Давай дружить в губы?

В какой-то момент Тони обнаруживает себя отвратительно примерным: за прошедший месяц ни одного сорванного контракта, ни одного провала в договоренностях с партнерами, ни единого скандала в светской хронике, даже на собрания не опоздал ни разу! Непорядок! Такими темпами все решат, что Старк сдулся на старости лет. Что может взбодрить лучше, чем игра на нервах Ника Фьюри? С этой мыслью Тони, напевая какой-то прилипчивый новомодный мотивчик, покидает кабинет в разгар рабочего дня. Однако по пути на базу ЩИТа Тони вспоминает о совершенно другом человеке. Стив обнаруживается в тренировочном зале, выбивающим всю дурь из боксерского мешка. — О, бицепс-порно! Мое любимое, — Тони опустошает стакан с давно остывшим кофе, швыряет мусор в урну и подходит ближе. — Старк, — Стив останавливает раскачивающийся мешок и поворачивается к пришедшему. — Чем обязан? — Соскучился, — Тони скрещивает руки на груди и опирается о стену плечом. — Давненько не виделись мы с тобой. — Хм… я занят был. Собственная оперативная группа, Тор… закрутился, — Роджерс принимается разматывать бинты с рук. Тони следит голодным взглядом, как эластичная ткань сползает с запястий, затем с пальцев, повисает на широких ладонях. Стив сматывает бинты в рулон, обнажая кисти полностью. Эти руки доказательство существования Бога. Воистину! Если бы не камеры, понатыканные кругом, Тони сию секунду бы облизал и обсосал эти пальцы. — Тор? Он тут при чем? — Старк хмурится. — С асгардцем можно не переживать по поводу прикладываемой силы. Очень удобно. Ты что-то хотел? — Стив внимательно смотрит на Тони, и тот не упускает возможности показательно облизнуться. Роджерс закатывает глаза и направляется на выход из зала. — Как дела у Мстителей? — Полагаю, все отлично, — Тони замечает, что Стив старается держаться от него подальше, зато Баки постоянно касается его бедер хвостом, хоть сам и не дается Тони в руки. Значит, ли это что какая-то часть Кэпа хочет облапать Тони? Или это вообще ничего не значит? Хм… — Компания? — В полном порядке, — Старк улыбается своей фирменной улыбкой обольстителя и, схватив Стива за локоть, настойчиво тянет в закуток под лестницей. Разумеется, это ерунда для Капитана, он может легко пресечь эту попытку, но он поддается, позволяя вжать себя в стену. Тони обнимает его и, уткнувшись подбородком в грудь, поднимает на Стива взгляд. Тот смотрит на него насмешливо-вопросительно. Он такой огромный с этого ракурса. Мощная грудь набирает воздух, мерно двигаясь, Тони слышит, как уверенно и ритмично бьется сердце Капитана. Всю идиллию нарушает вибрация в кармане Стива. — Не отвечай, — просит шепотом Тони. — Если Капитан Америка не возьмет трубу, миру не придет конец. Роджерс отрицательно мотает головой, доставая телефон. — Да даже если настанет конец, мы отомстим, обещаю, — продолжает упрашивать Тони. Он пытается вытянуть Старкфон из пальцев Стива, но тот уже нажал прием звонка. — Да? Слушаю, директор. Конечно. Хорошо. Жду. Прости, надо бежать, — Роджерс убирает телефон и ерошит волосы Тони, глядя на него сверху вниз. — Я ненавижу ЩИТ. Ненавижу Штаты. И президента. А еще ненавижу… Стив смеется, зажимая ладонью рот Старка. — Мне правда нужно идти. Хочешь приезжай завтра? Завтра у нас законный выходной. Моя группа сдаст дежурство, и я буду свободен весь день, — Кэп склоняет голову к плечу и смотрит на Тони так, что тот сглатывает и кивает. Старк отпускает Стива с паршивым ощущением, что его только что отшили. Променяли его всего такого охренительного на скучный долг. Неприятное чувство. Никогда такого не испытывал, ведь Тони Старку невозможно отказать! А вот эта замшелая древность смогла. Тем временем у Капитана намечается тяжелый день. Впрочем, у него каждый день тяжелый. На следующий день Тони пытается вырваться к Стиву с самого утра, но после вчерашней выходки Пеп бдительна на все сто процентов. Уехать удается только поздним вечером, и то Пеппер весьма подозрительна: с чего это ее босс пропускает грандиозную вечеринку, которая на самом деле обещает быть грандиозной попойкой? Так что на базу Тони приезжает дерганый и злой, с ходу пытается выломать дверь в комнату Стива, но та заперта изнутри. — Старк, — Стив открывает дверь и приветствует Тони. — Роджерс. Тони решительно оттирает Стива плечом и входит внутрь, весь содрогаясь от безликой комнаты. Пресвятые да Винчи и Ньютон, как можно тут жить и не сойти с ума?! — Раздевайся немедленно, — Тони с ходу берет быка за рога. Он стягивает с себя ремень и расстегивает ширинку. — Что? Прям так сразу? — Стив ухмыляется, запирает дверь и стягивает футболку через голову. — Слушай, я понимаю, что в обществе приняты ритуальные пляски с цветами, ужинами, танцами и покатушками на крутых тачках, прежде чем можно сорвать друг с друга одежду, — Тони сдергивает с кровати покрывало. — Но я человек деловой, и каждая моя минута стоит хуеву тучу денег, так что, свет моего сердца, удовольствуйся тем, что я упускаю пьяных и сговорчивых инвесторов ради возможности покувыркаться с тобой. Идет? Немного подумав, Стив кивает. — Идет, — он отнимает покрывало из рук Тони и принимается складывать его по укоренившейся привычке уголок к уголку, тщательно выглаживая неровности. — У тебя глаз дергается. Трудный день? — Не то слово, — Тони уже раздет по пояс и, сидя на кровати, расшнуровывает модельные туфли стоимостью как все убранство этой комнаты вместе взятое. — Привет, Баки. Прости, я тебя только заметил… Пес в ответ пренебрежительно зевает прямо в лицо Тони. — Ты ему определенно нравишься, — смеется Стив, стаскивая с себя мягкие брюки подозрительно похожие на пижамные. Тони не глядя отмахивается и валится на кровать. — Иди ко мне. — Привет, — Роджерс перемещается на кровать, и Тони замирает от того, как такое большое тело может двигаться настолько плавно. — Ух ты, — Старк похож на ребенка, у которого Рождество внезапно наступило в июне. — Почему у тебя нигде нет волос, кроме как тут? — Тони обводит пальцами бороду Стива. — Серьезно, твоя борода… я свожу тебя в лучший барбершоп в городе, и даже не спорь. А то это кошмар какой-то. Стив ловит зубами палец Тони и прикусывает. — Это тоже сыворотка, да? — голос Старка становится ниже и тише. Он обмирает, касаясь ладонью груди Роджерса. Ну почему нельзя никому рассказать, что трахаешься с мистером Гребаное Совершенство?! Тони водит пальцем по вязи татуировки. Верность. Какая милая старомодность. И у кого поднялась рука запятнать это совершенное тело? — Нет, в ЩИТе есть суперзасекреченный эпилятор. Все агенты такие гладкие, — Стив продолжает вылизывать Старка. — Это позволяет уменьшить силу лобового сопротивления. — Ты шутишь, да? — Тони подставляет шею, но когда Роджерс принимается развязывать на нем галстук, отстраняется. — Сместим наши поцелуи ниже, м? Стив не спорит и не настаивает: у каждого свои причуды. — Не шути. Тебе не идет, — Старк задыхается. Неужели можно кого-то настолько сильно хотеть? — У тебя выходит как-то жутко. — Кстати, — Стив мгновенно подбирается и леденеет. Практически буквально: Тони готов поклясться, что чувствует прямо сейчас, как вместо уютного тепла от Кэпа веет стужей. Роджерс хватает брюнета за руку и проверяет запястье. — Браслет со мной, здоровяк, не напрягайся ты так, — Тони накрывает ладонью пальцы Стива. — Думаю, нам нужно обговорить стоп-слово, — но Стив вытягивает свои пальцы и отодвигается, садясь. — Какое стоп-слово? — Тони удивленно хлопает ресницами. — Слушай, ты какой-то замороченный! Старичок, я не хрустальная статуэтка… Вместо ответа Стив пододвигает к себе складной стул и сминает его одним движением. Пластик трещит и крошится, а стальной каркас теперь похож на арт-объект художника-психопата. — Убедил, — Тони сглатывает и садится рядом со Стивом, так чтобы касаться его плеча. — Как насчет… осциллятор Тесла? — Нет. — Хватит? — Что «хватит»? — Ладно, значит, не пойдет, — Тони хмурится. — Красный? — Да, вполне. — Тогда сойдемся на этом. Значит, красный? — Красный, — Стив кивает, соглашаясь. — Кинем монетку? — Зачем? — Тони забирается на кровать с ногами, недоумевающе глядя на своего партнера. — Определим, кто будет сверху первым, — вот прямо сейчас если бы не действие вируса, Стив бы покраснел. Просто ситуация какая-то… ну совсем дикая! И смущающая. — Ну да, конечно, как я мог забыть, — Тони трет переносицу. — Я ведь в постели с Капитаном Америка. Равенство и все такое… Слушай, ты когда-нибудь занимался сексом? — Да, — просто отвечает Стив. — Нет, не в качестве эксперимента под наблюдением врачей, а по-настоящему. Секс не потому что надо, а потому что хочется. Роджерс глубоко задумывается, и Тони закатывает глаза. — Ясно, твое выражение лица я приму за ответ. Давай, просто сделаем так, чтобы никто сегодня не остался разочарованным, ладно? Стив кивает и подсаживается ближе, разворачиваясь к Тони всем корпусом. — Было бы славно в душ сходить, ну да и черт с ним. Ты не брезгливый, надеюсь? — Старк откидывается назад, утягивая Капитана за собой. Кровать жалобно скрипит, прогибаясь под весом двух мужчин. Тони кажется, что на него обвалилась скала. — Сколько ты весишь? — однако талия у Кэпа довольно узкая, обхватить его ногами не сложно, хотя и довольно странно. — Двести сорок фунтов с небольшим, — Стив чувствует грудью твердую выпуклость на груди Тони. Реактор. Его свет едва пробивается сквозь плотную ткань рубашки. — Ох, — Тони ерзает под Стивом. — Мне кажется, если ты на меня ляжешь и обнимешь, то меня вообще видно не будет под тобой. Так можно и клаустрофобию заработать… — Ноги шире раздвинь. Ага, вот так, — Роджерс на пробу проводит ногтями по внутренней стороне бедер Тони и наблюдает за тем, как у того меняется лицо. — Сделай так же, но нажми чуть сильнее. О-о-о да-а-а… — Тони пробует добраться до члена Стива, но когда ему удается засунуть руку Капитану в плавки, то обнаруженное вынуждает его вскинуть бровь. — А чего это у нас тут штиль? — Погоди немного, — Роджерс вжимается бедрами сильнее. — Почему эта чертова кровать так скрипит? — право слово, Тони уже раздражают эти звуки. На каждое движение Стива кровать отзывается пронзительным скрипом. — Полагаю, она не рассчитана на такие нагрузки, — Роджерс вскрывает упаковку презерватива, натягивает его на пальцы и делает Тони знак разворачиваться. — А кто предлагал монетку кинуть? — ухмыляется тот, однако покорно поворачивается спиной и встает на четвереньки. — Вот оно истинное лицо демократии! Вам дается лишь иллюзия выбора. — Знаешь, я просто хочу так отодрать тебя, чтобы ты, наконец, заткнулся, — Стив наклоняется к Тони и шепчет ему прямо в ухо. — Амбициозно, — одобряет тот, ложась грудью на подушку и раздвигая руками ягодицы в стороны. Стив добавляет смазки на анус Старка и принимается понемногу вводить пальцы. Сначала указательный проталкивается внутрь на длину одной фаланги. Учитывая, что пальцы Стива длинные и далеко не тонкие, Тони поздравляет себя с успешно пройденным первым этапом. — Нормально? — спрашивает Роджерс таким тоном, словно интересуется метеорологической сводкой, а не сидит с одним пальцем в заднице другого мужика. — Да, — в какой-то момент Тони думает, что слишком стар для этого дерьма, но в конце-то концов, раз педики существуют, значит оно того стоит, да ведь? К указательному пальцу присоединяется средний, а Старк размышляет, каков его предел натяжения в этом месте. Когда Стив приподнимается и прижимается стоящим колом членом о бедро Тони, тот удивляется, что такой его вид и сосредоточенное сопение, которое он издает, способны кого-то возбудить. Вскоре саднящее чувство в заднем проходе сходит на нет, остается только прохлада и липкость от смазки, которой Стив не жалеет. Тони делает пробное движение навстречу пальцам Роджерса. Но тут же жалеет о своем решении. — И сколько в меня влезло? — Три. Ведешь дневник наблюдений? — светски интересуется Роджерс, проворачивая пальцы. — Ай, твою мать! — Тони сжимается, и Стив прекращает всякое движение, замирая. — Может мне повернуться? — Не думаю, что это удачная идея, но давай попробуем, — Роджерс вытягивает пальцы по одному, предельно аккуратно и неторопливо. Тони разворачивается, ложится на спину, раздвигает ноги и смотрит на то, как Стив меняет презерватив на пальцах. Старк с тоской разглядывает свой безучастный к происходящему член. Он предпринимает мужественную попытку надрочить себе, но, кажется, делает только хуже. — Не трогай. Погоди немного, так ты только вынуждаешь себя сокращаться, — Стив убирает руку Тони и возвращает свои пальцы обратно в его зад. Тони целое мгновение всерьез подумывает активировать браслет. — Идея потрахушек была отстойной, — ворчит Старк. — М… Не думаю, — серьезно отвечает Стив, занятый прощупыванием Тони. В буквальном смысле. — Тебе-то легко говорить… Надо было смазку с анестетиком брать. — Чтобы совсем ничего не чувствовать? — Заткнись. — Думаю, имеет смысл приобрести расширитель или что-то типа того, не знаю как это правильно называется — продолжает между тем Стив, не прекращая двигать пальцами. — Пробка. Это называется пробка, Кэп, — задушенно шипит Тони. — Дыши, детка. Просто дыши, — при этом Роджерс целует его, не давая дышать и полностью лишая свои слова логики. Кажется, это такая разновидность игры на доверие. Уровень для самых продвинутых. По сути уже то, что твой партнер сам Капитан Америка должен давать сто баллов к доверию, и ты вообще ни о чем не должен париться, однако Тони так не думает. Ему и хорошо, и плохо, и страшно, и классно, но самое стимулирующее чувство — это любопытство. Он трахается сейчас не из-за возбуждения, а потому что хочет узнать, что будет дальше. Роджерс остается доволен тем, что напряжения в сфинктере больше нет, и дырка Тони вполне готова принять в себя что-то кроме пальцев. — Проще будет, если ты снова встанешь на четвереньки. — Не-а. Мне так лучше. — Ну как знаешь, — с этими словами Стив раскатывает презерватив по члену и перехватывает ноги Тони. Потом Старку приходится вцепиться в изголовье кровати, чтобы не разодрать Стиву спину. Больно до одури. Тони матерится и костерит Капитана всеми мыслимыми и немыслимыми ругательствами, на ходу изобретая новые. — Красный? — Нет! Только попробуй, Роджерс, — Тони пинает его пяткой под ягодицы и воет от переполняющих эмоций. Тони мелет что-то, не затыкаясь, и почему-то это до жути нравится Стиву. А еще Старк кинестетик, он все тянется потрогать своего партнера, прижаться к Стиву поплотнее, обнять, погладить, поцеловать. Но почему-то не кусает ни разу. Задницу печет и распирает. Кажется, что в Тони не десять дюймов, а полноценный фут. — Иисусе! Роджерс, твоя сыворотка… черт бы тебя… ох! Твой хер конский… — Мне прекратить? — но вместо этого Стив плотнее притирается к ягодицам Тони, входит глубже и помогает себе руками. — Только рискни попробовать! — Тони сквозь выступившие на глазах слезы смотрит на свои ступни, которые идеально вписались на плечах Стива. Носки не снял. Член Роджерса, кажется, добрался до печени. Или около того. — Порядок? — голос Стива спокоен, у него даже дыхание не сбилось. Тони тщетно пробует сжаться, но у него не выходит. — Давай, — он опускает руку и вцепляется в бедро Капитана. Только к десятому толчку Тони перестает сдерживать Стива, давая войти глубже. Сквозь грохот крови в ушах он слышит, как скрипит кровать, как бьется ее изголовье о стену, как шлепают о его ягодицы яйца Капитана. Стив наваливается на него всем весом и жестко целует, вынуждая заткнуться. Тони уже вообще не соображает, что несет, но он явно что-то говорит. Самое удивительное, Тони-то кончил! Ага, вот так, просто взял и провалился в оргазм, с ощущением того, как его таранит капитанский хер, а его собственный член скользит в мокрой ладони Стива. Роджерс кусает его за ухо, вытаскивая свой член. — У тебя веснушки, Капитан, — Тони смеется, прижимая голову Стива к груди. Края реактора впиваются Роджерсу в щеку, но он не отодвигается. — А у тебя родинка на правой ягодице. Старку довольно неудобно лежать под Стивом, но почему-то вставать совсем не хочется. — Я сейчас усну, — бормочет Тони, зарываясь пальцами в волосы блондина. — А надо еще тебе отсосать… — Спи, я справлюсь. С утра разбужу, все равно рано просыпаюсь. — Боюсь, в этой спартанской койке ты меня раздавишь. Эй, не уходи, — Тони предупреждающе вцепляется в плечо Стива, когда тот пытается встать. — Минутку полежим, и я сделаю тебе хорошо, идет? Они какое-то время молча лежат, не меняя позы, только Тони ноги опустил. — Я буду хромать два дня, Кэп. Минимум. — Прости, — Стив отодвигается и, задрав Тони одну ногу, сначала скрупулезно обтирает его, потом смазывает заживляющей мазью. — С этого дня я понимаю всех заднеприводных товарищей в этом мире. Даже если не смогу сидеть теперь неделю, все равно приду за добавкой. Феномен какой-то прям! Стив хмыкает и хочет что-то ответить, однако, раздается требовательный стук в дверь. Тони замирает, а Стив мгновенно встает, поправляя на себе трусы. Он натягивает брюки и футболку и идет к двери, игнорируя знаки Тони. Старку приходится вскочить, задвинуть свою обувь под кровать, кое-как расстелить покрывало поверх использованных презервативов и салфеток, одернуть свою изрядно помятую рубашку и сесть с самым независимым своим видом, игнорируя боль в заднице. — Это Мария Хилл, — шепотом произносит Стив. — Откуда знаешь? Роджерс показывает глазами на Баки. — Раньше не мог предупредить, предатель? — яростно шепчет на пса Тони. Стив открывает дверь и здоровается с Хилл, вставая так, чтобы Тони не было видно. — Роджерс, простите за вторжение в столь позднее время, но мы потеряли Старка. Он проехал через главные ворота на территорию базы… — Он здесь, мэм. Мы обсуждали некоторые моменты в работе Мстителей, — Стив отодвигается совсем чуть-чуть, чтобы в образовавшуюся щель можно было углядеть Тони. — Приветики, Хилл. Отлично выглядишь! — Тони машет рукой, стараясь лишний раз не двигаться, чтобы ненароком не засветит свои голые ноги. Баки подходит к кровати и садится, прикрывая Старка собой. — Спасибо, братец, — благодарит его Стив. «Будешь должен». — Старк? Но… почему так поздно? — Мария хмурится. — Дело не терпело отлагательств, — серьезно произносит Тони. — Я все бросил и приехал, чтобы поговорить с Кэпом. — Ну ладно… Роджерс, под вашу ответственность. Доброй ночи, Капитан. Простите за вторжение, — Мария уходит. И, Боже, храни кондиционеры в жилых комнатах ЩИТа! Тони уверен: здесь воняет сексом. — Чуть не попались, — Стив закрывает дверь. — Как тут можно жить? — возмущается Тони, спешно одеваясь. — Никакой личной жизни! Кэп, ты должен ко мне переехать. — Это еще почему? — удивляется Стив, убирая использованные салфетки и презервативы с кровати. — Так же нельзя. Мы как школьники, которых могут застукать родоки в любой момент. К тому же, — Тони застегивает ширинку и поправляет галстук. — Ты видел? За мной тут следят! Они так будут делать все время: Старк въехал в главные ворота! Тревога! Готовность номер один! Или тебе что? Эта монашеская обитель дорога? Ты правда считаешь это своим домом? — Ну, — блондин хмурится, раздумывая. — Не знаю. А это удобно? — Было бы неудобно, я бы не предлагал, — смеется Тони, обнимая Стива и целуя его в уголок губ. Для этого ему приходится привстать на цыпочки, что вызывает у Стива улыбку. — Ладно, я обговорю с Фьюри. — Нет! Ты что? Собираешься поставить директора в известность? Я, конечно, люблю эпатировать, но не настолько же! — Да брось! Я просто скажу, что переезжаю в твою башню. Само по себе это ничего не значит. И если это удобно для моих оперативников, то почему бы нет? — Я иного ответа, кроме «да, Тони» не приму, — Старк целует Стива в лопатку и покидает комнату. — Ты готов жить с этим типом под одной крышей? «Да», — Баки возвращается на свой лежак и закрывает глаза, показывая, что разговор окончен.