Давай дружить в губы?

Тони выскальзывает из постели и крадучись отправляется в мастерскую. Он знает, что Баки наблюдает за ним, а это значит, что и Стив уже в курсе его побега. Поэтому Старк не особо удивляется, когда спустя минут десять Стив приходит за ним в мастерскую. — О, дорогой, ты чего не спишь? Разбудил? Прости! — Тони поднимает сварочную маску и отставляет инструменты. — Иди спать, у меня куча проектов. Ты ведь знаешь, что со мной сделает Совет Директоров, если мы запорем сроки… — У тебя нет никаких проектов, — серьезно произносит Стив, обходя верстак. Он останавливается возле новой встроенной в наплечник пушки и указывает пальцем. — Это новое оружие для новой брони. У тебя нет срочных проектов для СИ. Я было подумал, что ты завел себе кого-то, но вижу… все гораздо хуже. Ты снова строишь МАРКи. — Не знал, что ты за мной следишь, — Тони вытирает руки ветошью и устало трет глаза. — Почему ты строишь бронекостюмы? — Стив не позволяет сбить себя с мысли возмущенным Тони. Они уже достаточно долго прожили вместе, чтобы Роджерс больше не попадался на эту уловку и не позволял выставить себя виновником всего. Тони быстро прекращает строить из себя жертву. Он тоже прекрасно понимает, что это уже давно перестало работать. Но истинную причину Тони не может сказать. Не может объяснить, какого черта после Рождества клепает как одержимый новых МАРКов. Потому что Клинт познакомил их на Рождественской вечеринке со своей невестой Лорой. Лора Грейс Бартон, от которой он хочет троих детей. Тони тогда едва не сошел с ума на месте. Ему стоило большого труда удержать лицо, а потом он выпил первый за многие годы бокал виски. С тех пор вот уже несколько дней он не останавливается и пьет каждую минуту, когда Баки или Стива нет рядом. Глубокой ночью надирается вхлам и засыпает посреди мастерской. Потому что несмотря ни на что Клинт встретил свою Лору, влюбился в нее и хочет от нее троих детей. Это значит, не смотря ни на что события идут согласно той ужасной реальности, где Стив (Боги! Его Стив!) умирает в итоге. Тони должен быть готов к тому событию, когда чертова жизнь, Провидение, Судьба, да что угодно и кто угодно попытается отнять у него Стива. Но он не может это озвучить. А Стив растолковывает поведение Тони иначе. Он вздыхает и трет лоб ладонью. — Ты мне очень дорог, Тони. И я тебя на самом деле люблю. При этих словах у Старка перехватывает дыхание. Стив еще ни разу за все время, что они вместе, не говорил, что любит его. — И если ты меня больше не любишь, то я не буду… — Что ты такое несешь? — сипло произносит Тони. — Какое, к черту, «больше не любишь»?! — А на что это еще похоже? — Стив приваливается к стене спиной и складывает руки на груди. — Ты избегаешь меня и Баки, ты снова пьешь, прячешься в мастерской и строишь бронекостюмы, хотя в них нет острой надобности. Ты строишь их, чтобы был повод спрятаться от нас. Ты спишь на диване, а не со мной. С тобой что-то происходит, но ты молчишь и делаешь все, чтобы нас оттолкнуть. Когда я пытаюсь с тобой поговорить, ты злишься и сбегаешь сюда. А никакого проекта, как обнаружилось, и нет. Тони, ты можешь просто мне сказать, что происходит? — Слушай сюда, Роджерс, и слушай внимательно! Какое бы дерьмо я ни творил, никогда не смей думать, что я тебя разлюбил! — Тони подходит к Стиву вплотную и толкает его раскрытой ладонью в плечо. — Я люблю тебя. А это просто… просто я старый и больной параноик. Мне все время кажется, что ты мог бы найти себе кого-то лучше. Эта мысль меня изводит. Это на самом деле второй страх. Или второе проявление основного страха Тони Старка. Он боится потерять Стива. Потерять, когда кто-то его отберет и убьет. Или потерять, когда Стив от него уйдет сам. — Ох, Тони, — Стив потрясенно на него смотрит, прежде чем грустно рассмеяться. — Ты иногда такой глупый бываешь… Я люблю тебя. Это мой осознанный выбор. И я всерьез думаю, что ты лучшее, что случалось со мной в жизни. В новогоднюю ночь с Тони Старком приключается настоящее чудо. Неизвестно, кто боится предстоящего больше — Стив или Тони. Наверное, Тони. Но когда его пальцы погружаются в теплый и мягкий мех Баки, все трое синхронно выдыхают от облегчения. Ничего страшного не случилось, верно?