Facial Prosthetic

POV Салли.

      После удачного завершения событий, связанных с 403-й и 204-й квартирами, на душе появилась лёгкость, словно гора с плеч. Кажется, сам воздух стал чище. Я вдохнул полной грудью и с упоением глядел на серое небо. Похоже, тут собирался дождь. Я был нейтрален к этому виду осадков. Точнее, в один сезон, например, летом, прохладные капли мочили одежду, та особенно приятно прилипала к телу и остужала почти горячий воздух от, палящего вовсю, солнца. Я был доволен таким положением вещей. А вот осенью вся эта слякоть не вдохновляла на походы по грязи в чистой обуви.       Я пошёл в сторону входа в апартаменты, где повстречал вылезшего наружу Ларри. Высокий юноша докуривал сигарету вдалеке от всей суеты, матери его тут не было, наверное, занята работой. Он плутовски улыбнулся и взмахнул мне рукой, таким образом без слов здороваясь. Хоть мы и недавно виделись, раньше эти встречи были обусловлены общим делом. Сейчас же мы впервые имели возможность разговориться на обыденные темы, вроде той же погоды или обсуждения интересов. Что-то такое приходило на ум. А металлист заголосил до того, как я подошёл достаточно близко, почему и прослушал первые пару строк: -... нечто. Ну что, чувак, готов отпраздновать наше первое совместно раскрытое правонарушение? - улыбаясь во все тридцать два вещал подросток, затушив окурок о стену здания, на которое художник и опирался. Я не ослышался? Целая церемония только у меня с Ларри? Сказать, что я удивлён - ничего не сказать. Подросток стоял в ожидании ответа, а мне оставалось смотреть, как барану на новые ворота. Чуть погодя, я утвердительно закивал, спрятав руки за спину, как бы неловко ожидавший эту премьерную вечеринку. В прошлом не доводилось мне отрываться в толпе или с кем-либо, хоть с поводом, хоть без. Да и вообще, в принципе, не припоминаю такого времени, когда бы случалось просто долго гулять не в одиночку. Однако, отсутствие не подразумевало незнания. Мне кажется, представить, что да как происходит на мероприятиях подобного вида, не очень трудно. - Так точно! Но, сначала мне надо подняться к себе, предупредить отца, - собеседник понимающе угукнул в качестве согласия. Развернувшись, я хотел было покинуть угол здания и пройти внутрь. Однако, меня остановил негромкий зов позади. Повернувшись к нему лицом, я осмотрел юношу вновь. - Тогда приходи в подвал. Где найти меня ты знаешь. Захвати пожевать чего-нибудь, лады? - Вдогонку хриплым голосом попросил фанат метала, после тихо откашливаясь из-за никотина в лёгких. - Конечно, - кратко бросил в ответ я и отправился наконец в свою квартиру: за небольшим перерывом от всего и закусками для нового знакомого.

***

      В 402-й была только непривычная для меня тишина. Ни звуков из комнаты отца, не шороха от домашнего животного. Будто отсюда все ушли, оставив квартиру пустой. Не разуваясь, я побрёл в свои владения. Рухнув на голый матрац, спугнул большого рыжего кота, и Гизмо недовольно вышел прочь. Да, этот блаженный перерыв - именно то, что надо.       Мысли приходили и ускользали почти тут же. Это были и размышления об остальных соседях, и об отношении отца к переезду, в котором он искал спасения от призраков прошлого. И, что неудивительно, обо всей этой недавно пережитой беготне. Голова уже кипела и, кажется, начинала плавиться, медленно, но верно. Я поднялся с пока разобранной постели и двинулся в сторону нашей мелкой кухни, на поиски съестного. Там меня поджидала только скупая пачка старых хлопьев, а ещё понемногу в шкафчиках обнаруживались остатки шоколадных плиток, с разными наполнителями, немного печенья и шоколадная паста. Это всё не слишком подходило к ситуации. Было решено взять некоторую сумму из карманных денег и потратить те на несколько упаковок чипсов хотя бы. В холодильнике были полные пива стеклянные бутылки. При взгляде на них приходило желание вылить те сразу в раковину. Стоило вспомнить о том, кому принадлежал весь этот алкоголь, как этот человек, словно по зову, зашёл сюда. Я улыбнулся папе, а он, в свой черёд, улыбнулся мне. Даже с протезом ему была ясна каждая моя эмоция, он знал меня уже наизусть. - А ты времени не теряешь, герой! Только постарайся больше не ввязываться в подобное, договорились? - Похвально отозвался старший Фишер. Это немного впечатлило потому что, мне казалось, он не покидал просторов нового жилья. Откуда же тогда ему знать обо всём? - Как скажешь, пап. - Успокоил я родителя. Он выдохнул и прошёл к холодильнику, вероятно, за одной из бутылок. Такая перспектива не слишком устраивала, но я не имел права запрещать что-либо своему отцу. - Проголодался? Мне приготовить что-нибудь? - Заботливо интересовался взрослый. Есть мне не хотелось, что я и высказал Генри. - Моё дело - предложить... Ты куда-то собрался? - Видимо, в движениях была заметна спешка. - Да. Посижу немного у Ларри - парня, что в подвале с мамой живёт. Он позвал меня, - честно выложив это, я всё таки подхватил печенье с шоколадной глазурью. Чуть нахмурившись, папа взглянул прямо в лицо, словно и не бывало никакого протеза. - Постарайся там не засиживаться и не испорть мнение людей о себе, договорились? - Серьёзно выдал он. Вопрос в таком тоне больше был похож на просьбу или даже приказ. Я спокойно отнёсся к изменению в настроении отца. Такое раньше было частым явлением, так что особого значения не придал. - Хорошо, я понял. - на этих словах наши пути разошлись. Родитель остался на кухне, а мне нужно было вернуться в свою комнату. Там я достал кошелёк, в котором хранил сбережения, вынул несколько купюр и, положив бумажник на место, двинулся вон из пока что чужой мне 402-й.

***

      В подвале ждал автомат со всякой вкусной и вредной для здоровья едой. Я выбрал предпочтительные снэки, набрал номер, под которым они были и, получив их, забрал сдачу, сунул её в карман и направился в квартиру Ларри. Рация, что он мне давал, осталась наверху, я вспомнил о той лишь по приходу к художнику. - А вот и ты, Сал. Чего так долго? - Спокойно сказал металлист, глядя прямо в глаза, словно прожигая протез своим взглядом. На миг возникло чувство, что этот несчастный предмет, скрывавший лицо, был изрисован или изуродован как-то иначе. Другой причины таких взоров я выдумать не смог. - Немного задержали болтовнёй. Ничего особенного... Слушай, я забыл твою рацию дома, извини... Принесу её завтра. - Мне было неловко за это. Сам я терпеть не мог, когда посторонние люди брали что-то, а затем долго не возвращали назад. Поэтому, я бы понял гнев длинноволосого. Отнюдь, его реакция была совсем противоположной. - О, не беспокойся. Она теперь твоя! Считай моим подарком в честь новоселья. - Безмятежно пояснил собеседник. Теперь мне было ещё более стыдно. Но вместе с тем и приятно. Я совсем не привык получать подарков. Такое случалось два раза в год - на день рождения и в Рождество, только от моего отца. Так что я немного смутился и протянул купленную пищу высокой фигуре, как бы отвлекаясь от разговора на это. За спиной Джонсона я увидел несколько бутылей с неизвестным мне содержимым. Впрочем, припоминая, зачем мы здесь собрались, я всё же смел предположить, что там нечто, покрепче чая. - Вот, как ты и просил. Не знаю, что тебе нравится, поэтому взял разные, - нерешительно пробубнил скорее себе под нос, нежели сказал это напарнику. Он с удовлетворением перехватил закуски и жестом руки пригласил сесть на помятое кресло-мешок. Я принял это приглашение и окунулся в мягкое ложе. Пусть и выглядело оно старым, но не стоит судить книгу по обложке. Было даже удобнее кровати, на которой мне предстояло пока спать на четвёртом этаже, в нашей на днях приобретённой квартире. Металлист же присел на край своей постели, прямо под его ногами стоял, вероятно, алкоголь. Он наклонился к одной из бутылок, взял её в руки и, открутив крышку, перевёл взгляд в мою сторону. - Твоё здоровье, чел. - Подняв ёмкость, произнёс тост обладатель тёмных, почти чёрных глаз. Я только недовольно покосился на него, скрестив руки на груди. Художник сделал несколько громких глотков, запрокинув голову чуть вверх. Было видно, как под кожей, по его горлу жидкость перемещается в желудок. Я почувствовал себя зрителем рекламы какого-нибудь прохладительного напитка. Закончив с утолением жажды, товарищ поднялся и стал копаться у телека. - Сейчас зарубимся во что-нибудь. Ты же не против? - Обратился юноша, продолжая тягаться с проводами для подключения приставки и джойстиков. - Только за, - кратко ответил, поправив свой и так намертво надетый протез.       Через минуту мне протянули геймпад, и мы начали наши сражения, потому что, похоже, командные игры на двоих Ларри не жаловал. Мне же в одинаковой степени нравилось играть как рука об руку, так и в режиме схватки. Во втором случае отлично можно уловить дух соперничества, что заставляет противников биться до победного конца против друг друга. В первом же варианте больше сближаешься с человеком, как бы объединяя силы против общего врага, коим является искусственный интеллект. Хотя, на пару поиграть удавалось мне крайне редко. Большинству было неспокойно долго находиться наедине со мной в одном помещении. Угадайте, почему? Да, всё неудобство было в той вещи, что закрывало моё лицо, отторгая окружающих, точно человек рядом был прокажённым. Честно сказать, мне самому чертовски неприятно носить протез: обзор сильно урезался до возможностей просмотра только в две глазницы, поэтому, чтобы посмотреть влево или вправо надо постоянно крутить головой в том направлении, никакого тебе бокового зрения, в жару становилось ещё душнее прежнего, не попить или поесть без его снятия, хоть ты суй трубочку под него, всё равно не выйдет.       Сначала мне никак не удавалось победить художника, слишком уж крут он был в той игре. Каких бы персонажей я не выбирал, он к каждому уже знал свой подход и тут же применял выбранную тактику, что приносило ему лёгкие победы. Было чуть обидно. Но вместе с игрой юноша попивал ту тёмную жидкость из прозрачной тары, и под действием градуса, похоже, в его глазах всё плыло, значительно медленнее загружая картинку. Поэтому он стал промахиваться по кнопкам и тут был мой выход, я с лёгкостью побеждал в каждой последующей схватке. И отсюда следовало, что становилось скучно. Мы отложили игру. - Включишь ещё раз "Смысловую Фальсификацию?" - Ради разнообразия попросил я. Ларри тут же воодушевился, поднялся с пола, чуть не свалился на ровном месте, подошёл к установке и врубил музыку на полную громкость. От такой мощности уши крыло неимоверно. Пьяный же человек начал глупо танцевать, что больше походило на эпилептический припадок. Мне оставалось стоять в стороне и хохотать с этого шоу. Была б у меня камера...

***

      Отдыхая, художник с раскрасневшимся лицом уминал чипсы. Опомнившись, что здесь он не один, металлист обратился ко мне. - А ты чего не ешь? Голодный же наверняка, - заплетавшимся языком, запинаясь, проговорил сверстник. - Возможно, но с протезом... - стал пояснять я. Дальше говорить не понадобилось, потому что, как ни странно, Джонсон всё понял с полуслова. - Ох, я и забыл. Ну, ты мог бы снять его... А я отвернусь! И подсматривать не буду! Честно! - расплываясь в пьяной улыбке, выдал собеседник. Я даже засмеялся такой глупости. Какое-то время мы сидели вот так. Затем же, парень с родинкой на лице стал выглядеть серьёзно, задумавшись над чем-то, исчез весь его задор. Мне стало как-то не по себе. - Я вообще-то не шутил. - Спокойно проговорил собеседник, посмотрев на меня. Создавалось впечатление того, что Ларри словно и не пил вовсе, я судил об этом как по дикции, так и по тому, что высокое тело перестало трясти и покачивать. - Ну, даже не знаю... Только если ты выйдешь. Я пока не настолько доверяю тебе, честно говоря... - Только отец видел меня без протеза. И, может он и пытается делать вид, что всё так же, как и до происшествия, но я-то не дурак и вижу истинную реакцию по его глазам... - Да всё в порядке. Держи, позовёшь меня, как закончишь. - И подросток, вручив мне вскрытую пачку, поднялся с кровати и направился к выходу. Молча, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, скрипнув той на прощание. Мне было ужасно неловко перед товарищем. Я сидел один в его комнате, с протезом на лице и пустотой в желудке. Посидев так с минуту, было решено хоть немного поесть. Потянулся к ремням фиксации, что держали преграду между мной и пищей.       Первый щелчок - нижняя пряжка поддалась и больше не служила в качестве поддержки одной из частей протеза в неподвижном состоянии. Второй щелчок - верхняя застёжка была расстёгнута, с горем пополам, одной, правой рукой. Левой же я поддерживал всю конструкцию, дабы и без того подбитый с края материал совсем не разошёлся по швам.       Отложив в сторону предмет, я вдохнул пропитанный алкоголем воздух и медленно открыл глаза. На счастье, рядом не было ни единого отражения, что позволило спокойно начать свою трапезу, без взглядов на то, что некогда было обычным, не самым красивым, но хотя бы целым, лицом. - У тебя всё нормально? - Через дверь вопрошал художник, перед этим тихо постучав. Я аж встрепенулся, кусая следующий ломтик, отчего краем того скользнул прямо по открытой ране, что принесло просто адскую боль, но я лишь терпеливо зашипел, сжав челюсти. Когда боль ушла, раскрыв рот, я чуть громче обычного крикнул короткое "Ага" и в более быстром темпе продолжил есть.       Когда же с углеводами и жирами было покончено, я кратко глянул на бутылки. В некоторых ещё томилась мутноватого вида жидкость. Неспешно открыв одну из них, неуверенно начал отпивать пойло. На вкус было совсем плохо, но пить-то хотелось. И выбора у меня не оставалось. Неприятно обжигало глотку, но в то же время больше не было ощущения сухости в горле. Прекратив утолять жажду, я потянулся обратно к своему грузу, приложил поудобнее к лицу и, придерживая плотно рукой, второй я смог соединить концы верхнего ремня и туго их скрепить застёжкой. То же действие было совершено в отношении второго фиксатора. И вот, всё было на своих местах. Я, не вставая, решил позвать Ларри, громко. - Всё, ты можешь зайти. - Через дверь я пригласил жильца этой квартиры вернуться обратно в комнату. Мой голос был услышан, и юноша вновь показался в дверном проёме, а затем долговязый человек прошёл к постели. Присев, он поглядел на меня. - Ну что, заморил своего червячка? - Дурно хихикая, спросил металлист. - Вроде того... Прости, что.. - Готовил я оправдания, а Джонсон шикнул, приставив к своим губам указательный палец, сонно смотрящий вниз, будто засыпая. - Всё путём, не переживай. - Отозвался собеседник. Я же позволил слабой улыбке вторить его словам. Всё таки этот тип и правда классный. Пускай он и далеко не ангел. Мне и ангелы - напарники никудышные. Нет людей без изъянов. Лиза, похоже, была права в нашем отношении.

***

      Нам было вместе весело. Хоть и пока мы не были в достаточно близких отношениях, чтоб назвать себя друзьями. Просто знакомые. Однако, мне кажется, что мы могли бы с течением времени стать таковыми друг другу. К сожалению, время подходило к позднему вечеру. И мне пришлось собираться обратно наверх, на четвёртый этаж. Хотелось бы мне ещё посидеть здесь, убедиться, что с юношей всё в порядке будет после столь немалого количества алкоголя, влитого внутрь. Однако, подобной возможности мне не предоставлялось. - Ну, я пошёл. Спасибо тебе за компанию. - человек, которому было адресовано прощание, а улыбка была весьма к лицу, одарил ей комнату ещё раз, уже в последний раз на тот момент. - Ты завтра заходи... после занятий. Расскажешь, что да как. И помни: я всегда на связи. - Спиртное всё ещё владело разумом художника, и его затуманенный взгляд выдавал с потрохами отсутствие трезвости. Но, по каким-то причинам, это не мешало Ларри выговорить столь длинное предложение почти без запинок, так ещё и понятно для меня. - Не проблема. - Я не привык сидеть в гостях. Это было впервые. Мне понравилось. И хотелось ещё. К тому же, помимо предстоящих вскоре занятий и домашней работы, дел у меня дома пока не намечалось. Разобрать остальные коробки времени ещё хватит, а самое важное я уже распаковал. В общем, не было никаких помех, чтобы прийти сюда опять. Только навязываться не люблю. Но, коль сам хозяин жилья зовёт, почему бы и не согласиться? Видимо, мама этого бунтаря постоянно бегает то на один этаж, то на другой, занимаясь уборкой или починкой чего-нибудь нехитрого.

***

      И вот, наше маленькое празднование было окончено, мы наконец разошлись. Я ехал вверх на лифте, а сам был занят мыслями об обучении в новой школе. Честно, не имело значения, что за класс там будет, потому что уже плевать, давно. Я и не рассчитывал повстречать там кого-то доброжелательного. Надеялся лишь в первый же день не оказаться запертым в кабинке туалета, будучи избитым до полусмерти, до кровавых соплей, согнувшись в три погибели. В то время мало кто вообще мог оказаться на пьедестале успеха в чужих глазах. И это даже если ты невероятно умён, красив или умеешь стильно одеваться. А такому чудиле, как я, не светило никакого добродушия со стороны сверстников. Поэтому Джонсон - как подлинный алмаз среди подделок. Мне было по-настоящему важно найти такого человека. И я, пожалуй, рад, что переехал именно в Апартаменты Эддисона.

***

      Звонкое "дзынь" оповещало о том, что кабинка теперь находится на этаже, который я и выбрал. Неспешно выдвинувшись наружу, я подобрался к двери, что от других не отличалась почти ничем, кроме уникальной таблички "402". В остальном же она никак не выделялась на фоне прочих. Лёгким движением руки мне удалось приоткрыть дверцу и втиснуться через небольшое расстояние, дабы та не заскрипела. - Я дома. - Тихо известил о своём приходе эту квартиру и случайно шумно стукнул о дверной косяк. Сначала выглянул отец из своей комнаты, потом и кот. - С возвращением. - Человеческим языком сказал папа, а кот, наверняка, произнёс то же, только на кошачьем. - Мне кажется, этот дом - то самое место, что нам и нужно. - Тихо выдохнув, заявил я мужчине и питомцу. Похоже, оба были рады слышать это. Меня же внутри переполнял сплошной энтузиазм. Давненько такого не случалось. Я бы и не вспомнил, когда последний раз испытывал это.

***

      Заглянув в комнату, там я обнаружил всё те же оставленные коробки да разобранную на детали койку, а с ней - прочую мебель по мелочи. Достав постельное бельё в одном из картонных ящиков, я застелил матрац и вытянулся на нём. Он был стар и чуть короче меня, отчего ступни частично выступали за край незатейливой кровати. Гизмо примостился поблизости, а отец пожелал спокойной ночи перед сном, заглянув в комнату. Я ответил ему тем же, поглаживая мягкое животное, свернувшееся клубочком и мурлыкающее что-то себе под нос. Когда в комнате сгустилась тьма, после выключения света, наконец-то стянул с лица протез, расстегнув быстрыми и короткими движениями пальцев крепления. Теперь лицо дышало, и я чувствовал это каждой клеточкой.       Однако, если внешне я был спокоен, то внутренне во мне горел сильнейший пожар. Я никогда раньше особо не переживал по тому или иному поводу, чтоб себя после не грузить унылыми мыслями. Но сейчас я был так возбуждён всеми событиями ранее, что просто не способен и глаз сомкнуть. Боже, ну почему именно мне достались подобные приключения? Но, невзирая на это, признаю - в каком-то смысле авантюра помогла мне в первые же сутки найти единомышленника в лице приятного молодого человека с родинкой у правого глаза. Как знать, может, без этих игр в детективов мы не стали бы общаться? Поздоровались, попрощались и пошли - каждый своим путём. И всё.       Всё это жутко донимало мой мозг, и я решил отвлечься на размышления полегче. Учёба. Даже если ты только переехал куда-то, уже обязательно надо идти в школу. И так позволил себе пропустить несколько дней в старой до того, как мы занялись переездом. Папа уже оформил все документы, ещё в тот день, когда только приобрёл здесь квартиру, чтоб десять раз туда-сюда не бегать. Это было учебное заведение, в котором большинство детей из этого дома и учились. В том числе и Ларри. Это радовало. Но, кажется, классы у нас были разные. Это ничего, на переменах свидимся всё равно.       И пусть уже никаких соседей-убийц здесь не наблюдалось, спать спокойно мне всё ещё не удавалось. Что-то жутко не давало покоя. Предчувствие то ли катастрофы, то ли чего-то до жути прекрасного. Что бы это могло быть?       Домашний питомец уже с упоением был далеко от меня, в стране Морфея. Туда бы следовало отправиться и мне. А вместо этого я в своей памяти прокручиваю, как на старой кассете, воспоминания о сегодняшнем дне, тихо посмеиваюсь, чего не случалось со мной давным-давно. Наверное, если бы я поделился этим с кем-то посторонним, меня бы посчитали за безумца, сумасшедшего. Возможно, я бы сам себе не поверил, если бы нынешний Сал повстречал того пацана с ещё короткими голубыми хвостиками и без протеза из прошлого и рассказал ему о всём, что происходило ещё несколько часов назад, он бы, вероятно, офигел, повертел пальцем у виска и убежал.       И вот, минуло, по ощущением, порядка нескольких часов после возвращения, усталость в итоге брала своё, она нежно спустилась на плечи, заставляя тело расслабиться, а веки опуститься в сладкой дрёме. На коробке одинокая, совсем не вписывающаяся в данный интерьер, старая рация внезапно зазвучала. По ней почти шёпотом, вероятно, Джонсон прошуршал: "Спокойной ночи, чувак". И несмотря на то, что находился я от неожиданности в некотором замешательстве, мои губы расплылись в слабой улыбке сверстнику, хотя и вряд ли когда-то ему удастся узреть таковую.

***

      До того, как сон, наполненный нынешними переживаниями с оттенками прошлых лет и ошибок, появился в моём разуме, я тихо, шевеля одними лишь губами, прошептал: "Приятных снов, Ларри".