Мой анестетик

POV Джейми По мере того, как я почти бегом приближалась к парковке, эмоции всё нарастали и нарастали, сжимая моё горло и грозя в любую секунду вырваться наружу. Я пыталась дышать глубоко - вот так, Джейми, вдох через нос, выдох через рот. Молодец. Главное, не поддавайся этому сейчас... тебе нужно как можно скорее выбраться отсюда, и тогда обязательно станет легче. Я упорно твердила это себе, но совершенно не чувствовала себя лучше. Моё подсознание, которое я тщетно пыталась отключить, подсказывало совсем обратное, а именно то, что на этот раз мне не удастся просто отложить эмоции в сторону и снова жить (существовать?) как ни в чём не бывало. Впервые в жизни я прислушивалась к своим внутренним ощущениям. Коридор, ведущий к подземной парковке, ещё никогда не казался мне настолько длинным. Яркие флюоресцентные лампы на потолке неприятно резали глаза, а стены как будто сжимали меня с двух сторон. Моя спина похолодела, ногти до боли впились в ладони. Клаустрофобия начинала медленно завладевать всем моим существом. Выбраться отсюда на улицу. Прямо сейчас. Последние два слова словно вспыхивают в моей голове, и я со всей скоростью, на которую способна, бросаюсь вперёд. После нескольких мучительно долгих метров коридор наконец заканчивается, и я оказываюсь на парковке - прохладном помещении, где царит мягкий полумрак, и только крыши бизнес-седанов поблёскивают в приглушённом свете длинных ламп, пересекающих потолок. Я на мгновение замираю, потом медленно иду вперёд, сжимая в руке ключи от машины. Неизвестно откуда взявшийся иррациональный страх чуть не заставляет меня остановиться. Что, если моего автомобиля не окажется на месте? Если кто-то угнал его? Если... Боже мой, Роджерс, да это даже для тебя чересчур! Куда может пропасть машина посреди бела дня с постоянно охраняемой парковки элитного небоскрёба? Я прекрасно понимаю, что мой глупый страх связан вовсе не с боязнью за дорогой автомобиль. Я просто волнуюсь, что не смогу отсюда уехать и дать волю своим эмоциям. Я сворачиваю за угол. Моя машина стоит точно там, где я оставила её в последний раз. Как будто можно было ожидать чего-то другого! И всё же на меня волной накатывает неимоверное облегчение. Я автоматически нахожу на ключе нужную кнопку и нажимаю её. Блокирующие механизмы в дверцах машины едва слышно щёлкают, оповещая меня о том, что можно садиться и ехать как можно дальше отсюда. В салоне приятно пахнет кожей, и от этого аромата я немного расслабляюсь, откинувшись на спинку водительского кресла, которое идеально повторяет контуры моего тела. Я прикрываю глаза, и Белла на первом ряду зала для конференций, не отрывающая от меня взгляд, вновь завладевает моим воображением. Вот эта до безумия нежная девушка с удивительными шоколадными глазами кусает свои губы... вот она едва заметно дрожит, разговаривая со мной... вот Белла, густо краснея, признаётся, что не записала мою речь до конца, потому что слишком увлеклась... Я еле нахожу в себе силы дышать, а сердце неприятно замирает, как будто я переживаю за что-то... как будто я... Как будто я снова чувствую -впервые за долгое время. "Я не верю, что вы и правда настолько любите быть властной". Мои глаза распахнулись. Шока от этих слов, прозвучавших в моей голове так ясно, будто мисс Гриффин стояла рядом со мной, оказалось достаточно для того, чтобы силой вытащить меня из мира фантазий, в который я медленно, но верно погружалась. Мне нельзя просто сидеть здесь и заново переживать события сегодняшнего дня. Я должна пойти на пробежку и физически истязать себя до тех пор, пока это наваждение не пройдёт. Я повернула ключ в замке зажигания, и автомобиль тут же ожил, приветствуя меня утробным урчанием мощного мотора. Я прижала пальцы к дисплею на приборной доске и подождала, пока машина идентифицирует мои отпечатки, снимая блокировку системы. Наконец автомобиль соизволил признать во мне свою хозяйку, и я, ещё раз глубоко вздохнув, плавно нажала на газ. Успокойся, приказала я себе, и получай удовольствие. Путь на улицу занял добрых семь минут - я ненавидела лавирование по этажам парковки. Несмотря на все мои усилия, клаустрофобия никак не желала меня отпускать. Словами не передать, как мне хотелось, чтобы хоть кто-нибудь обнял меня сейчас и тихо прошептал на ушко три простых и одновременно сложных слова. Нет, это не "я тебя люблю", о чём вы могли бы подумать... "Всё будет хорошо". Да, именно эта банальная фраза была мне так сильно нужна. Сколько раз я слышала её от Эшли, успокаивающей меня!.. Кто бы мог предположить, что я стану такой эмоциональной... Я всё же добралась до выезда на улицу. Дышать моментально стало легче. Скоро всё закончится, Джейми, сказала я себе. Я как следует выдохнусь на пробежке, а после такого уже не останется сил думать о чём-либо. Как же я ошибалась! Стоило мне только выехать на оживлённую набережную реки Хадсон, как я вдавила газ в пол, терзая педаль, будто это она была виновата в моём эмоциональном состоянии. Я знала, что нельзя гнать так быстро... что Эшли с Аланом не переживут, если со мной в очередной раз произойдёт какой-нибудь несчастный случай... что когда я вернусь домой, мне как пить дать пришлют внушительный штраф за превышение скорости... Но в данный момент я не думала обо всём этом. Я старалась концентрироваться лишь на рёве мощного мотора, заставляющего всё моё тело вибрировать, а сердце - падать куда-то вниз и стучать в моём животе. От бешеной скорости захватывало дух; желудок то и дело совершал сальто мортале внутри меня. Хорошо, я ничего не ела с утра... иначе меня бы точно замутило. Не только от улиц, проносящихся мимо, но и от тех чувств, что я так тщетно пыталась скрыть всё это время... Дождь так и не закончился... наоборот, он пошёл сильнее, рискуя в любую минуту перейти в град или даже снег. Потоки воды стекали по лобовому стеклу, так, что даже быстрые стеклоочистители не успевали остановить эту бурлящую массу. На мгновение в голове понеслась единственная рациональная мысль - что, чёрт возьми, я собираюсь делать в такую погоду?! Бегать в парке? Ты серьёзно, Роджерс?! Куда делось всё твоё логическое мышление? Неужели было не проще пойти в тренажёрный зал и хорошенько потренироваться, а не нестись сейчас в Центральный парк, рассекая лужи и безнадёжно пачкая недавно вымытый автомобиль? Чего ты добьёшься своим ненужным экспрессивным уходом из дома... того, что до нитки вымокнешь на пробежке?.. Я понятия не имела, как ответить на все эти вопросы и успокоить холодный рассудок, кричащий в моей голове. Да я и не была в настроении вести внутренний диалог с собой... Я уже приняла решение и не собираюсь его менять, напомнила я себе. Стрелка спидометра медленно, но верно ползла к отметке в двести километров в час. До Центрального парка оставалась пара минут. Я крепче сжала руль, глядя прямо перед собой и стиснув зубы.

***

Парковка была абсолютно свободной. На ней не было ни единой машины. Естественно - а кому захочется гулять в такую погоду... кроме ненормальной тебя, Роджерс? Остальные люди сидят по домам и ужинают со своей семьёй, обсуждая события сегодняшнего дня. Ты бы тоже могла сейчас расслабляться на мягком диванчике, надев домашние шортики и толстовку... могла бы прижать к себе Эшли и помочь ей с тем сочинением про сильных женщин, ради которого они с Аланом так хотели попасть на эту несчастную конференцию... И да, ты могла бы не думать о мисс Гриффин, а вместо этого позаботиться о своих детях. Они наверняка ждут тебя и не находят себе места от волнения. Конечно, ведь ты даже не удосужилась объяснить им причину такого твоего поведения! В горле встал комок, и я часто-часто заморгала, пытаясь смахнуть с ресниц слёзы. Сейчас не время поддаваться эмоциям... ведь я здесь для того, чтобы от них избавиться. Я сделала глубокий вдох... а затем открыла дверцу и вылезла из автомобиля прямо под ледяной дождь. Крупные капли незамедлительно намочили всю мою одежду, но я не обращала внимания на пронизывающий холод. Я запрокинула голову назад и позволила воде течь по моему лицу и волосам. Дискомфорт хоть как-то отвлекает от того, что творится в моей жизни и голове... В том, что идёт ливень, есть несколько неоспоримых плюсов... Во-первых, душный загрязнённый воздух Нью-Йорка сменился приятной свежей прохладой, и теперь можно было нормально дышать. Во-вторых, в Центральном парке - никого, а значит, я могу сосредоточиться на пробежке и избавлении от переживаний, а не на боязни быть сфотографированной. И в-третьих... во время дождя можно сколько угодно плакать, и слёзы, текущие по лицу, не будут замечены. Я так и стояла возле автомобиля, опираясь на мокрый металл, пытаясь успокоиться и собраться с силами. Я прикрыла глаза... и тут же поняла, что это было ошибкой. В сознании вместо пустой уличной парковки вспыхнул переполненный зал для конференций. Кругом спонсоры, от которых зависят важные сделки в моей корпорации... но я не обращаю на них внимания, потому что всё, что имеет значение - это всего одна девушка, робко сжимающая блокнот в хрупких пальчиках и прерывисто дышащая от волнения. Вот я смотрю на Беллу, и... Хватит. Это уже слишком. Ты здесь не затем, чтобы размышлять о мисс Гриффин, пусть даже такой притягательной. Я нажала кнопку на ключе, закрывая автомобиль, и быстро зашагала ко входу в парк. Кроссовки тут же намокли - обходить глубокие лужи было бесполезно. На мгновение в голове пронеслась мысль, что в Роджерс Плаза скоро крупная пресс-конференция с журналистами со всех концов мира... а я возьму и заболею. Придётся идти на мероприятие с охрипшим голосом и ознобом... Впрочем, всё это сейчас не имело ровно никакого значения. Пешеходная дорожка передо мной совершенно свободна... интересно, когда я последний раз вообще была в Центральном парке?.. По-моему, до сегодняшнего момента вся моя жизнь проходила в пределах кабинетов Роджерс Плаза и Маунт Синай... Не потрудившись хотя бы размять ноги перед физической нагрузкой, я сорвалась с места и бросилась вперёд. Я успела отвыкнуть от бега, поэтому пульс зачастил почти сразу... но я не собиралась останавливаться. Косые струи дождя хлестали меня по лицу, и мне показалось, что я услышала где-то вдалеке раскаты грома. Не прекращая бежать, я подняла голову, чтобы посмотреть на почти чёрное от туч небо. На его мрачном фоне небоскрёбы, уходящие ввысь, казались почти зловещими. Я снова перевела взгляд на дорожку впереди меня. Вопреки моим ожиданиям, интенсивная пробежка не помогала отвлечься... наоборот - теперь, оставшись наедине с собой, я не могла противостоять мыслям о Белле... поэтому я сдалась и просто начала вспоминать. Вся моя прошлая жизнь... прошлые убеждения... перестали иметь какое-либо значение, когда на пороге моего кабинета в Роджерс Плаза впервые появилась мисс Гриффин. Хватило одного взгляда, чтобы понять - я уже никогда не буду прежней после встречи с этой нежной и одновременно дерзкой девушкой, которая единственная из всех кандидатов не побоялась дать мне отпор, глядя прямо в глаза. Я могла бы уже тогда всё закончить - просто отказать Белле в работе, как сделала со всеми остальными, и больше никогда в жизни не увидеть. Но что-то внутри меня будто.... изменилось. От досады я стиснула зубы. Ведь ты сама виновата в этом, Роджерс! Нужно было отправить Гриффин домой после злосчастного интервью и закончить весь этот нонсенс! А ты, никчемная тряпка, взяла и пошла на попятную - но не просто отдала этой бунтарке должность... нет, ты стала звонить и умолять её! Умолять!!! Подумать только! Вся твоя властность, авторитарность, исключительное влияние на подчинённых... ты засунула всё это себе в задницу, Роджерс! Ты стала общаться с Гриффин так, будто вы уже мило воркуете в постели после страстной ночи вдвоём! Ничего удивительного, что Белла не поверила твоим громким словам на конференции! Ты сама виновата, что профессиональные границы между вами размылись, и больше их не вернуть... ты должна была - да что там должна! Обязана! - взять контроль над ситуацией в свои руки... Я побежала ещё быстрее, наращивая темп с каждым метром. Мышцы уже работали на пределе своих возможностей, дыхание то и дело срывалось, но я не собиралась сбавлять обороты. Мне нужно избавиться от этих размышлений... избавиться от них... не думать о Белле... Как вообще это могло произойти?! Почему я позволила себе отойти от правил, от профессиональной этики... ото всего, что было для меня так важно?! Как я могла допустить, чтобы нахальная и своенравная подчинённая не только подобралась так близко ко мне, но и пыталась разобраться в том, что я чувствую?.. "Знаете, доктор Роджерс... мне всё-таки кажется, что вы не такая... внутри". Кажется ей, видите ли! Да я могла бы выставить её из своего кабинета в первый же день! Я могла держать её в таком страхе, что она бы тряслась каждый раз, когда со мной разговаривала! Могла сразу же наглядно показать Гриффин, где её место в рабочей иерархии! И тогда Белла была бы просто ещё одной из обычных подчинённых, чувства которых меня мало волновали, а значение имел лишь рабочий потенциал... Всё это говорило мне моё рациональное мышление, заставляя злиться на ни в чём не повинную мисс Гриффин и особенно - на себя саму. Холодная сторона моего подсознания велела немедленно вернуться домой, а на следующий день идти на работу как ни в чём ни бывало и стараться как можно меньше контактировать с мисс Гриффин. Я вполне способна показать ей, что действительно имела в виду то, о чём говорила на конференции! Я представила, как прихожу на очередную операцию рано утром, и Белла уже ждёт меня в предоперационной. Шоколадные глаза блестят от предвкушения, и мисс Гриффин прерывисто дышит, чуть увидев меня. "Доброе утро, доктор Роджерс!", - широко улыбается девушка, стараясь меня подбодрить, искренне надеясь, что и я тоже ей улыбнусь... но вместо этого я сухо бросаю: "Приступайте к дезинфекции рук, мисс Гриффин". Из головы не выходило то, как эти чудесные доверчивые глазки тут же померкнут в ответ на мои безразличные слова, и до конца операции Белла будет из последних сил пытаться сдержать слёзы, упрямо вскипающие в глазах и затуманивающие взгляд. Она украдкой коснётся моей руки под предлогом помощи с очередной манипуляцией, но я строго взгляну на мисс Гриффин: "Не мешайте, пожалуйста"... А потом Белла не выдержит и после окончания вмешательства выкроит момент, когда мы с ней останемся одни в пустой предоперационной. И тогда мисс Гриффин подойдёт ко мне почти вплотную и тихо, ласково спросит: "Доктор Роджерс... ну что у вас случилось? Я чем-то вас обидела? Может быть, я сделала что-то не так?". Я болезненно поморщилась. Бедная моя девочка... ведь ты даже не знаешь, какую сильную боль я способна причинить тебе... насколько я могу быть холодной и бесчувственной... "Так покажи ей, Роджерс!" - шептало моё подсознание. - "Веди себя так, как вела всегда... и со временем Белла снова станет видеть в тебе тирана и диктатора... и тогда между вами уже точно никогда ничего не будет". Почему же меня совсем не привлекал такой вариант развития событий? Не просто "не привлекал" - нет, от подобной перспективы моё сердце мучительно сжималось, а к горлу подступала паника при одной только мысли о том, что счастье с ласкающим слух именем Изабелла Гриффин вот так возьмёт и исчезнет из моей жизни. Нет, я никак не могла такого допустить... Очередная дорожка закончилась, и я снова свернула, чувствуя, как холодная вода из луж под ногами окатила меня сзади. Всё тело ныло, умоляя меня остановиться и отдохнуть. Нет, только не сейчас... вдох через нос, выдох через рот. Вот так... Стараясь сосредоточиться лишь на ветре, обжигающем щёки, я упорно смотрела на верхушки небоскрёбов над желтеющими деревьями... на пустующие мокрые лавочки... на ровный тёмно-серый асфальт под ногами... Но у себя в голове я видела совсем другое. Я видела до безумия хорошенькое личико в форме сердечка... невероятно умильную смущённую улыбку... очаровательный румянец на щёчках - реакция на мои слова... то, как Белла вся дрожит от приятного волнения, когда я называю её по имени... Чем дальше я продвигалась вглубь парка, тем быстрее абстрактные фантазии моего сознания приобретали вполне определённую форму. Мы с Беллой на роскошном деловом приёме медленно танцуем... я собственнически обвиваю руками талию девушки, чувствуя под тонким шёлком такую желанную тёплую кожу... Вот Белла поднимает голову и доверчиво смотрит на меня своими огромными шоколадными глазами... потом встаёт на носочки, тянется и нежно обнимает за шею, прижимаясь ко мне... наши губы в паре миллиметров друг от друга... Быстрее, Роджерс, беги быстрее! Не думай о Белле... Обнявшись, мы выходим на крышу здания, где нас уже ждёт мой персональный вертолёт. Глаза Беллы сияют в предвкушении, щёчки раскраснелись, на бордовых губах - радостная улыбка... Я помогаю Белле забраться в кабину, затем залезаю сама. Пристёгиваю свою прекрасную девочку, словно невзначай скользя пальчиками по её животу и груди... От лёгких прикосновений Белла начинает дышать чаще, прикрывает глазки, тая под моими руками... Превозмогая ужасное жжение в лёгких, я ускоряю темп, но ведь от своих желаний убежать невозможно... И всё же я пытаюсь, пусть даже сил почти не осталось. Деревья, серое небо, высокие здания из стекла... всё вокруг сливается в одну бесконечную череду бессмысленных картинок, зато образы в моей голове обретают всё большую чёткость с ужасающей скоростью... В моих мечтах я плавно отнимаю вертолёт от площадки на крыше, и мы с Беллой поднимаемся вверх, в ночное небо, освещённое лишь разноцветными огнями стройных зданий, оставшихся далеко под нами. Вот я разворачиваю машину в воздухе - мощный вертолёт чутко реагирует на малейшее движение штурвала - и мы берём курс на запад Нью-Йорка. Я знаю, что мне сейчас нужно быть предельно внимательной, но сидящая рядом Белла так и притягивает мой взгляд. Её глазки расширены одновременно и от радостного возбуждения, и от будоражащего кровь страха; тонкие пальчики сжимают сиденье. Ну конечно - Белла всё ещё побаивается летать со мной, даже после того, как я показала ей свою лицензию пилота и заверила, что действительно проходила обучение. Но, несмотря на это, моя девочка всё равно начинает взволнованно смотреть по сторонам, когда находится в кабине вертолёта вместе со мной. Я накрываю маленькую, чуть влажную от испуга ладошку Беллы своей и начинаю ласково поглаживать большим пальцем. "Не бойся", - шепчу я. - "Ты же знаешь, я никогда не позволю ничему плохому случиться с тобой..." Я с силой втянула холодный воздух, снова возвращаясь в реальность. Виски уже пульсировали от долгой нагрузки, а сердце бешено стучало в груди. Я неслась вперёд по пустым дорожкам парка, и непрекращающийся ливень хлестал меня по лицу. Мои недостижимые фантазии переплетались с настоящим, и я уже не могла отделить одно от другого... Стоит нам переступить порог моего пентхауса, как Белла тут же с силой притягивает меня к себе и глубоко целует. Я смотрю в шоколадные глаза и без слов понимаю, что мы сейчас думаем об одном и том же. Поэтому я сжимаю изумительную ткань платья Беллы и резко поднимаю его так, чтобы девушке было удобно обхватить меня ножками, пока я несу её наверх, в спальню. В комнате темно, но это никак не мешает мне нащупать молнию на платье, расстегнуть её, сорвать ненужную ткань с хрупкого тела и отбросить её в неизвестном направлении. Пара минут, и мы с Беллой, абсолютно обнажённые, падаем на кровать, обе дрожа от желания. Лихорадочные поцелуи... частое прерывистое дыхание... тоненькие запястья Беллы, зафиксированные моей рукой... В моём горле появился привкус крови. Лёгкие готовы были разорваться в любую секунду, и я уже почти не могла дышать, а только хватала воздух ртом. Мышцы горели - завтра я даже с кровати не смогу встать безболезненно. Отлично, Роджерс - именно это ты и заслужила... остаётся надеется, что физическая боль хоть немного заглушит боль душевную. Я прижимаю Беллу к кровати, снова и снова заставляя девушку содрогаться и сладко стонать, достигая пика удовольствия. Её ноготки впиваются в мою спину, царапая чувствительную кожу. "Ещё..." - шепчет моя девочка, еле переводя дыхание. - "Пожалуйста, Джейми... ещё...". И я не могу ей отказать. Мы занимаемся любовью до полного изнеможения - нежная Белла с моим именем на её припухших от бесконечных поцелуев губах, и я, полностью подчиняющая это счастье себе. Белла моя и только моя... Я приподнимаюсь в попытке перевернуть девушку на животик, но она хохочет и сама садится на меня сверху. Моя маленькая своенравная бунтарка... ведь знаешь, как твоё сопротивление сводит меня с ума... но именно за это твоё непослушание я тебя так сильно... Я вскрикнула от неожиданности, когда моя нога подвернулась, и я на полном ходу упала на мокрый асфальт. Резкая боль обожгла правую коленку, но у меня не было сил даже подняться. Я так и стояла на четвереньках, чувствуя, как меня начинает мутить, голова ужасно кружится, а высохшее горло пылает от жажды. Руки противно ныли от холодной грязной воды, но в тот момент я даже не обратила внимания. Я просто была рада, что по воле случая этот безумный марафон закончился. Белла в моих фантазиях глубоко дышит, успокаиваясь после нашего с ней интенсивного любовного сеанса. "Это было изумительно", - шепчет моё счастье, прижимаясь ко мне. Я обнимаю девушку, чувствуя мягкость её голой разгорячённой кожи и тонкий слой здорового пота, капельками покрывающего её. "Спи, сокровище", - шепчу я в ответ, целуя Беллу в ароматную макушку и укрывая большим уютным одеялом. И мы засыпаем в обнимку... в нашем собственном крохотном мирке, где есть место только для нас двоих. Я вздрогнула, наконец осознав, что стою в провокационной позе посреди Центрального парка. Удивительно, что за эти несколько часов дождь даже не стал тише - с неба по-прежнему лило, словно из душа. Я неловко оттолкнулась от мокрого асфальта и, пошатываясь, поднялась на ноги. Мышцы незамедлительно отозвались пронзительным жжением, и я прикусила губу, болезненно поморщившись. Опустив взгляд ниже, я мысленно, а может, и вслух, застонала. Эластичная ткань на правой коленке была безвозвратно разодрана; колено стёсано об асфальт и полностью залито кровью. Надо бы найти какое-нибудь место под крышей, где можно передохнуть и дождаться, пока закончится этот ливень. Я вдруг вспомнила про мобильный в водонепроницаемом чехле у меня на запястье и быстро взглянула на него. Вроде экран цел... я с облегчением вздохнула, чувствуя, как саднят мои бедные лёгкие. Стоять на одном месте под потоками воды было бессмысленно, и я, прихрамывая, поплелась к ближайшему мосту. Не тёплые апартаменты, конечно, но там хоть дождь не достанет. Отдохну, а потом соберу остатки сил и поеду... куда я поеду?.. Домой, к взволнованным, а то и заплаканным глазам моих близняшек?.. При этой мысли я снова поморщилась, но на этот раз вовсе не от боли в мышцах... Ещё шаг. Хорошо... мост уже ближе. Меня обуревало дикое желание лечь на асфальт и остаться здесь. В конце концов, какая разница?.. Одежда так или иначе насквозь мокрая... Нет. Всё же нужно выбрать место посуше... и потом, я должна осмотреть свою коленку - мало ли, там что-то серьёзное, и завтра я не смогу идти на работу... При одной только мысли о работе, сделках, переговорах и операциях мой желудок скрутило. Наконец я добралась до моста и устроилась на холодных сырых камнях. "Не сиди так, Джейми! Чего хорошего, простудишь себе там всё!" - эхом отдался в моей голове голос мамы, и я неосознанно подложила под себя собственные ладони. Так, а что теперь делать с коленкой? Судя по отсутствию резкой боли и отёка, перелом вместе с вывихом можно было исключить. Выходит, обычная ссадина от падения об асфальт... ничего смертельного. А жаль. Я бы всё отдала за возможность встретиться сейчас со своей копией. Я представила, как избиваю её до полусмерти, а ещё лучше - и вовсе приканчиваю. Словами не передать, как сильно я ненавидела себя в этот момент! Зачем, зачем я вообще живу, когда я причиняю только боль своим близким людям - Алану и Эшли, которые ужасно переживают, толком не понимая, что со мной происходит... родителям, которых я уже несколько месяцев вижу лишь на экране телевизора во время очередного Гран-при... и моей новенькой ассистентке с её удивительными глазами цвета молочного шоколада. При мысли о Белле я согнулась пополам, судорожно обхватив себя руками, задыхаясь от этой безумной сердечной боли... Боже, как это вышло?! Как я могла... испытать такую привязанность (я не осмелилась произнести слово "влюбиться" даже про себя) к девушке, когда всю жизнь мечтала о мужчине, который бы принял меня такой, какая я есть, со всеми моими недостатками?! А возможно ли вообще "принять" такую, как я?.. В глазах вскипели обжигающие слёзы, и на мгновение мне отчего-то захотелось горько рассмеяться. Во что превратилась моя жизнь?! Как я могла до такого докатиться - сидеть здесь, под мостом, дрожа от холода и сырости, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться?.. И в этот момент я понимаю, что осталась абсолютно одна. Больше всего на свете мне хочется налить себе в голову бытовой отбеливатель, чтобы тот разъел мой мозг и стёр из него все воспоминания и чувства к Белле Гриффин. Боль была похожа на то, как если бы меня медленно тащили по кровати, состоящей из лезвий бритвы - и то это было бы не так мучительно, как то, что я испытывала в данный момент. Раньше я презрительно закатывала глаза, слушая всех тех, кто утверждал - душевные страдания куда сильнее телесных. Как этим только людям приходит в голову подобный бред, думала я... Теперь я понимала, насколько они правы и насколько неправа была я все эти годы. Я просто умру, если меня никто не обнимет в самое ближайшее время, с ужасом осознала я. Мне просто физически не хватало этого несравнимого ощущения тепла, которое дарят ласковые руки, обвивающие тебя. Пожалуйста... прижмите меня к себе, кто-нибудь... Я ощущала себя маленькой девочкой, которую не поцеловали на ночь перед сном. Я знала только одного человека, с кем могла быть почти полностью откровенной. Оставалось надеяться, что Мередит захочет со мной встретиться... ведь она всегда была мне как антидепрессант... Я с трудом расстегнула прозрачный водонепроницаемый чехол у меня на запястье. Пальцы онемели от холода и двигались еле-еле; тело наотрез отказывалось воспринимать команды мозга. Похоже, сегодня всё, даже собственный организм, действовало против меня... Пытаясь одновременно согреть руки дыханием, я нашла нужный контакт в телефонной книге на мобильном и нажала на кнопку вызова. Один гудок... второй... -Да, Джейми? - ответил до боли знакомый ласковый голос на том конце провода. - Джейми? -Мер... - чувство облегчения было столь ошеломляющим, что мне неимоверными усилиями удалось сдержать поток слёз. Мой голос звучал хрипло - неужели я уже успела простудиться?.. - Мер, мне... очень плохо. Можно я приеду к тебе? -Ну конечно можно, солнышко, о чём ты говоришь?.. Я уже дома... я тебя подожду, - хотя Мередит старалась говорить ободряюще, беспокойство в её голосе было невозможно скрыть. - Что произошло, милая? Почему у тебя такой севший голос? -Я... потом всё объясню, - с трудом проговорила я. -Ну хорошо, Джейми... я заварю тебе чай, и мы обо всём поговорим, - успокоила женщина. - Только езжай осторожнее, договорились? Погода такая коварная, машину может занести... -Хорошо... я поведу аккуратно, обещаю... -Может быть, приехать за тобой? Ты где сейчас, моё солнышко? - вдруг спросила Мередит. -Нет-нет, я сама! - поспешила заверить я. - Я буду через час, ладно? -Хорошо. Я жду, - снова сказала Мер. Судя по всему, её волнение лишь усилилось. -До встречи, - прошептала я и отключилась. Ещё никогда в жизни мне не было так плохо, как сейчас.