Путь Короля

      Кровь сочилась сквозь одежду Доджимы.              Он схватился за рану и, спотыкаясь, поплёлся прочь от опасности. Темнота играла ему на руку, скрывая его от взгляда охотника. Но в то же время ему было очень тяжело идти так быстро, как хотелось бы.              Держа пистолет в одной руке, он опустился на колени за какой-то мебелью, накрытой пыльной простынёй. Если его не убьёт потеря крови, то это сделает инфекция.              Он напряг слух, но не услышал ни звука. Он знал, что ещё не был в безопасности. С ним просто играли. Доджима не был новичком. Он служил в Силах самообороны (JSDF) и, как полицейский, имел дело с худшими людьми, каких только могла дать его страна.              Однако весь его опыт в Лунном мире лишь подсказывал ему, насколько безнадёжно он уступает. Это даже не было слабым утешением. Всё, что он мог делать, — это убегать.              На самом деле, он даже этого не мог сделать. Он потерял свой единственный источник света и, спотыкаясь, бродил в почти полной темноте. Пока его глаза не привыкли, он не мог сказать, где был выход, и почти чувствовал дыхание потенциального убийцы на своём затылке.              — Не стоит прятаться, офицер, — сказал голос откуда-то с той стороны, откуда он пришёл. Он был спокоен и собран, с едва заметной ноткой иронии.              Доджима не ответил. Вместо этого он проверил свой револьвер. В барабане всё ещё оставалось три пули. А ещё в пальто было другое оружие — его единственный козырь. Доставать его можно было только ради максимального эффекта. Но прямо сейчас он даже не знал, будет ли у него шанс им воспользоваться.              — Возможно, мне следовало уточнить.              Последовала пауза, и послышался лёгкий скрип дерева. Следующие слова донеслись с противоположной стороны и гораздо ближе, чем хотелось бы Доджиме.              — Тебе негде прятаться.              Доджима повернулся и выстрелил из пистолета. Он промахнулся мимо цели, но внезапная вспышка дала ему мельком разглядеть врага, как раз перед тем, как меч пронзил его руку и пригвоздил к мебели, за которой он прятался.              — Гх!              Его пистолет с грохотом упал на землю, а здоровая рука пыталась вытащить клинок из тела. Тот не двигался с места. Теперь, пойманный в ловушку и обезоруженный, он не представлял абсолютно никакой угрозы для своего охотника, который спокойно подошел ближе.              Теперь, когда тот стоял над ним, Доджима мог разглядеть лицо своего убийцы даже при слабом освещении.              — Ко… Котомине…              Священник наклонил голову, словно признавая собственное имя. На его лице играла слабая насмешливая улыбка — ни тени колебаний или раскаяния за содеянное.              Священник вытащил ещё один меч, казалось бы, из ниоткуда. Доджима попытался сунуть руку под пальто, но то, что он искал, оказалось придавлено его собственным телом. Котомине поднял свой меч, и всё, что оставалось сделать Доджиме, — это закрыть глаза.              ***       

Ранее тем же днем.

             Широ проснулся, чувствуя странную тяжесть. Пробуждение никогда не было для него проблемой, но на этот раз его сознание вытаскивало себя из какой-то грязи.              Он заставил себя открыть глаза и свет временно ослепил его.              — М-м, — простонал он, прикрывая лицо рукой. — Что за… который час?              Он подтянулся в сидячее положение, пока его глаза медленно привыкали к свету. Другой рукой он похлопал вокруг в поисках будильника, который обычно лежал рядом. Трижды он наткнулся только на шероховатую поверхность татами, пока не приземлился на что-то мягкое и тёплое.              Не понимая, что это такое, он провёл пальцами по поверхности, слегка сжав для верности. Затем услышал вздох — как раз в тот момент, когда зрение сфокусировалось.              — Я и не знала, что ты такой смелый по утрам, Мастер.              Райдер смотрела на него с озадаченным выражением лица. Она сидела рядом в сейза на его футоне, с книгой в руке. Рука Широ лежала на обнажённой коже её бедер. Очень высоко, почти в запретном месте.              — Мне стоит позвать Кастер, чтобы она позаботилась о твоих нуждах? — спросила она и сделала паузу. — Или ты просишь меня заняться ими?              Когда-то давно Широ сразу отдёрнул бы руку, да так быстро, что разрушил бы звуковой барьер. Однако он только что проснулся.              Он оставил руку там, где она была, глядя Райдер прямо в глаза.              Его сознание ещё не полностью пришло в себя. Половина всё ещё тянулась из сна, который он только что досмотрел. Он не мог вспомнить его в мельчайших подробностях, но Райдер сыграла в нём заметную роль. Его грудь была наполнена жаром, и этот жар был направлен на неё.              Она моргнула. Его реакция была не такой, какой она ожидала. Её лицо медленно покраснело, и румянец расползся от щёк до ушей. Очевидно, она думала, что он примет её предложение за чистую монету и серьёзно его обдумывает.              — Ш… Широ?              Заминки в его голосе было достаточно, чтобы встряхнуть его. Он посмотрел вниз на свою руку, а затем снова на неё. Задержал немного взгляд, а затем отступил, встал на ноги и вышел из комнаты, не сказав ни слова.              ***              Райдер ещё долго сидела в комнате Широ после того, как тот ушёл, не двигаясь с места. Она не была уверена, что смогла бы пошевелиться, даже если бы захотела. Сейчас она даже не дышала. В горле у неё стоял ком, который не давал ей это делать.              Что-то только что случилось, и она не была уверена, что именно.              Широ проснулся и случайно коснулся места, которое можно было счесть очень интимным. Она решила посмеяться над ситуацией, поддразнив его.              Дало обратный эффект.              Вообще-то, ей стоило это предвидеть. Желая удержать его в объятиях сна подольше, она навеяла ему несколько снов — далеко не невинного свойства. Разумеется, чувства, которые она этим пробудила, не могли так быстро его отпустить.              Она раздула пламя, а потом сунула в него руку.              Это, мягко говоря, было глупо, и полностью по её вине. Но даже несмотря на то, что ей следовало этого ожидать, она была потрясена.              Она уже видела такое выражение в глазах Широ. И много раз видела его в глазах мужчин, которые прибывали на остров в поисках её сестёр. В них был первобытный голод, свойственный всем существам.              Она ненавидела этот взгляд, даже когда он был направлен на неё ещё до того, как её тело начало искажаться. Ни разу такой взгляд ей не нравился. Каждый раз он вызывал у неё отвращение.              До сих пор.              Когда Широ посмотрел на неё так, её сердце пропустило несколько ударов, и внезапно она перестала понимать, что делать, что произойдёт и чего ей самой хочется.              Затем он принял решение за неё — встал и ушёл как ни в чём не бывало, оставив Райдер в полном смятении.              Лишь некоторое время спустя она вспомнила, что должна защищать его, и наконец вышла из комнаты на его поиски.              ***              Широ пошёл в ванную и запер за собой дверь. Наполнил раковину ледяной водой и быстро погрузил в неё своё лицо. Поверхность яростно запузырилась, когда вода нагрелась от соприкосновения с его обжигающей кожей, и в мгновение ока превратилась в пар.              Даже когда раковина опустела, Широ всё ещё оставался в ней, уткнувшись лицом в дно.              — Что случилось? — спросил он у сливной трубы.              Очевидно, прикосновение к ногам Райдер было случайностью, и она явно это знала. Она не только не расстроилась из-за этого, но и увидела в этом отличную возможность подразнить его и заставить поёрзать, как рыбка на сковородке.              Просто такой у Райдер был способ взаимодействовать с ним. Он не возражал.              Обеспокоила его именно её реакция на его реакцию. Она не ожидала, что он подыграет ей, потому что он никогда так не делал. Однако Райдер не была из тех, кто не умеет дать отпор, даже словесный. Она могла обострить или сгладить ситуацию десятком способов. Вместо этого она повела себя как застенчивая девушка, и это застало Широ врасплох.              В этот момент ему оставалось только отступить, потому что он понятия не имел, что случилось бы, если бы он остался.              Нет, дело было не в этом.              Несмотря на то, что Райдер вела себя покорно по отношению к своему Мастеру, у Широ было достаточно времени, чтобы понять, что её не заставишь сделать то, против чего она категорически возражает, не используя Командное Заклинание. В конце концов, она была из тех людей, у которых нет проблем со швырянием его на пол лицом вперёд во время спарринга. Её никак нельзя было представить беззащитным и нежным цветочком.              Она просто соглашалась с большинством вещей, потому что ей было всё равно.              Но там, в его комнате, она не была равнодушна. И, очевидно, не возражала.              Ранее Кастер несколько раз подчёркивала ему, что большинство женщин, с которыми он был близок, испытывали к нему разную степень привязанности и влечения, и, честно говоря, это чувство было взаимным.              На этот раз всё было точно так же.              Конечно, он заботился о Райдер. Теперь она уже давно не была чужой. Они стали очень близки во многих отношениях. И вдобавок ко всему она была потрясающе великолепна. Он не смог бы остаться к ней равнодушным, даже если бы попытался.              Он уже был в отношениях и не собирался их менять. При обычных обстоятельствах он бы просто отдалился от Райдер, но это было невозможно. Ни сейчас, ни в будущем.              Он был её Мастером и будет им до того дня, как один из них умрёт.              Что же ему теперь делать?              Неизбежно его мысли вернулись к предложению Кастер. Он был категорически против того, чтобы принимать его. В основном не потому, что считал себя мужчиной одной женщины — хоть так оно и было.              Он уже чувствовал, что не заслуживает такого счастья — быть с Медеей. Тем более — добавлять к этому. Он приподнялся и уставился на своё отражение в зеркале.              Как ему решить эту проблему? Он никак не мог притвориться, что этого не происходит.              Никогда бы он не подумал, что столкнётся с таким решением. И всё же это случилось, и ему было интересно, как долго продержится эта ситуация и не приведёт ли отказ от выбора к худшему результату, чем сам выбор.              В конце концов, бездействие ничего не исправит, и честно говоря, на данный момент у них действительно были более насущные проблемы.              Он даже не знал, который сейчас час. Позднее утро? Ранний день?              Он вышел из ванной и направился в гостиную.              Конечно же, со своей удачей, он наткнулся на Райдер, идущую навстречу.              — Ма… Широ… Мастер.              — Доброе утро, Райдер, — сказал он. — Ты уже завтракала?              Глупый вопрос. Он знал, что она не отходила от него ни на шаг, но хотел увести разговор подальше от того, что случилось утром.              — Ах. Нет. Не завтракала, — ответила она с излишней поспешностью. Очевидно, она хотела оставить этот инцидент позади так же сильно, как и он.              — Тогда я сейчас быстренько что-нибудь приготовлю. Как там Иллия?              — Ушла несколько часов назад. Я не пыталась её задержать.              — Хм. Понятно. Возможно, оно и к лучшему.              Не то чтобы она и смогла бы, даже если бы попыталась. Райдер была не из слабых, но оба знали, что против величайшего героя Греции ей не выстоять.              — Есть какие-нибудь новости о Тосаке и Сэйбер? — спросил он, входя на кухню. Райдер осталась в гостиной, и он почувствовал её взгляд на своей спине.              — От Кастер вестей нет, — призналась она, пока он рылся в шкафчиках и в холодильнике в поисках чего-нибудь съестного. — Тебе… помочь?              — Я был бы признателен, если бы ты накрыла на стол, — сказал он, не оборачиваясь.              Его кухня была довольно крошечным помещением. Он предпочел бы какое-то время не находиться со Слугой в непосредственной близости.              — Да, конечно, — согласилась она.              Широ приготовил несколько бутербродов из остатков еды. Сгодится для импровизированной трапезы — хотя это уже скорее поздний обед, чем ланч, учитывая, что время было далеко за полдень.              Он проспал больше девяти часов. Для него это был рекорд. Должно быть, он был измотан больше, чем думал.              Он подал еду на стол. Райдер сделала то же самое с противоположной стороны.              Они ели тихо, так что тишину наверное и ножом можно было резать, какой бы толстой она ни была. Всякий раз, когда он поднимал глаза от своей тарелки, ловил на себе взгляд Райдер, отводящей свой.              Стоило ли извиниться? Он коснулся её случайно, а вот она поддразнила его уже намеренно. Он боялся, что если извинится, то она сделает то же самое, и тогда им придётся противостоять своим чувствам.              Он не мог сделать это прямо сейчас.              — Я выйду попозже, — сказал он вместо того, что думал. — Пойдешь со мной?              — Конечно. Я должна защищать тебя.              — Тогда рассчитываю на тебя.              ***              Проблема с выходом заключалась в том, что у них было только одно транспортное средство. Мотоцикл. Поэтому избежать контакта было невозможно.              Широ передал ключи Райдер и сел за ней. Он был уверен, что не смог бы никуда уехать, если бы она прижималась грудью к его спине. Поэтому уступил руль ей, убедившись, что его руки находятся в безопасных местах.              — Куда едем? — спросила она.              — В полицейский участок.              Поездка была короткой. Машин было немного, и мотоцикл легко проскальзывал между ними, особенно с Райдер за рулём. Они припарковались на свободном месте перед зданием.              — Подожди здесь, пожалуйста, — сказал он ей, снимая шлем.              — Не думаю, что это разумно. Ты уверен?              — Да. Я на пару минут.              Райдер не выглядела согласной, но и возражать не собиралась. В конце концов, это был полицейский участок. Даже если там был кто-то со злыми намерениями, атаковать здесь никто не будет.              Широ вошёл внутрь, чувствуя себя неловко из-за того, что оставил Райдер на улице. Он не пытался убежать от неё, но не мог допустить того, чтобы она услышала разговор.              Он подошёл к человеку, сидевшему за стойкой регистрации.              — Чем могу помочь, сэр? — вежливо спросил тот.              — Я ищу Доджиму-сан. Не подскажете, как пройти к его кабинету?              — Ваше имя, пожалуйста?              — Эмия Широ.              — Пожалуйста, подождите.              Он поднял телефонную трубку и набрал номер.              — Доджима-сан? Пришёл Эмия Широ, хочет вас видеть. Да, сэр. Прямо сейчас.              Он положил трубку.              — Пожалуйста, заходите, Эмия-сан. Кабинет Доджимы-сан находится на третьем этаже.              Он кивнул и направился к лифту. Через несколько мгновений Широ был уже перед кабинетом.              — Войдите, — сказал Доджима, прежде чем Широ успел постучать.              — Здравствуйте, Доджима-сан, — поприветствовал он, закрывая и запирая за собой дверь.              — Привет, Широ, — сказал он, залпом допивая последнюю каплю кофе. Судя по виду бумажного стаканчика и лицу Доджимы, оба уже были здесь довольно давно.              — Я не вовремя? — спросил он.              — Не больше обычного. Сообщения о странных наблюдениях внезапно отзываются людьми, которые их составили, ссылаясь на пьяное состояние, недосып, злоупотребление наркотиками и прочие отговорки. Начальство приказало уничтожить все записи и забыть, что они когда-либо существовали. Целый грузовик бумажной работы, которая отправляется прямиком в шредер.              — Простите.              — Да ладно, — вздохнул он. — По крайней мере, я не ломаю голову, пытаясь понять, что, чёрт возьми, происходит. Какие-то тёмные личности пришли и поговорили за закрытыми дверями с каждым, кто пытался указать на абсурдность происходящего, и тему закрыли так, будто ничего и не было. Было страшно смотреть.              Он покачал головой.              — Итак, позволь угадать. Тебе нужна помощь. Кроме того, это важнее, чем обычно, иначе ты бы не явился лично. В чем дело?              — Я ищу кое-кого. Помните женщину из Церкви, которую вы однажды встретили у меня дома?              — Седовласая монахиня? Карен… э-э-э… Ортензия? Что с ней случилось?              — Она в Фуюки, и я пытаюсь её найти.              — Постой. Она что, прячется? Почему?              — Её разыскивает Церковь. Я не уверен, что там случилось на самом деле. Я встречался с ней прошлой ночью, и она спасла мне жизнь, но ушла, прежде чем мы смогли поговорить.              — А Кастер что, не может найти её своими фокусами-покусами?              — Сложно объяснить, но я не могу попросить её об этом. Она о ней не знает. Мне нужен кто-то, кто не замешан во всём этом.              — Хм. Я не уверен, что скрывать от своей девушки такое разумно. Особенно от такой женщины. Она чертовски страшна.              — Ага. Постойте… Вы что, знали?              — Что значит «знал»? Да вы двое с самого начала не скрывались. По крайней мере, каждый раз, когда я был с вами. Даже слепой бы заметил. Только не говори, что сам ты дошёл до этого позже меня.              Широ поморщился, а Доджима разразился лающим смехом.              — О, это, должно быть, был занятный разговор. Ладно, ты уверен в своём плане?              — Да. Она знает, что я что-то от неё скрываю. И признаёт, что у меня есть свои причины на это.              — Ну, пока она не пытается выпытать у меня эти знания, мне всё равно. Есть фотография этой женщины?              — Вообще-то да.              Церковь выдала ему папку с фотографиями всех своих полевых агентов. Им нужно было узнавать друг друга в лицо. Широ достал фотографию из кармана и пододвинул к нему.              — Так. Этого хватит. Как мне действовать? Подойти к ней? Она опасна?              — Нет, я почти уверен, что бояться её не стоит, но и пугать её я не хочу. Просто дайте мне знать, если найдёте. Она и так заметна.              Беловолосую итальянскую монахиню трудно не заметить даже в толпе. Даже если она сменит одежду, всё равно будет бросаться в глаза.              — Конечно, так и сделаю. Кстати, как вообще дела?              — … Не очень хорошо. Мы потеряли Тосаку и Сэйбер.              — Что?! — прошипел Доджима.              — Нет, я не в этом смысле. Мы их буквально потеряли. Кастер их сейчас ищет.              — А может, мне лучше с этим помочь?              Он покачал головой.              — Мы не знаем, что случилось. Если кто-то одолел их — с вами расправится в два счёта. Без обид. А если они по какой-то причине прячутся от нас, то всё равно знают, что мы работаем вместе, и будут держаться подальше от любого полицейского. Я не позволю вам тратить свои ресурсы впустую, когда их можно использовать в другом месте.              Доджима побарабанил пальцами по столу.              — Я понимаю, что ты имеешь в виду, но я все равно отправлю людей на поиски. Мне это ничего не стоит, а нам просто может повезти.              — Справедливо, — согласился Широ. — Есть что-то о Котомине?              — Пока ничего существенного, но прошло не так уж и много времени. Беглец мог бы залечь на дно на несколько недель, если подготовился заранее, а теперь, когда у него есть Слуга, ему даже не нужно высовываться самому.              — К сожалению, так, — подтвердил Широ.              Мастер легко мог видеть глазами своего Слуги, а сам Слуга мог передвигаться в духовной форме. Кирею не нужно было предпринимать никаких действий прямо сейчас, когда у него есть Лансер.              Кирей лично сделает ход только тогда, когда будет уверен в своей победе, ни раньше, ни позже.              — Думаешь, он стоит за их исчезновением?              — Честно говоря, нет. Мы не нашли ни следов битвы, ни остаточной магии. Кирей — Маг и Экзекутор, но не из тех, кто сможет обвести Кастер вокруг пальца. Я уверен, что случилось что-то ещё, чего мы пока не можем понять. Карен может что-то знать.              — Она замешана во всем этом?              — Она… на самом деле она Мастер, — признался он. — Я никому больше об этом не рассказывал, так что и вы держите это при себе. Я не знаю, кто её Слуга и почему она сбежала из Церкви. Мне нужны ответы, и именно поэтому я прошу вас, помимо всего прочего, поискать её.              — Ты уверен, что она не попытается убить меня?              — Карен — человек, который скорее причинит вред себе, нежели другим. Она не попытается причинить вам вред, даже если вы будете представлять для неё угрозу.              — Значит, она похожа на тебя, — сказал он, кивнув. — Ладно. Я сам этим займусь. Надо кое-что разнюхать. Способов нелегально пробраться сюда не так уж много. Я проверю свои контакты на случай, если кто-то видел её. Так или иначе свяжусь с тобой в течение суток.              — Спасибо. Без вашей помощи мы бы даже не узнали, что Кирей стал Мастером.              — Жаль, что это всё, что я могу для вас сделать.              — Вы помогаете больше, чем думаете. Магическое Искусство не может заменить людей, какой бы могущественной эта магия ни была. То, что мы можем положиться на вас в подобных вещах, означает, что нам не приходится распыляться по мелочам.              — Хм, — согласился Доджима, но утешённым выглядел далеко не настолько, как надеялся Широ.              Широ понимал, к чему он клонит. Они оба были людьми дела — не любили перекладывать тяжёлую работу на других, как бы оправданно это ни было.              Они вместе вышли из кабинета и здания, где Доджима остановился как вкопанный, увидев Райдер, ждущую у байка.              — Какого чёрта? Это что…              — Да, это Райдер, — ответил Широ.              — Но она…              — Знаю. Пожалуйста, не говорите об этом при ней. Это больная тема.              — Верно, — он покачал головой. — Порой я всё ещё пытаюсь разобраться в этом. В любом случае, позже я с тобой свяжусь. Предоставь это дело мне.              — Я рассчитываю на вас. Спасибо, Доджима-сан.              Они разошлись в разные стороны. Доджима сел в свою машину и уехал, а Широ подошел к Райдер.              — Вот видишь? Я всё ещё цел и невредим, — сказал он в шутку.              — Вижу. Могу я спросить, почему ты хотел поговорить с этим человеком лично?              — Никакой особой причины. Я постоянно прошу его о помощи — самое меньшее, что могу сделать в ответ, это явиться лично. Он же на меня не работает. К тому же это было по пути к следующей точке.              — О, и какой же?              — Не хочешь отправиться со мной на пляж?              Райдер моргнула. Очевидно, она тоже этого не ожидала. День, похоже, действительно был полон сюрпризов.              ***              Заключённый сидел в своей клетке, скованный цепями — тяжёлыми, как его многочисленные грехи. Руки были крепко связаны за спиной, шея прикована к полу, и он даже не мог поднять головы. Он не мог сдвинуться ни на дюйм. Но он бы и не стал двигаться, даже если бы не был так скован.              Тот, кто посадил его в эту клетку, был он сам.              — Поверни назад. Надежда ещё есть.              Он был не один. Рядом, прямо у клетки, стоял ещё кто-то. Было слишком темно, чтобы разглядеть фигуру — лишь силуэт на фоне мрака. Но даже не видя её, он знал, кто это.              — Если покаешься, то можешь спастись.              Её имени он не мог вспомнить, как не мог вспомнить и своё собственное. Даже её лица не было в его памяти, ни звука голоса. Хватало уже того, что он знал — это была женщина. И не случайная знакомая.              Она знала глубины его грехов лучше кого-либо ещё. Лучше его самого. И даже в таком случае она предлагала ему спасение.              — Мне не нужно твоё сострадание, и я не заслуживаю твоего прощения.              — Прощения заслуживает каждый, кто его желает.              — Я не желаю прощения. Я выбрал это.              — Ты идёшь прямо в ад.              — Я ни о чём не жалею. Это единственный путь.              На мгновение оба они замолчали. Оба знали, что будет дальше.       

— Тогда… прими свои идеалы и умри.

             ***              Глаза Карен открылись почти что в полной темноте. На мгновение ей показалось, что она всё ещё находится в этой клетке. Однако нынешнее её жильё было другого рода, хоть и столь же удручающим.              Цикл сновидений был неприятным. Особенно потому, что каждую ночь это был один и тот же сон. Не было никаких изменений. Порой было больше деталей, порой меньше, но обстановка всегда та же самая.              Она понимала, что это единственное воспоминание, оставшееся у её Слуги о его собственной жизни. Всё остальное было отколото. Не было никакого способа определить, кем он был — если информация не сохранилась в Троне Героев, месте, удалённом от времени, значит, её не существовало больше нигде.              Как ей пришло в голову призвать такого Слугу?              Необычная Героическая Душа, чьё существование было почти полностью стёрто даже с вечного Трона.              Она не была Магом, но достаточно разбиралась в системе призыва, чтобы знать, что есть только два способа получить Слугу. Либо предоставить подходящий катализатор, либо призвать того, кто подходит призывателю.              Карен не предоставляла никакого катализатора — так как же эта забытая всеми душа оказалась подобрана именно ей? Она не верила в совпадения. На всё была воля Господа.              Конечно, это было испытание, предназначенное для неё, но она всё равно не могла понять его природу. Поначалу она верила, что ей придётся противостоять искушениям этого тёмного духа, но со временем поняла, что дело не в этом.              В нём не было ни высокомерия, ни обиды, ни гордыни. И она не могла винить его за отсутствие воспоминаний. Он источал грех настолько сильный, что Карен чувствовала тошноту всякий раз, когда он материализовывался поблизости. Человек, потерявший все воспоминания о самом себе и погрязший во зле, неизбежно должен был стать его воплощением.              Вместо этого она чувствовала, что в глубине его души есть нежность. Мягче, чем у демонов, с которыми она так часто сталкивалась. Ей было интересно, не была ли у него цель в ней, а не наоборот.              Была ли она предназначена для того, чтобы спасти его? Если так, то она была совершенно не готова.              Господь даёт пастве то, в чём она нуждается, но ответов мало и они редки.              Такова была природа веры, и её можно было только принимать.              Она сбросила ноги с кровати — если её можно было так назвать — и встала. Это был грязный и рваный матрас, который она там нашла. Она посмотрела сквозь деревянные решётки, закрывавшие большую часть окна.              Её убежищем был старый заброшенный дом, недалеко от гавани. Это был не очень престижный район, потому никто не спешил сносить его и строить тут что-то новое. Так сказать, своего рода лимб недвижимости.              Её это вполне устраивало.              В ближайшее время она случайно не наткнётся на владельцев. Однако в плане мирских удобств он оставлял желать лучшего. Ни тепла, ни электричества, ни водопровода. Единственным плюсом было то, что аура её Слуги, казалось, отпугивала всех грызунов и других мелких тварей. Место, может, и не было чистым, но по крайней мере никто не покусает её во сне.              Недостатком было то, что из-за характера своего Слуги, она не могла посылать его с поручениями от своего имени. Нужно было заботиться о своих нуждах самой. Обычно это не было бы проблемой, но с учётом того, что её искали Экзекуторы Церкви, такая простая вещь, как выход за едой, превращалась в риск.              И всё же поделать с этим было нечего. Тело у неё было человеческое и нуждалось в пище — а значит, время от времени приходилось покидать убежище.              «Мы уходим, Мастер?», — спросил бестелесный голос её Слуги.              — У нас нет другого выбора, — ответила она.              Она подошла к дорожной сумке, в которой хранилось всё её нынешнее имущество. Несколько смен одежды и немного денег. Всё, что ей удалось захватить из Церкви на выходе.              Она надела джинсы и толстовку с капюшоном, что позволило ей скрыть свои приметные волосы, прежде чем выйти из дома к дыре в заборе вокруг помещения. До ближайшего продуктового магазина было далековато.              ***              Не самое подходящее время года и суток для отдыха у моря. Неудивительно, что на пляже почти никого не было, кроме нескольких пенсионеров, прогуливающихся то тут, то там.              Райдер не возражала. В отличие от современных людей, пляж у неё ассоциировался скорее с уединением и защитой. Враги, конечно, всегда приходят с моря — но именно море было первой линией обороны. Пляж ей нравился.              Шум разбивающихся о берег волн неизменно её успокаивал.              Когда они добрались туда, Широ сел на песок, скрестив ноги, и похлопал по песку рядом с собой. Она приняла его молчаливое приглашение и села рядом с ним достаточно далеко, чтобы их плечи не соприкасались, но всё же достаточно близко, чтобы не чувствовать себя неловко.              Ей было интересно, стоило ли рассказать о предыдущем инциденте или просто притвориться, что этого никогда не было? В конце концов, она остановилась на последнем. Не стоило нарушать это тихое уединение. Оно и так было достаточно мимолётно.              Какое-то время они молча смотрели на море, но время от времени Райдер бросала на него косые взгляды.              Ей было любопытно. Широ был не из тех людей, которые сидят сложа руки. Каждую частичку свободного времени, какая у него была, он использовал продуктивно. Насколько она знала, это было не в его характере. В конце концов она решилась спросить.              — Тебя что-то беспокоит, Широ? Помимо очевидного.              — Да, у меня действительно есть кое-что на уме, — признался он. — Когда я решил принять идеалы отца, я не думал, что у меня вообще будут какие-то прочные связи. Если они вообще появятся. В смысле… и магия, и работа героя — занятия, которые не очень-то способствуют тому, чтобы заводить друзей или семью. Меня это вполне устраивало. Потом, конечно, на моём заднем дворе случилась Война Святого Грааля, которая многое изменила. И заставило меня осознать ещё кое-что.              — Что, например?              — Что есть не только люди передо мной. Кто-то за мной, кто-то рядом. Последствия моих действий не прямые. Они расходятся вокруг меня кругами. Я мог бы игнорировать их, если бы захотел, и сосредоточиться только на том, что ждёт меня впереди, но это не меняет того, что я так или иначе влияю на них.              Райдер кивнула. Ведь она тоже стояла между своими сёстрами и внешним миром, чтобы защитить их, а в итоге её собственная агрессия уничтожила и их. Возможно, если бы она тогда подумала дважды, исход мог бы быть совсем другим.              — И что ты собираешься делать?              — Вот в чём вопрос. Я ещё не решил, но скоро придётся. Иначе в конечном счёте причиню боль тем, кого должен защищать. А этого я допустить не могу.              Он говорит о Кастер? Это тот человек, который первым приходит на ум, когда он говорит вот так. В конце концов, она была его женщиной. Вполне естественно, что он хочет защитить её. Однако, несмотря на то, что они время от времени ссорились, было очевидно, что они прикрывают друг друга и в бою, и вне его. Похоже, в их отношениях у него не было никаких сомнений.              Так о ком же он говорил? Об этой странной женщине, Тайге? Или, может, о сестре, Иллиясфиль? Райдер не была уверена, насколько он близок с Мастером Сэйбер, чтобы делать какие-либо предположения, но какая-то химия между ними явно была.              Вообще-то и с самой Сэйбер было какое-то взаимное притяжение, если присмотреться, но другая Слуга могла за себя постоять.              Теперь, когда она подумала об этом, стало ясно, что к нему тянется огромное количество людей. Фактически, нынешнее состояние Войны было прямым результатом его действий, к лучшему это или к худшему. Не вмешайся он, Война Святого Грааля шла бы своим чередом. Он был прав, когда говорил, что его действия имеют широкий охват. Это также значило, что Райдер не могла быть уверена, какой человек занимает его мысли.              А может быть, и все они одновременно.              — Я могу чем-то помочь? — предложила она.              Она не думала, что сможет, но самое меньшее, что могла сделать, — это попытаться.              Он посмотрел на неё, а потом фыркнул.              — Дам тебе знать, — сказал он.              Она нахмурилась. Почему-то ей показалось, что что-то только что пролетело у неё над головой, но она не могла понять, что именно, хоть убей.              — Пошли. Есть ещё одно место, которое нужно посетить, прежде чем поедем домой, — сказал он, вставая.              Райдер сделала то же самое и пошла за ним. И в эту самую минуту в её голову закралось небольшое подозрение.              «А что, если он говорит обо мне?»              Конечно, это было невозможно, и она знала, что нельзя путать ни доброту, ни даже похоть с настоящей привязанностью. И всё же она не могла полностью заглушить эту тщеславную мысль. Оставалось только постараться её игнорировать и отодвинуть подальше.              И обнаружит, что это легче сказать, чем сделать.