Во имя войны...

Никому не уйти от Смерти…

***       Находясь в своеобразной смеси страха и возбужденной решимости, я, и правда, был тот момент готов на многое. На все, если потребуется.       И этим всем в этот момент была одна безумная идея:       «Закончить. Закончить это все. Убить этого… Кроноса», - скакали в голове мысли, пока в груди подпрыгивало сердце.       Гадес что-то говорил о его заточении в нижней части мрачного царства, и быстро сбегая по этажам, отчего-то Ваш Покорный Слуга совершенно не сомневался, что непременно найдет его, так или иначе.       Найдет и убьет, чего бы это ни стоило. Найдет и прервет эту бесконечную нелепую цепочку повторяющегося кошмара. Найдет…       Но нашелся, к большому неудобству, совсем не Кронос, а тот тип, столкнуться с которым совершенно бы не хотелось.       Танатос со своим вечно завязанным взором, словно бы совсем наоборот, был на деле всеглазым наблюдателем. В очередной раз он своим появлением пытался спутать мои планы, а то и вовсе нарушить их.       Да, на этот раз он решил быть не безучастным наблюдателем – на площадке одного из лестничных пролетов, лестница которого все сильнее сужалась книзу, он упрямо перегородил путь, не желая отойти в сторону. И я только сильнее стиснул, спрятанный до этого в рукаве, нож.       - Стой, стой, Локи, послушай, - вкрадчивый голос пробирал до дрожи, а нарастающая тьма от то и дело гаснущих настенных факелов добавляла неприятной атмосферы, - я знаю, что ты хочешь сделать, я знаю, какие мысли тебя тревожат, но все не так как ты себе представляешь.       - Хочешь сказать, что я здесь не пленник, а Гадес – не маньяк-садист, чуть ли не забивающий Тора до смерти по ночам? – просто не смог не съязвить я в тот момент, настолько все это выглядело нелепо.       Хотя, конечно, хороший слуга всегда оправдает своего хозяина. Еще и такого хозяина. Иначе ведь просто шкуру спустят.       Мне даже стало интересно на какой-то момент, как отнесется этот слуга, когда узнает, что я стал его освободителем от тирана, чье тело теперь холодело где-то наверху. Но раскрывать карты сразу было бы просто глупо.       - Я тебе кое-что покажу, - все еще продолжал меня уверять в своей правоте       Танатос, и в полутьме я пропустил едва заметный и быстрый жест его руки, коснувшийся холодом правого виска.       Пытаясь инстинктивно отшатнуться, я изо всех сил противился этой уже знакомой магии иллюзии, но даже со всеми своими силами, не мог остановить падения мира перед моими глазами – точнее это мое тело плавно свалилось в чужие руки, пока перед сознанием проносился калейдоскоп.       Но это длилось не долго. Вскоре я очутился среди холодных скал, где-то в пустошах Йотунхейма. Передо мной был Старик. Живой и здоровый. Почти.       Нет, дело было не в ране под ребрами, которую очевидно нанес меч, теперь окровавленный в моих руках. Я, по-видимому уже приучил себя хоть немного чувствовать эту иллюзию, либо же этот Танатос дал мне понять ее сам.       И скорее всего это было так, потому что против своей воли неведомым осознанием я понимал, что нахожусь где-то в прошлом, если такое можно применить ко всему тому безумию со временем, что творилось в этом проклятом Аиде.       Хель его побери…       Голова слегка кружилась, будто запертые двери сознания грубо раздвинули, взломали железным ломом, кинули это важное осознание, а затем наспех попытались соединить как было.       Но я не жаловался, хотя не так уж приятно сознавать, что кто-то пытается лезть в твое сокровенное, раз уж мне пытались что-то сказать, я решил прежде хотя бы послушать.       Старик двинулся. Уже не так быстро из-за ранения, но все же ловко, он отражал мои удары меча копьем, пытаясь со временем взять свою инициативу в руки.       Получалось плохо – я чувствовал, я был в своей лучшей форме, словно играя, обходя его то справа, то слева, делая эффектные выпады, наслаждался всем этим со смехом. Да, Одину было просто не выстоять, не выжить…       Если бы не Тор.       Даже при всем осознании иллюзии, я еле сдержал болезненный стон, когда тяжелый молот, пронося со свистом мое тело по воздуху, разбил кости о какой-то снежный монолит. Еще один такой удар, и от Вашего Покорного Слуги, как ни прискорбно признавать, и места мокрого не останется!       Но удара не последовало. Даже сквозь слезящийся взор, я заметил, как его поглощает черный туман.       Знакомый туман.       Да, Гадес был здесь. Накинувшись на Тора всей своей мощью, он сметал его ураганом своей темной силы, оттесняя от меня, пока я пытался безуспешно встать, но тело предательски сползало.       Борясь со слабостью, я и не сразу почувствовал холод металла возле шеи, не сразу почувствовал боль, вонзающегося в плоть копья.       Да, боли в этот раз я почти не почувствовал. Хотя и очень странно осознавать собственную смерть.       Что такого произошло? За что на меня так взъелся Старик. Единственный когда-то защитник…       Этого так никто и не объяснил. Я был уже в новой иллюзии, где снова в чем-то провинился перед богами. Меня куда-то волокли, и инстинктивно всеми фибрами души я предчувствовал, что мне не следует ждать ничего хорошего.       Так и было. Не стоило ничего хорошего ждать ни от темной пещеры, ни от богов, что притащили меня туда.       Особенно от Скади.       Да уж, не свезло, что эта змеиная натура меня так всегда недолюбливала, что даже притащила себе подобную для моих страданий.       Стоит, однако, отдать должное ее фантазии, не каждый способен изобрести столь изощренную пытку – подвесить над и так обреченным на вечную тьму врагом еще и ядовитую змеюку, плюющуюся обжигающим ядом.       В другой ситуации, будь на моем месте кто-то другой, а не я, скажем Хеймдаль, например, может, бы даже и оценил ее садизм.       Хотя, надо отдать должное и моему «рассказчику» - Танатос не дал мне страдать достаточно долго. Хотя я и подозревал, что прежде чем увидел туманным взглядом обожжённых от яда глаз перед собой фигуру в маренговом хитоне прошли даже не недели и даже не месяцы.       Однако и тут мне не дали добраться до сути – зачем все это Гадесу – путаные видения посыпались с новой силой, давя сознания волнами боли и смертей. Я буквально задыхался в них, чувствуя, что падаю все ниже и ниже, периодически ударяясь о твердые камни…       Сильный удар затылком наконец все же прекратил мои страдания. Кое как ощупывая руками пол, я приоткрыл глаза, видя как торопливо спускается по ступеням ко мне худощавая фигура бога смерти.       А, вот что заставило Вашего Покорного Слугу очнуться! Полет со ступеней.       Не самый приятный будильник.       Да и не самый приятный сон, из которого я мало что понял. Но Танатос отставать не спешил, и я, насколько хватало сил, торопливо отполз от него, заслоняясь руками. Второго такого нашествия видений пока не хотелось.       Хвала Хаосу, бог смерти, кажется с этим больше и не спешил:       - Видишь сам, Гадес был привязан к тебе. Это, признаю, очень странно. И я всегда отговаривал его. Но Владыка, он всегда пытался отвратить твою гибель, хотя, кажется это просто невозможно. Так или иначе, ты, вопреки всему и вся как-то находил себе проблемы на пятую точку и… да, ты постоянно умирал, - вместо путаных видений принялся объяснять он все, наконец, нормально.       Но признаться, меня и это не сильно радовало. Более того, я еле сдерживал гнев, лишь негромко фыркнув.       Подумать только! Запирать словно птичку в клетке, лишь бы не покалечился, лишь бы не погиб, лишь бы был рядом послушной игрушкой. Это было даже отвратительно, хоть и участь постоянной смерти, во всех вариантах моей жизни, как-то смутно, но начинала настораживать.       «Однако, я что должен в ножки кланяться, этому чертовому садисту? Жалеть, что убил его?» - думал я про себя, совсем забыв, как нагло могут порой вторгаться некоторые наглецы в чужое сознание.       Танатос изменился в лице. Даже в полумраке можно было заметить, как он то краснеет, сжимая кулаки, то бледнеет.       - Что ты сделал, мелкий ублюдок? - взревел он, теряя самообладание.       Тут явно пахло жареным.       Привстав со ступеней, я смог увернуться от первых двух ударов, даже сам прицельно пнул бога смерти под колено, но тот словно не чувствовал. В безумии, он не прицельно бил то по стене, то по моим руками, которыми я тщетно пытался закрыться от его ярости, обжигая его кулаки.       Я попытался перекинуться в истинную форму, но даже яростное неукротимое пламя гасил какой-то чудовищный ветер и холод – Танатос схватил меня крепко, возвращая к телесному виду и держа за горло голыми руками.       Бум. И звезды посыпались из глаз от сильного удара о стену.       Бум. Еще раз и еще.       Я даже Тора никогда не видел таким диким…       Боль все сильнее прожигала мозг. Но я не сдамся!       Брыкаясь, шипя и царапаясь, я не хотел верить, что этот ветер и этот холод погасят дикий огонь… …. ***       Танатос смотрел на плоды своего гнева уже остывшим, совершенно равнодушным взглядом. Утерев кровь с ладоней о темный хитон, он прикрыл выцветающие и смотрящие бесцельно перед собой смарагдовые глаза своего соперника. С этим движением в один момент перед ним словно странный фильм от первого лица, порой с шуточками и комментариями закадрового голоса, пронеслась вся прошедшая жизнь бога обмана.       Не хорошо, конечно, получилось. Но в чем-то Танатос был даже рад такому исходу. Ведь заточенный Кронос был все еще здесь, еще всего лишь в паре этажей под ногами бога смерти. Он был все еще подвластен сильным царства Аида.       Что стоит Танатосу сыграть в свою игру?       Гадес всегда переиначивал время, чтобы спасти жизнь своей желанной игрушки, удержать рядом с собой. И пусть у него не получалось, быть может, выйдет у Танатоса.       Теперь его никто не остановит, никто не удержит. Теперь в кое-то веки жизнь       Владыки в руках преданного, слишком преданного слуги. Теперь Танатос убережет своего хозяина от этой нелепой страсти.       У него-то точно получится.       Непременно! ***       Мрачное царство Аид поражало своей величиной, раскинувшимися во тьме, горами и равнинами, садами с диковинными деревьями, не нуждающимися в солнечном свете, но хмурого миловидного темноволосого юношу это все нисколько не радовало.       Это не царство. Это ссылка! Наглый обман, за который Зевс обязательно потом поплатится.       Пустоши и мрак – вот что досталось ему вместо достойной по старшинству власти. Пустоши и мрак, и поблескивающее меж черных камней тут и там в редком свете странных светящихся насекомых, растений, костров или факелов золото, рубины, бриллианты. И странный звон словно бы от удара камней друг о друга, вместо шелеста листьев.       Гадес пригляделся. Малахитовые и жадеитовые стволы венчались кронами изумрудов.       Зевс сделал ему подарок?       О, нет, мелкий дурак, сам не знал, уж наверняка.       Сам не знал, какую себе вырыл яму.       - Добро пожаловать, юный владыка, - от будущих планов на месть отвлек прохладный, словно ветер, вкрадчивый голос. – Я ваш наставник, Танатос. Прошу, пройдёмте за мной, тут легко заблудиться…