Асгардский цветок. Видеть сердцем

Тор вздрогнул от неожиданности, повернулся и взглянул на брата: — Локи? — сердце Громовержца быстро-быстро забилось в груди, и было готово выпорхнуть как птица из клетки, — ты поговоришь со мной? — с надеждой спросил Тор. — Поговорю, — в зеленых глазах мелькнула насмешка и что-то еще, чего Тор разобрать не мог. Локи подошел и присел почти рядом, на расстоянии вытянутой руки. Так хотелось кинуться к нему, обнять, прижать к себе, чтобы он почувствовал, как Тор его любит. Но старший знал, стоит ему сейчас не сдержаться, как Локи растает в воздухе, и тогда ищи его опять целый месяц. Как же Тор извелся за это время. И сюда он пришел, потому что Локи здесь любил отдыхать. И это было именно то место, где произошло самое ужасное, что не мог сам себе простить Громовержец. — Что, Тор, предаешься сладким воспоминаниям о том, как унизил собственного брата? — Локи, я не знаю, как тебе объяснить, но я хочу, чтобы ты понял, я стал совсем другим и мне стыдно и очень больно. Я раскаиваюсь в своем поступке, понимаешь? Локи хмыкнул и, сощурив глаза, спросил: — И как велико твое раскаяние? — Локи, я… — мысли Тора путались, он не знал, насколько уместно сейчас будет сказать Локи о своей настоящей, далеко не братской любви. Это может отпугнуть брата. Но с другой стороны, Тору всегда было тяжело врать или что-то скрывать, — я люблю тебя, Локи, — Тор попытался прикоснуться к плечу брата. Локи мягко отстранил его руку: — Неужели великий Тор действительно любит своего ничтожного братишку и готов искупить свою вину? — Да… Нет… Все не так. Локи, я никогда не считал тебя ничтожным, просто, э… немного другим, что ли. А теперь я все переосмыслил, я всегда тебя любил, брат. Просто не понимал, наверное. Ты ведь не похож ни на кого другого, — в голосе Тора было столько искренности, — Локи, я готов сделать для тебя все. Я не могу жить с этим грузом вины. Я не могу жить с мыслью о том, что стал для тебя совсем чужим, и ты ненавидишь меня. Скажи, что я могу для тебя сделать? — Можешь, — на лице мага расцвела ехидная ухмылка, — можешь, Тор. — Что? — Может, догадаешься сам? Или великому воину не пристало быть под слабым, не способным себя защитить мальчишкой? — Ты хочешь… — Да, Тор, ты все правильно понял. Я хочу поменяться с тобой местами. Думаю, это будет достойная плата за ту боль и унижение, что я вытерпел от тебя. Если ты действительно любишь меня, как говоришь. — Локи… Я никогда бы не подумал, что тебе это нужно. — То есть, брать своего брата, как девку, пристало только тебе? — Нет, я не то хотел сказать, — Тор совсем запутался, он не ожидал от своего младшего брата услышать такие вещи и уж никак не предполагал, что любитель книг, природы и магических наук Локи заинтересован вот в таком искуплении вины Тора. Но сейчас на карту поставлено большее, чем какие-то предрассудки — его любовь к этому невозможному созданию. В конце концов, никто не узнает. Даже если Локи проболтается, никто ему не поверит. — Я согласен, — выдохнул Громовержец. — Прямо здесь, — сказал Локи. — Хорошо, — Тор подсел ближе к брату и, обняв его за плечи, мягко поцеловал сначала в уголок рта, потом в подбородок, — Локи, ты даже не представляешь, как я люблю тебя, — прошептал Тор, тут же накрыв губами губы Локи, пытаясь языком проникнуть дальше, затянув в поцелуй. Неожиданно, у Тора в объятиях осталась пустота, а голос Локи сзади повелел: — Давай, Тор, я уже заждался. — Но, я думал, что… — Ты думал, что опять сейчас завалишь меня здесь, среди трав и цветов? — в голосе Локи скользили глумливые нотки, — довольно! Или не надо пустых обещаний! — Как ты хочешь? — голос Громовержца почти дрожал. — Как меня. Тору ничего не оставалось, как присесть на четвереньки, он оглянулся и зло сказал: — Так? Локи опустился сзади на колени, провел ладонью по пояснице Тора и удовлетворенно сказал: — Да, пожалуй, так. Локи начал размеренно шарить по одежде Громовержца, освобождая нужную часть тела. Тор только вздохнул. Он не знал, что он чувствует. Он уговаривал себя потерпеть, пережить, ведь не кто-то чужой, это его любимый брат, это его Локи. А Локи тем временем уже по-хозяйски оглаживал крепкие ягодицы Громовержца. — Тебе понравится, я не так жесток, как ты, поверь, — Локи дунул себе на ладонь и в тот же миг, на ней оказалось ароматное масло. Пройдясь ладонью несколько раз меж ягодиц брата, Локи решил его не сильно баловать и, вытерев остатки масла о свою уже возбужденную плоть, начал входить. Медленно, уверенно, сразу. Тор, как ни старался, все же, не выдержав болезненных ощущений, вскрикнул. — Тише, все в порядке, — ободряюще улыбнулся Локи и, немного подождав, начал двигаться. Сначала медленно, потом быстрее, наращивая темп. О, боги, Тор и представить себе не мог, что это так больно. Сейчас он уже почти жалел, что согласился на эту пытку. Но он все стерпит, ведь он воин, бог, ас. А в голове Локи хор эльфов играл на арфах и звонкими голосочками выводил какую-то торжественную мелодию. Глаза принца затуманились, на лице блуждала счастливая улыбка. Вот он, миг сладкой мести. К своему изумлению, Локи осознал, что месть была действительно сладкой. Ощущения были ни с чем не сравнимы. Даже с Сиф принц не испытывал такого наслаждения. И дело было не в том, что сейчас под ним, подставляясь, находился его старший брат, его враг, тот, кто считал его пустым местом. Локи испытывал что-то еще, в чем признаваться себе не хотел. Ему было по-настоящему хорошо. Тор слегка повернул голову и увидев лицо Локи, не жалел уже ни о чем. Наслаждение, которое отразилось на лице младшего, говорило о многом. На щеках юного принца играл румянец, губы были приоткрыты, темные волосы чуть увлажнились и непослушными прядями падали на лицо. А в глазах мерцало зеленое пламя. От вида такого Локи и от его движений, Громовержец тоже возбудился, но как только его рука нерешительно направилась к паху, Локи перехватил эту руку и резко сказал: — Нет, — Тору ничего не оставалось, как подчиниться. Локи старался ничем не выдать собственных ощущений, но все же на пике наслаждения не сдержал хриплого стона. Когда все было закончено, Локи сразу же отстранился от Тора, встал с колен, на ходу застегивая брюки. — Еще кое-что, — молвил маг и в следующее мгновение ногой нанес еще не успевшему подняться с колен брату тяжелый удар в живот. Тор вскрикнул и схватился за место ушиба руками, согнувшись пополам. Следующий удар в грудь опрокинул его на землю. — Теперь все, — усмехнулся маг. — Все правильно, — сказал Тор, медленно поднимаясь. — Я заслужил. — Знаешь, а мне понравилось, — заявил Локи, когда Тор уже встал на ноги и оделся. — Локи, теперь ты не будешь сердиться на меня? — глаза Тора смотрели на брата с такой безграничной любовью. В этом взгляде мог утонуть каждый. Но не Локи. — Пожалуй, Тор, я буду прибегать к твоим услугам, если захочу чего-нибудь нетрадиционного, — ухмыляясь, вещал маг, — единственное, что могу пообещать — я не стану рекомендовать твои прелести своим друзьям. У меня их просто нет, — Локи зло рассмеялся и нагло посмотрел в глаза растерянному Тору. Что творилось в эту минуту в голове Тора, представить сложно. Его просто захлестнула ледяная волна отчаяния и боли. Запекло в глазах. Он стоял и не мог вымолвить ни слова и чувствовал, как горячая ненависть, круша все на своем пути, занимает в сердце то место, где раньше жила любовь к Локи. В следующее мгновение Тор призвал Мьёльнир…