Путь Короля

      Приближался день отъезда Сацуки. Когда Кастер сообщила всем, что пятый слуга был призван где-то за пределами города, у юной вампирши осталось куда меньше времени, чтобы освободить город, чем дала Тосака.              Множество вещей нужно было урегулировать, чтобы она вернулась в свою старую школу. Учитывая поведение Сацуки в прошлом месяце, церковь подтвердила свою готовность продолжать работать с ней. Во всяком случае, она едва ли не единственный мёртвый апостол у них на службе.              Широ был уверен, что организация не станет лгать по этому поводу только ради того, чтобы обрести возможность легко избавиться от девушки. Однако это не объясняло, что некоторые отдельные личности собираются делать на поле боя – прошлый опыт взаимодействия с ними оказался плачевным.              К счастью, обучение Сацуки приносило свои плоды. Она уже не похожа на то беззащитное создание, коим была раньше. Не учитывая физическое превосходство мертвых апостолов, девушка теперь также обладала надежными знаниями о подлунном мире, тренировочным и реальным боевым опытом и, наконец, пассивной способностью к укреплению и проецированию.              Ко всему этому прилагались мистические коды, сделанные Широ: костюм, который обеспечивал многофакторную защиту, и пара когтистых перчаток. Все это идеально соответствовало стилю боя, сформированному в спаррингах с Широ. Стоит сказать, что, исходя из хищной природы вампирши, перчатки с когтями подходили ей лучше любого оружия.              Жаль, но все эти приготовления оказались тщетны, когда Сацуки оказалась загнана в угол потрясающе красивой слугой – Райдер. Героической душе Сацуки было нечего противопоставить. Её это вполне устроило бы, поскольку она все ещё была новичком в подлунном мире… Но, та оказалась еще и многим лучше с точки зрения внешности.              Жизнь слишком несправедлива.              — Хм, чем помогу помочь? — спросила вампирша, оглядываясь в поисках пути отступления, которым можно было бы воспользоваться в случае необходимости. Она напомнила себе, что, в случае чего может просто проломить телом стену.              — Я хочу поговорить с тобой о Мастере… об Эмии Широ.              Сацуки нахмурилась.              — А что с ним случилось?              — Почему он защищает такое чудовище как ты? — прямо спросила Райдер.              — Чт… Не называй меня так! Я не чудовище! — возмутилась Сацуки.              — Чудовище. Ну, или однажды станешь им, если не убьют раньше. Конечно же, ты это знаешь. И он знает. Так почему?              — Почему бы тебе не пойти и не спросить у него, если так интересно?              Сацуки правда побаивалась эту женщину, но молча терпеть оскорбления была не намерена. Время, проведенное в резиденции Эмия, сотворило чудеса с её самооценкой. Вдобавок ко всему, нравилось ей это или нет, она все ещё оставалась хищницей.              — Потому, что меня интересует твой ответ, — возразила ей Райдер.              Сацуки открыла было рот, чтобы ответить, но остановилась на полуслове. Райдер была права: однажды ее и правда назовут "монстром" просто потому, что она перешагнет границы человеческой жизни. Ей объяснили, что хоть тело и сохранится вечно, деградация души неизбежна. Если пройдет достаточно времени, то Сацуки потеряет саму себя и станет кем-то другим; вампирские импульсы станут стократ сильнее.              Девушка узнала это сразу после того, как Широ спас её, поэтому не стала возвращаться, задаваясь всего одним вопросом. Почему он спас ее? Почему сражался с неубиваемым экзекутором? Почему принял в своем доме, воспитал и сделал сильнее, когда, в перспективе, это лишь навредит всем? Может он сошел с ума?              Умом Сацуки могла понять, почему церковь приняла её. Она лишь пушечное мясо, удобный расходный материал, по которому никто не будет скучать: её прикончат в тот же миг, когда проведенная грань будет преодолена. Однако Широ ничего не получил, помогая ей. На самом деле, он даже поссорился с важным союзником в Войне Святого Грааля потому, что встал на её сторону.              Зачем ему что-то подобное делать?              — Ты даже не думала, — заключила Райдер, когда молчание уже стало неловким.              — Да что с тобой не так?! — рявкнула Сацуки. — С чего бы это должно тебя волновать?              Осознав, что никакого вразумительного ответа не будет, Райдер развернулась, чтобы уйти, но обронила приглушённым шепотом:              «Потому, что я тоже чудовище»              После ухода Слуги Сацуки ещё долго стояла в оцепенении. Сотни вопросов за секунды пронеслись в голове, но ответить на них было некому.                     

***

                    Лес за пределами Фуюки содрогнулся, когда несколько крепких деревьев разлетелись вдребезги.              Неподалёку Широ приземлился на обе ноги, скользя назад, пока не остановился у ствола древнего дуба.              — Фух, — вздохнул он, глядя на устроенные разрушения, на этот раз не причинив себе самого существенного вреда. — Думаю, это лучший результат, которого я могу достичь.              Потребовалось несколько десятков попыток, чтобы усовершенствовать технику, если её можно было так назвать. Разрушительная сила Сломанных Каншо и Бакуи, использованных в совершенной синхронности, была намного больше, чем от их простого взаимодействия. Теперь, когда он мог управлять ими как хотел, Широ был уверен, что сможет использовать подобное в настоящем бою. Честно говоря, была у него идея, которая основывалась на использовании дополнительных пар клинков-близнецов одновременно, но что-то подобное потребовало бы гораздо больше времени на практику, чем можно было себе позволить.              Война скоро начнется: на этот раз по-настоящему. Казалось, прошли годы с тех пор, как он узнал, что Война Святого Грааля начнется вот-вот, а не через пятьдесят лет. И все же, после встречи с Кастер произошло куда больше событий, чем за прошлые десять лет. Его личное участие в делах подлунного мира возросло до такой степени, что Широ включили в списки церкви, как бойца-добровольца. Его отношения с учреждением, базирующимся в Риме, были больше, чем просто хорошими, несмотря на то, что он сражался с одним из главных экзекуторов, защищая одного из заклятых врагов всей организации.               В подлунном мире все не так просто.              За исключением техники, которую он только что освоил. Ещё проще просто быть не могло, да настолько, что у Кастер устроит ему настоящую взбучку, если он использует что-то подобное перед ней. У этой техники не было даже названия, и так продолжать было нельзя. Хоть выкрикивание названий техник больше походит на события из сёнен манги, боевые навыки, основанные на магии, имели компонент самогипноза, который облегчал их призыв, как и любое другое заклинание.              Потому, принимая это во внимание, Широ должен был придумать название для техники: что-то такое, что отражало бы её природу, а не первое, пришедшее в голову.              — Хм. Кажется придумал, — сказал он вслух спустя время. — Да, звучит просто замечательно.              Успешно выполнив задачу, Широ собрал свои вещи и отправился обратно в город. Настала очередь Медеи готовить ужин, и она очень рассердится, если он опоздает. Ведьма в качестве учителя и возлюбленной – очень пугающе.              Нет, Широ по-прежнему ни о чем не жалел.                     

***

                    В своей безопасной мастерской Тосака Рин листала страницы неприметного блокнота, подобных которому у нее целая дюжина, разбросанная по комнате. Их наполнение было самым разнообразным: от цены драгоценных камней на рынке, до сложных магических теорий, которые девушка придумала сама.              Тот, который она просматривала, был уникален, ведь содержал всю известную ей информацию об Эмии Широ. С тех пор, как Рин узнала, что он маг, то начала собирать всю информацию, которую только могла, для того, чтобы использовать его способности на полную или же уничтожить беднягу в случае необходимости. Она думала, что имела довольно хорошее представление о том, что он может сделать, пока не оказалось, что Широ способен присоединиться к охоте на апостолов и сравниться с лучшими людьми церкви. Хоть убей, но девушка решительно не понимала, как маг первого поколения мог выстоять против настолько опасных противников. Но осознание быстро пришло после того, как он сумел нанести удар Сэйбер. Слуге!              С тех пор Рин переосмыслила все, что знала, основываясь на его элементе и истоке.              Раньше она считала его решение использовать магию так, как он это делал, пустой тратой потенциала. Впрочем, Тосака воочию убедилась, каким решительным и находчивым Широ может быть, и подумала, что подобное было бы пустой тратой времени лишь для хорошего Мага. Теперь она понимала, что, вероятно, не существует лучшей области применения его талантов чем та, что он выбрал. В конце концов, что может быть лучше для живого меча, чем поле боя?              Это было отличное объяснение тому, почему он настолько силен в таком возрасте, несмотря на то, что даже не унаследовал родовую метку. Такая высокая специализация была столь же обнадеживающей в своей области применения, сколь и калечащей вне нее. Даже с Кастер в качестве наставницы он никогда не станет первоклассным Магом. Его от этого удерживала собственная природа. Проще говоря, Широ был создан для сражений. Ирония судьбы лишь в том, что он самое миролюбивое создание на свете. Чрезвычайной силы боевой маг с золотым сердцем.              Кто бы мог подумать, что так бывает?              Короче говоря, Рин решила, что все не так уж и плохо. Не может быть лучшего сочетания таланта и характера. Как вторая хозяйка Фуюки Тосака Рин определенно могла смириться с чрезвычайной силой, что используется лишь в услужение другим.              Придя к такому выводу, Рин вдруг осознала, что он соответствует всем параметрам будущего отца её наследника, которые она определила в своем воображении.              Он был Магом – значит у него были подходящие для передачи гены. В то же время, его совершенно не интересовало приобретение новых таинств, что полностью сводило на нет вопрос о том, на каком направлении исследований должен будет сосредоточиться будущий наследник. Это была проблема, с которой сталкивались все семьи магов, сливаясь воедино. Кроме того, Эмия был хорошим человеком, подобных которому сложно найти среди людей в целом; тем более среди магов. Ну и наконец, его фотография, которую удалось заполучить в школе, многое говорила об уровне физической подготовки.              Не то чтобы ей нужно было это увидеть, чтобы поверить. Его бой против Сэйбер был даже лучшим показателем.              Совершенно логичный вывод, что, как маг, он был бы первоклассным мужем. Вот почему она начала биться головой о стол, как только положила ручку, которой только что написала эти слова.              «Как я смогу смотреть ему в глаза после такого?», — спросила она сама себя, в смятении схватившись за голову. Лицо её было таким же красным, как и любимый блейзер.              В результате сурового воспитания, Рин не была склонна к эмоциональным вспышкам. Особенно на людях. Тосака позволяла себе такое только в абсолютном уединении своей мастерской. Досадно, что в своем смущении, она на мгновение забыла о существовании человека, имеющего неограниченный доступ к её личной комнате. Было ещё более обидно от того, что она, поглощенная эмоциями, не слышала, как та спускается по лестнице вплоть до момента, пока Сэйбер уже не встала рядом со столом, обеспокоенно глядя на мастера.              — Рин! Что случилось? Ты ранена?              — Сэйбер! — прикрикнула Рин, вскакивая на ноги и опрокидывая стул. — Ч-ч-что ты тут делаешь?              — Ты не отвечала. Что с тобой стряслось?              — Ничего! — ответила она с такой горячностью, что на слово ей точно никто бы не поверил. Она выдала себя, глянув на блокнот все ещё открытый на странице с обвинительным приговором.              Сэйбер имела многолетний опыт в распознавании лжи и обмана, поэтому, когда взгляд Рин переместился на стол, она тоже туда посмотрела. Наверное, нужно было быть совсем слепой, чтобы не увидеть слова, написанные рядом с обнаженной фотографией Эмии Широ.              — О, — выдала Сэйбер, поняв, что беспокоит Мастера. Она взяла блокнот и полистала его. — Понятно. Возможно сейчас не самое подходящее время для подобного, но, тем не менее, я одобряю, Мастер.              Если раньше лицо Рин было красным, то теперь попросту стало флуоресцентным.              — Н-не торопись с выводами. Это просто мысли, вот и все.              — Я понимаю, — невозмутимо кивнула Сэйбер. — Однако я буду стоять на своем. Эмия Широ будет для тебя лучшим партнером. Хотя, я предлагаю тебе дождаться окончания Войны прежде, чем принимать окончательное решение.              — Я всё равно так и собиралась сделать! Так, стой, нет. Я вообще ничего не собиралась делать! Это всё чисто гипотетически! — запротестовала Рин, выхватывая блокнот из руки Сэйбер. — Не говори об этом никому!              — Я никому не скажу, Мастер, — невозмутимо согласилась Сэйбер, хотя слабая улыбка вскоре все же мелькнула на ее лице.              Рин хотелось, чтобы земля под ней разверзлась и поглотила её. Даже в самых своих смелых фантазиях, какими бы редкими они ни были, ей и в голову не приходило обсуждать эту тему с кем-либо. Особенно с женщиной, в которую она была влюблена.              Многие вещи на свете ей и не снились.                     

***

                    Когда Широ, наконец, вернулся домой, Райдер и Сацуки за столом не было.              — Что-то случилось? — спросил он у Медеи.              — Они сказали, что сегодня ужинать не будут. Полагаю, это как-то связано с их недавним диалогом.              — Диалогом? На тему? — спросил Широ.              — Хочешь сказать, что я подслушиваю чужие разговоры? — вызывающе спросила Медея.              Широ в ответ лишь выгнул бровь.              — Ну, мне не нужно было подслушивать, чтобы понять о чем будет разговор, — надулась Медея. — У Райдер и Сацуки не так уж и много тем для разговора, кроме питья крови и Эмии Широ. Что, с точки зрения Сацуки, вполне могло быть одной темой.              — Хм, — согласился Широ и хмыкнул. — Думаю, стоило предвидеть, что нечто такое произойдет.              — Это было вероятно. С другой стороны, ты не рассматриваешь их в таком свете – подобного и следовало ожидать.              — В каком это таком свете? — спросил он, нахмурившись.              — Как чудовищ, Широ, — грубо ответила Медея.              — Они не чудовища, — возразил он.              — На данный момент нет. Однако Сацуки либо проживет достаточно долго, чтобы стать таковым, либо умрет раньше, в то время как Райдер уже была им в прошлом и, в конечном итоге, вернется в подобное состояние.              — Будущее не определено, — запротестовал Широ. — И прошлое не обязано повторяться.              — Как я и сказала, у тебя иная точка зрения, она вполне устраивает. Меня бы здесь не было, если бы тебя волновало прошлое других людей. Оно для тебя не важно, я знаю, но совсем не удивительно то, что такие редкие существа, как Райдер, никогда не сталкивались с кем-то вроде тебя. Короче говоря, она считает, что ты скрываешь какие-то мотивы, и пытается понять тебя, исследуя твоё окружение.              — Ах… ну тогда да. Логично, — ответил Широ, вспоминая свой разговор с Райдер. Тогда она намеренно его спровоцировала. — Ну, ничего не поделаешь.              — Да ну? Я думала, ты ещё сильнее расстроишься, — с легким удивлением произнесла Медея.              — Не думаю, что есть кто-то, кто не расстроился бы из-за того, что его характер неправильно поняли. Впрочем, если бы мне пришлось убеждать её, то все это только больше стало бы похоже на то, что я пытаюсь обмануть, хотя изначально этого не делал.              — Да, — согласилась Медея. — Кроме того, не беспокоиться о том, что думают другие люди, а просто заниматься своими делами, очень на тебя похоже.              — С твоих слов, я придурок какой-то.              — Ты же знаешь, как говорят, дорогой, — усмехнулась Медея. — Если нечто похоже на утку, ковыляет, как утка и крякает, как утка, то вероятно, что это на самом деле утка.              — … Ага, я тебя тоже люблю, — невозмутимо выдал Широ, вызвав тем самым безудержный смех у Кастер.              Вот в эту язвительную женщину он и влюбился.              «Но блин. Оно ведь того стоит».              Затем они приступили к ужину на двоих, обмениваясь шутками и слегка смущающими намеками.              Хороший вечер. В последний раз за долгое время.                     

***

                    Осознавая, что подкрадываться к Магу, способности которого были наравне с некоторыми высокопоставленными экзекуторами, и которого поддерживало несколько слуг, было глупой идеей, эмиссары постучали прямо к нему в дверь рано утром на следующий же день.              — Эмия Широ? — спросили они, прекрасно зная, что это он открыл дверь. Конечно же фартук на нем не сильно сбил их с толку. — Мы хотели бы поговорить. Разрешите войти в дом?              — Конечно, — ответил он, не понимая, что все это значит. Если бы ему хотели предложить работу, то просто бы позвонили. Если несколько мрачных мужчин появилось на пороге дома, значит произошло что-то гораздо серьезнее. — Проходите, пожалуйста.              Группа прошла мимо ворот и многочисленных замкнутых барьеров с едва скрываемым беспокойством. Хоть Широ и не был членом Часовой башни, но все же оставался магом: этого было вполне достаточно, чтобы опасаться его.              Это, в свою очередь, порождало вопрос: что заставило их прийти лично?              — Не хотите чаю? — спросил он, проведя их в гостиную.              — Благодарю, но нет, — сказал дородный мужик, который явно был лидером компашки. — Если не возражаете, я сразу перейду к делу.              — Всё нормально, можете продолжать.              — В последнее время вы видели сестру Ортензию или может что-то слышали о ней?              — Ортензию-сан? В последний раз я видел её лично, когда она предложила мне присоединиться к церкви. А что, что-то случилось?              Гости посмотрели друг на друга так, словно у них в течение всей недолгой беседы шел мысленный диалог друг с другом.              — Карен Ортензия разыскивается за кражу бесценной реликвии веры уже несколько дней. С её знаниями о нашей организации она смогла скрыться и избежать захвата. Мы не знаем, где она точно находится.              — Она… Что?! — почти что закричал Широ. — Да это просто смешно. Единственная злоба, что есть у этой женщины – её язык. Она никогда не совершит ничего подобного воровству. Особенно из церкви.              — Вот почему мы полагаем, что есть какие-то смягчающие обстоятельства. Что в свою очередь служит причиной взятия её живой для допроса. Однако факт остается фактом: она украла реликвию, и мы её разыскиваем.              — И зачем же вы ко мне пришли?              — Именно она выдвинула вашу кандидатуру для нашей организации и поручилась за вас. Значит она вам очень доверяет.              — Поэтому же она обратилась бы ко мне за помощью, — заключил он.              — Да, это вероятно. Пока мы не поймём её мотивы, будем рассматривать любые обстоятельства.              — Кроме того, вы считаете, что если она когда-нибудь появится здесь, я должен буду арестовать её и вызвать вас, — добавил Широ.              — Это само собой разумеется. Я понимаю, что вы… лишь консультант, так сказать, но ваше сотрудничество в этом деле говорит о вашей надежности.              — И то правда, — выдохнул он. — Полагаю, что где-то в ваших архивах есть файл с моим именем и, держу пари, что прежде, чем прийти сюда вы все с ним ознакомились.              Люди неохотно кивнули.              — Это правда.              — Хорошо. И, согласно этому досье, как думаете, что я буду делать если вдруг Ортензия-сан появится у моей двери?              — Вероятнее всего вы выслушаете её историю и сами решите, были ли её действия правильными в соответствии с вашей собственной моралью. В зависимости от решения, вы либо поддержите её, либо выступите против независимо от того, в какую позицию вас поставит это решение в связях с нашей организацией или любыми другими.              — Очень похоже на правду, — согласился он, кивнув. — Не знаю в каком месте, таким образом, я надежный человек, но вы сами на свой вопрос ответили.              Мужчина медленно выдохнул через нос. Не то чтобы раздраженно, скорее покорно результату, которого все ждали.              — Ну, как бы то ни было, наша миссия состояла в том, чтобы проинформировать вас об этих обстоятельствах. Теперь, когда дело сделано, мы покинем ваш дом.              — Уверены, что не хотите остаться на завтрак? — предложил Широ. — Я без проблем приготовлю ещё на нескольких человек.              — Это… очень любезно с вашей стороны, но мы вынуждены отказаться. Вы же понимаете, что принимать любую пищу от Мага против правил.              — Жаль, хотя, полагаю, этого стоило ожидать. В любом случае, благодарю, что проделали весь путь только для того, чтобы оповестить меня.              Он проводил их до двери и люди тихо исчезли, после того как главный сказал несколько прощальных слов.              — Я понимаю, что мои слова ничего не изменят, но знайте. Среди Магов чрезвычайно сложно найти добродетелей. Будет неприятно, если вас объявят врагом церкви.              — Благодарю, но мы все должны принимать последствия нашего выбора, каким бы он ни был, — ответил он.              — И то правда, — согласился тот. — Прощайте, Эмия Широ. Я буду молиться о том, чтобы мы не встретились как враги.              — И я тоже, — согласился он прежде чем закрыть за ними калитку.              В этот же момент Кастер вернулась в свою физическую форму рядом с ним.              — Что думаешь? — спросил он у своей возлюбленной.              — Понятия не имею, Широ. Я знаю об этой женщине только с твоих слов. Как думаешь, она придет к тебе?              — Не знаю, — ответил он. — Она странная, но в хорошем смысле. Кто-то вроде нее не стал бы воровать ради собственной выгоды. Не знаю, что побудило её пойти на подобное, но понятия не имею, что она будет делать.              — Собираешься искать её? — спросила Кастер.              — Не знаю даже с чего начать. Моя сеть далеко не так обширна, как у церкви. Если они не могут найти её со всеми имеющимися в их распоряжении ресурсами, то мне и подавно не удастся. При иных обстоятельствах я бы попробовал, но не сейчас, когда над нами нависла угроза Войны Святого Грааля.              — Прости, Широ, — с оттенком грусти пробормотала Медея.              — Не нужно. Эта женщина знает, как постоять за себя. Я уверен, что с ней всё будет хорошо. Что бы о ней не говорили, она очень хитра и умеет манипулировать людьми так, чтобы те ей подчинялись.              — Похоже на меня, — одобрительно покивала Медея.              — Да ладно тебе. Она и близко не так плоха, — пошутил он, а Медея схватила его за ухо. — Ой! Ау! Сообщение получено. Я сдаюсь! Сдаюсь!              — Хм-ф! — фыркнула Медея, отпуская его. — Если закончил говорить вещи, которые заставляют меня причинять тебе вред, то завтрак уже ждёт.              — Есть, мэм, — покорно ответил Широ, возвращаясь к своему заданию, но внутренне всё ещё беспокоясь о коварной монашке.              «Будь осторожна, Карен».                     

***

                    Снег.              Земля была укрыта белоснежным покрывалом.              Замок в глубине леса был так же холоден, как и тих. Хоть в нем и жило много людей, их было недостаточно, чтобы создать впечатление того, что там вообще кто-то есть. Если бы не первозданные условия, случайный посетитель мог бы подумать, что он заброшен.              Тишину нарушили звуки шагов. Длинные и решительные они эхом отдавались в коридорах третьего этажа западного крыла. Вскоре появилась фигура: девушка лет четырнадцати, не старше, вышла из-за угла и направилась к комнате в конце коридора.              Это было нечто с кукольными чертами лица. Длинные белые волосы обрамляли фарфоровое лицо с красными глазами, в которых светились уверенность, сила и глубоко укоренившаяся злоба.              Это была Илиясфиль фон Айнцберн. Забытая дочь убийцы магов. Жертва рожденная во славу Айнцбернов. Сосуд святого Грааля.              Её жизнь была принесена в жертву ради осуществления вековой мечты о возвращении давно утраченной третьей Истиной Магии. Однако трагедия произошла только потому, что несчастный убийца магов не сдержал своего слова и отвернулся ото всех.              И она его за это ненавидела. Ненавидела за то, что он отнял жизнь её матери, предыдущего сосуда. Она ненавидела его за то, что он бросил её, свою дочь, забыл о её существовании. Она ненавидела его за то, что он пригрел другого ребенка вместо нее. Однако Эмия Кирицугу, вечное разочарование семьи, умер по неизвестным причинам, таким образом, избежав её мести прежде, чем она даже начала действовать.              Он был мертв, но его сын нет. Если уж на то пошло, она ненавидела Эмию Широ, мальчика которого никогда не видела, больше чем их общего отца. Без стыда и угрызений совести он взял то, что принадлежало ей по праву рождения. Он украл её папу.              Именно поэтому она никогда его не простит. По этой причине она убьет его. Она не знала наверняка, был ли он избран мастером или нет. В любом случае, ещё до конца Войны она увидит лишь оставшееся от него кровавое пятно на стенке. Об этом позаботится её Слуга.              С этими мрачными мыслями она вошла в свою комнату, жилище достойное принцессы.              И это было ещё одно оскорбление для нее, потому что она была кем угодно, но не принцессой. В глазах тех, кто занимался её воспитанием, она была лишь одноразовым инструментом. Они, не колеблясь, искажали её тело ради своей цели, подвергая её одной адской процедуре за другой, самой болезненной из которых был призыв Слуги. Он всегда незримо маячил позади, разрывая её на части одним лишь своим существованием.              Войдя в комнату, она уронила взгляд на горничных Селлу и Лизритт – самых близких ей людей, семью и друзей. Верных до мелочей и всегда заботливых, хоть порой и раздражающих. Если в Илиясфиль осталась хоть капля человечности, то в основном благодаря им. Ей было больно осознавать то, что они не переживут этот конфликт, как и она сама.              — Пора, — объявила Илия. В её голове не было ни малейшего намека на сомнение, как не было и страха в глазах двух других гомункулов. Все они уже давно смирились со своей судьбой. Нет, даже не так. Они созданы ради определенной цели, поэтому выполнение её было естественным ходом событий. Даже если это, в конце концов, приведет к смерти.              — Всё готово, миледи, — подтвердила Селла, захлопывая последний чемодан. — Мы можем отправляться в любое время.              — Прекрасно. Несите багаж к машинам. Я скоро буду.              Получив согласие от горничных, Илия осталась одна в комнате, за исключением её невидимого защитника, конечно. Девочка остановилась на мгновение, чтобы посмотреть на свою комнату, на позолоченную клетку, потому, что видела она её в последний раз.              Взгляд её упал на зеркало – на собственное отражение.              Она выглядела как подросток хотя, на самом деле, ей было около двадцати. Её тело было искажено для определенной цели — становления сосудом. Ещё одно преступление на плечах Кирицугу и его сына. Из-за них ей пришлось не только расстаться с жизнью, но и лишиться расцвета своей женственности.              Но это не было поводом для беспокойства. Все долги вскоре будут уплачены. Это было её единственным желанием, и она увидит, как оно исполнится чего бы ей это ни стоило.              — Готов, Берсеркер? — обратилась она к пустой комнате.              Он появился позади нее с мистическим звуком. Благодаря высокому росту он касался потолка, и фигура его была настолько большой, что почти полностью отражалась в ростовом зеркале.              В его руке было оружие, сделанное из камня, размером с два взрослых человека. Зазубренное лезвие больше напоминало форму топора, чем меча.              Его гигантский рот, достаточно большой чтобы одним укусом оторвать человеку голову, приоткрылся.              — Уже… несколько месяцев… как готов… — ответил он рокочущим голосом больше похожим на рычание, чем на истинные слова. Это свидетельство того, как сильно безумное усиление, под которым он находился, повлияло на него, несмотря на божественную силу воли.              Илиясфиль решительно кивнула и вышла. Её Слуга последовал за ней, спустя пару шагов вернувшись в астральную форму. Если бы в комнате был кто-то ещё, то за спиной гиганта заметил бы гигантский лук, привязанный к спине.              И дверь за ними закрылась, чтобы не отвориться больше никогда.