протянул её Иллидану. — Это оказалось довольно просто. Затем я убил беса и выпустил всех, кто согласился уйти. Мы вышли из замка через чёрный ход, расправились с караульными, и потом прилетел Хан. Охотники побежали на запад, остальное вы уже знаете… — Что значит «всех, кто согласился уйти»? — не понял Неллас. Лицо Джала потемнело. Когда после непродолжительного молчания он заговорил вновь, его голос зазвучал непривычно глухо и резко. — Этот мерзавец держал их в клетке десятки лет. Тех, кто мог хотя бы стоять на ногах, оказалось чуть меньше половины. Остальные лишились рассудка. И… постарели настолько, что больше напоминали скелеты, обтянутые кожей. Это… страшное зрелище. Я не знаю. Не знаю, как это ещё можно описать. Кайн сделал то, что должен был. Они больше не страдают. Закончив свою пламенную речь, Джал замолчал. Молчали и остальные, не в силах вымолвить ни слова. Первым опомнился Иллидан. — Этот ублюдок заплатит жизнью за страдания моих охотников, — отрывисто процедил он, вскакивая на ноги. — Мы не уйдём отсюда, пока он не сдохнет. Я своими руками вырву его чёрное сердце. Отряд поддержал его нестройными возгласами одобрения. Даже Хан, оживившись, вспорхнул со своего насеста и сделал в воздухе несколько быстрых кругов. — И за Ашу он тоже ответит, — помедлив, тихо добавил полудемон, отчего взгляды всех собравшихся устремились на неподвижно сидящую эльфийку. Она, точно красивая кукла, прислонилась к каменной стене и за всё это время не выразила ни капли заинтересованности в происходящем, словно ей не было никакого дела до всего, о чём здесь говорили. Атмосфера внезапного воодушевления бесследно улетучилась. Иллидан был готов проклинать их всех за эти мимолётные взгляды, полные жалости и какого-то горестного соболезнования — эльфы смотрели на неё с такой безнадёжностью, будто она уже была мертва. — Я могу развязать ей руки? — тихо спросил Элрохин, осторожно касаясь глубокой красной борозды на запястьях эльфийки, оставленной крепкими путами. Полудемон с трудом подавил в себе внезапное желание сломать пальцы этому выскочке. — Нет, — огрызнулся он. Затем, словно устыдившись своей ничем не обоснованной грубости, добавил уже более спокойно: — Это может быть опасно, пока она… не в себе. — С этим можно что-то сделать? — Алатар всё же задал этот вопрос, который Иллидан боялся услышать с самого начала. — Татуировки, когда мы вернёмся домой… поможет? — Нет, — Джейс с сожалением покачал головой. — Нужно было сразу, после ритуала… Теперь демон слишком укрепился в ней, и Аша не переживёт эту процедуру. Абсолютно точно. — Но тролль говорит, она была нормальной! — отчаянно воскликнул Элрохин. — Архимонд не отпустит её, — с грустью возразил Неллас. — Иллидан, ты должен… Полудемон до боли сжал кулаки. — Нет. — Она знала, на что идёт, — решительно высказался Джал. — В тот день, ещё в темнице, когда Аша приняла окончательное решение… — Да как вы вообще позволили ей на это пойти?! — взорвался Иллидан, но тролля не испугала внезапная вспышка гнева. — Кто мы такие, чтобы решать за неё? — спокойно ответил он. — Аша всё знала. И про то, чем это всё закончится — тоже… Но она решила пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти охотников. — Спрятались за женскую юбку, — не унимался полудемон. — А эта маленькая идиотка только рада в очередной раз подставить свою шею! Не выдержав, Иллидан размахнулся и пнул лежащий на земле камень. На мгновение ему показалось, что Аша проследила взглядом за траекторией полёта, но, возможно, виной тому была игра света, и полудемон с досадой отвернулся. Спокойное лицо эльфийки по-прежнему оставалось непроницаемым. — Идите навстречу охотникам, — устало произнёс он, когда внезапный прилив гнева иссяк. — Я останусь здесь. — Заодно раздобудем что-нибудь поесть, пока здесь ещё не закипел воздух, — с энтузиазмом отозвался Джейс. — Эй, тролль, в этой глуши водится что-нибудь живое, кроме демонов? — Если дойти до колоний, можно разжиться чем-то большим, чем пара дохлых крыс, — ответил Джал. — Поторопитесь, если хотите успеть до рассвета. — Я могу остаться, на случай если… — заговорил Элрохин, но Иллидан перебил его, покачав головой. — Нет. Не нужно. Принесите бинты, у неё рука сломана. Он только сейчас заметил, что на правой руке Аши проступил неровный бугор, деформирующий запястье, а по коже уже разливалась и ползла вверх нездоровая синева. Не выдержав, Иллидан наклонился и немного ослабил путы. — Постараемся. Будь осторожнее, — пробормотал Джейс, ненадолго задержавшись в проходе. Перехватив поудобнее клинки, он вышел, и за ним последовали остальные. Полудемон выждал, когда отряд отойдёт на достаточное расстояние и, отложив оружие в сторону, присел напротив эльфийки. Их глаза оказались на одном уровне, и Иллидан протянул руку, невесомо касаясь её лица. — Ну здравствуй, Аша…