Небо на Грани

      Этот день в главной резиденции мафиозной семьи Вонгола начался преотвратительно. Сначала обнаружилась пропажа колец Вонголы, потом на связь с еженедельным отчетом не вышел шпион в Варии, что означало, что там опять какие-то подозрительные шевеления назревают. А теперь еще Девятому пришло извещение, что Аркобалено Солнца, Величайший киллер в мире, Реборн прилетел обратно в Италию. Но, если он возвращался, то это значит, что в Японии случилось, что-то совсем уж непредвиденное, а то и ужасное.       Тимотео устало вздохнул и быстро отпечатал в своем новеньком мобильном сообщение для Емицу, чтоб тот быстро шуровал в кабинет начальства. На душе старика скреблась всякая живность. Интуиция, хоть и не такая сильная, как у Примо, завывала раненным зверем, предвещая беду.       - Вы вызывали меня, Дон? – Заглянул в кабинет босса Вонголы вызванный Внешний Советник.       - Вызывал, - в очередной раз вздохнул Ноно, - проходи, садись.       - Что-то еще случилось? – С подозрением поинтересовался начальник ЦЕДЕФ. Ноно открыл рот, чтобы ответить, но тут дверь в пенаты Девятого выломили с пинка.       - О, вы оба здесь! – страшно радостным голосом произнес Реборн, стоя в образовавшемся проходе. – Не надо вас, маразматиков, искать по всему особняку.       - Что ты себе позволяешь, Реборн! – зашипел на киллера прибежавший на шум Хранитель Урагана, Ньюгет Койот.       - Радуйся, что с ходу не пристрелил этих двух идиотов! – Рыкнул Аркобалено Солнца, наведя на двух боссов самый настоящий пистолет.       - Что случилось? Почему ты так зол? – Попытался добавить как можно больше миролюбивости в свой тон мафиозный Дон. Ой, не стоило ему обращать на себя конкретно внимание Величайшего киллера в мире. Такого недовольного взгляда на лице своего давнего друга он не видел даже тогда, когда только став боссом Вонголы, Тимотео запорол встречу с довольно влиятельной семьей и потерял от этого ценный контракт. Тогда от кары его спасло только то, что каким-то боком та семья очень быстро обанкротилась. Сейчас же спасения ждать было определенно не от кого.       - Почему я зол, ты спрашиваешь? – Тихим угрожающим голосом уточнил Реборн, проходя в кабинет чеканным шагом. – Скажи мне, Девятый, ты знаешь, что случится с ребенком, если его активное Пламя запечатать?       - О, - расслабился Ноно, - так ты из-за этого вернулся. Согласно записям моих предшественников дети просто становились немного более неуклюжими. Потом печать с них просто снимал поставивший ее и все возвращалось на круги своя.       - Да, я эти записи тоже читал, - понимающе кивнул киллер и запрыгнул прямо на стол, за которым и сидели оба босса.       - Тогда в чем проблема? – Вступил в разговор и Емицу.       - В том, что в тех записях не уточнялось, было ли Пламя у детей активно. А еще, теперь, когда я об этом основательно подумал, в некоторых документах были нестыковки.       - К чему ты ведешь? Что-то случилось с моим маленьким Тунцом? – Забеспокоился отец семейства Савада.       - Случилось, да, - кивнул Аркобалено и прожег главу ЦЕДЕФ взглядом, - ты, идиот, позволил этому старому идиоту, - кивок в сторону Тимотео, - убить твоего собственного пятилетнего сына.       - Что?! – Тут же подскочил со своего места Емицу. – Что за шутки, Реборн?!       - Да кто ж тут шутит? – Нахмурился проклятый ребенок, скрыв глаза под полями шляпы. – Вы же уехали вечером того же дня, когда поставили печать, так и не дождавшись пробуждения Тсунаеши, верно?       - Ну да, но…       - За два месяца он так и не проснулся и, в конце концов, умер, - сказал, как выстрелил, несостоявшийся репетитор будущего Наследника.       - Но Нана бы… - промямлил пораженный Внешний Советник.       - Я не договорил, - оборвал его киллер. – Нам всем, а мне тем более, безумно повезло, что в момент смерти к Тсунаеши пришел тот, кто создал меня и остальных моих коллег. Тсуна умер на долгих семь минут, но этот человек смог вытащить его с того света. Правда плата за это оказалась непомерно высока.       - Только не говори мне, - прошептал Девятый, понимая, к чему ведет его друг.       - Да, Тсуна стал новым Небом Аркобалено. Он теперь навечно связан с Небесной Пустышкой и так же навечно скован предсмертным холодом, - подтвердил чужие догадки Реборн. – Что же, удачного вам дня, а я пошел исполнять просьбу моего нового босса. Пришло время нам, Аркобалено, вновь собраться вместе. – И на этой ноте Хранитель Пустышки Солнца покинул кабинет Тимотео, оставив после себя выбитую дорогущую дубовую дверь и трех шокированных мафиози.       - Емицу, - заговорил спустя пять долгих минут тишины Ноно.       - Я сейчас же позвоню Нане, - кивнул отец семейства Савада, достал мобильный и набрал заученный наизусть номер.       - Да, алло? – раздался мягкий и сонный женский голос по ту сторону телефона.       - Нана, дорогая, прости, если разбудил, но это очень срочно!       - Емицу? Что-то случилось?       - Нет, нет, не совсем. Скажи мне, пожалуйста, с Тсуной все хорошо?       - Почему ты спрашиваешь об этом сейчас? – Вдруг разъяренной змеей прошипела Нана. – С каких это пор тебя волнует состояние нашего сына? В последний раз, то есть пару месяцев назад, как и за пару месяцев до этого и до этого, когда я пыталась тебе об этом рассказать, ты отмахивался от этой темы, как от какого-то маленького насекомого!       - Эм, Н-Нана-тян?       - Молчи и слушай! – Рявкнула женщина так, что даже Тимотео и Койот вздрогнули. – Я не знаю почему, но я уверена, что в том, что мой ребенок умер на гребаные семь минут, виноват именно ты! А ты меня тогда, восемь лет назад, когда я спрашивала, почему Тсу-кун так и не проснулся после вашего отъезда, даже не выслушал! После и вовсе игнорировал мои звонки! А потом позвонил, как не бывало, и даже не поинтересовался состоянием нашего сына! И с ним сейчас все хорошо. Он вечно мерзнет, но с ним все хорошо, Емицу. Но не твоими стараниями. – Припечатала под конец Нана и оборвала звонок.       - Дон, могу я? Мне надо…       - Прости, Емицу, как бы не хотел я тебя отпустить, но в Вонголе твое присутствие сейчас нужнее, - вырвался из груди Девятого очередной усталый вздох. – А сейчас иди. И, Емицу?       - Да?       - Боюсь, тебе придется подумать о том, чтобы завести еще одного ребенка.       - Я… я подумаю, Дон.