От ненависти до любви — один шаг

      Энстоун быстро забежал в свою комнату и тихо закрыл дверь, прислонившись к ней спиной и выдохнув.       «Что я делаю? Мы ходим за руку. Он мне не друг и не любимый, но когда он рядом, мой мозг куда-то улетает…»       Закатив глаза, юноша прошёл в комнату, попутно раздеваясь.       — Черт… Нельзя расслабляться.              Альфа в это время был у себя, обдумывая все, что случилось за день. Он лег в кровать, закрыв глаза, но сон как всегда не шел; мужчина повернулся на другой бок, ворочаясь в постели.       «Что за странные отношения между нами. Он совсем мне не неприятен, как в прошлом. Не понимаю».              Милтона сон так же не посещал, как и альфу.       «О чем я думал, взяв его за руку? А его слова об этом... Что он имел в виду? Ему нравится держать меня вот так? Но я же неприятен ему!»       Уткнувшись в подушку и громко промычав, волнуясь о том, что произошло, будущий король начал понимать, что альфа немного нравится ему, потому и запутывается в чувствах, ведь нельзя было испытывать ничего тёплого к королю, ни в коем случае!              «Быть может, мне поцеловать его? — альфа задумчиво приподнялся на постели, зачесав темные волосы назад, размышляя. — Может, тогда пойму, нравится ли он мне как омега хотя бы немного? Ведь он чуть-чуть волнует меня».              Милтон отстранился от подушки, выдохнув и стараясь успокоиться.       «Как мне понять, что я ощущаю? Я не люблю его, но чувствую, что больше не ненавижу... Как он это, черт возьми, сделал?!»       Сел на кровати. В комнате уже было темно, и в углу вдруг что-то громко упало, разбившись, отчего омега вздрогнул и с криком выбежал из комнаты в светлый коридор. Юноша, по сути, был еще ребенком, поэтому боялся таких вещей, что естественно. Комнаты будущих супругов были рядом, и Эван услышал крик Милтона. Мужчина встал с постели и вышел за дверь, посмотрев на испуганного блондина.       — Что случилось, Милтон? — подошел к нему Лиссбет, взяв за плечи руками, глядя прямо в блестящие и напуганные глаза цвета серебра.              — Там… Там что-то громко так упало, я испугался, в углу слишком темно и не видно, а там что-то грохнуло! Страшно! — судорожно прижался к мужчине парнишка, но сейчас это было из страха, ему нужна была поддержка. — Я не хочу обратно…              — Ох, Милтон, — Эван удивился от его объятий, — давай я посмотрю, что там упало, ладно? — Король взял со стены в коридоре подставку со свечами, одной рукой приобнимая того за талию. — Не волнуйся так сильно, все хорошо.              — Вы пойдете туда?! Не надо, господин! А вдруг там опасно… — слегка дрожал будущий жених правителя, когда альфа взял подсвечник. — Не ходите… Давайте утром? Будет светло и не страшно…              — Тут не может быть опасно, не волнуйся и подожди меня в моей комнате, там светло, — мужчина довел блондина до опочивальни и улыбнулся, погладив по мягким волосам. После этого он ушел и вернулся через минуту с черным котенком в руках, который и сбил вазу на столе, испугав тем самым трусишку.              Омега тут же встал и ахнул, закрыв рот руками.       — Это… Что это такое?              — Котенок пошалил в твоей комнате. Удивительно, как этот малыш к тебе забрался, — улыбнулся Эван, протянув Милтону зеленоглазого мяукавшего зверёныша. Эта ситуация веселила мужчину. Омега был очень удивлен, что это был всего лишь котенок, что напугал, как демон. Он с улыбкой взял котенка на ручки и обнял, почесывая его мягко за ушком.       — Какой ты милый, — проговорил Милтон и с улыбкой посмотрел на альфу.              — Может, оставим его себе в качестве домашнего питомца? — спросил Лиссбет, подойдя поближе и погладив зверька с рук жениха, глядя то на низкого омежку, то на кота.              — А… Вы правда не против? — улыбнулся Энстоун даже немного радостно, ведь оставить себе маленькое и хорошенькое существо, которое могло спасти от одиночества, очень хорошая новость для омеги. Милтон тискал котенка и обнимал альфу, как бы благодаря. Эван тоже приобнял протеже и нежно зарылся в юношеские волосы, тут же опуская голову и целуя в приоткрытые губы, проникая внутрь омежьего ротика языком, начиная целовать невинного паренька, что плохо понимал, что сейчас происходит. Юноша стоял в ступоре и не мог отстраниться из-за этого, свободно принимая чужой язык, сжимая котенка в руках. Мужчина нежно целовал блондина, не желая напугать своими резкими действиями, потому и был так мягок и медлителен; закрыв глаза, держа блондина за талию, сам не понимая, что ощущает, а сердце билось часто-часто.              Прикрытые реснички омеги дрожали, он весь трепетал в королевских руках, ощущая, как губы альфы снова и снова накрывают его губки, как тот проникает языком все глубже, нежнее, но никак не мог решиться на какое-нибудь действие. Юноша мог только слегка двигать губами и языком, вроде отвечая, но было непонятно, ведь целоваться он совершенно не умел.       — М-мн, — тихо простонал дрожащим голосом омега, все еще держа кота в руках.              «Ох, черт возьми… Как он простонал».       Эван коснулся руками кота и опустил его на пол, тут же прижав мальчишку к себе, продолжая нежно и глубоко целовать, гладя руками спину и бедра, которые казались более округлыми и полными, нежели раньше.              Милтон заметно заволновался.       — Н-н-н, — снова простонал будущий король, резко отпрянув от поцелуя, отвернув голову, пряча лицо за волосами и учащенно дыша.              Эван смотрел на него, чувствуя себя очень странно после того, что сейчас между ними произошло. Он мягко держал омегу за плечи руками, облизывая влажные губы.       «Что мне сказать?»              Милтон подрагивал, не веря, что мужчина правда его поцеловал. Того, кого винил во всей своей «испорченной» жизни.       — З-зачем? — тихо выдохнул он, сжимая ручками ткань королевской ночной рубашки, чувствуя боль в сердце.              — Захотел, — сказал мужчина тоже тихо, чувствуя, как тот взволнован.       «Он дрожит. Боится. Может, ему не понравилось? Наверное, так и есть, ведь он не хотел бы этого…»              — Захотел? Хах… Никогда не хотел, называл обузой; не сексуальным — ребенком… А теперь захотел? — говорил Энстоун, не поднимая на него взгляд, отпустив медленно рубашку короля. — Хватит использовать меня для своих экспериментов, — по щеке блондина скатилась слеза.              Правитель Биргита слушал и молчал, сжимая челюсти. Он мягко обнял паренька и положил подбородок на его плечо.       — Не плачь, Милтон. Это не эксперимент, правда… Я действительно хотел тебя коснуться, прости меня.              — Почему… Почему хотел меня коснуться? Я не самый красивый омега. Я совершенно не похож на тех, кого Вы водили к себе почти каждый день, — говорил блондин тихо, слегка хриплым голосом. — Я только прошу не врать мне. Я знаю, что не нравлюсь Вам, но не нужно притворных поцелуев, будто я так жалок, что Вы пожалели меня и поцеловали. Этого я не выношу.              — Я сделал это потому, что захотел, — сказал король твердо и заставил посмотреть юношу в свои глаза, взяв за подбородок пальцами. — Не плачь, потому что я тебя целую. Я поцелую тебя еще, и не смей мне не отвечать, Милтон. Я понимаю, почему ты так ведешь себя, я сам в этом виноват. Но, прошу тебя, просто прими это, — Эван мягко сжал того в объятиях, не собираясь отпускать. — Да, ты еще очень молод, не совсем готов к тому, чтобы разделить со мной ложе… Но это не означает, что ты некрасивый и непривлекательный.              — Н-н, — блондин все время смотрел в чужие глаза напротив, кои блестели от непрошеных слез. Милтон внимательно слушал мужчину, чувствуя, как сердце бьется в груди от каждого его слова.       «Он говорит такие вещи… Будет целовать еще, разделить с ним ложе… Это заставляет меня смущаться», — не в силах ничего ответить, омега слабо кивнул, соглашаясь со всеми его словами.        — Вы… Больше не считаете меня некрасивым?              Эван улыбнулся и нежно поцеловал жениха в уголок губ.       — Больше не считаю. Ты уже почти вырос и стал намного привлекательнее, чем в двенадцать,— погладил его по талии. — Не плачь. Хочешь, мы вместе с тобой и котом поспим? — предложил ему мужчина, кивнув на свою кровать. — Так тебе будет не страшно.              Омега смущенно выдохнул, когда король приблизился.       «Он стал больше касаться меня. Гладит мою талию, обнимает. Почему это столь приятно и волнительно?»       — Да, давайте, мне, если честно, страшно к себе возвращаться, хоть это и был котенок.              — Хорошо, — тихо сказал Эван и улыбнулся, подняв котёнка и уложив его на кровать. Он позволил омеге лечь к стене, а сам предпочел быть с краю. Лиссбет приобнял омежку и закрыл глаза, пожелав тому спокойной ночи. Мужчина и не думал, что сегодня вообще уснет.              Омега обнимал котика, лежа у стенки и кутаясь плотнее в теплое одеяло, а объятия альфы давали дополнительное тепло. Омега ближе прижимался к мужчине, утыкаясь носом в его шею, тепло дыша.       — Спокойной ночи, — пожелал ему блондин, слабо улыбнувшись, и в этот раз они оба быстро уснули. Мужчина думал, что будет мучиться долгое время, но на удивление запах фиалок омежки почему-то быстро его вырубил, и он спал так до самого позднего утра, хотя вставал намного раньше, имея некоторые проблемы со сном.       — М-мн… — тихо промычал Милтон во сне, обняв покрепче мужчину за шею, улыбаясь. Юноша был будто лекарством альфы от плохого сна, от бессонницы, ведь тот выспался и поспал дольше.              Утром брюнет удивился, когда очнулся на два часа позже, чем обычно.       — Что… — тихо изрёк он, слушая, как щебечут птицы за окном, а в комнату заливает яркий утренний свет.       «Сколько я с ним проспал? Чувствую себя просто отлично! Черт… Этот омега», — альфа вздохнул и нежно поцеловал его в лобик.       — Спасибо за хороший сон, малыш, — мужчина погладил юношу по волосам и мягко выпутался из объятий, вставая с постели. Милтон остался спать в его кровати.              Эван ушел по своим делам, а из головы не выходили мысли об омеге. На мужчину легло тяжелое бремя прямо с утра — королевство по соседству объявило им о том, что, возможно, начнется война, ведь Биргит нарушило условия договора о монополиях, само того не подозревая. В документе было слишком мелко написано одно из важнейших условий, о котором, конечно же, никто в стране не знал. Дела в королевстве были плохи, это могло обернуться ужасной войной, ведь соседи Биргита были агрессивными людьми, а война была б им на руку; у них был шанс завоевать процветающее королевство. Линфия была сильной и довольно большой страной, но у них были проблемы с продовольствием, потому они часто закупались в Биргите.       «Неужели после свадьбы мне придется уехать на войну? Черт… Как же все так получилось?»       Лиссбет вздохнул, стоя у окна, ожидая в своем кабинете советников и генералов. Это было страшным шагом для него, но Эван понимал, что войны не избежать. Он и так оттягивал побоище, как мог, отправляя королевству своеобразную дань, которая называлась для всех «дружественные подарки», но это не так. Ни один правитель не отправит в качестве подарка красивых омег, чтобы те стали наложниками короля Линфии.              Милтону, хоть он и был будущим вторым королем, никогда не говорили ничего про дела королевства, и он, бодрый и довольный, проснулся с утра, потягиваясь и со смущением замечая, что проснулся в кровати альфы.       — Доброе утро, Шалун, пойдем мыться? — улыбнулся юноша, обратившись к котику, которого и решил назвать так. Милтон встал и зашел в ванную альфы, где уже была налита горячая вода для омеги. Парень довольно мылся, а кот с удивлением трогал лапкой воду, брезгливо дергал ею, стряхивая капли. После ванной омега пошел к Эвану, но не успел он дойти до королевского кабинета, как несколько крупных альф в доспехах стали заходить к господину Эвану с серьезными лицами.       «Кто же это? Что-то плохое приключилось?»              Мужчина поприветствовал генералов и помощников, поставил карту двух королевств на стол и начал обсуждать с ними план похода. Он получил информацию о своей армии и количестве людей, пушек, конниц и оружия с провизией, после чего приказал начинать собирать больше дани и брать рекрутов. Генералы уговаривали Эвана не идти на войну, а снова попытаться наладить мир, ведь соседи очень агрессивные, и у них был большой шанс победить Биргит, но Эван прекрасно знал, что мир они не получат.       — Я не готов снова отдавать им омег и золото. Лучше уж защитить свои границы и забрать у них все, что они имеют.              — Но, повелитель, простите за дерзость, но после зимы куда сложнее набрать сильное войско, — генерал поклонился, стараясь отговорить своего короля, — попробуйте хотя бы оттянуть время, тем более… Кхм, у вас свадьба меньше чем через месяц, — Фридрих сглотнул, глядя на спину короля.              Эван выдохнул, зачесав волосы назад, ощущая тревогу в сердце. Ему не хотелось оставлять будущего мужа.       — Я смогу оттянуть только полтора месяца. За это время нужно успеть быть готовыми. По донесениям, они уже планируют нападение на нас, — повернулся повелитель к генералу, заставляя тех повиноваться. Генералы и воины, кланяясь, уходили из кабинета, каждый со своим приказом.              Омега как раз возвращался с прогулки в пальто и теплом шарфике, кушая свежую булочку с рынка. Он был одет по-обычному, не в платье, ведь в нем было очень неудобно. Юноша удивленно смотрел на то, как рыцари выходят из кабинета короля, и заглянул в открытый кабинет Эвана.       — Господин? Все в порядке?              Темноглазый повернулся и посмотрел на омегу, подходя к тому без улыбки. Взгляд у него был усталый; мужчина обнял жениха и уткнулся в его шею, закрыв глаза. — Кажется, совсем скоро я уйду на войну, Милтон…              — Ах? Как… Как это, на войну? Господин Эван… Вы мне не говорили, что кто-то угрожает нам! — сказал парень взволнованно, обняв Лиссбета в ответ, откинув булочку из руки.              — На самом деле, у нас давно были плохие отношения с Линфией. Сейчас она угрожает нам войной, поэтому... Кровопролитие неизбежно, — Эван погладил его и по волосам. — После свадьбы мне придется уехать.              — Почему Вы мне не рассказывали об этом? — тихо спросил Милтон, чувствуя теплую руку на своих волосах. — Господин Эван… Я не хочу, чтобы вы уезжали. Что со мной будет, если Вы погибните? Я не хочу этого!              — Ну, на трон сядет мой племянник. Он еще молод, но чиновники и генералы ему помогут, — альфа отвел взгляд, кусая губы. Король не хотел умирать и оставлять мужа одного. — Я постараюсь не погибнуть и вернуться.              — Я не хочу оставаться один… Мы только наладили мир в наших сложных отношениях… Господин, не оставляйте меня… — шептал омега, учащенно дыша и не желая отпускать мужчину от себя, хоть и не любил его.              Эван выслушал его, не веря, что это говорит Милтон. Его Милтон, над которым он беспричинно издевался, виня во всех своих бедах, к которым блондин не был причастен.       — Я вернусь, — прошептал на его ушко король и горячо выдохнул, чувствуя легкую дрожь.       «Он правда боится меня потерять?»              — Пообещайте мне. Я знаю, Вы не можете нарушить данное Вами слово. Это дело чести… — прошептал омега, медленно сняв с себя мешающий шарф, скинув его на пол, обнимая альфу за шею вновь.              Эван смотрел в пол.       — Хорошо, я обещаю тебе, что буду твоим мужем, и даже смерть не сможет разлучить нас. — Мужчина чувствовал, как омега переволновался, и это действительно сводило его с ума. Он желал поцеловать его, очень желал.              Милтон даже не запрещал ему касаться своих ягодиц, ведь волнение переполняло юношу. Любое прикосновение мужчины было приятным, нужным, успокаивающим. Обещание тоже немного успокоило омегу, ведь альфа всегда выполнял обещания, но давал их очень редко, только в особых случаях.       — С-спасибо.              — Тш-ш… Все хорошо, — альфа не выдержал и нежно коснулся чужих губ, прижав к себе ближе, сжимая рукой талию, целуя Милтона, который все сильнее привлекал альфу запахом, поведением и своей нежностью и мягкостью, чего нельзя было встретить у наложников и фаворитов. Ему казалось, что Милтон Энстоун — один такой на всем свете.              — М-мн, — омега тихо простонал от нового и неожиданного поцелуя, но в этот раз Энстоун не отстранялся, позволяя альфе целовать себя, и обнимал мужчину за шею, сжимая его красивую и дорогую рубашку на спине. Юноша нежно выгнулся от прижиманий его тельца к груди альфы и горячо выдохнул, чувствуя, как ноги неминуемо подкашиваются.       «Снова целует. Может, ему нравится? Но я не умею… Вчера-то был первый поцелуй…»              Эван целовал жениха долго, настойчиво, страстно. Взял его за талию и усадил прямо на стол, раздвинув ножки, тоже начиная чаще дышать, целуя омегу так, чтобы тот поскорее научился отвечать, повторяя движения языком. За некоторое время Милтон втянулся, даже не было желания отстраняться, хотя и волновался, когда альфа поднял его и усадил на стол, раздвинув ноги, вставая между ними.        — Н-нх… Господин, — простонал Энстоун в поцелуй, волнуясь из-за действий, но продолжал отвечать, постепенно целуясь все лучше.              Альфа отпрянул от манящих губ и просто обнял, изредка целуя в бархатную шею. — Я больше не буду тебе изменять, — сказал ему тихо король, сжимая пальцами бедра омежки, почему-то ощущая желание, но думал лишь о том, что это, наверное, из-за того, что у альфы давно не было омег.              Милтон тяжело дышал, чувствуя чужие руки на бедрах, что сжимали их, делая слегка даже приятно.       — Ч-что? К чему… Вы это сказали? — смущенно спросил правителя юноша, чуть жмурясь от поцелуев на шее, чувствуя приятное покалывание в низу живота.              — К тому, чтобы ты знал, что я не хочу тебя предать, — сказал брюнет на ушко омеги, тут же куснув его, чувствуя, как Милтон слабо дрожит и вздрагивает от его поцелуев.              — П-правда? Но… Это совсем не в ваших интересах… — сказал мальчишка, снова вздрогнув, прикрыв глаза. — Вы… Вы любите совокупляться с омегами… А я не подхожу для этого… Вам… Ха-ах… Пожалуйста, хватит, — выпалил вдруг омега, пытаясь отстранить мужчину, но ноги при этом сжимали бедра альфы.              — А что, если я скажу, что хочу тебя? — спросил его мужчина на ушко, совершенно не отодвигаясь от омеги и не позволяя успокоиться, продолжая накалять Милтона, лаская его.       «Он приятно пахнет…» — мужчина почти терял контроль от запаха своего омеги.              Блондин задышал чаще от его слов, сглотнув и волнуясь сильнее, сжимая в кулаки ткань его белоснежной рубашки, когда как лоб покрылся испариной от волнения.       — Х-хотите… Меня? — переспросил альфу будущий король, не понимая, показалось ли ему, или правитель говорит о том, что тот услышал?              Брюнет нежно взял его ручку и поцеловал ее. Сам Эван будто пылал, ведь температура от возбуждения повысилась.       — Ты не веришь мне? — прошептал мужчина, глядя черным взглядом в серые очи. В кабинете было довольно темно, только свечи освещали комнату.              Блестящими от легкого возбуждения глазами омега смотрел на альфу.       — Я не знаю… М-мне страшно, что Вы хотите обмануть меня, — прошептал омега, упираясь одной рукой назад на стол, а ножками как-то инстинктивно сжимая бедра мужчины, боясь и его, и своих чувств.              — Мне нет смысла тебя обманывать, — король медленно разжал его ножки руками и отстранился. — Мне лучше уйти, Милтон, — подытожил тот не совсем спокойно и выдохнул, тут же выходя из комнаты, кусая губы и волнуясь.       «Что со мной происходит? Он правда мне нравится?»