Путь Короля

      Медея сдержала вздох, наблюдая за сборами Широ. Он уедет всего на пару дней — на три в худшем случае — но она уже начала беспокоиться.              Конечно, вероятнее всего, это будет обычный визит для переговоров, но, зная склонность Мастера влипать в неприятности, она не могла не волноваться. К тому же, она уже скучала по нему, хоть он ещё даже и не уехал.              — Готово, — объявил Широ, захлопывая чемодан. — Я готов отправляться. Эй, да что случилось?              — Ничего, — вздохнула она. — Просто плохое предчувствие.              — Да ладно тебе, зря беспокоишься, — рассмеялся он. — Это всего лишь обычная деловая поездка с посещением музея и небольшим ночным патрулём. Нет ничего опасного. Со мной ничего не случится.              — Меня терзают смутные сомнения. Ты слишком уж склонен искать неприятности на свою пятую точку. К счастью, за тобой есть кому присматривать, — она сложила руки на груди и слегка наклонила голову. — Тебе лучше бы быть благодарным.              — Да благодарен я, благодарен, — парень хлопнул в ладони и поклонился, словно перед святыней.              — Хм, — согласно хмыкнула Героическая Душа, надменно скосив на него глаза. — Ну, по крайней мере, ты, кажется, оценил мои усилия. Ты не заслужил бы моей последней работы, если бы этого не сделал.              — Последней работы?              — Разве я не говорила тебе, что у меня кое-что есть, когда ты решился поехать в Мисаки? — риторически спросила Медея. — Я закончила только вчера вечером.              — Да, помню. И что же это? — спросил он с любопытством. — Ты мне ничего не рассказывала.              — Ну, я хотела, чтобы это был сюрприз. Пойдём, покажу. Обещаю, тебе понравится.              Широ нетерпеливо поторопился за ней в подземную мастерскую. Медея озаботилась тем, чтобы не работать над особым Мистическим Кодом в его присутствии, скрывая его каждый раз, когда он был рядом. Было бы не так впечатляюще, если бы он увидел половину готовой работы.              Ведьма отвела его в уголок их общей мастерской, в ту часть, в которую ему запрещено было заходить под страхом смерти, где она хранила незаконченные проекты. Там, в стеклянной витрине, покрытой толстой черной тканью, лежало её последнее достижение.              — Ну, вот и оно, — объявила она, хватаясь за ткань. — Гарантирую — удивишься.              — Ну ещё бы, — усмехнулся Широ. — Давай, показывай.              — Приготовься, — ответила она с улыбкой, предвкушая его реакцию. Она дёрнула ткань, и та упала, открыв Мистический Код, на выполнение которого у неё ушло так много ночей.              Медея оказалась не разочарована реакцией Широ. Когда скрытое сокровище оказалось обнажено, и ткань открыла на него вид, челюсть Широ, подобно самой ткани, упала на пол. Ведьме пришлось сдержать недостойный смешок при виде его ошеломлённого лица. После целой минуты, в течение которой он ничего не говорил и даже не шевелился, Медея решила вывести его из оцепенения, подойдя к нему и закрыв его челюсть одним пальцем, а также заставив посмотреть на неё.              — Я так понимаю, тебе понравилось, — сказала она застенчиво.              — А?.. Э?! Бэ?!! — что-то невнятно забормотал Широ, пальцем отчаянно указывая на Мистический Код.              — Да-да. Я сделала его специально для тебя, — терпеливо заверила его Медея. — А теперь подними уже челюсть с пола, я покажу, как он работает.                     

***

                    Солнце садилось над городом Мисаки. Школьные занятия давно окончились, и последние из учащихся возвращались домой. На первый взгляд, ни в одном из них не было ничего особенного, но под внешностью — по крайней мере, одной из толпы— скрывалось гораздо больше, чем казалось.              Девушка в очках, с тёмно-синими волосами и такими же синими глазами, шла среди прохожих, словно волк, прячущийся среди овец, спокойно, и её школьная сумка висела на боку.              По дороге она обменивалась любезностями с теми немногими знакомыми, которые у неё были, с теми, кто не знал её, и с теми, кто скоро её забудет. Её присутствие в их жизни было не более чем мимолётной тенью, никогда не оставляющей следов.              Она привыкла к такому. Её существование в корне отличалось от любого другого и имело лишь одну цель. Такие вещи, как общение, всего лишь были формальностью, в которой она нуждалась для того, чтобы лучше вписаться в окружение и выполнить своё задание. Не более того.              Но это не значило, что они были ей безразличны. Этими маленькими повседневными действиями, какими бы фальшивыми они ни были, она втайне наслаждалась. Втайне даже от самой себя. Словно крохотные окошки, через которые она смотрела на то, что потеряла, словно заключённая, глядящая в небо сквозь решётку своей тюрьмы, лишь притворяющаяся свободной, как люди, которых она там видела.              Но подобные мысли жили недолго. Каждый раз так. Каждый раз она быстро вспоминала, почему такая вольность больше ей не дозволена. Она была утрачена, когда её жизнь изменилась вопреки её воле.              С лёгкостью, выработанной годами практики, она подавила горечь, подступившую к горлу, грозившуюся выступить из глаз.              Солнце полностью скрылось за горизонтом, и город окутал мрак, покуда она шла к своему «дому». Это была небольшая квартира с одной спальней и всем необходимым для жизни. Прекрасно украшенная, она была не более чем частью фальшивой личности, имя которой «Сиэль».              Она поставила сумку в угол и медленно сняла школьную форму, аккуратно сложив её на стуле. Раздевшись до нижнего белья, она подошла к двери и распахнула её. Одежда, хранящаяся там, вместе с инструментами её ремесла были единственными предметами, которые были с ней в течение последних нескольких лет.              Она мельком глянула на себя в зеркало, стоявшее в углу комнаты, и не смогла удержаться от того, чтобы не остановиться и не рассмотреть своё отражение.              Её фарфорово-белая кожа была окрашена голубым лунным светом, который просачивался сквозь окна и занавески. Любой, кто мог бы увидеть её кожу в этот момент, подумал о том, что, вероятно, она принадлежит молодой девушке. Очередной обман...              Её тело не старело и не умирало, застыв во времени, пока чудище, которое прокляло и осквернило её душу, не будет окончательно уничтожено. Такова была её цель, её единственная причина для существования: покончить с Михаэлем Роа Вальдамьонгом… и с самой собой.              По этой же причине она лгала бы всем, если бы пришлось, даже себе и ему.              Ему. Она не хотела вспоминать его имени. Ей совсем не хотелось думать о нём, но она не могла избавиться от навязчивых мыслей. Он был её целью, её главным подозреваемым, но и в то же время был единственным человеком, который заставлял её сердце трепетать, а решимость колебаться. Ей хотелось одновременно и подобраться к нему ближе, и сбежать как можно дальше.              Если он действительно Роа, то ей придётся убить его, чтобы отомстить и вместе с тем проявить жалость. Если нет, то так будет даже лучше. Она была чудовищем, похожей на того, за которым гонялась. Её душа была запятнана преступлениями, совершёнными против её желания, которые всё ещё давили на неё каждый день жизни. В глазах любого нормального человека её истинное я могло быть лишь отвратительным и отталкивающим. Проще было бы убеждать себя, что такие эмоции всего лишь способ лучше притвориться, сильнее слиться с толпой.              Да, она могла убедить себя в чём угодно. Хоть она и ненавидела это, ненавидела его, знания Роа о Магии научили её отрицать себя так, как мог только Маг.              «Он ей безразличен. Ей плевать на него», — знала одна часть разума без сомнения.              «Ложь, ложь, ложь!», — кричала в ответ другая часть, разрушая её тщательно разработанные убеждения.              Внешне она только вздохнула, хотя внутренне содрогнулась. Это только усложнит ситуацию, но очевидно, она не умела так уж хорошо лгать. Смирившись, она покачала головой и вернулась к шкафу, намереваясь закончить начатое.              И тут зазвонил мобильный.              Взгляд девушки тут же устремился к устройству связи. Она ещё ни с кем не делилась этим номером. Честно говоря, о нём не знали даже телефонные компании. Единственной группой людей, имевшей к нему доступ, была той же, что его ей предоставила.              Она подняла трубку, нажала на кнопку ответа и поднесла к уху.              — Юми слушает, — сказала она ровным голосом, а затем выслушала то, что сказало её начальство. Глаза во время монолога сузились.              — Невозможно, — без колебаний ответила она. — Я не смогу разрываться между двумя заданиями и надеяться на то, что выйдет что-то толковое. Я не позволю Роа ускользнуть. Отправьте другую команду.              Ответ, который она получила оказался неприятным. Она бросила трубку и кинула телефон на кровать. Не её проблема, если они были недовольны её решением.              Правда, в последнее время у неё появились некоторые сомнения, но её приоритеты не изменились. Они знали об этом заранее, поэтому им было бы лучше заняться этим вопросом, используя услуги других исполнителей. В любом случае, не было ни средств, ни рабочей силы. Единственной её одержимостью был Роа. Всё остальное мало волновало.              Кто-нибудь другой об этом позаботится.              

***

                    Вечерний поезд в Мисаки был почти что пуст, по крайней мере, в вагоне Широ. Для Мага это было только к лучшему. На уме у него было много мыслей, и он не особо возражал против того, чтобы его оставили наедине с ними.              Всё его внимание было приковано к правому запястью, на котором был надёжно закреплён браслет. Артефакт для скрытия Командных Заклинаний был простым и сделанным из кожи, но браслет, что покоился на правой руке, был, пусть таким же простым, но при этом элегантным, с серебряной тонкой гравировкой сложной рунической вязи, которая была видна только лишь при правильном освещении.              Широ с трудом подавил желание потереться лицом о Мистический Код, словно культист, которому подарили знак его одержимости. Он с трудом сдерживался, чтобы не завопить от волнения. Когда Медея показала ему, как он работает, ему потребовалось огромное количество усилий, чтобы высидеть спокойно, покуда она объясняла способности Мистического Кода, — уж очень хотелось опробовать.              К счастью или несчастью, он сел на поезд до Мисаки, и артефакт не смог избежать только стандартной проверки, но то немногое, что он успел увидеть, вызвало абсолютный восторг. Его благодарность Героической Душе, создавшей его, была так сильна, что заставила её покраснеть. Она по-прежнему выглядела довольно смущённой его реакцией, пока напоминала ему о времени и отправляла прочь с последним советом: быть осторожнее и связаться с ней, если возникнут какие-либо проблемы.              Не то чтобы Широ ожидал, что подобная ситуация возникнет сама собой. Череда убийств, охвативших Мисаки, была необычной, да, но не похоже это было на работу настоящего вампира. Мёртвые Апостолы старались по возможности держаться в тени, чтобы избежать внимания многочисленных организаций, охотящихся на нелюдей. Часовая Башня и её Силовики, католическая Церковь и её Экзекуторы были самыми могущественными силами во всём мире, но едва ли они были единственными.              Таким образом, маловероятно было то, что Мёртвый Апостол действительно стоял за этими смертями, если только не были задействованы какие-то обстоятельства, которые он не мог себе представить. Что беспокоило больше всего, так это встреча с членами вышеупомянутых организаций, которые обязаны были расследовать каждое потенциальное дело о вампирах. Хоть между этими группами, как правило, и существовало молчаливое соглашение о ненападении, обе очень не любили друг друга, и напряжение при встрече представителей всегда было невероятно высоким.              Для такого одиночки как он, тем хуже, потому что никто из охотников не задумался бы перед его убийством, если бы посчитал это стоящим или необходимым. Тем более, что им не пришлось бы страдать от ответных действий со стороны какой-либо другой группы.              Да, несмотря на мнение окружающих, Эмия Широ заботился о собственном благополучии. В конце концов, самопожертвование и самоубийство — две разные вещи, хоть он и готов был признать, что частенько между ними была слишком тонкая грань.              Пока он перебирал в уме множество различных сценариев столкновения с охотниками на нечисть, поезд остановился в Мисаки. Широ быстро собрал свой багаж и вышел с поезда, немедля отшатнувшись от ауры сырой Маны, которая насыщала воздух города.              Изо всех сил стараясь не обращать внимания на удушливое чувство, он остановил такси и поехал в гостиницу, в которой снял номер. Здание в западном стиле в центре города порекомендовали Тоно, когда он выразил намерение посетить на несколько дней Мисаки. Он зарегистрировался на ресепшене, и ему показали его комнату на третьем этаже.              Здание, казалось, было битком набито людьми, что на ресепшене, что в баре. По дороге в отель он также заметил, что вне домов было очень мало людей, что являлось точным отражением страха, охватившего город.              После того, как он опустошил свой чемодан и положил одежду в шкаф, Широ быстро принял душ и пару часов прождал до вечера, когда на улицах Мисаки станет меньше людей.              — Эмия-сан, — заволновался секретарь, принимая ключ от комнаты Широ, — не знаю, в курсе ли вы, но на свободе разгуливает серийный убийца. До тех пор, пока преступник не будет арестован, власти категорически не рекомендуют выходить на улицу после наступления сумерек. Особенно в одиночку.              — Спасибо, но не волнуйтесь, — Широ отмахнулся от беспокойства служащего. — Я умею защищаться. Всё будет хорошо.              — Как пожелаете, Эмия-сан, — кивнул секретарь. Он сделал свою работу и предупредил его, но у него не было ни права, ни обязанности настаивать, хотя он явно не одобрял выбор Широ. В конце концов, кто в здравом уме пойдёт на улицу в такое время?              Широ, конечно же, этого не сказал, но если убийца подумает, что он станет хорошей добычей, то ему же и лучше. На самом деле, было бы лучше, если убийца сосредоточился на Широ, а не на ком-то другом, поскольку другим так будет безопаснее, а поимка преступника ускорится.              И потому, не оглядываясь, парень вышел.                     

***

                    Весенний ветерок приятно ласкал кожу Сиэль, прыгавшей с крыши на крышу, тихо и незаметно. Жизни в Мисаки ночью во всех смыслах не было. Недавний разгул убийств загнал всех по домам после захода солнца, к большому разочарованию многих владельцев бизнеса.              Однако всегда были исключения. Работавшие допоздна и возвращающиеся домой, ученики, которых задерживали в школе после кружков, и вообще люди, которые не верили, что могут стать мишенью, шли по улицам с разной степенью осторожности.              Сиэль следила за ними сверху. Мёртвый Апостол, как и любой из его сородичей, прятался в тени и позволял своим рабам высасывать кровь, необходимую ему для жизни. Единственный способ найти его состоял в том, чтобы убить каждого упыря, которого он создал, заставить выйти из своей норы, чтобы прокормиться и создать ещё больше нежити. Нелёгкая задачка для человека, учитывая, что число людей, пропавших без вести, было намного больше, чем тех, кто был помечен как жертва вампира. Каждую ночь десятки людей обращались в пыль, исчезая в ночи. Их близкие никогда по-настоящему не узнают, что случилось, но оно и к лучшему. Позволить им поверить, что те, кто превратился в безмозглую оболочку, возможно, все ещё живы и здоровы, было намного лучше.              Она последовала за блаженно невежественными прохожими как ради их защиты, так и для того, чтобы использовать их как приманку для рабов вампира.              Её Чёрные Ключи много раз беззвучно рассекали воздух, и не менее двадцати человек избежали встречи с кровопийцами прежде, чем заметили упырей. К сожалению, по крайней мере ещё пять были осушены прежде, чем она смогла их найти.              Хоть это и было неприятно, но новые неудачи ни в малейшей степени не обескураживали, и она перешла в новое место, произнося безмолвную молитву за падших. После целого часа охоты на улицах становилось всё меньше и меньше людей. Тем не менее она продолжала патрулировать в поисках тех, кому нужна была защита.              Было уже почти за полночь, когда она наткнулась на человека, вызвавшего у неё интерес. К этому часу единственными людьми, которых можно было бы встретить на улице, были пьяницы и случайные полицейские патрули. Однако этот парень был ни из тех, ни из других.              Это был рыжеволосый паренёк не старше семнадцати лет, одетый в повседневную одежду. Он шёл медленно и, казалось бы, без определённой цели. Он мог просто прогуливаться поздно ночью, если бы не факт того, что это было глупо, — ведь убийца всё ещё на свободе. К тому же, выглядел он так, словно кого-то ловил.              Он много раз останавливался в случайных местах, оглядываясь вокруг, будто искал что-то и не находил. Он ни разу не посмотрел на землю, значит, не разыскивал какую-то пропавшую вещь.              Сиэль решила последовать за ним. Она могла бы заподозрить, что он Мёртвый Апостол, если бы не была уверена, кто её цель на самом деле, но за ним всё ещё стоило присмотреть, хотя бы ради его же безопасности.              Она молча последовала за парнем по крышам. Обычно люди не смотрели наверх без крайней на то необходимости, но Сиэль держалась строго позади него. Со временем его поведение стало ещё более странным. Он часто останавливался, вглядываясь в тёмные проулки между зданиями. В последнее время так делать было очень опасно.              Подойдя так близко к таким опасным местам, он мог наткнуться на упыря, и она не успела бы вмешаться. Несмотря на то, что она проделала тщательную работу по их уничтожению, никогда нельзя было быть полностью уверенной.              Ничего не происходило, и мальчишка продолжил свой путь. Ещё пятнадцать минут он шёл, а она неотступно следовала за ним на расстоянии нескольких десятков метров как позади, так и над ним. Ноги сами понесли его в ту часть города, где располагалось большинство административных зданий. Днём здесь всё было переполнено людьми и жизнью, но в этот час Мисаки можно было окрестить городом-призраком.              В какой-то момент он добрался до перекрёстка, соединявшего несколько разных частей города, и полностью остановился. Несколько минут он просто стоял, ничего не делая, но даже издалека Сиэль могла сказать, что он был довольно напряжён.              А затем он повернулся.              И Сиэль, одетая в тёмную мантию и прятавшаяся в тени крыши, не сомневалась, что мальчишка с золотыми глазами смотрел прямо на неё.              Оба стояли неподвижно, оценивающе глядя друг на друга, словно два волка. Сиэль не знала, кто такой этот мальчик, но то, что он смог заметить её, был достаточным показателем его в какой-то мере опасности. В этот момент она поняла, что кто-то ещё проявил интерес к событиям в Мисаки, хоть в его внешности и поведении не было и намёка, к какой силе он принадлежал.              Патовая ситуация оказалась нарушена, когда мальчик склонил голову в знак согласия. Очень далеко от перемирия, но это значило, что он не питал к ней враждебности. Она кивнула в ответ и ещё одним жестом головы велела ему следовать за ней.              

***

                    Широ глубоко вздохнул и последовал за девушкой, одетой в монашескую рясу. Не прошло и трёх часов как он в Мисаки, а уже наткнулся на представителя одной из крупных организаций, которая могла бы проявить интерес к событиям в городе.              Больше часа он ощущал присутствие Экзекутора, следовавшего за ним по пятам, и делал вид, что ничего не замечает, надеясь на то, что его оставят в покое. Это сработало не так хорошо, как он надеялся, хоть и не было таким уж большим сюрпризом. Любой, кто ходил по ночам в последнее время, должен был вызвать как минимум подозрения у местных властей. Теперь, когда Экзекутор попросту не сводила с него глаз, в уютную анонимность уже не вернуться.              Что же, по крайней мере, он, возможно, получит некоторые ответы в обмен на свои.              Он осторожно вошёл в переулок между двумя зданиями, соединявшими две главных дороги. Это было длинное и узкое пространство. Не лучшее место для манёвра, если Широ вдруг придётся сражаться, но он надеялся, что до этого не дойдёт.              — Добрый вечер, — поздоровался он с Экзекутором, стоявшим как-то не очень угрожающе, уперев руки в бока.              — Кто ты? — безо всякой любезности спросила девушка. На вид ей было не больше семнадцати, что, когда дело казалось её работы, ничего не значило. Возраст не обязательно равнялся опыту и опасности для тех, кто имел дело со сверхъестественным.              — Имена не слишком удобны, Экзекутор, — тепло, но твёрдо ответил Широ, уточняя, что он в курсе происходящего. — Давай пока что не будем их озвучивать.              — Хорошо, — согласилась девушка, не слишком довольная его словами. — На кого ты работаешь?              — Полагаю, можешь считать меня кем-то вроде вольного наёмника, хотя я довольно хорошо знаком с Часовой Башней, — частично солгал Широ. Можно было рассчитывать на защиту от сторон этого конфликта, если принадлежать к одной из крупнейших из них. Хоть Широ технически и не состоял в Ассоциации Магов, не было никакой необходимости говорить об этом Экзекутору.              — Значит, Маг, — заключила девушка. В её голосе не было обычного презрения к еретикам, которое, судя по опыту Кирицугу, было у большинства членов Церкви. — Тебе было поручено выследить и уничтожить Мёртвого Апостола в этом городе?              Широ едва заметно прищурился, услышав подтверждение присутствия вампира в городе. Знание методов Мёртвых Апостолов убедило его, что это всего лишь обычный убийца. Теперь, когда он знал, что это не так, он был уверен, что фактическое число жертв выше, чем было известно из СМИ.              — Нет, — спокойно ответил он. — Мои дела в Мисаки сугубо личные и почти что никак не связаны с Мёртвым Апостолом.              — Почти? — переспросила она. Он пожал плечами.              — Я был в городе и решил проверить слухи о вампире и уничтожить его, если те окажутся обоснованными.              — Если у тебя нет официального поручения, то я хотела бы попросить тебя не заниматься этим делом, — вежливо, но достаточно твёрдо сказала девушка, давая понять, что отрицательный ответ не будет принят. Или услышан.              — И в чём же причина? — ровным тоном спросил Широ. Прежде чем бросить вызов Экзекутору, он хотел бы знать, есть ли у неё веская причина для просьбы.              — Этот Мёртвый Апостол невосприимчив к большинству методов уничтожения, — сухо начала Экзекутор. — Для того, чтобы избавиться от него навсегда, потребуются определённые инструменты. Разрушение его физического тела только лишь даст ему скрыться.              Широ напрягся. После становления вампиром, за исключением врождённых способностей и знания Магии, Мёртвые Апостолы получали ничего, кроме увеличения физических характеристик и усиления животных инстинктов. Их можно было убить простым оружием, если быть достаточно быстрым и сильным, чтобы одолеть их. Развить в себе способность избегать смерти, даже с помощью магического искусства… Значит, этот Мёртвый Апостол, по всей вероятности, был…              — Предок? — обеспокоенно спросил он.              — Не совсем. Чисто формально.              — Очень хорошо, — кивнул Широ после долгого раздумья. Ему не нравилось, что он ничего не может сделать, но, по правде, всё его оружие было людским, пусть и знаменитым. Отличное и универсальное, без сомнения, но определённо не подходящее для сражения с противниками такого калибра. — Я не стану пытаться уничтожить этого Мёртвого Апостола, но меня больше заботит безопасность мирного населения. Я буду продолжать патрулировать и уничтожать любого упыря, которого встречу. На компромисс в этом вопросе я не пойду.              — Заботишься о случайных незнакомцах? — девушка с любопытством и недоверием склонила голову. — Довольно необычно, особенно для Мага.              — Не на всех нужно и можно расклеивать ярлыки и предубеждения, — покачал головой рыжий парень, — и даже если бы можно было, всегда будут исключения из правил.              — Хм. У меня нет причин отказываться от помощи, которая ускорила бы нахождение Мёртвого Апостола, — протянула девушка, по-видимому, не слишком довольная фактом того, что ей придётся делить охотничья угодья, учитывая, что ещё и нет причин этого не делать. — Но не дай Бог я пожалею об этом выборе и выйду на тебя, Маг.              — Постараюсь не давать причин для беспокойства, — уступил Широ. — Доброй ночи, Экзекутор.              Оба они сделали несколько шагов назад, прежде чем развернуться и пойти в противоположные стороны переулка.              Что же, думал Широ, снова оказавшись на открытом пространстве главной дороги, всё оказалось гораздо мрачнее, чем он думал. Могущественный Мёртвый Апостол — это не шутки. Нужно сообщить Медее. Она ни капельки этой новости не обрадуется.              Ему совсем не хотелось ей об этом говорить.                     

***

                    Следующим утром              — Мастер, я настаиваю, чтобы ты немедля вернулся, — взмолилась Медея по телефону. — Завершай свои дела с Тоно и возвращайся домой.              — Медея, я не могу проигнорировать эту ситуацию, — ответил упрямый Маг. — На карту поставлено слишком много жизней.              — И твоя в том числе, — прошипела она. — Перестань валять дурака и оставь там всё как есть. Церковь об этом позаботится.              — Это не повод отворачиваться от проблемы, — горячо возразил Широ. — Даже если кто-то один будет держать упырей подальше от улиц, это значит, что просто умрёт меньшее число людей. У меня нет средств, чтобы вступить в бой с Мёртвым Апостолом, потому я не планирую приближаться к нему. Я просто буду убивать упырей прежде, чем они даже заметят моё присутствие.              — А что, если тебя заметит Мёртвый Апостол? — спросила Медея.              — Тогда убегу, — прямо сказал он. — У меня достаточно козырей, чтобы одновременно отвлечь его от меня и призвать внимание Экзекутора.              — Слишком многие вещи ты принимаешь как само собой разумеющееся. Насколько известно, Мёртвый Апостол может знать Магические приёмы, которые ты даже заметить не способен. Ты не можешь рассчитать всё, Широ. Ты недостаточно хорошо подготовлен. Пожалуйста, отступи, — взмолилась она вновь, и в её голосе стало слышно ещё больше беспокойства, чем когда-либо прежде.              — Я не могу. Правда не могу. Я не отступлю. Прости.              — ТОГДА ЗАЧЕМ ТЫ ВООБЩЕ МНЕ СКАЗАЛ ОБ ЭТОМ?! — наконец рявкнула она в трубку. Пластиковый аппарат треснул под давлением её хватки. — Тебе что, так нравится заставлять меня беспокоиться и не быть в силах что-то сделать? Почему?              — Потому, что я просто не хотел ничего делать в тайне от тебя, чёрт возьми! — рявкнул он на другом конце провода. — Я хотел, чтобы ты знала, что можешь доверять мне, если я буду честен с тобой.              — Прекрасно! Тогда иди и убейся об этого вампира, идиот. Вот как мне не всё равно! — и она бросила трубку оборвав связь. — Идиот, — уныло добавила она тут же пожалев о своей вспышке. Стоило быть зрелой и хладнокровной, но Широ легко проникал под эту броню, что ей и нравилось, и не нравилось.              Спустя минуту, телефон зазвонил снова. Она позволила гудку прозвонить с пару раз, надеясь, что это он, и она сможет извиниться, несмотря не свою гордость, бурно протестовавшую против простой мысли просить прощения за то, что она была настолько логичной. А затем осторожно ответила.              — Дом Эмии, — сказала она в трубку.              — Это Тосака. Кастер, это ты?              — Ах, это ты, юная леди, — разочарованно вздохнула она.              — Ты, кажется, не слишком уж рада меня слышать, — заметила Тосака с излишней весёлостью. — Ждала кого-то другого?              Да, но признаваться в этом не стоило.              — По какой причине звонишь, юная леди?              — Я подумала, что могла бы и заскочить сегодня, чтобы взять книги, о которых упоминал Эмия-кун.              — Хочешь приехать сюда или предпочтёшь встретиться на нейтральной территории?              — Можно в доме, — ответила Маг после недолгого раздумья. — Я приду сразу после школы. Устроит?              — К тому времени они будут готовы, — ответила Медея без особого энтузиазма.              — Спасибо. Тогда увидимся.              — Увидимся.              Она положила трубку на рычаг и стала ждать, пока телефон зазвонит снова. Одна минута, две, три. Когда стало ясно, что перезванивать никто не собирается, она тяжело вздохнула и занялась своими делами, задаваясь вопросом, как так получилось, что она стала настолько слабой, и сердце её трепещет от капризов мальчишки в три раза её младше.              Любовь и правда была и благословением, и проклятьем. Возможно, без неё было бы и лучше.              

***

                    Лёжа в кровати в отеле, Широ бросил телефон рядом.              Он почти что сразу же попытался перезвонить Медее, но попытки были напрасны — телефон издавал раздражающий повторяющийся звук, говорящий о том, что номер занят. Он не знал, действительно ли Медея с кем-то говорит по телефону, или старомодный телефон у него дома просто был отключён, но может оно и к лучшему.              Как бы он ни был недоволен тем, как прошёл разговор с Медеей, всё же лучше дать ей немного остыть. Он понимал, откуда берётся недовольство Героической Души, в конце концов, он тоже был бы расстроен, если бы узнал, что кто-то в опасности, и ничего не мог бы с этим поделать. Однако забота Героической Души, вероятно, была только лишь о нём, и именно по этой причине их мнения расходились.              Честно говоря, всё это его несколько тревожило. Он был рад, что Медея вырывается из своей прочной скорлупы, заботясь о ком-то ещё, но не переставал волноваться о том, что она начинает беспокоиться именно о нём.              Он сделал ясный выбор и не собирался отступать от своих заветов. Возможно, Медея и не понимала его чувств и идеалов, но он мог жить только лишь ими. Извиняться за них — всё равно что думать, будто они ошибочны. Он не мог так поступить, но, по крайней мере, мог извиниться за беспокойство.              Впрочем, всё это будет потом. Впереди у него напряжённый день. Он намеревался провести всё утро в разведке. Упыри днём были неактивны, но зато он мог использовать своё "шестое чувство", чтобы попытаться найти места, где они могли быть активны по ночам. Обычно он мог проанализировать обширные области, но переполненная Праной атмосфера Мисаки мешала делать это сходу. Придётся идти улица за улицей, не забывая о том, что в конце дня придётся встретиться с преемницей Тоно Макихисы — Акихой.              И причин медлить не было.                     

***

                    Нажимая на звонок рядом с воротами дома Эмии, Рин чувствовала какую-то напряжённую неловкость.              Визит в дом другого практика Магии был редким явлением, так как обычно это был вход в его Мастерскую. Во время Войны Святого Грааля это было ещё более необычным, даже учитывая условия этого конфликта.              Хоть чувство безопасности и подкреплялось присутствием Сэйбер, Рин не боялась перейти этот порог, ведь не было причин ждать предательства. Позже всё может измениться, но нынешнее прекращение огня было навязано причинами, выходящими за рамки прихотей противоборствующих сторон.              Но это не значило, что она не будет осторожна.              — Кастер рядом, — объявила Сэйбер за мгновение до того, как дверь распахнулась. Когда это случилось, Рин впервые увидела лицо Кастер.              Стоит признать — она была привлекательной, и выглядела она лет на двадцать пять, с фиолетовыми волосами и заострёнными ушками. Одетая в простой кремовый свитер и голубую юбку, она вполне могла бы сойти за домохозяйку, если бы только не пронзительный взгляд, который большинству людей не требовалось развивать.              — Добро пожаловать, — коротко поздоровалась она. — Пожалуйста, проходите.              — Спасибо, — ответили и Мастер, и Слуга, входя в дом и снимая обувь.              — Я подготовила книги в соответствии с указаниями Мастера, — объяснила она, ведя их по дому. — Я взяла на себя смелость выделить некоторые соответствующие пункты в заметках Эмии Кирицугу о предыдущих Войнах. Там не так много того, чего бы мы не обсудили на предыдущей встрече, но, возможно, со знаниями твоего рода ты сможешь выяснить что-то, что мы упустили.              — Надеюсь, смогу, — ровно ответила Рин, осматривая интерьер дома Эмии. Он был большим, как и особняк Тосаки, хоть и не таким роскошным. Каким-то образом казалось, он отражал внутренний мир Эмии.              — Раз уж вы здесь, не хотите ли чаю? Можете начать читать книги немедля, а я бы ответила на вопросы. Хоть на данный момент и мало что могу добавить о Граале, я лучше, чем кто-либо другой понимаю Магическое искусство Гилфорда.              — Я была бы очень признательна, — искренне ответила она. Их Магия была похожа, плюс не каждый день можно было поучиться у Мага Эры Богов. Такие случаи не происходят без чертовски веской причины, тем более бесплатно.              Кастер провела их в гостиную и пригласила сесть за стол, где лежали книги, которые искала Рин. Сэйбер вошла в комнату сразу же за другой Слугой, всё время держась между своим Мастером и ею. Мечница села рядом со своим Мастером и принялась ждать, покуда Кастер уйдёт на кухню, чтобы поставить воду на плиту.              Не прошло и пяти минут, как они уже сидели за одним столом и в неловком молчании пили чай.              — Итак, — Рин поставила чашку. — Эмии и правда нет в городе. Могу я спросить, чем он занят?              Взгляд Кастер ясно дал понять, что она раздумывает над ответом на этот вопрос, который совершенно Рин не касался.              — Мой Мастер, — ответила Кастер, — заинтересовался событиями в Мисаки.              — Дело о серийном убийце? — переспросила Рин в ответ. — Думаю, что это как раз по его части, но я думала, что он не хотел привлекать своей репутацией линчевателя внимание к себе и к Фуюки. О чём он думал?              — Мой Мастер-идиот не может игнорировать человека в беде, какой бы неудобной или опасной не была ситуация для него самого, — вздохнула Кастер. — Я пыталась убедить его не влезать в проблемы, но мои слова были напрасны. Он дошёл до того, что попросил разрешения у Экзекутора, которому поручено было уничтожить Мёртвого Апостола, помочь ему.              Стоп, что?              — Ты что, хочешь сказать, что серийный убийца на самом деле вампир?! — спросила она, почти вскочив на ноги от удивления. — Что же… Если он настолько глуп, чтобы позволять властям простых людей заметить его, то это, вероятно, заблудившийся отпрыск какого-то Мёртвого Апостола. Если Эмия-кун смог справится с обученным Магом на его территории, то у него не должны быть проблем с неопытным вампиром. Если только прикрывать тылы будет.              — Хотелось бы мне разделить твой оптимизм, — усмехнулась Кастер, совершенно спокойная. — По словам Экзекутора, вампира не убить обычным способом, и он равен Прародителю по представляемой угрозе.              Глаза Рин расширились от шока. Эмия принимал участие в охоте на Мёртвого Апостола, имеющего право быть занесённым в ряды Прародителей? Она, конечно, знала, что он был хорош в бою, но неужели она настолько сильно недооценила его способности? Прародители Мёртвых Апостолов были самыми сильными представителями своего рода за исключением, конечно, Истинных Прародителей, и хоть они не были на уровне Слуг, всё равно были страшными существами, с которыми ни один Маг справиться не сможет.              — Твой Мастер, — впервые заговорила Сэйбер, встретившись с глазами другой Слуги, — похоже, доблестный человек. Ты должна им гордиться.              Кастер сердито на неё посмотрела.              — Не нужно мне это говорить. Я очень горжусь им. Просто я хочу, чтобы он не подвергал себя опасности тогда, когда я не могу помочь.              — Не завидую, — сказала Рин, пряча ухмылку за чашкой. — Мириться с проделками Эмии-куна — больше, чем то, на что ты рассчитывала.              Взгляд Кастер переключился на Мага, но ярость вскоре спала, сменившись призрачной ухмылкой, столь кроткой, что Рин подумала, будто ей показалось. За этим стояла какая-то история, просто Рин пока её не узнала.              — Признаюсь, я знала о глупости Широ до того, как заключила с ним контракт. Боюсь, в своих бедах мне стоит винить только лишь себя, — Рин не упустила из внимания нежность в голосе Кастер, которая, казалось, вспоминала что-то, во что Рин не посвятили.              … Досадно, однако.              — Похоже, ты не слишком расстроена отсутствием у своего Мастера здравого смысла, — заметила она.              — Не понимаю, как это тебя касается, — решительно сказала Кастер, вернув обычное холодное самообладание. — А теперь, быть может, тебе интересно моё мнение о чём-то, связанном с Магическим искусством или Граалем?              — Пока что ничего, — ответила Рин, разглядывая стопку книг и тетрадей. — Я просмотрю всё это и верну их тебе не позднее, чем через неделю.              — Всё в порядке. Широ к тому времени уже должен будет вернуться, так что мы вместе сможем рассмотреть всё, что ты нашла.              — Тогда мы пойдём. Спасибо за гостеприимство.              Кастер проводила их обратно к главному входу и после вежливого прощания Рин с Сэйбер направились домой.              — Как тебе Кастер, Сэйбер? — спросила Рин, покуда они неспешно шли по дороге.              — Я не почувствовала враждебности от Кастер. Не так уж неожиданно, — ответила Сэйбер очень ровно и спокойно. — Она казалась искренне обеспокоенной благополучием своего Мастера. Что было естественно, если бы мы уже не знали, что она не нуждается в Мастере в принципе. Это противоречит нашим о ней впечатлениям.              — Соглашусь. Интересно, что такого сделал Эмия-кун, чтобы завоевать сердце этой женщины?              — Признаюсь, мне самой любопытно, — ответила Сэйбер. — Не хочу вас огорчать, Мастер, но те, кто занимается Тауматургией, обычно не особо доверчивы, и Мастер Кастер, кажется, является заметным исключением из этого правила. Учитывая, что он даже смог завоевать твоё уважение, это может быть одной из причин.              — Всё возможно. Во всяком случае, это сработает нам на пользу. У меня сложилось впечатление, что Кастер не пойдёт против своего Мастера и не нанесёт удар в спину, если мы не будем открыто проявлять враждебность.              — Согласна, — кивнула Сэйбер. — Таким образом мы сможем сосредоточиться на выяснении деталей нынешней ситуации. Думаю, что смогу вам помочь, — сказала она, поднимая половину книг, которые несла.              — Хм… Ты практиковала Магическое искусство?              — Вы, похоже, забыли, Мастер, — улыбнулась Сэйбер, — что мой наставник тоже был Магом. Я и сама могла бы стать им, но принципы Магического искусства не подходили для Короля. Тем не менее, я выучила достаточно, чтобы понимать предмет разговора.              Рин почти что захотелось блаженно вздохнуть. Призыв Короля Рыцарей оборачивался всё более лучшими последствиями. Ситуация с Граалем была далеко не идеальной, но она не могла отрицать то, что в ней были свои плюсы, и некоторые играли в её пользу.              Мысль о том, что она сможет заполучить в свои руки несколько редких книг, не заплатив ни йены, заставляла эти несколько недель беспокойства о Кастер попросту обесцениться. Ей пришлось сдерживаться, чтобы не побежать вприпрыжку, но она позволила себе слегка ускорить шаг.              Понимая нетерпение Мастера, Сэйбер молча поспевала за ней.              

***

                    Широ провёл всё утро, изучая улицы Мисаки. Он ожидаемо не нашёл ни единого следа Мёртвых Апостолов: солнечный свет, хоть и не был смертельным, как говорилось в легендах, ускорял процесс разложения, которому вся нежить должна была противостоять, выпивая кровь. Охота в дневное время была бесплодной и могла привести к появлению нежелательных свидетелей.              Утренние часы пролетели довольно быстро, и вскоре пришло время встречи с Тоно Акихой. Таким образом, Широ поднялся на холм, где располагался величественный особняк. Роскошное здание было таким же пугающим, как и всегда, и прекрасно отражало величие финансового и делового мастерства Тоно.              У ворот его ждала служанка. Девушка, кажется, примерно его возраста представилась как Хисуи. У неё был бесстрастный взгляд, слегка выбивавший Широ из колеи, и она официально звала его «Эмия-сама», что выбивало парня из колеи ещё сильнее.              Понимая правила строгого этикета, которому она должна была следовать в своей профессии, Широ не пытался отговорить её от использования подобного обращения, но хотя бы ответил на вежливость, поклонившись также, как и она, когда представлялся. Она будто не обратила на это никакого внимания.              — Акиха-сама скоро прибудет, — сказала она, проводив парня в гостиную. Судя по всему, одна только мебель здесь стоила столько же, сколько весь его дом. Пока он ждал, юноша блуждал взглядом по безукоризненно вычищенной комнате.              Атмосфера была совсем не такой как в прошлый раз. Низкий гул голосов людей, живущих в доме, теперь полностью отсутствовал, словно жилище было совершенно необитаемо. Однако, хоть здесь теперь и было тише, воздух казался намного тяжелее.              И это только укрепило понимание Широ: Макихиса действительно мёртв.              Звук мягких шагов возвестил о прибытии хозяйки, направив размышления Широ к более насущным вопросам.                     

***

                    Тоно Акиха была юной девушкой пятнадцати лет с довольно тяжёлой судьбой. С раннего детства её воспитывали как настоящую леди в соответствии с очень высокими стандартами семьи, и так она привыкла быть под давлением и вынуждена была идти в ногу с самыми безумными ожиданиями.              Если подумать, то это помогло ей подготовиться к нынешнему испытанию. Отец умер, а брат, как оказалось, к такой роли был не готов, и ей пришлось нести бремя главы семьи — обязанность более трудную, чем можно себе представить, особенно для девочки-подростка. Работа и учёба без единой плохой оценки, постоянное общение и ведение семейного бизнеса давили на неё, потому она вынуждена была откладывать многие встречи и сроки.              Эта рандеву была одной из таких. Её график был распланирован на несколько месяцев вперёд, так что встреча с Эмией была перенесена на пару недель, поскольку эта сделка имела не такую большую ценность в сравнении с ежедневными денежными оборотами Тоно. Ко всему прочему, он был новым клиентом. Единственное, почему встречу не перенесли ещё позднее, это то, что он был одним из немногих, кто не претендовал на особую важность. Он любезно согласился отложить встречу на согласованный срок, таким образом пропустив вперёд тех, кто не согласился и впоследствии получили урок, ибо были проигнорированы, покуда не осталось других.              Тем не менее, для неё Эмия Широ было одним из имён среди многих других, и, пока не приблизился день их встречи, она особого интереса к нему не проявляла. Акиха отнеслась бы к этому как к незначительной сделке, если бы Кохаку не указала на то, что он был одним из клиентов, встреченных покойным отцом лично в своём кабинете, — оная честь предлагалась только самым важным деловым партнёрам или тем людям, которых Тоно Макихиса считал интригующими.              Ничто в записях отца, да и сама сделка не указывали на то, что он был кем-то из вышеупомянутых, что подтвердили следующие расспросы Акихи. Эмия Широ, по сути, был никем, у него не было денег, которые можно было бы впустую растрачивать, следовательно, он способен был принадлежать только ко второй группе.              Благодаря влиятельным знакомым, она сумела раскопать всё, что было известно о нём, и оказалось, что Эмия Широ совершенно ничем не был примечателен. Ничто здесь Макихису бы не заинтересовало, так что она двинулась дальше к его (приёмной) семье. На его покойного отца была гораздо более солидная, а также гораздо более интересная папка.              Эмия Кирицугу упоминался как участник по меньшей мере сотни операций самого разного масштаба, начиная от ликвидации наркокартелей, заканчивая гражданскими войнами, известными широкой общественности. Его имя неоднократно всплывало через связи отца с теми частями мира, считавшимися народом былью, а значит Кирицугу, и, следовательно, его сын были самой Акихе подобными.              Внезапно встреча с Эмией Широ перестала быть пустяком, какой она ей показалось вначале. Войдя в комнату, где парня оставили ждать, она задумалась, каким же человеком окажется сын печально известного Убийцы Магов?              — Добрый день, Эмия-сан, — поздоровалась она, едва завидев его. Хоть у неё и было несколько его фото, собранных благодаря связям, причём на парочке из которых он был не полностью одет (спасибо дамам из его школы), рыжеволосый, золотоглазый юноша был выше и крепче сбит, чем она ожидала.              Его рост и телосложение в сочетании с безукоризненным костюмом от Версаче, в который он был одет по случаю, придавали ему внушительный вид и прибавляли на вид годов на три больше, чем ему было.              — Я Тоно Акиха, нынешняя глава семьи Тоно. Приятно познакомиться.              — Мне тоже, Тоно-сан, — поклонившись, ответил Эмия. — Пожалуйста, примите мои соболезнования в связи с преждевременной кончиной вашего отца.              Что же, говорил он и правда достаточно честно, что отличало его от обычных доброжелателей. Если уж на то пошло, он выражал свои соболезнования искреннее, чем кто-либо из членов её семьи. Но не то чтобы это требовало больших усилий.              — Благодарю. Пожалуйста, присаживайтесь.              Оба они уселись на роскошные диваны. Не прошло и минуты, как вошла ещё одна служанка с подносом, на котором стояли две чашки чая.              — Прошу прощения за задержку со встречей, — сказала она после того, как они закончили пить чай. — Неожиданная кончина отца вызвала много потрясений в семейном бизнесе.              — Могу представить, — сочувственно отозвался Эмия. — И не стоит извиняться. Мне эти материалы не к спеху.              — Тем не менее, наша семья гордится тем, что мы всегда выполняем свою часть сделки. Если уж на то пошло, мне хотя бы стоит дать вам скидку.              — Не думаю, что в этом есть необходимость, — рассмеялся рыжий. — Но я не отговариваю вас брать с меня меньше денег.              — Прекрасно. Ваш товар будет здесь завтра утром. Таким образом, вы сможете проверить всё перед сделкой. Будет ли это приемлемо?              — Вполне.              — Хорошо. Меняя тему, как я понимаю, ваше жилье вполне вас устроило?              — Признаться, оно слегка отличалось от того, к чему я привык, — ответил он, наливая себе ещё чая. — Живя в традиционном японском доме, я не приспособился пользоваться кроватью, хоть они и есть у меня в гостевых комнатах.              — Понятно, — спокойно ответила Акиха. — Если не возражаете, Эмия-сан, не знаете ли, почему мой отец согласился принять вас здесь, в особняке, так быстро?              — Хм, — протянул рыжий, потягивая свой напиток. — Честно говоря, я и сам удивился. Я думаю, всё потому, что у него был некоторый интерес к моему отцу, а не какой-либо интерес ко мне. Не думаю, что я такой, каким он представлял себе сына моего отца.              — Как бы то ни было, Эмия-сан, отец, похоже, не был разочарован тем, что увидел в вас. Не многим людям удалось пробудить в нём интерес.              — Он был интересным человеком, — сказал юноша. — Хоть я и встретился с ним всего раз, его присутствие было безошибочно узнаваемо. Такой человек, как он, наверняка нажил себе множество врагов.              — И правда, — искренне согласилась Акиха.              — Хоть это и довольно трагично, — сказал он обманчиво спокойным тоном, — неудивительно, что его убили таким вот образом.              Сердце Акихи замерло, словно его пронзила сосулька. Её глаза впились в Эмию, словно ракета с тепловым наведением.              — Ах, — вздох удивления и осознания сорвался с её губ. Она попалась на самую старую в мире уловку. Хотя это был просто панический взгляд, брошенный на её гостя, она все же не заметила блеф Эмии.              — Значит, моё предположение оказалось верным, — вздохнул он, ставя чашку на стол и проводя рукой по волосам. — Я надеялся ошибиться. Простите, что обманул вас.              — Откуда вы знаете? — спросила она, тщательно подбирая слова.              — Ну, как я уже сказал, он показался мне человеком, у которого много врагов. Кое-кто из преступного мира шепнул мне, что существует как минимум вероятность того, что это не естественная смерть. И к тому же…              — Что?              — Окутывает этот особняк некая зловещая аура. Несмотря на то, что людей здесь стало меньше, она стала интенсивнее, чем тогда, когда я приезжал в первый раз. Словно на это место обрушилось проклятье.              — Вижу, вы оправдываете репутацию своего отца, — холодно сказала она. Всё дружелюбие исчезло из её голоса. Акиха исчезла, и на её месте появилась глава конгломерата Тоно. Она по ошибке позволила себе расслабиться от непринуждённости Эмии, на мгновение забыв, кто он такой. — Что вы собираетесь делать с этими знаниями, сын Убийцы Магов?              — Вам нужна защита? — прямо спросил он.              — Ч-что? — заикнулась она, застигнутая врасплох странным вопросом.              — Преступники ведь не пойманы, да? — спросил он, казалось, с искренним беспокойством. — Есть ли шанс, что в следующий раз они явятся за вашей головой?              Акиха оказалась возмущена настолько, что едва на ноги не вскочила.              — Почему вы думаете, что я не в состоянии себя защитить?              — Ваш отец был убит в этом самом доме, в то время, когда в нём было полно других людей, как я понял, ваших родственников, — объяснил он. — Не нужно быть гением, чтобы понять — это был удар изнутри. Даже неважно, кто на самом деле нанёс его. Если только это не вы организовали смерть Макихисы… и, простите меня, но вы не производите впечатления убийцы. Я вижу, что немногие были бы счастливы, если бы пост главы перешёл к вам.              — Не ваше дело, — прошипела она, отбросив самообладание, наученная сохранять кой при любых обстоятельствах. — Постороннему не стоит совать нос куда не следует.              — Простите… — заикаясь, пробормотал Широ, искренне поражённый её вспышкой. — Я не хотел лезть в ваши дела. Простите. Возможно, мне следует уйти.              — Да, так будет лучше всего, — ответила она, снова сумев сдержаться. — Кохаку вас проводит. Кохаку!              — Да, Акиха-сама? — спросила служанка, появившись мгновением спустя. Без сомнения, она слушала весь разговор.              — Пожалуйста, проводите Эмию-сана к выходу. Встреча окончена.              

***

                    — Что же, — Широ поморщился, когда железные ворота закрылись за ним с большей силой, чем требовалось. — Вот надо было так опростоволоситься, Эмия? Похоже, что сегодня, чтобы я не делал, мне отлично удаётся выводить из себя женщин. В любом случае, наверное, стоит присмотреть за этим местом. Черт, а я было думал, что это в Фуюки всё плохо.              Он глянул на часы и увидел, что сейчас только пять вечера. Получается, у него есть достаточно времени, чтобы вернуться в отель и переодеться во что-то, более подходящее для незаметного передвижения, и подготовиться к ночному патрулю.              Как обычно, нет покоя тем, кто следует по пути Защитника Справедливости.                     

***

                    Акиха из окна наблюдала за тем, как Эмия покинул территорию особняка и исчез за окружавшими его воротами.              Как не напрягай воображение, встреча прошла ужасно. Она не только позволила застать себя врасплох хитрости и проницательности Эмии, но и напрасно набросилась на искреннее предложение помощи.              Да, Эмия, несомненно, забыл своё место, но Акиху-то с детства учили понимать намерения других людей. Она не сомневалась, что Эмия искренне предлагает свою помощь. Её реакция не соответствовала её положению главы семьи и, что ещё важнее, была несправедлива по отношению к Эмии. На следующее утро она извинится перед ним и в более вежливой манере подчеркнёт, что, хоть его предложение и было оценено по достоинству, проблема семьи Тоно будет решена только силами семьи Тоно.              — Акиха-сама, — позвала Кохаку, входя в комнату. — Он здесь.              И вдруг все мысли об отце, об Эмии, о главенстве семьи растаяли, словно снег под солнцем.              Потому что брат вернулся домой.                     

***

                    Солнце скрылось за горизонтом, окутав город густым покровом темноты. С угасающим светом люди Мисаки также покинули улицы, оставив от города лишь пустую оболочку его обычного вида. Это был идеальный шанс для тех, кто обратил тьму во что-то, чего следует бояться.              Четыре разных человека вышли в ночь, каждый с намерением добраться до добычи.              Девушка в одеянии жрицы и с сердцем, полным ненависти, прыгала в небесах в поисках бессмертного змея.              Человек в длинном тёмном пальто, словно зверь, принюхивался к воздуху, ища принцессу, пробудившуюся ото сна.              Мальчик с рыжими волосами и единственной целью в жизни ходил по улицам в поисках людей, нуждающихся во спасении.              Белокурая девушка, внешность которой не соответствовала её возрасту, искала мужчину, укравшего её часть.              Все они были опасными людьми. Ни один из них не станет лёгкой добычей другого при встрече. И все они, в той или иной степени, осознавали угрозу, таящуюся в тени Мисаки.              Однако был ещё один человек, который ничего обо всём этом не знал.              Юмидзука Сацуки была совершенно обычной, ничем не примечательной девушкой, во всём средненькой. Подросток, как и многие другие, без забот, кроме тех, что есть у современных детей: получить бы приличные оценки в школе, потусоваться с друзьями, заставить своего возлюбленного заметить её.              Обычные занятия обычных девочек.              Хоть она и часто фантазировала о большем, обычно с участием некоего очкастого одноклассника, Сацуки никогда на самом деле не думала, что её жизнь будет какой-то ненормальной. Конечно, она не думала: почему же будет иначе?              В конце концов она закончит старшую школу, поступит в университет и устроится на средненькую работу. Позже выйдет замуж, может быть, даже заведёт детей и будет жить безмятежной жизнью, покуда безмятежно не умрёт в собственной постели.              Это было так просто, так прямолинейно и она так сильно в это верила, что было совершенно абсурдно мечтать об обратном.              И потому она рассудила, что то, что с ней происходит, просто невозможно. Это просто кошмар. Она никак не могла оказаться одна в тёмном переулке, а клыки чудовища никак не могли оказаться в её горле.              Когда её жизненная сила покинула тело, а сознание ускользнуло, ей оставалось лишь надеяться, что она скоро проснётся.              Она проснётся снова и довольно скоро, но это не значит, что кошмар закончится.              Разве это не печально?