Чётки счастья

Часть 3 Игорь Китай       Уже целый месяц они мотались по Китаю, оказалось, что надо объехать несколько небольших городков в разных частях страны. Ему казалось, что он уже понимает китайский язык и скоро заговорит сам. Лазарев облегчал жизнь Мажора, на нём было всё жизнеобеспечение, билеты, гостиницы, переговоры. Ничего Алексей не сказал Соколовскому, когда заметил особо кипучую предпринимательскую деятельность Игоря помимо основных договоров. Он понял, что начальник проводит параллельные сделки, но решил не сдавать его Илье Сергеевичу. Проработав с Игорем семь с небольшим месяцев, он проникся к нему уважением и очень дорожил дружбой с ним.       Всё свободное время Игорь прорабатывал схемы своего бизнеса, готовил договора, согласовывал их и отправлял своему компаньону, Евгению Аверьянову. Во время летней встречи, он сумел уговорить его на организацию совместного бизнеса. В России Жеке помогал тесть, в Китае делами занимался Соколовский.       Два раза в неделю, вечерами он звонил Вике. Немного рассказывал ей о городах и делах, немного веселил её китайскими словами и переводами. Слушал в трубке её дыхание и шелестящий смех, в ответ на его китайский, а она рассказывала ему про свой вечный «день сурка». Он не мог ей звонить чаще, потому что у него начинало болеть сердце, наваливалась тоска, и он мог, казалось бросить всё и пешком уйти к ней. Со дня на день Виктория должна была родить, и Игорь обдумывал, как без проблем слетать к ней.       Двадцатого сентября вечером она не ответила на телефонный звонок, но прислала СМС: «Позвоню, как освобожусь». Ему не спалось всю ночь, мучился от бессилия, и невозможности чем-то помочь. Утром пришла СМС: «Всё хорошо, девочка 2,9кг, рост 47см, поздравляю». Он не мог ждать до вечера и сразу набрал номер Виктории.       - Привет! Как ты там? Рассказывай! – тараторил Игорь.       - Привет. У нас всё хорошо. Все случилось вчера вечером, у меня дома отошли воды, и я вызвала «скорую», приехали быстро, отвезли меня в роддом. Дочка решила меня долго не мучить, и родилась быстро. В 22.30 ты стал папой. Поздравляю тебя с новым званием – «папа»!       - И тебя с новым званием – «мама»! Викуш, что она какая маленькая? Даже трёх килограммов нет.       - Она очень красивая, маленькая-маленькая. Девочки и не должны быть большими. Маленькая женщина для любви, большая для работы. Так ещё моя бабушка говорила. Ты даже не можешь представить, какая она хорошенькая. На кого похожа, не понятно, но глаза серо-зелёные, - ворковала Вика.       - Я постараюсь приехать, если не смогу, то временно делегирую свои обязанности Евгению, я очень хочу вас увидеть обеих. Как ты себя чувствуешь? Когда выпишут?       - Всё хорошо. Когда выпишут, пришлю СМС. Пока! Пока! Нам детишек кормить несут, - и она положила трубку.       Соколовский не мог сказать Лазареву о своей радости, но тот и так понял, что у Мажора хорошие новости, тот весь светился изнутри, улыбка не сходила сего лица весь день. Вечером пошли ужинать в лучший ресторан, Игорь заказал, как раньше, целую бутылку хорошего коньяка. Выпили много, Алексей пристально разглядывал молодых китаянок. Игорь видел, что ему они нравятся. На европеек молодой человек так никогда не реагировал. После ужина решили прогуляться перед сном до гостиницы, разговаривали о жизни, о девушках. Вдруг их нагнала стая китайцев неопределённого возраста, которые что-то требовали от них, размахивали руками. Всё случилось за несколько секунд, драка началась внезапно и так же внезапно закончилась. Аборигены кинулись врассыпную, а на земле остались лежать два русских парня.       Их нашли буддийские монахи, возвращавшиеся в свой монастырь. Осмотрев их, они поняли, что одному уже ничем помочь не смогут, а второй ещё дышал. Они аккуратно положили Игоря на верхнюю накидку одного монаха и быстро понесли к себе в монастырь. Лама велел отнести умирающего в келью к самому старому монаху, так как он знал много способов оживления и восстановления людей. Молодого человека положили на циновку, и старый слепой монах стал внимательно ощупывать его кончиками пальцев. Парень был цел, вот только голова была разбита. Две огромные гематомы изуродовали его голову, из ушей и носа текла кровь. Ни на какие внешние раздражители он не реагировал.       - Если три дня проживёт, то дальше выживет, - сказал он молодым монахам, - умойте его, и сделайте небольшие надрезы, я буду показывать где. Всю ночь они боролись за жизнь Мажора, а он ничего не чувствовал и не знал. Игорь сам не понял, как провалился в океан черноты, и никак не мог из него вынырнуть. Ослепительно чёрная воронка засасывала его с невероятной скоростью и уносила в неведомые миры.       Три дня и три ночи старый монах менял ткань, пропитанную разными снадобьями, на изуродованной голове парня, вливал в него чайной ложкой отвары трав и читал над ним мантры. Периодически брал руку больного и прислушивался к ритму пульса. Игорь выжил, но мозг его не хотел просыпаться, и он лежал как овощ, в тёмной келье, укутанный старым тряпьём. Изредка к ним в келью заходили молодые монахи, которые его нашли, и только старый монах ухаживал за ним. Он настойчиво, по часам смазывал голову парня лечебными маслами и в рот вливал настои трав.       Глаза Соколовский открыл через месяц. Но понять кто он, где он не смог. Тихо лежал и глядел в потолок. Руки и ноги были не подвластны ему. Тогда старый монах начал восстанавливать его тело, он растирал его маслами, массировал конечности и весь позвоночник, кормил его с ложечки овощным отваром.       Ещё через месяц он смог пошевелить пальцы рук и ног. Монах стал учить его сидеть, он поднимал его за руки и прислонял к каменной стене кельи. Постепенно восстанавливались мышцы спины, и Игорь перестал падать набок. Учился, есть варёные овощи руками. Силы начали возвращаться к нему, и он несколько раз пытался встать на ноги, но падал, и поэтому стал учиться ползать. Скоро парень смог доползти до улицы. Молодые монахи стали помогать ему учится ходить, и быстро поставили его на ноги, отмыли и одели в тёплые тёмно-коричневые монашеские одежды. Теперь он каждое утро молился вместе со своим спасителем, и весь день мёл монастырский двор, за это ему давали овощную похлёбку два раза в день. Игорь стал понимать их язык, но каким-то шестым чувством он понимал, что это не его язык, но вспомнить своего не мог.       Старый монах учил его часами заниматься праноямой и цигун, Игорю это нравилось, он чувствовал, как к нему возвращается сила и гибкость. Энергия жизни наполнила каждую клеточку его тела. За прошедшие полгода он научился хорошо понимать язык монахов, и сам начал помаленьку разговаривать на нём.       Только память никак не хотела возвращаться к нему, а ночью во снах ему снилось прошлое, светлый образ двух красивых, молодых женщин. Игорь никак не мог вспомнить, как их звали, но точно знал, что любил их, и они любили его, в сердце становилось горячо от этих снов и чувств.       Одна из них, которая была постарше, всё время оберегала и заботилась о нём. Вспоминая её, его окутывала тёплая волна нежности. Вторая женщина была моложе, с волнистыми волосами, во сне он чувствовал запах её волос, видел красивое молодое тело, и его накрывало горячей волной неутолённой страсти.       Долгими, тёмными вечерами старый монах рассказывал Игорю своё виденье мира. Он рад был такому незваному, благодарному слушателю. Мажор не всегда и не всё понимал из рассказанного, но в голове складывалась картина нового мира, который его окружал, новых правил жизни, новых законов. Когда он рассказал старому монаху о своих снах, о женщинах во снах, тот открыл ему все свои знания о женщинах, об огне любви, который горит в сердце каждого человека. Соколовский не знал как, но его голова наполнялась новыми знаниями и новой философией.       Весной он стал выходить за стены монастыря вместе с молодыми монахами за сбором овощей и риса, для приготовления пищи на всех жителей монастыря. Ему было интересно изучать город, улицы, людей. Он пытался вспомнить, как он сюда попал, что тут делал, но, увы, память играла с ним в прятки. Старый монах всё также ежедневно занимался здоровьем Игоря, научил очищать весь организм, провёл его через сорокадневное голодание и обряд очищения водой. Он учил его жить и видеть с завязанными глазами, заниматься боевыми искусствами и медитировать. В занятиях и медитации прошло ещё полгода, наступила осень.       В один из сентябрьских дней, когда молодые монахи пошли на сбор овощей, на Соколовского накинулся молодой мужчина европейской внешности. Он тряс его за руку, крепко обнимал, смеялся.       - Я тебя нашел!!! Я тебя нашел!!! Это чудо! Я тебя нашел! – Игорь с удивлением слушал его, и удивлялся, что понимает этого парня.       Это был надёжный друг Евгений Аверьянов, который приехал к китайским партнёрам для заключения новых контрактов. Жека хотел посидеть с Мажором в ресторане, но тот отказался. Игорь вновь пытался разговаривать на своём родном языке, на котором не сказал ни слова за последний год. Тогда предприимчивый друг взял переводчика и отправился с Соколовским в монастырь, там они обратились к старому монаху, который лечил Игоря, и он рассказал им всю историю парня за прошедший год. Аверьянов с переводчиком посетили Ламу (настоятеля монастыря), поблагодарили его за оказанную помощь и спасение Игоря и передали денежную помощь на содержание монастыря. В это время Игорь прощался со своим наставником. За прошедший год он всем сердцем привязался к своему спасителю, но он точно знал, что старик чувствует то тепло и благодарность, которую Игорь испытывал к нему. Ему не нужны слова он просто всё чувствует.       - Поезжай к себе на Родину. За тобой пришел человек с добрым сердцем, он не держит камень за пазухой, я это чувствую, он искренне рад, что нашел тебя. Поезжай, может быть, память там к тебе вернётся, ей нужен толчок. Не забывай всё, чему я тебя учил, береги себя, - говорил старый монах, прощаясь с Мажором, он тоже прикипел к парню сердцем за этот год.       В первом же большом магазине Евгений переодел Игоря в европейскую одежду, и тот снова превратился в прежнего Мажора, вот только взгляд оставался каким то рассредоточено растерянным. Ночь они провели в поезде до Пекина. За долгую дорогу он рассказал Соколовскому все основные моменты его жизни. Кратко о детстве и много и подробно о работе с ним в полиции, о Пряникове, о Дане. О Родионовой рассказывал как о начальнице, и очень удивлялся, когда видел, что Игорь не помнит ничего.       - Нам бы только без проволочек до дома добраться, мы там тебя лучшим врачам покажем, быстро всё восстановим, - обнадёживал он товарища.       Аверьянову очень хотелось сделать Виктории Родионовой сюрприз, внезапно привести ей Мажора, но ему нужна была её помощь в оформлении документов на Соколовского.       - Привет! Вика чем занимаешься? Как дела? Мне нужна твоя помощь! – тараторил он без передышки, - ты сидишь? Сядь! Вик, я его нашел! Я Игоря нашел! Он жив! Только ничего не помнит! У него нет документов. Завтра к обеду мы будем в посольстве в Пекине, ты к этому времени перешли по электронной почте все необходимые документы, ты же их готовила в розыск, нам надо как-то его вывести домой.       В трубке было тихо, Виктория молчала, не было слышно даже её дыхания. Жека испугался, и стал кричать ещё громче. Ему казалось, что если он громче будет кричать в трубку, то она лучше услышит его. Вика       Последние недели перед родами пролетели не заметно, в хлопотах, она намыла всю квартиру, купила все необходимые принадлежности детского приданного, приготовила вещи на выписку. Дела не дали ей окунуться в океан тоски по Соколовскому.       Двадцатого сентября Виктория родила дочь. Утром малышку первый раз принесли на кормление. Вика не могла на неё насмотреться, казалось, что ни у кого нет, и не было такой красивой девочки. Глазки, щёчки, губки, всё было красивым. В Родионовой проснулась мать. Чувствовала она себя хорошо, выписали их на четвёртый день, после родов. До последнего момента Вика ждала Игоря, ей казалось, вот сейчас откроется дверь и он придёт забирать их из роддома. Но дверь открыл Женя Аверьянов, он, же взял первым её дочь на руки, он, же принёс её домой. Как мог Жека старался развеселить начальницу, хвалил её дочурку, но Вику как заморозили. Она не отвечала на шутки и в глазах её замёрзла тоска.       В таком состоянии нашли их чета Аверьяновых, которые пришли их проведать через неделю. Нинель не терпелось посмотреть на дочку Родионовой и Мажора. Весь вечер Аверьяновы провели у Вики. Жека сготовил ужин, а за одно, и обед на завтра. Нина помогла Вике выкупать малышку, всё время вызывала Викторию на разговор, заставляла отвечать на вопросы.       - Как это у тебя началось? Долго ты мучилась? Кто был врач? Как назовёшь дочку? Когда пойдёшь регистрировать? – не умолкала Нинель. Виктория тихо, как во сне отвечала ей. Во время ужина Родионова сама начала разговор с Женей.       - Скажи, что ты думаешь? Почему Игорь молчит? Что вы там с ним затеяли? - Вик, не переживай. Игорь со своим референтом Алексеем Лазаревым, были на востоке Китая, на побережье, в небольшом городке недалеко от Шанхая. Они заключали договора на поставку продукции, разрабатывали логистику поставок, работу с таможней для фирмы Фишера. Параллельно мы с Игорем зарегистрировали фирму здесь, у нас, и он так же заключал контракты для нашей фирмы. Процесс уже пошел, машина бизнеса закрутилась. Здесь мне помогает тесть и Нина. Тесть пока взял на себя всю работу по таможне и организации складирования и хранения продукции, жена занимается реализацией. В общем, дело пошло, заработало. Мне, наверное, придётся уйти из полиции. Ты пойми, семью надо содержать. А с Игорем всё будет хорошо. Он из всяких переделок выбирался. Конечно, меня очень беспокоит, что он не отвечает на звонки, но будем надеяться на лучшее.       Уходя, Жека пообещал Родионовой, сообщать все новости и заехать на следующей неделе. Уже из дома он дозвонился до сестры Вики, и попросил её приехать помочь ей. Жизнь после приезда Ани «большой» стала налаживаться, она взяла на себя все заботы по дому, помогала Виктории купать дочку, ходила за продуктами и готовила еду. И самое главное, разговаривала с сестрой обо всём на свете, трещала безумолку. Мысли о нём не покидали Викину голову, но за заботами о дочери время текло быстрее, ночь сменялась днём, а день ночью.       Зима прошла незаметно, отшумели последние февральские метели, солнце всё чаще стало выныривать из-за туч, в середине марта в городе сошел почти весь снег, и запахло весной. Все девочки Родионовы были рады весеннему солнышку, много времени проводили в прогулках по парку. Щёчки маленькой Ани быстро загорели, и она всё больше стала походить на папу. Живя между двух Ань, Вика каждый день загадывала одно и то же желание: «Пусть, Игорь будет жив!!!». Она не знала где он, с кем он, ничем не могла ему помочь. Могла только помолиться о нём, попросить у Бога дать ему здоровья и свободы выбора. Иногда она ходила в небольшую церковь, в глубине района, и ставила свечи к иконам о его здравии.       Каждый день Аня «маленькая» радовала их новыми достижениями. Научилась держать игрушку, переворачиваться на животик, начала сама садиться. Жизнь шла как по нотам, и только Мажора не было рядом. Всё своё горе и тоску Вика загоняла внутрь себя, не давала себе раскисать и жалеть себя. Вечерами брала свои «четки счастья», и уплывала по волнам памяти в счастливые мгновенья их любви. Ночами ей снился он, его ласковые руки и внимательные глаза. Игорь никогда не разговаривал с ней во сне, но целовал долго и неистово, а потом пропадал в белом тумане.       Иногда их навещал заботливый, преданный Аверьянов, всегда принося с собой подарки для Анютки, памперсы и детское питание. Нинель почти ежедневно звонила и делилась радостью. Их сын Владимир, родился через месяц после её дочери, но здоровяком. Сразу весил четыре килограмма и радовал маму с папой, и бабушку с дедушкой отменным аппетитом и хорошей прибавкой в весе. Все ждали хорошей погоды, чтобы поехать в загородный дом, открывать сезон шашлыков.       В один из солнечных, весенних дней, не выдержав неизвестности, Виктория Сергеевна отправилась в бывший офис Соколовского старшего. Её свободно пропустили к Васильеву Илье Сергеевичу. Он был не занят, вальяжно, как барин, сидел в удобном кожаном кресле.       - Проходите, Виктория Сергеевна, садитесь, - вежливо встретил он её, - что Вас привело в наши края.       - Любопытство, Илья Сергеевич. Меня интересует только один вопрос, Соколовский Игорь Владимирович, работает в вашей компании? - Почему Вас это интересует? – он внимательно разглядывал её лицо. - Это личное, мне не хотелось бы об этом говорить, - тихо ответила Вика. - Понятно. Да он работал на нас, после того как ушел от вас, из полиции. - Как можно связаться с ним? Где он сейчас? – еле сдерживая слёзы, тихо спросила женщина. - Знаете, Виктория Сергеевна, Игорь, по всей видимости, ушел и от нас. Надоело ему выполнять наши поручения, он и пропал. Занимается сейчас, наверное, своим бизнесом, на ноги встаёт. - Подскажите всё-таки, где мне его найти. - Вы знаете, последний раз договор он нам присылал из города Нанкин, на восточном побережье Китая. Да вы не беспокойтесь, он молодой, сильный, может моряком решил стать, в море, на каком-нибудь корабле ушел. - Вам не стыдно, Илья Сергеевич? Вы всё-таки его с детства знаете, с отцом его работали, неужели вам всё равно, что с ним? - Вика, поверьте, мы еще в конце сентября, посылали туда своих сотрудников. Там случился несчастный случай, наши люди летали туда, но Игорь, как сквозь землю провалился. Его нигде не было, но документы его нашли в номере гостиницы. С тех пор он не выходил на связь, я думаю, он решил больше не работать на нашу компанию и где–нибудь занимается своим бизнесом. - Где его документы? - Предполагаю, что были в полиции, а теперь, наверное, в посольстве. Ничего нового не узнав, она расстроенная вернулась домой. В её голове родились миллионы планов, как поехать в Китай, начать самостоятельно искать Игоря, но она отчетливо понимала, что без официального оформления следственных мероприятий и хорошего переводчика, ей там делать нечего. С ней никто не захочет иметь дело, ни один полицейский не будет отвечать на её вопросы, никто не поможет. Оставалось только уповать на бога и небесных покровителей. Вика верила, что его ушедшие родители стали ему ангелами-хранителями, и должны были уберечь Игоря от смерти.       Анна «маленькая» не давала скучать, каждый день преподносила сюрпризы, уже начинала ползать по квартире, тащила всё пробовать в рот, требовала к себе ежесекундного внимания.       Лето пролетело незаметно, в хлопотах и заботах. Аверьяновы не позабывали о девочках Родионовых, помогали, приглашали к себе в гости. Женя обнадёживал Викторию, как мог, обещал осенью поехать в Китай, там он попробует разузнать об Игоре. Игорь и Вика. После звонка Аверьянова, она не могла дышать, сердце в груди стучало, как молот, руки тряслись, в глазах потемнело. Она медленно, по стене опустилась на пол. Эмоции захлёстывали её. «Я попала в какой-то плохой, мексиканский сериал. Неужели в жизни так бывает? Игорь жив!!! Я всё пережила, осталось совсем немного, и он будет с нами»- думала Виктория.       Через час она умчалась в отдел к Пряникову и быстро вместе с ним, подготовила и отправила документы по Соколовсому И.В. в посольство России в Китае. Теперь оставалось только ждать.       Евгений целыми днями разговаривал с Соколовским обо всём, о школе, о друзьях, о политике, о милиции, о погоде и о всякой ерунде. Ему хотелось, что бы Игорь вспомнил свою прошлую жизнь, но память никак не возвращалась к нему. Но зато теперь Мажор свободно разговаривал на двух языках, и Жеке стал не нужен переводчик. В свободное время они много спали и ходили по торговым центрам, Аверьянов покупал подарки за двоих.       Наконец, документы были все оформлены, и они отправились на Родину. Виктория с Анютой «маленькой» ждали их в загородном доме Аверьяновых с Нинель и маленьким Вовой. За окнами шумело бабье лето, деревья оделись в праздничные одеяния, было тепло и солнечно. Не дождавшись мужчин к обеду, разошлись по своим спальням укладывать детей в дневной сон. Женя и Игорь тихо вошли в дом, Аверьянов знал, что сейчас у детей тихий час, да и мамы, наверное, с ними отдыхают. Соколовский с любопытством разглядывал незнакомое жилище.       - Проходи, размещайся в кресле, поближе к камину, я сейчас нам чего-нибудь соображу, - заботился о госте Жека. Вика тихо вошла в комнату, держа на руках маленькую черноволосую девочку. Они оба растерялись. Увидев его, живого и невредимого, сердце её чуть не выпрыгнуло из груди, но она сдержала свои эмоции, боясь напугать дочь, да и Игоря тоже, прошла и села на диван напротив Соколовского.       - Привет, - тихо сказала она и улыбнулась, Анюта внимательно разглядывала незнакомца.       - Привет, - тихо ответил он, с любопытством разглядывая обеих красавиц, - сейчас придёт Евгений, он ушел на кухню.       - Где ты был столько времени, «Родное сердце»?- её вопрос повис в воздухе. Игорь откровенно разглядывал её с головы до ног, пытаясь вспомнить, что их связывало, но память никак не хотела подчиняться ему, и не впускала его в прошлое. Пришел Аверьянов, шумно поздоровался с Викторией, с Анютой. Малютка не боялась его, а даже обрадовалась. Жека сразу стал показывать ей все подарки, которые они привезли из Китая. Через несколько минут к компании присоединились Нина с сыном. В гостиной стало шумно, тепло и уютно, она наполнилась атмосферой любви и счастья. Нинель обнимала и целовала своего Аверьянова, как будто это они не виделись целый год. Вика ползала с малышами по ковру, развлекая их новыми игрушками, и только Игорь тихо сидел в кресле, с закрытыми глазами и помалкивал. Он не чувствовал себя здесь чужим, ему нравилась энергетика этих людей и этого дома. Он чувствовал запах любимой женщины, вспоминал её образ, снившийся ему во сне, но не мог вспомнить не одного мгновения, когда они были вместе.       Пообедав, все шумной толпой пошли на осеннюю прогулку. Ходили, бродили по дорожкам сада, качались на качелях, учили малышей, играть в мяч. Жека успевал везде и Нину поцеловать, и с Вовой побегать, и Аню покачать и с Игорем поговорить. А Соколовский никак не мог поговорить с Викой, не знал о чем. Как только она оказывалась на расстоянии вытянутой руки от него, он впадал в ступор и замирал с закрытыми глазами. Он по своему старался настроиться на её волну, почувствовать её каким-то своим внутренним чувством. Когда он закрывал глаза, он ощущал родственность их душ, но слов описать это чувство не находил. Нагулявшись, вся шумная компания отправилась в дом на ужин. И только Игорь, отправился на берег реки. Ему хотелось побыть одному, обдумать сложившуюся ситуацию. Стемнело, он сидел на берегу реки, не замечая времени, вечерней прохлады, темноты. Она тихо подошла, и села сзади прислонившись спиной к его спине. Буря чувств прокатилась по нему, острое желание накрыло его с головой, и он, испугавшись своих чувств, прыгнул в холодную осеннюю воду и поплыл. Вика растерялась от неожиданности, встала, посмотрела на его удаляющуюся голову и тихо заплакав пошла к дому, там её ждала спящая дочь. Уже через минуту Игорь повернул обратно, каким-то шестым чувством он понял, что маленькая Аня проснулась и плачет одна в тёмной комнате. Он догнал Викторию по дороге к дому, схватил за руку.       - Бежим быстрее, Аня проснулась, я слышу, как она плачет,- и они вместе побежали в дом. Анюта сидела в темноте на большой кровати и громко плакала, зовя маму. Вика прилегла рядом с ней, укутала дочку, погладила, прижала к себе и малышка быстро снова заснула. Игорь сидел на полу, облокотившись на кровать, не издавая не звука. Закрыв глаза, он наслаждался запахом обеих женщин. Маленькая пахла молочком, и ещё чем-то детским. Взрослая – желанием. Ему трудно было справиться со своими чувствами, но он тихо сидел и никуда не уходил. Когда Анютка крепко заснула, Виктория тихо села рядом с ним, обняла его одной рукой, а другой стала гладить отрастающий ёршик волос на голове. Он не помнил, как надо целоваться, но молодость и природа взяли своё. Их губы нашли друг друга, их тела закружились в бешеном танце страсти, их души сплелись в единое целое. Она отдавала ему всю свою нежность и энергию, накопленную за этот год, а он принимал её и ощущал полное блаженство.       - Вот и начали мы нашу жизнь заново, будем жить без прошлого. Мы что, теперь всегда будем на полу этим заниматься? – шепотом спросила она, - пойдём на кровать, там мягче и одеяло тёплое.       Он укрыл обеих своих девочек одеялом, обнял, уткнулся носом в кудрявый затылок Вики, ему казалось, что так он может провести весь остаток жизни, не вставая с этой кровати, лишь бы они были всегда рядом.       Ночью ему снова снилась мама, и он понимал, что это мама. Она всё время говорила ему: «Игорь просыпайся! Игорь просыпайся!». И он проснулся! На рассвете, в сумерках, он открыл глаза и как спящая красавица вспомнил всё. Что-то соединилось в его голове, сомкнулось, и Соколовский вспомнил последний звонок Вики, она присвоила ему звание «папа», а он обещал приехать к ней на выписку из роддома. Вспомнил Лёшу Лазарева, вечер в ресторане, и всё, дальше темнота. А потом уже старый монах и жизнь в монастыре. Он лежал и вспоминал. Вся жизнь пронеслась в его голове за несколько минут. Он вспомнил маму, папу, учебу и студенческих друзей, Леру и Стаса, Даню и Катю. «Да ты, Соколовский, старый, как Тортила. Столько событий свалилось на твою голову» - думал он, слушая тихое сопение своих девочек.       Первой проснулась и завозилась Анюта, Игорь быстро встал, и осторожно взял её на руки, давая поспать Вике. Он медленно ходил по комнате, пытаясь уложить её снова, но она смотрела на него, его же глазами, и это было удивительно.       - Надо вставать, Аня больше не заснёт. Пойдёмте варить кашу, пора завтракать, - проговорила Вика, протирая глаза. За утренними хлопотами Игорь даже не успел сказать ей, что память к нему вернулась. Дочь теперь сидела на нём, не слезая, да ещё и Вова был не прочь посидеть на дяде Игоре. Родионова варила кашу для детей, а Нина готовила завтрак для взрослых. У них хорошо получалось жить большой дружной семьёй.       - Поехали домой, - прошептал он Вике после завтрака.       - Куда, домой? – округлила она глаза.       - К тебе домой. Ты меня пустишь? Возьмёшь к себе жить? Я ведь теперь БОМЖ.       - Ты помнишь мой дом? – удивилась она.       - Я всё помню. Я знаю, что там с тобой я был безгранично счастлив, а потом начались проблемы. О них мы поговорим дома. Поехали домой, - просил Игорь. После завтрака они объявили Аверьяновым о своём отъезде. Женя выложил на стол перед Игорем банковскую карточку и ключи от машины.       - Как машину водить помнишь? Это, твоя, почти год в гараже простояла. Тесть её перед твоим приездом проверил, колёса подкачал, всё нормально держи. Кресло детское Нина наше первое поставила, нам уже в нём тесно, а для вашей Дюймовочки в самый раз будет. Деньги это твои, честно заработанные. Давай, отдохни недельку, потом всё обсудим и за дела. Нам с тобой на семьи надо зарабатывать.       Оказавшись за рулём своей машины, почувствовав скорость, Соколовский испытал совсем забытое счастье полёта. Он старался не гнать и не нарушать правила, потому что чётко осознавал, что в его машине находится всё самое дорогое, что у него есть. Дома их встретила Аня «большая», увидев Игоря, засобиралась домой к маме.       - Нет! Нет! Нет! – в один голос запротестовали Игорь с Викой, - ты нам нужна, как воздух, мы без тебя не обойдемся.       - Мне очень хочется иметь большую семью, - уверял её Игорь, - ты нам нисколько не мешаешь. Я очень благодарен тебе, что поддержала моих девочек в трудную минуту. Оставайся.       Маленькая Анюта никому не давала покоя, все играли с ней весь вечер. Дома было тепло и уютно. Виктория наслаждалась ощущением счастья и покоя в душе, никак не могла наглядеться на любимого Мажора с дочерью. Для неё это были лучшие моменты счастья. Незаметно закончилась осень, деревья потеряли свой праздничный наряд, город засыпало снегом. Виктория с Игорем тихо без шума и свадьбы расписались в районном ЗАГСе, и обе его девочки стали Соколовскими. Жизнь вошла в своё русло. Он занимался развитием своего бизнеса вместе с Аверьяновым, она растила дочь.       Ещё в октябре Виктория поняла, что снова беременна, но молчала и ничего не говорила ему, боясь напугать его этим известием. Незадолго до Нового года решилась, сказала.       - А я знаю, - улыбаясь, ответил он, - я это тогда ещё понял в сентябре, не мог такой выброс энергии пройти просто так, обязательно должен был получиться плод любви. Я даже знаю, что теперь у нас родиться мальчик, и он будет похож на тебя.       - Откуда ты знаешь? – удивилась Виктория.       - Не знаю, откуда, просто знаю. Я очень рад и хочу иметь большую дружную семью. Ты никогда не спрашивала меня, почему я выбрал именно тебя.       - Скажи почему?       - Меня окружало много девушек, но им была интересна мишура вокруг меня, а не я. Ты первая почувствовала меня сердцем и увидела во мне человека. Я уже тогда знал, что ты никогда меня не предашь, родишь и вырастишь мне прекрасных детей. Ты моя надежда и опора, ты фундамент нашей семьи, а моя задача сохранить твою любовь и построить для нас большой красивый дом, в котором мы все вместе будем жить, и растить добрых и порядочных людей.       - Удивил, так удивил! Да ты у нас домашний философ! Скоро должен был наступить Новый год.