Час до венчания

Выглядел он – хуже некуда. Как будто прошло раза в три больше времени, чем на самом деле. Изможденный, осунувшийся, похудевший, в поношенной одежде, которой даже магия не могла придать приличный вид. Видимо, нелегко в нашем мире прожить оборотню, изо всех сил старающемуся побороть свою сущность. Нелегко быть изгоем и среди волшебников, и среди себе подобных. В глубине души зашевелилось сочувствие, но я постаралась погасить его в зародыше. Во-первых, потому что не хотела, чтобы Ремус принял сострадание за жалость, которая всегда его обижала. Во-вторых, не знала, уместно ли сочувствовать тому, кто когда-то тебя оттолкнул. Точнее, в случае со всегда таким вежливым, тактичным Люпином правильнее будет сказать – учтиво отстранил. Но смысла это не меняло. - Добрый день, мистер Люпин! Что привело вас к нам? Не желаете ли присесть? – отрепетировано начала я «светский разговор». – Может, чаю? - Лучше аконита, - негромко ответил Ремус, пристально глядя на меня. Я вздрогнула, дедушка растерянно кашлянул. Это была шутка, понятная только присутствующим. Шутка из прошлого. Из того прошлого, где мы с Люпином были парой. Во всяком случае, мне хотелось думать, что мы ей были. - Боюсь, аконита у нас нет, - продолжила я на автопилоте, но тут же одернула себя. Перед кем здесь притворяться? – Не было повода обновить запасы. Так что тебя привело? - До меня дошли слухи о твоем замужестве, - глаза Ремуса, будто не веря сами себе, лихорадочно шарили по моему наряду. - Как видишь, это не слухи, - я демонстративно поправила фату. - Тогда мне, наверное, стоит тебя поздравить? – голос оборотня не выражал никаких эмоций, чего нельзя было сказать о его взгляде. В нем отражалась такая тоска, что мне и самой хотелось завыть по-волчьи. - Не стоит. Не с чем меня поздравлять, - машинально я поискала глазами дедушку, но не нашла. Я и не заметила, когда он оставил нас одних. Внезапно мне в голову пришла мысль, уж не он ли позвал Ремуса? Кто, как не он, знал о наших отношениях и причине, по которой мы расстались. Знал он и то, что, несмотря на расставание, наши чувства никуда не делись. Лично я даже не пыталась скрывать это от него. - Это дедушка рассказал тебе о свадьбе? - Да, - Люпин подошел ко мне и взял мои руки в свои. – Он сказал, что это – наш последний шанс. - Последний шанс? – я удивленно посмотрела на Ремуса. – Шанс сделать что? - Помириться?.. – полувопросительно-полуутвердительно ответил Люпин. - Но мы, вроде как, и не ссорились… - Тогда просто поговорить. Вряд ли у нас еще появится такая возможность. - У нас была масса таких возможностей. Ты сам отказался от них. - Я не мог поступить иначе, - грустно проговорил Ремус и притянул меня к себе. - Я знаю – ответила я. – Хоть никогда не соглашалась с тобой. Но теперь я понимаю тебя, как никто… И я, действительно, понимала. Теперь. Но тогда, несколько лет назад, я не понимала, как можно отказаться от любимой женщины из-за чего-то абстракто-непонятного под названием «долг». Ремус считал, что оборотень не имеет права создавать семью, тем более с необращенной девушкой. Попытки переубедить его обычно оканчивались ничем. Когда же он понял, что всерьез рассматривает возможность изменить своим убеждениям, Ремус просто ушел. Как сейчас я помню его слова: - Ты должна меня понять… Я очень люблю тебя, но что может предложить своей любимой оборотень, который и себя-то не в силах прокормить? Ты заслуживаешь лучшего, и я не должен тебе мешать. Я и сейчас-то не знаю, что можно противопоставить этим словам, а тогда и подавно не знала. Все, что могла сделать, так это проводить взглядом неумолимо удаляющегося возлюбленного и много часов рыдать на груди у деда. А потом у меня больше не было времени жалеть саму себя. Ремус написал мне несколько писем со словами поддержки, сетовал, что, к сожалению, ничем более существенным помочь не может. Я не отвечала на эти письма, потому что не знала, как объяснить Люпину, что ему по силам меня поддержать, но он сам принципиально отказался от того способа поддержки, который был мне от него нужен. - Понимаешь?.. – почти шепотом переспросил Ремус. - Понимаю, - кивнула я. – Наверняка дедушка тебе сказал: я выхожу замуж не по любви. Я должна выйти замуж, чтобы мы не закончили дни в подворотне или, того хуже, в Азкабане. Гоблины банка Гринготтс и частные кредиторы вполне могут обеспечить нам с дедом подобное приключение. Как и ты, я должна… Должна… Жестокая штука – этот долг. Ты же знаешь… Даже если и хотел, Люпин не мог мне возразить. Он просто поинтересовался: - И кто же он, тот, кто даже не представляет, как ему повезло? - Не знаю, как бы странно это ни звучало, - я отстранилась и посмотрела на часы. – Это было решением будущего мужа, чтобы мы впервые встретились только на бракосочетании. Осталось подождать всего лишь четверть часа… - Тонкий намек на то, что мне пора? – Ремус изобразил улыбку. Вышла тоскливая гримаска. - Не только тебе, мне тоже, - ответила я и все-таки напоследок не удержалась. – Это – наш выбор. Мой… и твой. Я тут же пожалела о сказанных словах, такой болью наполнился взгляд Ремуса, но правдой от этого они быть не перестали. Бросив на меня еще один печальный взгляд, Люпин поспешил к выходу, а я изо всех сил старалась не разрыдаться – невеста с заплаканным лицом не была предусмотрена контрактом.